Решение от 25 июля 2023 г. по делу № А32-29847/2019

Арбитражный суд Краснодарского края

350063, г. Краснодар, ул. Постовая, 32, тел.: (861) 293-81-03,

сайт: http://www.krasnodar.arbitr.ru

именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А32-29847/2019
г. Краснодар
25 июля 2023 г.
Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Гордюк А.В., при ведении протокола помощником судьи Дуплякиной О.К., при участии: ФИО1 (паспорт), от ФИО2 – ФИО1 (доверенность), ФИО3 (паспорт), от ФИО4 – ФИО5 (доверенность), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, рассмотрев материалы дела по исковому заявлению ФИО2 (117279, <...>)), ФИО1 (1 эт., 66 Пак Шек Террасе, Клиар Вотер Бей Роуд, Сай Кунг, Гонконг (С.А.Р.), ФИО6 в интересах ЗАО «РАФ «8 марта» к ФИО7 и ФИО4 о взыскании солидарно 23 121 535,09 рублей убытков, а также по исковому заявлению АО «КОРЕНОВСКРЫБА» о взыскании с ФИО3 50 840 рублей убытков, установил следующее.

ФИО2, ФИО1 в интересах ЗАО «РАФ «8 марта» обратились в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ФИО7 и ФИО4 о взыскании солидарно убытков в размере 24 847 905 рублей Определением от 19.07.2019 исковое заявление принято к производству Арбитражного суда Краснодарского края. Определением от 24.09.2019 Арбитражный суд Краснодарского края привлёк к участию в деле в качестве соистца ФИО6. Тем же определением судебное разбирательство отложено на более поздний срок.

Определением от 26.11.2019 производство по делу приостановлено до вступления в законную силу постановления суда кассационной инстанции или истечения срока


на кассационное обжалование судебных актов по делу № А32-1085/2019. Определением от 17.09.2020 производство по делу возобновлено.

Определением от 25.01.2021 АО «КОРЕНОВСКРЫБА» привлечено к участию в деле в качестве третьего лица.

Определением от 16.03.2021 производство по делу приостановлено до установления наследников ФИО7

Производство по делу возобновлено 17.12.2021, определением от 03.03.2022 суд заменил ответчика ФИО7 на наследника ФИО3 в пределах стоимости наследственной массы.

Определением от 25.07.2022 по делу назначено проведение судебной экспертизы, проведение которой поручено эксперту ФИО8 ООО «Экспертный кадастровый центр» с постановкой вопросов:

1. Какова рыночная стоимость ½ доли объекта недвижимости жилого дома кадастровый номер 23:12:0601010:522, расположенного по адресу: <...>?

2. Какова рыночная стоимость объекта недвижимости земельного участка, находящегося в собственности, кадастровый номер 23:12:0601047:574, местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира <...>?

Определением от 12.12.2022 к участию в деле в качестве истца привлечено АО «Кореновскрыба».

Определением от 27.01.2023 суд исключил ФИО6 из числа соистцов и привлек его к участию в деле в качестве третьего лица.

Этим же определением суд назначил по делу дополнительную судебную экспертизу, проведение которой поручить эксперту ФИО8 ООО «Экспертный кадастровый центр» с постановкой вопросов:

1. Какова рыночная стоимость ½ доли объекта недвижимости жилого дома кадастровый номер 23:12:0601010:522, расположенного по адресу: <...> по состоянию на 26.01.2021?

2. Какова рыночная стоимость объекта недвижимости земельного участка, находящегося в собственности, кадастровый номер 23:12:0601047:574, местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира <...> по состоянию на 26.01.2021?


ФИО2, ФИО1 и АО «Кореновскрыба» неоднократно направляли ходатайства об уточнении заявленных требований.

В окончательной редакции иск ФИО2 и ФИО1 содержит требования:

- взыскать с ответчиков ФИО4 и ФИО7 в лице наследника ФИО3 в пользу ЗАО «РАФ «8 Марта» солидарно 23 121 535,09 рублей убытков по состоянию на 31.12.2022;

- ограничить сумму взыскания с правопреемника ответчика ФИО7 ФИО3 стоимостью наследственной массы в сумме 4 077 269,17 рублей;

- взыскать с ответчиков солидарно проценты по статье 395 ГК РФ со дня вступления судебного акта в законную силу до момента исполнения решения суда в полном объеме.

В окончательной редакции иска АО «Кореновскрыба» содержатся требования:

Взыскать с ФИО3 убытки в пользу ЗАО «РАФ «8 марта» в размере 50 840 рублей вследствие ненадлежащего контроля со стороны руководителя ЗАО «РАФ «8 марта» за ходом судебного процесса по делу А32-722/2017.

В заседании стороны высказали позиции по заявленным требованиям.

В заседании объявлен перерыв до 19.07.2023 на 10-20, после перерыва заседание продолжено, стороны высказали позиции по заявлению о зачете.

В заседании объявлен перерыв до 25.07.2023 на 10-00. После перерыва заседание продолжено.

От ЗАО «РАФ «8 марта» поступило ходатайство о приостановлении производства по делу.

