Решение от 4 июня 2018 г. по делу № А32-4515/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

дело № А32-4515/18
г. Краснодар
4 июня 2018 г.
Резолютивная часть объявлена 21.05.2018 г. Полный текст решения изготовлен 04.06.2018 г.


Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Лесных А.В., при ведении протокола помощником судьи Магулаевой М.Р., рассмотрев дело по заявлению участника ООО «Тепличный комбинат «Мостовской» ФИО1, ООО «Тепличный комбинат «Мостовской» к ответчикам: ФИО2, ФИО3 с третьим лицом: ИП ФИО5


о взыскании убытков и взыскании судебных расходов


При участии в судебном заседании:

от истца: не явка, уведомлены;

от ответчика: не явка, уведомлены;

от третьего лица: не явка, уведомлен.


Участник ООО «Тепличный комбинат «Мостовской» ФИО1, ООО «Тепличный комбинат «Мостовской» обратился с иском к ответчикам: бывшему генеральному директору ООО «Тепличный комбинат «Мостовской» ФИО4 генерального директора ООО «Тепличный комбинат «Мостовской» ФИО3

Требования истца мотивированы следующим.

ФИО1 является участником ООО «Тепличный комбинат «Мостовской» с долей 49% в уставном капитале.

Как указывает истец 01.08.2015 г. генеральным директором общества Поповичем Л.М. было передано ИП ФИО5 имущество на сумму 1 199 237 руб. и на сумму 3 327 341 руб. Передача имущества подтверждается актом приема-передачи от 01.08.2015 г.

Истец считает, что сделка была для общества крупной и требовала одобрения общего собрания.

Истец считает, что имущество, поименованное в акте приема-передачи от 01.08.2015 г. было передано ИП ФИО5 и не возвращено обществу

Истец указывает на то, что бездействие генерального директора ООО «Тепличный комбинат «Мостовской» ФИО2 (в период до 27.12.2016 г.) и И.О. генерального директора ООО «Тепличный комбинат «Мостовской» ФИО3 (по настоящее время) свидетельствуют о намерении затянуть действия, направленные на возврат имущества обществу, чем причиняют убытки обществу.

Ответчики с исковыми требованиями не согласились по основаниям, изложенным в отзывах.

Представитель участника ООО «Тепличный комбинат «Мостовской» ФИО1 заявил ходатайство о назначении экспертизы. Ходатайство судом рассмотрено и отклонено, поскольку на основании ст. 82 АПК РФ арбитражный суд назначает экспертизу для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных познаний. Судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а, следовательно, требование истца о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

В данном случае суд, оценив имеющиеся в деле доказательства, пришел к выводу об отсутствии необходимости и возможности проведения экспертизы для разрешения спора, поскольку по существу специальные познания не требуются.

Представителем участника ООО «Тепличный комбинат «Мостовской» ФИО1 заявлено в обоснование заявленного ходатайства на необходимость проверки фактического наличия либо отсутствия имущества, перечисленного в акте приема-передачи, проверки соответствия предъявленного к осмотру имущества и определения степени его изношенности. Поставленные перед экспертом вопросы (1, 2) не требуют специальных познаний и могли бы быть разрешены в ходе простого осмотра имущества, иные вопросы (2, 3) не разрешают поставленных истцом вопросов о фактическом владении имуществом ИП ФИО5, указанном в акте приема-передачи от 01.08.2015 г.

В материалы дела представлен акт осмотра спорного оборудования, выполненный на основании определения суда по делу № А32-10005/2018 г. из которого усматривается наличие имущества общества на его территории.

Кроме того, в нарушение установленных требований, к ходатайству не приложены доказательства внесения на депозит суда суммы предназначенной на покрытие стоимости проведения экспертизы.

Суд, изучив материалы дела, установил следующее.

Как следует из материалов дела ООО «Тепличный комбинат «Мостовской» в лице директора общества ФИО2 и ИП ФИО5 составили и подписали:

- акт о приеме-передачи основных средств на сумму 1 199 237 руб. без даты и без номера как приложение к договору без номера и без даты;

- акт о приеме-передачи основных средств на сумму 3 327 341, 50 руб. без даты и без номера как приложение к договору без номера от 01.08.2015 г.

В указанных актах специально оговорено, что эти акты являются неотъемлемой часть договора между сторонами.

Вместе с тем, сам текст договора (-ов) суд сторонами не представлен.

Ответчики в своем отзыве поясняют суду, что такой договор не заключался и не подписывался сторонами, а «акты хранения от 01.08.2015 г. были расторгнуты 03.08.2015 г. по соглашению сторон».

