Постановление от 12 декабря 2022 г. по делу № А27-13698/2015

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А27-13698/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2022 года.


Постановление изготовлено в полном объеме 12 декабря 2022 года.


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Куклевой Е.А.,

судей Бедериной М.Ю.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 09.06.2022 (судья Поль Е.В.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2022 (судьи Фролова Н.Н., Апциаури Л.Н., Сбитнев А.Ю.) по делу № А27-13698/2015 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>), принятые по заявлениям конкурсного управляющего и ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 11.10.2022.

Суд установил:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (далее – общество «Стройсервис», должник) его конкурсный управляющий ФИО4 (далее – управляющий) обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 (далее – ФИО5) и ФИО6 (далее – ФИО6, далее совместно указанные лица – ответчики).

Определением суда от 12.09.2016 производство по заявлению приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Конкурсный кредитор ФИО2 (далее – ФИО2, кредитор) 14.10.2021 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности в солидарном порядке ФИО5, ФИО6, ФИО7 (далее – ФИО7), ФИО8 (ФИО9) Яны Игоревны (далее – ФИО10), ФИО11 (уточнение от 23.11.2021, далее – ФИО11), ФИО12 (уточнение от 09.12.2021, далее – ФИО12).

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 23.12.2021 производство по заявлению управляющего возобновлено. Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 21.01.2022 заявление ФИО2 объединено в одно производство с заявлением управляющего для совместного рассмотрения.

Определением от 09.06.2022, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2022, Арбитражный суд Кемеровской области признал доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО6 по обязательствам должника. Суд взыскал с указанных лиц в конкурсную массу должника денежные средства в сумме 17 770 283,69 руб.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратился с кассационной жалобой, в которой просит привлечь к субсидиарной ответственности: ФИО7, ФИО10, ФИО12 и ФИО11

По мнению кассатора, судами неверно применены положения статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в соответствующей редакции (далее по тексту – Закон о банкротстве); не дана оценка представленным доказательствам и обстоятельствам о значительном наращивании родственниками ФИО10 и ФИО5 имущества в период осуществления должником под руководством последнего вывода значительного объема денежных средств в свою пользу, а также своей супруги (ФИО10), при отсутствии доказательств, подтверждающих наличие у родственников финансовой возможности приобрести дорогостоящее имущество, в частности: ФИО7 (мать ФИО5) – квартира в городе Новокузнецке, площадью 77,5 кв. м (приобретена 15.12.2013 по цене 4 210 000 руб.), автомобиль БМВ Х4, 2017 года выпуска, стоимостью 3 150 000 руб. (водительских прав ФИО7 не имеет, по сведениям Государственной Инспекции дорожного движения (далее – ГИБДД) за 2019-2020 годы ФИО10 и ФИО5 неоднократно оштрафованы за нарушение правил дорожного движения при управлении указанным транспортным средством); автомобиль Тойота камри (приобретен 31.03.2017 по цене 1 729 137 руб., по сведениям ГИБДД к административной ответственности неоднократно привлекался ФИО7); ФИО13 (супруга ФИО5) – выведены активы должника в сумме 50 303 600 руб., имеется имущество в виде права аренды земельного участка по адресу: Кемеровская область, СНТ «Куртуковские поляны», земельный участок № 69 площадью 343 кв. м рыночной стоимостью 5 843 500 руб.; ФИО12 (отец ФИО5) – земельный участок по адресу: Кемеровская область, СНТ «Куртуковские поляны», участок № 69 А площадью 337 кв. м, рыночной стоимостью 5 843 500 руб.; ФИО11 (мать ФИО10) – участник общества с ограниченной ответственностью «Сибирский текстиль НК», первоначальным участником данного общества являлась ФИО10, после предъявления требований о признании сделок по перечислению последней денежных средств в сумме 50 303 600 руб. учредителем стала ФИО11, при этом ФИО10 не утратила корпоративного контроля над предприятием, выполняя функции руководителя.

В заседании представитель кредитора поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Учитывая надлежащее извещение иных участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассматривается в их отсутствие.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ в пределах доводов кассационной жалобы законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Из материалов дела следует и судами установлено, что согласно сведений выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, ФИО6 является единственным участником должника, одновременно он исполнял обязанности его руководителя с 10.08.2012 по 10.09.2013, в дальнейшем с 10.09.2013 - ФИО5

ФИО5 уволен с должности директора 01.06.2015, документы переданы по акту приема-передачи ФИО6 (определение суда от 24.06.2016).

Решением суда от 11.02.2016 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство.

В ходе процедуры банкротства управляющим выявлены и оспорены сделки по перечислению денежных средств, совершенные должником в лице руководителя ФИО5 в пользу:

- общества с ограниченной ответственностью «Сибирский Текстиль» в сумме 4 384 000 руб. в период с 24.02.2015 по 05.06.2015 (определение суда от 08.06.2017);

- ФИО5 в сумме 8 185 000 руб. в период с 24.05.2013 по 11.06.2015 (определение суда от 06.07.2017);

- ФИО10 в сумме 47 000 000 руб. в период с 13.01.2014 по 17.03.2014 (определение суда от 12.12.2016) и 3 003 600 руб. в период с 20.08.2013 по 27.12.2013 (определение суда от 09.09.2016);

- общества с ограниченной ответственностью «Технологии Кузбасса» в сумме1 430 000 руб. в период: 24.02.2014 и с 24.02.2015 по 27.02.2015 (определение суда от 27.02.2017).