ФИО1 и ФИО2 направили в суд заявление о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на недвижимое имущество ФИО4, расположенное по адресу: <...>, запрещения ему совершать сделки с этим имуществом, запрещения Управлению федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю совершать регистрационные действия в отношении этого имущества, запрещения производить регистрацию иных лиц по месту жительства по адресу: <...>.

В заседании стороны высказали позиции по заявленным требованиям и ходатайствам, ответчики просили в иске отказать, применив срок давности.


Арбитражный суд Краснодарского края, изучив материалы дела и выслушав участвующих в заседании лиц, полагает, что требования являются обоснованными в части.

В порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражный суд Краснодарского края полагает необходимым принять уточнения заявленных требований со стороны соистцов ФИО1 и ФИО2, а также со стороны истца АО «Кореновскрыба».

Принимая уточнения исков без их взаимного одобрения всеми соистцами, Арбитражный суд Краснодарского края руководствуется общими нормами статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и признает, что каждый из истцов или ответчиков по отношению к другой стороне выступает в процессе самостоятельно (пункт 3 статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В отношении ходатайства о приостановлении производства по делу Арбитражный суд Краснодарского края полагает, что установленные законом основания для приостановления отсутствуют.

Оценивая заявление о принятии обеспечительных мер в отношении ФИО4, Арбитражный суд Краснодарского края принимает во внимание следующее.

Согласно положениям частей 1 и 2 статьи 90 АПК РФ арбитражный суд по заявлению лица, участвующего в деле, может принять срочные временные меры, направленные на обеспечение иска или имущественных интересов заявителя (обеспечительные меры). Обеспечительные меры допускаются на любой стадии арбитражного процесса, если непринятие этих мер может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта, или причинить значительный ущерб заявителю.

Обеспечительные меры должны быть соразмерны заявленному требованию (часть 2 статьи 91 АПК РФ).

В соответствии с пунктом 5 части 2 статьи 92 АПК РФ заявитель должен обосновать причины обращения с заявлением о применении обеспечительных мер.

Арбитражный суд признает заявление о применении обеспечительных мер обоснованным, если имеются доказательства, подтверждающие наличие хотя бы одного из оснований, предусмотренных частью 2 статьи 90 АПК РФ.

В соответствии частью 3 статьи 93 АПК РФ в обеспечении иска может быть отказано, если отсутствуют предусмотренные статьей 90 АПК РФ основания для принятия мер по обеспечению иска.


Согласно пункту 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 55 «О применении арбитражными судами обеспечительных мер» при решении вопроса о применении обеспечительных мер суд должен иметь в виду: разумность и обоснованность требования заявителя о применении обеспечительных мер; вероятность причинения заявителю значительного ущерба в случае непринятия обеспечительных мер; обеспечение баланса интересов заинтересованных сторон; предотвращение нарушения при принятии обеспечительных мер публичных интересов, интересов третьих лиц.

Кроме того, при рассмотрении заявления о применении обеспечительных мер суд оценивает, насколько истребуемая заявителем конкретная обеспечительная мера связана с предметом заявленного требования, соразмерна ему и каким образом она обеспечит фактическую реализацию целей обеспечительных мер.

В силу пункта 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 09.12.2002 № 11 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» доказывание наличия обстоятельств, указанных в части 2 статьи 90 АПК РФ, возложено на заявителя, который должен обосновать причины обращения с заявлением об обеспечении иска конкретными обстоятельствами, подтверждающими необходимость принятия обеспечительных мер и представить доказательства, подтверждающие его доводы.

Арбитражные суды не должны принимать обеспечительные меры, если заявитель не обосновал причины обращения с заявлением об обеспечении требования конкретными обстоятельствами, подтверждающими необходимость принятия обеспечительных мер, и не представил доказательства, подтверждающие его доводы (абзац второй пункта 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 09.12.2002 № 11 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации»).

В обоснование заявленного ходатайства истцы ссылаются на то, что непринятие мер приведет к невозможности исполнения судебного акта.

Арбитражный суд Краснодарского края принимает во внимание то. Что в настоящее время постановлением судебного пристава-исполнителя от 12.04.2023 в рамках исполнительного производства № 78482/22/23038-ИП объявлен запрет на совершение регистрационных действий в отношении имущества ФИО4 перечисленного в заявлении ФИО1 и ФИО2

С учетом этого Арбитражный суд Краснодарского края полагает, что в настоящее время отсутствуют основания полагать, что ФИО4 в ближайшее время может


принять меры к отчуждению недвижимого имущества по адресу: <...>. Доводы истцов носят предположительный характер.

При указанных обстоятельствах Арбитражный суд Краснодарского края полагает, что правовые и фактические основания для удовлетворения заявления о принятии обеспечительных мер отсутствуют.

Оценивая требования АО «Кореновскрыба» о взыскании с ФИО3 убытков в пользу ЗАО «РАФ «8 марта» в размере 50 840 рублей вследствие ненадлежащего контроля со стороны руководителя ЗАО «РАФ «8 марта» за ходом судебного процесса по делу А32-722/2017, Арбитражный суд Краснодарского края исходит из следующего.

Не могут быть приняты доводы ФИО3 о невозможности рассмотрения требований к ней как наследнице ФИО7, основанных на недостатках работы ФИО7 в качестве руководителя ЗАО «РАФ «8 марта».