В материалы дела представлены соглашения от 03.08.2015 г. о расторжении актов о приеме-передачи основных средств

Ответчики в своем отзыве указывают на то, что имущество, указанное в актах хранения от 01.08.2015 г. не выбывало из общества и оставалось в распоряжении общества.

Стороны в судебном заседании указали суду, что представить сам текст договора, во исполнение которого составлены акты они не могут, поскольку договор не заключался и не подписывался. Данный факт зафиксирован в протоколе судебного заседания от 26.04.2018 г. и удостоверен подписями сторон.

В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Как следует из содержания актов, которые сами по себе в отсутствии текста договора в силу положений ст. 887 ГК РФ свидетельствуют о соблюдении сторонами простой письменной формы договора и возникновении у сторон прав и обязанностей по сделке, между сторонами возникли правоотношения по договору хранения.

Статья 886 ГК РФ установила, что по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Статья 887 предусмотрела, что договор хранения должен быть заключен в письменной форме в случаях, указанных в статье 161 настоящего Кодекса. Договор хранения, предусматривающий обязанность хранителя принять вещь на хранение, должен быть заключен в письменной форме независимо от состава участников этого договора и стоимости вещи, передаваемой на хранение (часть 1).

Простая письменная форма договора хранения считается соблюденной, если принятие вещи на хранение удостоверено хранителем выдачей поклажедателю: сохранной расписки, квитанции, свидетельства или иного документа, подписанного хранителем (часть 2).

Таким образом, подписанные сторонами акты приема-передачи основных средств в отсутствие самого текста договора, тем не менее, свидетельствуют о соблюдении сторонами простой письменной формы договора и возникновении у сторон прав и обязанностей по сделке.

В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Статья 888 ГК РФ установила, что хранитель, взявший на себя по договору хранения обязанность принять вещь на хранение (пункт 2 статьи 886), не вправе требовать передачи ему этой вещи на хранение.

Если иное не предусмотрено договором хранения, хранитель освобождается от обязанности принять вещь на хранение в случае, когда в обусловленный договором срок вещь не будет ему передана (часть 2).

Таким образом, довод ответчиков о том что, имущество по актам приема-передачи не передавалось и не выбывало из владения общества истцом не опровергнуто.

Доказательств того, что договор хранение продолжал свое действие после 03.08.2015 г. истцом не представлено.

Довод истца о том, что несмотря на то, что соглашением от 03.08.2015 г. акты были аннулированы имущество, поименованное в актах выбыло из владения общества судом отклонен, поскольку истцом не доказан данный факт, а возможность его установления с помощью экспертизы или осмотра утрачена.

Возможность идентификации части имущества поименованного в акте приема-передачи, в том числе и путем проведения осмотра территории общества, не выявит его наличия и принадлежности указанного имущества.

Так, в акте приема-передачи на хранение (п. 28) указано на передачу тепловентиляторов в количестве трех штук, а по позиции 228 - 112 шт. без заводского номера и без обозначений марки и производителя.

Тогда как из акта осмотра от 02.04.2018 г. следует, что только в помещении зимней теплицы Литер 31 находится 31 тепловентилятор в аварийном (не рабочем) состоянии из них на шести тепловентиляторах невозможно определить индивидуально отличительные признаки, поскольку бирки и маркировки рассыпались и выцвели от времени. Из оставшихся 25 тепловентиляторов 10 принадлежат обществу, а принадлежность 15 тепловентиляторов не установлена.

Помимо этого, в помещении склада, расположенного в литре Г15 находятся еще 132 аварийных тепловентилятора на 29 из которых невозможно установить идентифицирующие признаки.

Помимо этого на территории общества находятся еще 32 тепловентилятора. Итого на территории общества находятся 195 тепловентиляторов из которых на 71 отсутствуют индивидуально отличительные признаки.

Имущество, поименованное в акте (котлы, горелки, вагончик, установка весового контроля) так же не имеют заводских номеров и четко выраженных идентифицирующих признаков, позволяющих установить их наличие и принадлежность.

Так в акте о наложении ареста от 11.10.2017 г. на территории общества судебными приставами арестованы «котел серого цвета без серийных номеров мощностью 620 кВт, подключенный к системе отопления» в количестве 2 штуки в Литере Г17 и «котел серого цвета без серийных номеров мощностью 620 кВт, подключенный к системе отопления» в количестве 1 штуки в Литере 10, «котел серого цвета без серийных номеров мощностью 500 кВт, подключенный к системе отопления» в количестве 1 штуки в Литере Г10 и «горелки серого цвета без серийных номеров» в количестве 4 штуки.