В рамках указанных обособленных споров оспариваемые сделки признаны недействительным по основаниям, предусмотренным положением части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как совершенные в пользу заинтересованных лиц в период неплатежеспособности должника с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Документация общества «Стройсервис» управляющему не передавалась, в связи с чем сделки оспорены на основании анализа движения денежных средств по расчетному счету должника.

Договоры займа, указанные в выписках в качестве основания перечисления денежных средств, не представлены, также, как и иная (кадровая и бухгалтерская документация должника), подтверждающая обоснованность перечисления денежных сумм в качестве заработной платы.

Согласно определениям суда от 14.01.2016, от 18.05.2016, от 14.05.2016, от 16.10.2015 признаны обоснованными требования кредиторов должника в сумме: налогового органа - 5 437 431,59 руб., общества с ограниченной ответственностью «Багиль» - 994 746,08 руб., общества с ограниченной ответственностью «Сибириада» - 9 172 354,14 руб., общества с ограниченной ответственностью «ВС-Комплект» -1 192 953,80 руб.

Ссылаясь на то, что совершение контролирующими должника лицами сделок по выводу активов привело к банкротству должника, в том числе в пользу родственников бывшего директора должника ФИО5, неисполнение ими обязанности по передаче документации должника, что привело к невозможности формирования конкурсной массы, управляющий и кредитор обратились с указанными заявлениями в суд.

Удовлетворяя заявления и привлекая к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5 и ФИО14 в виде взыскания 17 770 283,69 руб., суд исходил из того, что совершение ФИО12 сделок по безвозмездному перечислению денежных средств должника в свою пользу, а также родственников и юридических лиц, в которых руководителями являлись родственники указанного лица, привело к значительному ухудшению финансового состояния должника (признаки неплатежеспособности возникли с сентября 2014 года) и, как следствие, невозможности своевременного погашения требований кредиторов, в дальнейшем, включенных в реестр требований кредиторов должника; неисполнение ответчиками обязанности по передаче управляющему документации должника, затруднило проведение мероприятий по формированию конкурсной массы.

Отклоняя заявление о пропуске срока исковой давности, суд указал на то, что управляющий утвержден 11.02.2016, настоящее заявление подано 03.06.2016.

Относительно требований кредитора к ФИО7, ФИО10, ФИО12, ФИО11 суд указал на участие данных лиц в деле в качестве третьих лиц в связи с недоказанностью обстоятельств получения ими фактической выгоды.

Седьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции, дополнительно отклонив доводы кредитора о неверном определении даты объективного банкротства.

Суд округа находит обоснованными доводы кассационной жалобы, поскольку судами заявление кредитора в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО10, ФИО12, ФИО11 по существу не рассмотрено.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), требование о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве представляет собой групповой косвенный иск, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства. При этом конечной целью предъявления соответствующего требования является возмещение вреда, причиненного кредиторам в результате действий контролирующих лиц, направленных на доведение должника до банкротства.

Сторонами по такому иску являются, с одной стороны, сообщество кредиторов (независимо от их персонального состава), с другой стороны, контролирующее или совместно действующее с ним лицо в качестве ответчиков.

Применительно к делу о банкротстве обращение конкурсного управляющего (кредиторов) в арбитражный суд осуществляется в форме заявления, в котором должно быть изложено требование к ответчику (ответчикам), вытекающее из спорного материального правоотношения (предмет иска) (статья 125 АПК РФ).

Формулирование предмета требования является прерогативой заявителя. Процессуальный закон не предоставляет суду полномочий по изменению по своему усмотрению предмета заявления.

Обращаясь в суд с заявлением, кредитор ФИО2 указал на наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО6, ФИО5, ФИО15, ФИО7, а также ФИО11 (уточнение от 23.11.2021), ФИО12 (уточнение от 09.12.2021).

В обоснование привлечения ФИО7, ФИО15, ФИО12 и ФИО11 кредитором по существу приведены доводы о том, что в условиях совершения ФИО5 неправомерных действий по выводу активов (денежных средств) должника, отсутствия у субсидиарных ответчиков (родственников) доходов единственным источником приобретения ими в период с 2013 года значительного количества движимого и недвижимого имущества являлись активы (денежные средства) должника, а также указал на наличие обстоятельств, подтвержденных вступившими в законную силу судебными актами, вывода денежных средств в пользу своей супруги (ФИО10) и юридических лиц, подконтрольных указанным лицам.

В рассматриваемом случае в порядке положений статей 49, 125, 126 АПК РФ кредитор сформулировал свои требования к данным физическим лицам, указав на наличие оснований для их привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по приведенным им обстоятельствам (соответствующие требования указаны в просительной части заявлений, поданных в суд 14.10.2021, 23.11.2021, 09.12.2021).