Согласно пункту 1 статьи 1175 Гражданского кодекса наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно. Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

В силу пункта 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" (далее - постановление N 9) под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 Гражданского кодекса), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.

В пункте 14 постановления N 9 разъяснено, что в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (статья 128 Гражданского кодекса); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 названного Кодекса).

В соответствии со статьей 1112 Гражданского кодекса в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в


том числе имущественные права и обязанности. Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается данным Кодексом или другими законами. Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

Пункт 15 постановления N 9 разъясняет, что имущественные права и обязанности не входят в состав наследства, если они неразрывно связаны с личностью наследодателя, а также если их переход в порядке наследования не допускается нормами Гражданского кодекса или другими федеральными законами (статья 418, часть вторая статьи 1112 Гражданского кодекса). В частности, в состав наследства не входят: право на алименты и алиментные обязательства (раздел V Семейного кодекса Российской Федерации), права и обязанности, возникшие из договоров безвозмездного пользования (статья 701 Гражданского кодекса), поручения (пункт 1 статьи 977 Гражданского кодекса), комиссии (часть первая статьи 1002 Гражданского кодекса), агентского договора (статья 1010 Гражданского кодекса).

Согласно статье 418 Гражданского кодекса обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

В действующем законодательстве не содержится запрета на переход в порядке наследования имущественной обязанности по возмещению убытков, причиненных единоличным исполнительным органом юридического лица. Обязанность по возмещению убытков, причиненных при осуществлении предпринимательской деятельности умершего, не связана неразрывно с его личностью и может быть исполнена за счет имущества умершего его наследниками (правовая позиция Арбитражного суда Северо-Кавказского округа, изложенная в постановлении от 26.12.2018 по делу № А32-25222/2017).

В обоснование иска АО «Кореновскрыба» указывает на то, что ЗАО «РАФ «8 марта» понесла необоснованные расходы на оплату услуг представителя ФИО9 по делу А32-722/2017 на основании дополнительного соглашения от 05.06.2017 к договору на оказание юридических услуг от 14.06.2016 № 1406-ЮУ.

Из материалов дела следует, что в рамках дела А32-722/2017 рассматривался иск ФИО2 к ЗАО "Рыболовецкая агрофирма "8 марта" (далее - агрофирма) и ЗАО "Кореновскрыба" (далее - общество) о признании недействительной сделкой договор контрактации сельскохозяйственной продукции от 15.12.2015 и применении последствий недействительности сделки, в виде исключения задолженности в размере 15 млн рублей.


Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.04.2017 по делу № А32722/2017 в иске отказано.

Постановлением апелляционного суда от 07.12.2017 по делу № А32-722/2017 решение суда от 14.04.2017 отменено, принят новый судебный акт. Суд апелляционной инстанции признал недействительной сделкой договор контрактации сельскохозяйственной продукции от 15.12.2015, в удовлетворении требований о применении последствий недействительности сделки, в виде исключения задолженности в размере 15 млн рублей, отказал.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24.04.2018 постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2017 по делу № А32-722/2017 оставлено без изменения.

Таким образом, Арбитражный суд Краснодарского края полагает установленным факт возможного отсутствия надлежащего контроля со стороны ФИО7 за судебными представителями в деле А32-722/2017 в период рассмотрения дела А32-722/2017 в соответствующих судебных инстанциях, который завершился принятием постановления кассационным судом 24.04.2018.

С требованиями к ФИО3 как к наследнице ФИО7 истец АО «Кореновскрыба» по указанным обстоятельствам обратилось в 2023 году.

ФИО3, заявила о применении срока исковой давности.

В соответствии со статьёй 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В силу положений статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При указанных обстоятельствах в иске АО «Кореновскрыба» к ФИО3 надлежит отказать.

В обоснование иска ФИО1 и ФИО2 ссылаются на следующие обстоятельства.

ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» зарегистрировано в качестве юридического лица в процессе преобразования СПК «Рыболовецкий колхоз «8 марта» 01.10.2006 с присвоением ОГРН <***>.

ФИО2 является владельцем 150705128 обыкновенных именных акций ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» (государственный регистрационный номер выпуска 1-01-75014-Р), что составляет более 25% акций общества.


ФИО1 является членом совета директоров общества на момент обращения с иском, также является акционером общества, имеет в собственности 145 000 обыкновенных именных акций Общества.

Факт владение истцами указанным количеством акций общества подтверждается справками из реестра акционеров, а также судебными актами по делам А32-722/2017, А32-1085/2019 по спорам между теми же лицами, вступившими в законную силу и имеющими преюдициальное значение для настоящего спора, а также не оспаривается лицами в деле.

Как следует из материалов дела, а также из содержания судебных актов по делам А32-722/2017, А32-1085/2019, вступивших в законную силу, 27 декабря 2012 года ЗАО «РАФ «8 Марта» (заимодавец) и АО «Кореновскрыба» (заемщик) заключили договор процентного займа, по условиям которого займодавец обязался предоставить заемщику заем в сумме 12 800 тыс. на срок до 30.06.2013 под 17% годовых.

По состоянию на 31.12.2015 задолженность общества по указанному договору составила 3 025 300 рублей, а сумма неоплаченных процентов 4 495 636 рублей.