В качестве идентифицирующего признака служит только мощности котлов в 620 кВт и 500 кВт с имуществом поименованным в акте «Котел Н 620» и «Котел Н 500» в вязи с чем, суд лишен возможности установить какой из котлов, установленный в литере Г17и литере Г10 упомянут в акте.

Иное имущество, поименованное в акте (навесные замки (3 шт.), веники, совки (4 шт.), лампочки (3 шт.), шпагат (153 шт.), сверла по бетону, саморезы, серпянка, люминесцентные лампы, дырокол, женские халаты, рукавицы, малярные валики, лопаты, доски, гвозди, шпильки, корзина для мусора и пр.) является малоценным и быстроизнашивающимися предметами, которое так же не имеет идентифицирующих их признаков, позволяющих с помощью осмотра установит их наличие и принадлежность.

По ряду позиций, указанных в акте имущество имело стоимость от 10 руб. до 15 150 руб. (228), на некоторое имущество цены не указана.

Кроме того, по малоценным и быстроизнашивающимся предметам, стоимость которых погашается путем начисления износа, суд приходит к выводу о том, что в настоящее время не представляется возможным установить их наличие и принадлежность даже путем проведения осмотра территории общества ввиду их полной амортизации.

Суд, отказывая в удовлетворении требования истца, учитывает, что помимо правоотношений по хранению имущества, существовавших между обществом и ИП ФИО5 в период с 01.08.2015 г. по 03.08.2015 г. между сторонами в указанное время возникли и арендные отношения (по договору аренды от 01.08.2015 г.), согласно которому арендатору - ИП ФИО5 были переданы теплицы зимние Литер Г. бытовые помещения, Литер 16, автогараж, Литер 10, вагончик и электроподстанция.

Как следует из акта ареста от 11.10.2017 г. судебными приставами арестованы «котел серого цвета без серийных номеров мощностью 500 кВт, подключенный к системе отопления» в количестве 1 штука в Литере Г10 и «котел серого цвета без серийных номеров мощностью 620 кВт, подключенный к системе отопления» в количестве 1 штуки в Литере Г10 и «горелки серого цвета без серийных номеров» в количестве 4 штуки.

Истец не опроверг доводов ответчиков о том, что имущество, имеющее схожие идентифицирующие признаки передавалось обществом в аренду по договору от 01.08.2015 г.

О наличии арендных отношений между обществом и ИП. ФИО5 свидетельствует и судебные акты по делу №А32-11801/2017 г.

Суд в своем решении по делу А32-11801/2017 г. от 07.09.2017 г. приходит к аналогичному выводу о том, что акты приема-передачи, где общество поименовано в качестве поклажедателя не содержит достаточных сведений, позволяющих сопоставить объекты хранения со спорным оборудование по договору аренды.

Своим решением по делу №А32-11801/2017 г. от 07.09.2017 г. суд истребовал из незаконного владения общества и ИП ФИО5 имущество по возобновленному (пролонгированному) договору аренды от 01.08.2015 г.

Таким образом, довод истца о том, что имущество, поименованное в актах (где стороны именуют себя поклажедатель и поклажедержатель), которые в силу норм ст. 886-888 ГК РФ расценены судом как договор хранения, выбыло из владения общества, чем нанесло обществу убытки не нашел своего подтверждения в материалах дела.

Не наши своего подтверждения и доводы истца о том, что генеральный директор ООО «Тепличный комбинат «Мостовской» ФИО2 (в период до 27.12.2016 г.) и И.О. генерального директора ООО «Тепличный комбинат «Мостовской» ФИО3 (по настоящее время) в рамках осуществивших в период с 01.08.2015 г. по 03.08.2015 г. правоотношений по хранению имущества бездействовали, что свидетельствуют об их намерении затянуть действия, направленные на возврат имущества обществу, чем причиняют убытки обществу.

Вина ответчиков в причинении вреда обществу истцом не доказана, как не доказана причинно следственная связь между их бездействием и наступлением для общества негативных последствий в результате заключения и последующего расторжения договора хранения, а так же размер убытков и их наличие.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Суд, оценив имеющиеся в деле доказательства во взаимосвязи и совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании в соответствии со ст. 71 АПК РФ пришел к выводу о том, что исковые требования удовлетворению не подлежат.

В силу положений ст. 110 судебные расходы относятся на истца.

Руководствуясь статями 110. 167-170 АПК РФ, арбитражный суд



РЕШИЛ:

Ходатайство о назначении экспертизы - отклонить.

В удовлетворении иска - отказать.


Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд.


Судья Лесных А.В.