Решение от 14 сентября 2022 г. по делу № А29-1039/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ

ул. Ленина, д. 60, г. Сыктывкар, 167000

8(8212) 300-800, 300-810, http://komi.arbitr.ru, е-mail: info@komi.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А29-1039/2021
14 сентября 2022 года
г. Сыктывкар



Резолютивная часть решения объявлена 12 сентября 2022 года, полный текст решения изготовлен 14 сентября 2022 года.


Арбитражный суд Республики Коми в составе судьи Трофимовой Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью «Автоматика-Вектор» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН: <***>; ОГРНИП: <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «ПечораЭнергоРесурс» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>),

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «Эко Хаус» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>), индивидуальный предприниматель ФИО3 (ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>), акционерное общество «НПН Автоматика-Север» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>),

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,

при участии:

от истцов: от ИП ФИО2 - ФИО4 по доверенности от 23.11.2021, от ООО «Автоматика-Вектор» - ФИО4 по доверенности от 07.12.2021,

от ответчика: ФИО5 по доверенности от 27.10.2021,

от третьего лица - ООО «Эко Хаус»: ФИО5 по доверенности от 03.08.2021,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Автоматика-Вектор» (далее – ООО «Автоматика-Вектор»), индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2) (вместе именуемые истцами) обратились в Арбитражный суд Республики Коми с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «ПечораЭнергоРесурс» (далее – ООО «ПечораЭнергоРесурс», ответчик) о взыскании 5 862 386 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на программы для ЭВМ «Лесопильный цех», «Сортировка досок».

Ответчик в письменном отзыве указал, что с иском не согласен, заявил о пропуске срока исковой давности, указывая на то, что истцы узнали о нарушении своего права 27.09.2017 при обращении в правоохранительные органы с соответствующим заявлением, в котором в утвердительной форме было заявлено о совершенном преступлении. Кроме того, ответчик указывал на то, что истцы не являются обладателями исключительных прав. Также, по мнению ответчика, истец не обосновал размер взыскиваемой компенсации.

В ходе рассмотрения настоящего дела был допрошен свидетель – ФИО6

Применительно к фактическим обстоятельствам настоящего спора, суд посчитал, что допрос свидетеля является необходимым в рассматриваемом случае, поскольку свидетельские показания необходимы для подтверждения или опровержения позиций участвующих по делу лиц.

Свидетель был предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, о чем ФИО6 дал суду соответствующую подписку (часть 4 статьи 56 АПК РФ).

В ходе допроса свидетель – ФИО6 более подробно рассказал про процесс изъятия у ответчика истребуемых программ для ЭВМ, указывая на то, что при изъятии программ осуществлялось их копирование, а сличение программ было осуществлено лишь в феврале 2018 года, в связи с этим, достоверно установить при копировании программ, что ответчик использовал в своей производственной деятельности именно программы истцов, невозможно было установить.

В судебном заседании представитель истца и ИП ФИО2 поддержали доводы искового заявления и дополнительных пояснений по существу требований.

Представитель ответчика в иске просит отказать, настаивает на доводах, изложенных в письменном отзыве и дополнительных возражениях к нему.

В судебном заседании в соответствии со ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее – АПК РФ) был объявлен перерыв до 12.09.2022 до 15 час. 30 мин., объявление о перерыве размещено на сайте Арбитражного суда РК.

После перерыва судебное заседание продолжено в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие представителей сторон по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

Общество с ограниченной ответственностью «Автоматика-Вектор» зарегистрирована в качестве юридического лица в октябре 2009 года. Согласно сведениям, размещенным в Едином государственном реестре юридических лиц, основным видом экономической деятельности Компании является разработка компьютерного программного обеспечения.

Сотрудники ООО «Автоматика-Вектор»: ФИО2, ФИО7 и ФИО6 по заданию работодателя разработали компьютерные программы «Лесопильный цех» и «Сортировка досок». Компьютерные программы были разработаны в порядке выполнения трудовых обязанностей и служебного задания на основании договоров № 1 от 24.12.2009 и № 2 от 18.11.2010 и переданы работодателю по актам от 16.08.2010 и от 18.05.2012. В последующие годы программные продукты авторами обновлялись и дорабатывались.