15 декабря 2015 ЗАО «РАФ «8 Марта» (заготовитель) и АО «Кореновскрыба» (производитель) заключили договор контрактации сельскохозяйственной продукции, согласно которому АО «Кореновскрыба» обязалось произвести и передать ЗАО «РАФ «8 Марта», а последнее принять и оплатить сельскохозяйственную продукцию рыбоводства (аквакультуры), а именно рыбопосадочный материал (годовик) толстолобика, карпа, белого амура в количестве 120 метрических тонн в срок до марта 2017 года.

Согласно п.п. 2.2.1, 2.2.3 договора производитель обязан до 01.02.2017 уведомить заготовителя о готовности отгрузки продукции в согласованный срок и согласовать план-график подачи автотранспорта заготовителя для выборки продукции.

В соответствии с 2.6 договора обязательство производителя по передаче продукции заготовителю считается выполненным с момента получения товара перевозчиком, подтвержденного печатью в транспортной накладной о принятии продукции к перевозке и другими необходимыми документами.

Общая сумма договора составила 15 600 000 рублей, при этом условием оплаты являлась выплата аванса в размере 100% стоимости продукции до 31.12.2015.

На 31.12.2015 обязательства по оплате аванса не были исполнены.

Согласно акту приема-передачи векселей от 31.12.2015 и заявлению о погашении векселей ЗАО «РАФ «8 Марта» предъявило к оплате обществу простые векселя от 01.02.2015 2015к001, 2015к002, 2015к003, 2015к004, 2015к005 и 2015к006 на общую


сумму 7 млн рублей, а также начисленные по векселям проценты на общую сумму 1 088 931 рубль.

Стороны 31.12.2015 составили акт зачета однородных требований из которого следует, что обязательства АО «Кореновскрыба» по договору займа от 27.12.2012, по оплате простых векселей, процентов по оплате векселей на общую сумму 15 600 000 рублей зачтены в счет погашения обязательств ЗАО «РАФ «8 Марта» по договору контрактации от 15.12.2015 по выплате аванса в сумме 15 600 000 рублей.

Договор контрактации сельскохозяйственной продукции от 15.12.2015 не исполнен, задолженность АО «Кореновскрыба» перед ЗАО «РАФ «8 Марта» по указанному договору, согласно предоставленному в арбитражный суд по делу А32722/2017 акту сверки взаиморасчетов сторон на 11.04.2017 не была погашена (Постановление ФАС СКО от 24.04.2018 по делу А32-722/2017).

Полагая, что договор контрактации от 15.12.2015 является ничтожной (мнимой) сделкой в силу статей 10, 168, 170 и 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершенной с нарушением порядка, предусмотренного статьями 81 – 84 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», заключением указанной сделки агрофирме причинены убытки, ФИО2 обратилась с иском в арбитражный суд о признании сделки недействительной.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.04.2017 по делу А32722/2017 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением апелляционного суда от 07.12.2017 решение суда от 14.04.2017 по делу А32-722/2017 отменено, принят новый судебный акт, оспариваемый договор контрактации от 31.12.2015 признан ничтожным как мнимая сделка, поскольку заключен лишь для вида, и его стороны заведомо не намеревались создать соответствующие правовые последствия (пункт 1 статьи 170 Кодекса), в удовлетворении требований о применении последствий недействительности сделки, отказано.

Постановлением суда округа от 24.04.2018 по делу А32-722/2017 постановление апелляционного суда оставлено без изменения. Суд кассационной инстанции дополнительно указал, что требование истца об исключении задолженности в размере 15 млн рублей не может быть удовлетворено в рамках применения последствий недействительности спорного договора, поскольку зачет в счет погашения обязательств агрофирмы по договору контрактации от 15.12.2015 по выплате аванса в сумме 15 600 тыс. рублей совершен сторонами в результате заключения сделки зачета (акт зачета однородных требований от 31.12.2015), которая не являлась предметом рассматриваемого спора.


Судебные акты вступили в законную силу.

ФИО2 и ФИО1 обратилась в арбитражный суд с иском о признании ничтожной сделки зачета от 31.12.2015 г. недействительной и применении последствий недействительности в виде взыскания с АО «Кореновскрыба» в пользу ЗАО «РАФ «8 Марта» убытков.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 12.08.2019 по делу А321085/2019 исковые требования удовлетворены частично. Судом установлено, что у ЗАО «Кореновскрыба» отсутствовало встречное требование к ЗАО «РАФ «8 Марта», в связи с чем сделка зачета нарушает требования закона, права ЗАО «РАФ «8 Марта» и его акционеров, поскольку влечет утрату для ЗАО «РАФ «8 Марта» права требования к ЗАО «Кореновскрыба» на сумму 15 600 000 рублей, в силу чего является недействительной (ничтожной) на основании ст. 168 ГК РФ (л.л. 2-3 решения от 12.08.2019).

В удовлетворении требований о применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде взыскания убытков судом отказано со ссылкой на отсутствие права у истцов как участников корпорации требовать возмещения причиненных убытков от контрагентов корпорации.

Постановлением апелляционной инстанции от 02.11.2019 решение по делу А321085/2019 отменено, в требованиях о признании сделки недействительной отказано в связи с истечением срока исковой давности. Апелляционный суд установил, что о наличии оснований для оспаривания сделки зачета от 31.12.2015 истцам могло стать известно 09.01.2017, но не позднее 07.12.2017 – даты изготовления полного текста постановления Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда по делу А32-722/2017 о признании сделки контрактации ничтожной как мнимой.