Следовательно, выводы судов о наличии у указанных лиц по данному обособленному спору статуса – заинтересованных (третьих лиц) противоречат материалам дела и процессуальной позиции кредитора, сформулировавшего свои требования к ним в рамках обособленного спора как к ответчикам.

При разрешении спора по существу заявленные кредитором доводы и основаниядля привлечения данных лиц к субсидиарной ответственности судами не включены в предмет исследования и оценки, соответствующие обстоятельства судами не устанавливались.

В рассматриваемом случае судами следовало исходить из следующего.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 304-ЭС19-25557(3), учитывая объективную сложность получения кредитором отсутствующих у него прямых доказательств дачи бенефициаром указаний относительно совершения тех или иных сделок, направленных на выведение из оборота должника денежных средств, должны приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, анализ поведения вовлеченных в спорные отношения субъектов.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым.

Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

В пункте 3 в пункте 26 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.); суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника; суд может признать лицо контролирующим должника по любым иным доказанным основаниям (пункт 5 статьи 61.10), которые прямо в законе не указаны; перечень оснований и обстоятельств, перечисленных в пунктах 3 - 7 указанного постановления, не является исчерпывающим.

В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», абзац первый пункта 22 Постановления № 53).

Сами по себе факты наличия семейных отношений в отдельности не свидетельствуют о наличии оснований для возложения на родственников контролирующего должника лиц ответственности за соучастие в доведении до банкротства.

Вместе с тем изложенное не исключает возможности использования родственников в качестве инструмента для сокрытия контролирующими должника лицами имущества должника от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов.

Вред кредиторам может быть причинен не только доведением должника до банкротства, но и умышленными действиями, направленными на создание невозможности получения кредиторами полного исполнения за счет имущества контролирующих лиц, виновных в банкротстве должника, в том числе путем приобретения их имущества родственниками по действительным безвозмездным сделкам, не являющимся мнимыми, о вредоносной цели которых не мог не знать приобретатель. При этом не имеет правового значения, какое именно имущество контролирующих лиц освобождается от притязаний кредиторов на основании подобной сделки - приобретенное за счет незаконно полученного дохода или иное, поскольку контролирующее лицо отвечает перед кредиторами всем своим имуществом, за исключением того, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание (статья 24 ГК РФ).

В этом случае возмещение причиненного кредиторам вреда ограничено по размеру стоимостью имущества, хотя и сменившего собственника, но, по сути, оставленного в семье (статья 1082 ГК РФ).

Указанная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2019 № 305-ЭС19-13326.

Судами установлено, что вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу о признании недействительными сделок должника установлены обстоятельства недобросовестного поведения ФИО5 по выведению денежных средств в свою пользу и своих родственников, а юридических лиц, подконтрольных указанным лицам, в период с 24.05.2013 по 11.06.2015 из имущественной сферы должника, что привело к банкротству последнего.

В рассматриваемом случае с учетом приведенных кредитором доводов в предмет доказывания по обособленному спору входило установление обстоятельств: объема имущества, поступившего в распоряжение семьи бывшего руководителя должника, его стоимости, источника происхождения денежных средств на приобретение данных активов (соответствующие доходы указанных лиц (семьи), иные источники получения денежных средств), сопоставление объемов приобретенного имущества с личным доходом каждого из ответчика.

С учетом указанных обстоятельств, в том числе возможности (либо не возможности) ответчиков за счет собственного дохода (иных легальных имущественных вложений) приобрести находящееся (находившееся) в спорный период в индивидуальной собственности имущество подлежал установлению факты возможности (невозможности) и степени вовлеченности каждого лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в совершение противоправных действий по выводу активов должника.

Вместе с тем, объем имущества, в целом его стоимость и источники его приобретения судами фактически не установлены.

Суд округа полагает, что обжалуемые судебные акты приняты с нарушением норм процессуального права, в связи с чем, на основании части 3 статьи 288 АПК РФ подлежат отмене.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», дело может быть направлено на новое рассмотрение на основании пункта 3 части 1 статьи 287 АПК РФ, если для разрешения спора и применения норм права требуется установление нижестоящими судами обстоятельств, которые ранее судами не устанавливались, и между сторонами существует спор, имели ли место данные обстоятельства.

В связи с тем, что судами не приняты меры к полному и всестороннему исследованию всех обстоятельств обособленного спора, имеющих существенное значение для его правильного разрешения, с учетом того, что требования ФИО2 в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО10, ФИО12 и ФИО11 по существу не рассмотрены, обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении обособленного спора в отмененной части суду необходимо устранить изложенные недостатки, при правильном распределении бремени доказывания установить все фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения данного спора, полно и всесторонне исследовать доводы сторон и представленные ими доказательства, дать им надлежащую правовую оценку, указать мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил доводы лиц, участвующих в деле, и с учетом этого принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь пунктами 1, 3 части 1 статьи 287, статьями 288, 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа,

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 09.06.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2022 по делу № А27-13698/2015 отменить в части не рассмотрения заявления ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО8 (ФИО9) Яны Игоревны, ФИО12 и ФИО11.

В отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.


Председательствующий Е.А. Куклева


Судьи М.Ю. Бедерина


ФИО1