Программа «Сортировка досок» зарегистрирована в Реестре программ для ЭВМ 8 сентября 2010 года (дата подачи заявки 26.08.2010) под номером № 2010615885. Правообладателем и автором программы указан ФИО2.

25 июня 2012 года ООО «Автоматика-Вектор» заключила трудовой договор с ФИО3, который был принят на должность инженера по автоматизированным системам управления производством. В трудовые обязанности ФИО3 входило внедрение компьютерных программ «Лесопильный цех» и «Сортировка досок» и сопровождение внедренных программ и программных средств, для чего он неоднократно направлялся в командировки с целью внедрения программного обеспечения на деревообрабатывающих производствах и наладки его работы.

ФИО3 направлялся в командировки, в том числе и в ООО «ПечораЭнергоРесурс» для отладки компьютерных программ на месте во исполнение договора № 12-08 от 07.02.2012, заключенного между Компанией и ООО «ПечораЭнергоРесурс».

15 октября 2015 года трудовые отношения между «Автоматика-Вектор» и ФИО3 были прекращены по инициативе работника.

Согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц, Общество создано в 2014 году, одним из его дополнительных видов деятельности является разработка компьютерного программного обеспечения. Участником Общества с долей 50 % является ФИО3

В Реестре программ для ЭВМ 3 апреля 2017 года (заявка № 2016663786 от 13.12.2016) зарегистрирована программа для ЭВМ «SortMaster» под номером 2017613823, автором и правообладателем которой указан ФИО3 (программа представляет собой программную часть автоматизированной системы управления линией сортировки пиломатериалов и предназначена для использования на лесопильных предприятиях).

Как установлено судом при рассмотрении дела №А05-12896/2018, в ноябре 2017 года в ходе доследственной проверки с оборудования ООО «ПечораЭнергоРесурс» были сняты копии программного обеспечения, о чем составлен протокол осмотра места происшествия от 20.11.2017. В феврале 2018 года сотрудниками следственного отдела по Ломоносовскому округу города Архангельска СУ СК России по Архангельской области и НАО в присутствии ФИО8 произведен осмотр носителей информации, изъятых в ходе осмотра места происшествия 20.11.2017 в ООО «ПечораЭнергоРесурс» в пгт. Троицко-Печорск Республики Коми, и носителей информации, изъятых в ходе осмотра 20.12.2017 у директора Компании ФИО8 (протокол осмотра предметов от 20.12.2017). Результаты осмотра зафиксированы в протоколе осмотра предметов от 12.02.2018.

Как установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного Архангельской области по делу №А05-12896/2018, из протокола осмотра предметов от 12.02.2018 сотрудниками следственных органов установлено, что при сравнении файлов на диске, полученном в ходе оперативно-розыскных мероприятий у «ПечораЭнергоРесурс», установлено частичное сходство структур данных, названий параметров и их значений. Также в ходе осмотра было выявлено наличие совпадающих комментариев к блокам, которые созданы автором программы ФИО2 для пользователей программы.

Поскольку между сторонами возникли разногласия относительно того, являются ли компьютерные программы, использованные ответчиком, полными или частичными копиями программ «Лесопильный цех» и «Сортировка досок», права на которые принадлежат истцам, определением Арбитражного Архангельской области по делу №А29-12896/2018 от 12.12.2018 была назначена компьютерно-техническая экспертиза.

В заключении от 08.04.2019 № 1108/3-3 эксперт ФИО9 пришёл к выводам, что исходный текст программ для ЭВМ, изъятых 20.11.2017 в ООО «ПечораЭнергоРесурс» является производным от исходного текста программ для ЭВМ «Лесопильный цех» и «Сортировка досок». Процент совпадения исходного текста приблизительно составляет 90 %. В сравниваемых программах имеется код программ верхнего уровня. Программы работают с различными базами данных, имеющих существенное отличие. В сравниваемых программах дополнительные прикладные программы не обнаружены.