Дополнительно суд апелляционной инстанции указал, что признание постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2017 по делу № А32-722/2017 договора контрактации сельскохозяйственной продукции от 15.12.2015 недействительной (ничтожной) сделкой по мотиву мнимости, применительно к рассматриваемым правоотношениям означает, что данный договор не мог выступить основанием для проведения взаимозачётов между АО «Кореновскрыба» и ЗАО «РАФ «8 Марта» при подписании его генеральными директорами, непосредственно поставленными в известность о мнимости контракционного соглашения, акта от 31.12.2015.

Также судами установлено, что соглашение о зачёте от 31.12.2015 не может быть расценено как новация в понимании норм статьи 414 Гражданского кодекса Российской Федерации, которая прекратила обязательства АО «Кореновскрыба» перед ЗАО «РАФ «8 Марта» по оплате задолженности по заёмному и вексельному обязательствам,


отражённым в соглашении о зачёте. Напротив, в силу прямого указания пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое положение АО «Кореновскрыба» в отношении ЗАО «РАФ «8 Марта» измениться не могло, т.к. в силу ничтожности договора контрактации от 15.12.2015 зачёт встречных денежных обязательств не состоялся.

Подписание генеральным директором АО «Кореновскрыба» соглашения о зачёте от 31.12.2015 свидетельствует только о признании данным обществом факта наличия задолженности перед ЗАО «РАФ «8 Марта» по заёмному и вексельному обязательствам, что в силу положений статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации прервало для кредитора по данным обязательствам течение сроков исковой давности.

Постановлением суда округа от 08.06.2020 постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.11.2019 по делу № А32-1085/2019 отменено, решение Арбитражного суда Краснодарского края от 12.08.2019 оставлено в силе.

Суд кассационной инстанции указал, что суд первой инстанции правомерно признал спорную сделку недействительной как ничтожной, а не как оспоримой, поскольку ничтожный договор контрактации и сделка зачета фактически объединены единой целью создания видимости зачета долга общества перед агрофирмой. Судами по делу А32722/2017 установлено, что задолженность ЗАО «РАФ «8 Марта» перед АО «Кореновскрыба» по мнимой сделке контрактации по выплате аванса в сумме 15 600 000 рублей отсутствовала, в силу чего суд первой инстанции по делу А32-1085/2018 обоснованно исходил из недопустимости спорного зачета и его ничтожности.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 12.10.2020 по делу А321085/2019 отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Вышеуказанные судебные акты вступили в законную силу.

В рамках настоящего дела ФИО1 и ФИО2 заявили требования о взыскании убытков в пользу ЗАО «РАФ «8 марта» в связи с заключением ничтожных сделок и в связи с непредъявлением руководителями ЗАО «РАФ «8 марта» требований о возврате займов и штрафных санкций, а также бездействием при исполнении договора займа от 27.12.2012, при досрочном предъявлении к погашению векселей.

Возражая против заявленных требований ФИО2 и ФИО1, ФИО4 и ФИО3 просили применить срок исковой давности, учестьнедобросовестное поведение истцов, фактическое отсутствие для ЗАО «РАФ «8 марта» убытков в связи с


проведением зачета от 31.05.2023 и взысканием ЗАО «РАФ «8 марта» спорного долга с АО «Кореновскрыба» в рамках дела А32-16170/2023.

ФИО4 дополнительно указывал, что он не являлся руководителем ЗАО «РАФ «8 марта» при заключении спорных сделок и не может привлекаться к ответственности перед ЗАО «РАФ «8 марта» по заявленным истцами основаниям.

Оценивая доводы сторон, Арбитражный суд Краснодарского края исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 5 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон об акционерных обществах) акционер (акционеры), владеющие в совокупности не менее чем 1% размещенных обыкновенных акций общества, вправе обратиться в суд с иском к члену совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличному исполнительному органу общества (директору, генеральному директору), члену коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и к управляющей организации (управляющему) о возмещении причиненных обществу убытков.

В силу пункта 1 статьи 71 Закона об акционерных обществах члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно. Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не 20 установлены федеральными законами.

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета), единоличного исполнительного органа общества (директора, генерального директора) и (или) членов коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющей организации или управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные


обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 2, 3 статьи 71 Закона об акционерных обществах).

Положениями пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 года № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление № 62), добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключается в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе, в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

В силу пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 62 от 30.07.2013 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Из содержания указанной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом.


Так, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом.

Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

По правилам части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Для удовлетворения требования о взыскании убытков необходимо наличие совокупности обстоятельств, являющихся основанием для возложения на ответчика ответственности в виде возмещения заявленных истцом убытков.

Для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности в виде убытков необходимо совокупное наличие самого факта наличия убытков, виновного поведения причинителя вреда, причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и понесенными убытками.

При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 N 12771/10).

При этом в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, в связи с чем, обращаясь с заявлением о взыскании убытков, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.04.2011 N 15201/10 разъяснено, что при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.


Как следует из разъяснений, приведенных в абзаце 3-4 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора.