Определением Арбитражного суда Архангельской области по делу №А05-12896/2018 от 31.07.2019 назначена повторная и дополнительная судебная компьютерно-техническая экспертизы. Согласно выводам эксперта, изложенным в экспертном заключении от 25.11.2019, исходные тексты программы для ЭВМ «Лесопильный цех», «SawMaster.exe» и «Сортировка Досок, Sortmaster», предоставленные, являются исходными для исполняемых файлов «Sawmaster.eхe» и «Sortmaster.eхe», которые были изъяты в ООО «ПечораЭнергоРесурс».

На вопрос о том, является ли объектный код программы для ЭВМ верхнего уровня «Лесопильный цех, SawMaster», изъятой 20.11.2017 в ООО «ПечораЭнергоРесурс» тождественным (производным) объектному коду программы для ЭВМ верхнего уровня «Лесопильный цех, SawLine», разработанному Компанией, эксперт пришел к выводу, что тождественность отсутствует.

Учитывая установленную экспертом тождественность программ нижнего уровня, которые являются частью программ «Лесопильный цех» и «Сортировка досок», Арбитражный суд Архангельской области по делу №А05-12896/2018 посчитал доказанным факт нарушения исключительного права истцов на программы нижнего уровня и факт использования со стороны ООО «ПечораЭнергоресурс».

В рамках настоящего дела истцы просят взыскать с ответчика 5 862 386 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на программы для ЭВМ «Лесопильный цех», «Сортировка досок».

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности, средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В соответствии со статьей 1261 Гражданского кодекса Российской Федерации, авторские права на все виды программ для ЭВМ (в том числе на операционные системы и программные комплексы), которые могут быть выражены на любом языке и в любой форме, включая исходный текст и объектный код, охраняются так же, как авторские права на произведения литературы. Программой для ЭВМ является представленная в объективной форме совокупность данных и команд, предназначенных для функционирования ЭВМ и других компьютерных устройств в целях получения определенного результата, включая подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения.

В статье 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 данного Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Право совершения в отношении программы для ЭВМ или базы данных действий, предусмотренных статьей 1280 Гражданского кодекса Российской Федерации, принадлежит только лицу, правомерно владеющему экземпляром такой программы для ЭВМ или базы данных (пользователю).

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающей, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений, истец должен доказать факт принадлежности ему исключительного авторского права, а также факт нарушения данного права ответчиком, а ответчик обязан доказать выполнение им требований законодательства об интеллектуальной собственности при использовании объектов авторских прав. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем авторского права и (или) смежных прав, и для него в соответствии с законодательством Российской Федерации наступает гражданско-правовая ответственность.

По общему правилу, закрепленному в пункте 4 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации, для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей. Однако, в отношении программ для ЭВМ и баз данных возможна регистрация, осуществляемая по желанию правообладателя в соответствии с правилами статьи 1262 настоящего Кодекса. В соответствии с пунктом 6 статьи 1262 Гражданского кодекса Российской Федерации сведения, внесенные в Реестр программ для ЭВМ или в Реестр баз данных, считаются достоверными, поскольку не доказано иное. Ответственность за достоверность предоставленных для государственной регистрации сведений несет заявитель.

Принадлежность исключительного права на программу для ЭВМ «Сортировка досок» ФИО2 подтверждена свидетельством о государственной регистрации программы для ЭВМ № 2010615885 от 08.09.2010 и документально не опровергнута. С учетом изложенного, ФИО2 является правообладателем в отношении программы для ЭВМ «Сортировка досок».

Согласно лицензионному договору № 1-16 от 15.01.2016 предприниматель (лицензиар) передал Компании (лицензиату) неисключительные права на программу «Сортировка досок», а именно право на ее воспроизведение и на распространение. Этим обусловлено заключение договоров с контрагентами Компании на использование данной программы.

Исключительное право на программу для ЭВМ «Лесопильный цех» принадлежит Компании, т.к. эта программа была разработана по её заказу её работниками при исполнении трудовых обязанностей. В пункте 2 статьи 1295 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исключительное право на служебное произведение принадлежит работодателю, если трудовым или гражданско-правовым договором между работодателем и автором не предусмотрено иное.

Более того, решением Арбитражного суда Архангельской области по делу №А05-12896/2018 установлена принадлежность исключительных прав на программы ЭВМ истцам.

Ввиду изложенного, довод ответчика о том, что истцы не являются обладателями исключительных прав, также является недоказанным.

Между тем, каких-либо документов, подтверждающих, что ИП ФИО2 или ООО «Автоматика-Вектор» передали ответчику право использовать компьютерные программы суду не представлено.

Довод ответчика о том, что копирование программ, изъятых правоохранительными органами в ноябре – декабре 2017 было осуществлено не с производственного компьютера, а с компьютера работника ответчика, в связи с чем, утверждать, что именно программы истцов использовались ответчиком при осуществлении своей производственной деятельности, суд признает необоснованным.

В данном случае, ФИО10 являлся действующим сотрудником ответчика. Более того, ответчиком не представлены доказательства того, что указанные программы не были использованы при осуществлении производственной деятельности. Кроме того, решением Арбитражного суда Архангельской области по делу №А05-12896/2018, вступившим в законную силу, установлен факт пользования вышеуказанными программами.

В пункте 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Согласно статье 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения; 3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

В пункте 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 23.04.2019 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее по тексту - Постановление № 10) разъяснено, что если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам.

Истцы при определении размера компенсации руководствовались подпунктом 3 статьи 1301 ГК РФ и рассчитали его исходя из двукратной стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Для расчета рыночной стоимости права использования программ, ООО «Автоматика-Вектор» представили реестр договоров с контрагентами, рассчитав среднюю стоимость права использования, которую ООО «Автоматика-Вектор» устанавливает для своих заказчиков. Однако сами тексты договоров ООО «Автоматика-Вектор» в материалы дела не представили, указывая на то, что информация, указанная в договорах, составляет коммерческую тайну. Кроме того, истец представил отчет оценщика об определении рыночной стоимости неисключительного права использования программного обеспечения №1825-21 рс (л.д. 35, том 3).

Между тем, в ходе судебного разбирательства судом было предложено провести по настоящему делу судебную экспертизу для определения стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

В судебном заседании представитель истца указал, что отсутствуют основания для назначения такой экспертизы, поскольку решением Арбитражного суда Архангельской области от 08.06.2021 по делу №А05-12896/2018 с участием того же состава лиц взыскана денежная компенсация с ООО «Эко Хаус», передавшего и установившего программы ответчику, в части нижнего уровня в размере 2 040 000 руб. Как указал истец, данная стоимость не является рыночной, поскольку речь идет о контрафактных экземплярах, но является ориентиром для определения соотношения стоимости верхнего и нижнего логических уровней программ. Более того, как указывает истец – ООО «Автоматика-Вектор», для расчета рыночной стоимости им представлены реестр договоров с котрагентами, из которой истец вывел среднюю стоимость программ.

Представитель ответчика также не усмотрел оснований для назначения судебной экспертизы, указав на то, что в данном случае бремя доказывания стоимости программ лежит на истце.

Случаи, при которых арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе, прямо закреплены в части 1 статьи 82 АПК РФ, - назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы. Поскольку стороны не изъявили желания провести по делу судебную экспертизу, в данном случае, у суда в силу части 1 статьи 82 АПК РФ отсутствовали правовые основания для назначения экспертизы по своей инициативе, стороны на основании части 2 статьи 9 АПК РФ приняли на себя риск наступления последствий несовершения соответствующего процессуального действия.

По смыслу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации определенный таким образом размер является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в связи с чем, суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

Согласно правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в пункте 3 постановления от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» (далее – Постановление № 40-П), будучи мерой гражданско-правовой ответственности, компенсация имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Соответственно, компенсация может быть больше (в умеренных пределах), чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав.

Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 № 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 4.2 постановления от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края разъяснил, что взыскание предусмотренной подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности, является, тем не менее, частноправовым институтом, который основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 ГК РФ), а именно правообладателя и нарушителя его исключительного права на объект интеллектуальной собственности, и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации А05-12896/2018 требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на осуществление прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц, то есть таким образом, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота.