Абзацем 4 п. 3 Постановления № 62 арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Из материалов дела следует, что на момент заключения вышеуказанных сделок зачета 2015 года и контрактации ФИО7 являлся генеральным директором и членом совета директоров ЗАО "РАФ "8 Марта", ФИО4 являлся генеральным директором АО "Кореновскрыба" и членом совета директоров ЗАО "РАФ "8 Марта".

В период с 01.01.2016 года по 27.06.2019 года директором ЗАО «РАФ «8 Марта» являлся ФИО7, в то время как ФИО4 стал директором общества лишь по итогам общего собрания акционеров общества 28.06.2019 года.

В дело представлены заявления от имени ФИО7, ФИО3 и ФИО4 о применении срока исковой давности.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. При этом пропуск срока исковой давности является самостоятельным и достаточным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно статье 196 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Исходя из пункта 1 статьи 200 данного Кодекса течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Из материалов дела и пояснений сторон следует, что ФИО2 является акционером АО «Кореновскрыба» с долей, превышающей 24%, и ЗАО «РАФ «8 Марта» с долей, превышающей 25%, также ФИО2 являлась в разные периоды время в том числе в 2016-2018 годах ревизором общества ЗАО «РАФ «8 Марта».

ФИО1 также является акционером обоих обществ, в период заключения сделки в 2015-2016 годах он являлся членом совета директоров ЗАО «Кореновскрыба»,


его супруга ФИО10 в тот же период 2015-2016 годов являлась членом совета директоров ЗАО «РАФ «8 Марта». В силу этого они имели возможность знакомиться с делами и документами обоих обществ и узнать о заключенной сделке зачета не позднее 31 декабря 2015 года.

Ввиду аффилированности соистцов ФИО2 и ФИО1 в силу родственных связей, течение срока исковой давности для каждого из них, должно исчисляться одинаково.

В материалы дела представлены письменные доказательства того, что о спорных сделках зачета и контрактации, которые признаны ничтожными, истцам ФИО2 и ФИО1 стало известно не позже 17.03.2016 года.

Так в материалах дела имеется копия запроса ФИО2 от 05.01.2016 года, полученное ЗАО «РАФ «8 Марта» 30.01.2016 года, о предоставлении информации и документов за отчетный период 2014-2015 года.

11.03.2016 года ЗАО «РАФ «8 Марта» в адрес ФИО2 были направлены в том числе копии договора контрактации от 15.12.2015 года (п.37 описи), акта зачета от 31.12.2015 года (п.40 описи), заявления о предъявлении (п.38 описи) и акта приема-передачи простых векселей 2015к001, 2015к002, 2015к003, 2015к004, 2015к005, 2015к006 от 01.02.2015 года (п.39 описи). Данное письмо получено ФИО2 17.03.2016 года, о чем свидетельствует сведения о доставки РПО 35318190024314.

Следовательно, соистцы должны были узнать о заключенных между обществами сделках и действиях по предъявлению векселей в день их заключения, но не позднее 17.03.2016 года, срок предъявления требования согласно закону до 18.03.2019 года.

Настоящий иск подан в Арбитражный суд Краснодарского края 28.06.2019 через систему «Мой Арбитр».

С учетом этого суд признает, что по иску о взыскании убытков в пользу ЗАО «РАФ «8 марта» вследствие заключения ничтожных сделок зачета и контрактации срок исковой давности истцами ФИО2 и ФИО1 пропущен.

При этом, в части иска о взыскании убытков вследствие непредъявления требований от имени ЗАО «РАФ «8 марта» о взыскании с АО «Кореновскрыба» долга по векселям и договору займа Арбитражный суд Краснодарского края отмечает следующее.

Пропуск срока давности по имущественным требованиям общества является основанием полагать, что общество вследствие этого может недополучить денежные средства, которые являются для этого общества убытками.

Арбитражный суд Краснодарского края соглашается с доводами ФИО1 и ФИО2 о том, что подписание генеральным директором АО «Кореновскрыба»


соглашения о зачёте от 31.12.2015 свидетельствует только о признании данным обществом факта наличия задолженности перед ЗАО «РАФ «8 Марта» по заёмному и вексельному обязательствам, что в силу положений статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации прервало для кредитора по данным обязательствам течение сроков исковой давности.

С учетом этого ЗАО «РАФ «8 Марта» могло рассчитывать на получение от АО «Кореновскрыба» удовлетворения по заёмному и вексельному обязательствам при подаче соответствующих требований до 31.12.2018. Необращение руководителя ЗАО «РАФ «8 Марта» с иском о взыскании данной задолженности до 31.12.2018 могло привести к невозможности получения удовлетворения требований и создало для ЗАО «РАФ «8 Марта» убытки. Давность по указанному требованию началась не ранее 31.12.2018 и на момент обращения ФИО1 и ФИО2 с настоящим иском не истекла. Ссылка истцом о неприменении давности к ответчикам как к лицам, злоупотреблявшим своими правами, судом не принимается.

Арбитражный суд Краснодарского края отмечает, что ФИО4 с 31.12.2015 по 31.12.2018 не являлся руководителем ЗАО «РАФ «8 Марта», а входил в состав совета директоров общества.