Институт компенсации как мера ответственности за нарушение исключительных прав призван защищать интеллектуальную собственность.

Требование о применении мер ответственности за нарушение исключительного права предъявляется к лицу, в результате противоправных действий которого нарушено исключительное право на конкретный объект интеллектуальной собственности.

Таким образом, указанная гражданско-правовая ответственность наступает за доказанный факт нарушения исключительного права на объект интеллектуальной собственности.

Представленная истцом оценка стоимости неисключительных прав на использование программного обеспечения не может быть принята судом, поскольку была проведена по заданию истца, в связи с чем, вывод оценщика вызывает сомнения в его объективности и достоверности.

Ввиду изложенного, суд исходит из документов, имеющихся в материалах настоящего дела. По мнению суда, обоснованной будет являться стоимость исключительных прав, которую определил Арбитражный суд Архангельской области при рассмотрении по дела №А05-12896/2018: программа «Лесопильный цех» (нижний уровень): 720 000 руб.*2=1 440 000 руб., программа «Сортировка досок» (нижний уровень): 300 000 руб. *2 = 600 000 руб.

В данном случае, как установлено вступившим в законную силу судебным актом по делу №А05-12896/2018, со стороны Общества допущено нарушение только в части программы нижнего логического уровня, в связи с чем, во взыскании компенсации за использование программ «верхнего уровня» суд отказывает во взыскании.

Доводы ответчика о пропуске истцами срока исковой давности суд отклоняет как необоснованные.

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности составляет три года и в силу пункта 1 статьи 200 начинает течь со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Из материалов дела следует, что о нарушении своих прав истцы узнали в феврале 2018 года, когда сотрудниками следственного отдела по Ломоносовскому округу города Архангельска СУ СК России по Архангельской области и НАО в присутствии ФИО8 произведен осмотр носителей информации, изъятых в ходе осмотра места происшествия 20.11.2017 в ООО «ПечораЭнергоРесурс» в пгт Троицко-Печорск Республики Коми, и носителей информации, изъятых в ходе осмотра 20.12.2017 у директора Компании ФИО8, результаты которого зафиксированы в протоколе осмотра предметов от 12.02.2018.

При подаче заявления в правоохранительные органы, при изъятии программ для ЭВМ путем их копирования у ООО «ПечораЭнергоРесурс», невозможно было установить тождественность программ. Указанное было установлено лишь 12.02.2018 года при осмотре и сличении программ.

Достоверных доказательств того, что истцы ранее узнали о нарушении своих прав, допущенных ответчиком, суду не представлено. Наличие каких-либо подозрений в совершении преступления, в данном случае использования программ для ЭВМ, принадлежащих истцам, не свидетельствует о том, что истцы знали о допущенном Обществом нарушении.

Поскольку в рамках настоящего дела иск был предъявлен 04.02.2021, трехлетний срок исковой давности истцами не пропущен.

Более того, данное обстоятельство уже было предметом оценки и исследования при рассмотрении дела №А05-12896/2018 Арбитражным судом Архангельской области.

На основании изложенного, исковые требования подлежат частичному удовлетворению на сумму 2 040 000 руб., из которых 1 440 000 руб. компенсации взыскивается в пользу ООО «Автоматика-Вектор», а 600 000 руб. - в пользу ИП ФИО2 В удовлетворении остальной части иска суд отказывает.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 171, 176, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ПечораЭнергоРесурс» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Автоматика-Вектор» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) 1 440 000 руб. 00 коп. компенсации, 18 175 руб. 00 коп. расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ПечораЭнергоРесурс» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН: <***>; ОГРНИП: <***>) 600 000 руб. 00 коп. компенсации, 7 851 руб. коп. расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части в иске отказать.

Выдать исполнительные листы по ходатайству взыскателей после вступления решения суда в законную силу.

Разъяснить, что решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд (г.Киров) с подачей жалобы через Арбитражный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовления в полном объеме.


Судья Н.Е. Трофимова