Доказательства того, что ФИО4 давал какие-либо обязательные указания директору ЗАО «РАФ «8 Марта», либо иным образом мог объективно препятствовать подаче соответствующего иска, и его (ФИО4) конкретные действия привели к невозможности получения ЗАО «РАФ «8 Марта» удовлетворения от АО «Кореновскрыба» по заёмному и вексельному обязательствам, в деле отсутствуют.

С учетом этого суд полагает, что на ФИО4 не могут быть возложены убытки от необращения в суд с иском от имени ЗАО «РАФ «8 Марта» о взыскании долга по заёмному и вексельному обязательствам.

Доводы истцов о том, что ФИО4 являлся руководителем АО «Кореновскрыба» и действовал в сговоре с ЗАО «РАФ «8 Марта», суд не принимает.

В силу вышеуказанных норм корпоративного права убытки обществу, о взыскании которых могут обращаться в суд участники корпорации, могут быть причинены органами этого общества, а не руководителями иных лиц.

При указанных обстоятельствах в иске ФИО2 и ФИО1 к ФИО4 надлежит отказать.

В отношении требований к ФИО3 как наследнице ФИО7 (бывшего руководителя ЗАО «РАФ «8 Марта») Арбитражный суд Краснодарского края обращает внимание на следующее.


С учетом вышеприведенной судебной практики обязанность по возмещению убытков, причиненных при осуществлении предпринимательской деятельности умершего, не связана неразрывно с его личностью и может быть исполнена за счет имущества умершего его наследниками (правовая позиция Арбитражного суда Северо-Кавказского округа, изложенная в постановлении от 26.12.2018 по делу № А32-25222/2017).

При определении размера убытков суд руководствуется следующим.

По состоянию на 31.12.2015г. на момент подписания ничтожного акта зачета задолженность по данному договору перед ЗАО «РАФ «8 Марта» составляла 3 025 300 руб., а сума неоплаченных процентов за период с 30.06.2013 по 31.12.2015 составила 4 495 636 рублей, что не оспаривается сторонами.

Согласно расчету, представленному истцами, сумма неоплаченных процентов за период с 01.01.2016 по 31.12.2021 (2191 календарный день) по договору займа на сумму остатка основного долга 3 025 300 составляет по ставке 17% годовых сумму 2 571 505 рублей, а общая сумма убытков в виде причитавшегося по договору займа составила 10 092 441 рублей.

Согласно акту приема-передачи векселей от 31.12.2015г. и заявлению о погашении векселей ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» предъявило к оплате ЗАО «Кореновскрыба» простые векселя на общую сумму 7 000 000 (семь миллионов) рублей по номиналу, а также начисленные по векселям проценты на общую сумму 1 088 рублей по состоянию на 31.12.2015.

Согласно п.п.2,4 ст. 48, ст.77 Положения о простом и переводном векселе; ст.3 Федерального закона от 11.03.1997 N 48-ФЗ "О переводном и простом векселе"; п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 3, Пленума ВАС РФ N 1 от 05.02.1998 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "О переводном и простом векселе", обязанное по векселю лицо должно уплатить проценты в размере учетной ставки, установленной Центральным банком Российской Федерации со дня срока платежа, и пеню в том же размере со дня срока платежа.

При этом, в силу пункта 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом.

С учетом проведенных экспертиз и пояснений ФИО3 о внесении собственных средств на счета ФИО7 после открытия наследства, Арбитражный суд


Краснодарского края соглашается с размером заявленных требований в 4 077 269,17 рублей. Указанную сумму надлежит взыскать с ФИО3 в пользу ЗАО «РАФ «8 Марта» в счет возмещения убытков от бездействия ФИО7

Доводы об отсутствии убытков для ЗАО «РАФ «8 Марта» ввиду состоявшегося 31.05.2023 зачета суд не принимает.

Из анализа представленного в дело заявления ЗАО «РАФ «8 Марта» об одностороннем зачете встречных однородных требований, ЗАО «РАФ «8 Марта» предъявило к зачету требования к АО «Кореновскрыба» по спорному договору займа на 13 903 766,95 рублей и по спорным векселям на сумму 8 711 425,16 рублей, признав погашенными свои обязательства перед АО «Кореновскрыба» по договору займа от 05.07.2022 и по договору купли-продажи аквакультуры от 31.05.2023.

В силу статьи 411 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается зачет требований, по которым истек срок исковой давности.

Как указано в пункте 10 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 29.12.2001 № 65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований» обязательство не может быть прекращено зачетом встречного однородного требования, если по заявлению другой стороны к требованию подлежит применению срок исковой давности и этот срок истек (абзац второй статьи 411 ГК РФ). При этом сторона, получившая заявление о зачете, не обязана заявлять о пропуске срока исковой давности контрагенту, так как исковая давность может быть применена только судом, который применяет ее при наличии заявления при рассмотрении соответствующего спора (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» В случаях, предусмотренных статьей 411 ГК РФ, зачет не влечет юридических последствий, на которые он был направлен, в частности, если зачет противоречит условиям договора либо по активному требованию истек срок исковой давности. При истечении срока исковой давности по активному требованию должник по нему, получивший заявление о зачете, не обязан в ответ на него сообщать о пропуске срока исковой давности кредитору (пункт 3 статьи 199 ГК РФ). В то же время истечение срока исковой давности по пассивному требованию не является препятствием для зачета.

АО «Кореновскрыба» заявление о зачете не продублировало, соответственно в силу положений статьи 411 Гражданского кодекса Российской Федерации и вышеуказанных выводов судебной практики зачет нельзя признать состоявшимся. Более


того, АО «Кореновскрыба» в деле № А32-16170/2023 по иску о взыскании долга по спорному заемному и вексельным обязательствам уже заявила о применении срока давности.

Требования ФИО1, и ФИО2 о взыскании процентов по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму убытков до даты фактического погашения долга суд не принимает.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты за пользование чужими денежными средствами представляют собой форму ответственности за нарушение денежного обязательства. Убытки также являются формой ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником обязательства. Следовательно, на сумму убытков проценты не начисляются (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.10.2002 N 6381/02, от 18.03.2003 N 10360/02 и от 22.05.2007 N 420/07).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление N 7), проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в Гражданском кодекса Российской Федерации).

В то же время в пункте 57 Постановления N 7 указано, что обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.

Механизм взыскания неустойки по день фактического погашения долга введен в сферу судебной защиты нарушенных прав пунктом 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", которым разъяснено, что по смыслу статьи 330 ГК РФ истец


вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства. Для его применения необходимо наличие спора по обязательству, которое изначально подразумевает взыскание неустойки (процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В данном же случае взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму убытков представляется преждевременным, в иске в соответствующей части надлежит отказать.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы относятся на сторон пропорционально удовлетворенных требований.

Поскольку в иске с АО «Кореновскрыба» к ФИО3 было отказано, с данного истца в доход федерального бюджета надлежит взыскать 2034 рублей госпошлины.

Пошлина по иску ФИО2 и ФИО1 о взыскании 23 121 535,09 рублей распределяется пропорционально удовлетворенных требований.

Рассматривая заявления о зачете пошлины Арбитражный суд Краснодарского края принимает во внимание следующее.

В материалы дела представлен оригинал чек-ордера от 18.03.2019 оплаты госпошлины на сумму 147240 рублей.

В решении Арбитражного суда Краснодарского края по делу А32-1085/2019 указано, что расходы по оплате госпошлины относятся на ФИО2 в сумме 140 369 рублей, которой подлежит выплата из федерального бюджета РФ излишне оплаченная по чек-ордеру от 18.03.2019 г. госпошлина в сумме 6 871 рублей.

ФИО2 обратилась в суд с заявлением о зачете денежных средств в части 6 871 рубль по чек-ордеру от 18.03.2019 при оплате госпошлины, изложила основания, по которым госпошлина не была уплачена в полном объеме.

Суд полагает возможным Зачесть ФИО2 6871 рублей госпошлины, возвращенной решением Арбитражного суда Краснодарского края от 12.08.2019 по делу № А32-1087/2019, в счет государственной пошлины, подлежащей уплате по настоящему делу.

Так как в части 4 077 269,17 рублей требования ФИО2 и ФИО1 заявлены солидарно к двум ответчикам, однако требования удовлетворены только к ФИО3, с данного ответчика в пользу ФИО2 надлежит взыскать 6871 рублей расходов по уплате госпошлины, в доход федерального бюджета36 515 рублей госпошлины.


Оставшуюся часть пошлины в размере 88 351 рублей надлежит взыскать с ФИО2 и ФИО1 солидарно в доход федерального бюджета.

Экспертная организация заявила о выплате 15 000 рублей вознаграждения, указанную сумму надлежит выплатить с депозитного счета Арбитражного суда Краснодарского края (средства вносились ФИО2), остаток средств надлежит возвратить истцу по представлении реквизитов.

Расходы по проведению судебной экспертизы в размере 15 000 рублей надлежит отнести на ФИО3

Руководствуясь статьями 49, 110, 167, 170-176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Краснодарского края

Р Е Ш И Л:

ходатайство о приостановлении производства по делу отклонить.

Заявление о принятии обеспечительных мер оставить без удовлетворения.

Уточнение иска ФИО2 и ФИО1 принять.

Уточнения иска АО «Кореновскрыба» принять. В иске АО «Кореновскрыба» отказать.

Взыскать с АО «Кореновскрыба» в доход федерального бюджета 2034 рублей госпошлины.

В иске ФИО2 и ФИО1 к ФИО4 отказать.

Взыскать с ФИО3 в пользу ЗАО «РАФ «8 Марта» 4 077 269 рублей 17 копеек убытков, в остальной части в иске к ФИО3 отказать.

Зачесть ФИО2 6871 рублей госпошлины, возвращенной решением Арбитражного суда Краснодарского края от 12.08.2019 по делу № А32-1087/2019, в счет государственной пошлины, подлежащей уплате по настоящему делу.

Взыскать с ФИО2 и ФИО1 солидарно в доход федерального бюджета 88 351 рублей госпошлины.


Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 6871 рублей расходов по уплате госпошлины и 15 000 рублей расходов на проведение экспертизы.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 36 515 рублей госпошлины.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в суд апелляционной инстанции.

Судья А.В. Гордюк

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России

Дата 19.09.2022 10:12:00Кому выдана Гордюк Алексей Валерьевич