Решение от 26 февраля 2018 г. по делу № А40-45121/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-45121/17-12-257
г. Москва
27 февраля 2018 года
Резолютивная часть решения объявлена 20 февраля 2018 года

Решение изготовлено в полном объеме 27 февраля 2018 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи – Чадова А.С.

протокол судебного заседания составлен секретарем ФИО1

рассмотрел в судебном разбирательстве дело по заявлению

Акционерное общество «Хейнекен Чешская Республика» (Чехия)

к ответчику: ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ИНТЕРБЕВ" (ОГРН <***> ИНН <***>)

третье лицо: 1) ЦЕНТРАЛЬНАЯ АКЦИЗНАЯ ТАМОЖНЯ (ОГРН <***> ИНН <***>), 2) SIA «TRADE IG»

о запрете использовать товарный знак, взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака в размере 50.000 рублей.

в заседании приняли участие: согласно протоколу.

УСТАНОВИЛ:

С учетом уточнений АО ФИО2 (Франция) (далее также – истец, правообладатель) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ООО «Интербев» (далее также – ответчик) с требованиями:

- запретить «Интербев» осуществлять любые действия по использованию товарного знака «Krusovice» с номером в соответствии с международной регистрацией № 278869 на товарах, помещенных под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребования по таможенной декларации № 10009142/181016/0005846 без согласия правообладателя, в том числе вводить в гражданский оборот на территории Российской Федерации указанные товары с размещенным на них указанным товарным знаком, осуществлять ввоз, рекламу, хранение, продажу и иное распространение и использование на территории Российской Федерации соответствующих товаров, маркированных указанным товарным знаком.

- о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак в размере 50.000 рублей.

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено SIA TRADE IG.

Истец, основываясь на совокупном применении: ст. 13 Соглашения о единых принципах регулирования в сфере охраны и защиты прав интеллектуальной собственности, подписанного РФ, Республикой Беларусь и Республикой Казахстан в городе Москве 09.12.2010 (вступило в силу для РФ 25.07.2011); ст. 12, ст. 1225, п. 1 ст. 1229, п. 1 ст. 1231, п. 1 ст. 1232, ст. 1479, п.п. 1, 2 ст. 1484, ст. 1487 ГК РФ; пп. 3 п. 1 ст. 4, ст.ст. 179, 180, 181, 186, 188, 189, 209, п. 1 ст. 328, п. 2 ст. 331, п.п. 1, 3 ст. 333 Таможенного кодекса Таможенного союза (далее – ТК ТС); п. 2 Определения Конституционного Суда РФ от 22.04.2004 №171-О; п. 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.02.2011 №11, п. 15 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.12.2007 №122 полагает, что гражданско-правовое нарушение исключительных прав истца на Товарные знаки в настоящем деле заключается в использовании ответчиком Товарных знаков без согласия их правообладателя (истца) путём ввоза на территорию РФ товаров, маркированных Товарными знаками, по декларации под таможенной процедурой «выпуск для внутреннего потребления».

Представитель истца в судебном заседании поддержал заявленные требования, просил запретить использовать рассматриваемый товарный знак по основаниям, изложенным в заявлении.

Ответчик, Компания SIA TRADE IG и Центральная акцизная таможня представителей в судебное заседание не направили, о времени и месте проведения судебного разбирательства были извещены надлежащим образом, в связи, с чем суд в порядке ст.ст. 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрел дело в отсутствие их представителей.

От ответчика поступило ходатайство об оставлении искового заявления без рассмотрения на основании того, что истцом представлена ненадлежащая выписка из торгового реестра.

При этом, в соответствии с действующим законодательством, ст. 148 АПК РФ предусмотрен закрытый перечень оснований для оставления искового заявления без рассмотрения. Данный перечень не содержит указания на возможность оставления искового заявления без рассмотрения при описанных в ходатайстве обязательств.

Обзор практики разрешения судами споров, связанных с защитой иностранных инвесторов, на который ссылается ответчик, утвержден Постановлением Верховного суда РФ от 12.07.2017 г., в то время как исковое заявление было подано 14.03.2017 г., проверка статуса истца была осуществлена судом на первом судебном заседании 11.04.2017 г. Судом был применен действующий процессуальный закон, в котором не содержалось требования к сроку, в который должны быть получены соответствующие документы, подтверждающие статус юридического лица.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителя истца, оценив в совокупности представленные доказательства, суд посчитал требования заявителя подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, Истец является правообладателем Товарного знака «Krusovice» с номером в соответствии с международной регистрацией № 278869.

Согласно уведомлению «О приостановлении выпуска товаров» Центральной акцизной таможни принято решение о приостановлении выпуска светлого солодового пива, представленного к таможенному оформлению ответчиком по ДТ № 100009142/181016/0005846, на котором имеется товарный знак, принадлежащий истцу.

Грузополучателем и декларантом товара является ответчик. Поскольку по сведениям, внесенным в Таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности в отношении товарных знаков, ответчик не является уполномоченным импортером товаров, маркированных товарными знаками, Центральная акцизная таможня приостановила выпуск товара на таможенную территорию Российской Федерации.

Согласия на ввоз и/или иные последующие действия по введению в гражданский оборот на территории РФ в отношении товаров, содержащих Товарные знаки, задекларированных ответчиком в Спорной декларации, истец не давал. В договорных отношениях истец с ответчиком не состоит.

В соответствии с ч. 1 ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (ст. 1233), Гражданским кодексом Российской Федерации не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность.

Согласно ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Таким образом, следует отметить, что истец как правообладатель имеет исключительное (приоритетное, преимущественное) право на использование своего товарного знака любым не противоречащим закону способом.

Факт незаконного использования товарного знака ««Krusovice» с номером в соответствии с международной регистрацией № 278869 подтвержден доказательствами, представленными в материалы дела, при этом, вопрос оценки этих доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Согласно ч. 4 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены настоящим Кодексом.

В силу положений ч. 2 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации ввоз на таможенную территорию Российской Федерации товаров, маркированных товарным знаком, является формой использования товарного знака при введении в гражданский оборот на территории России, при этом, ст. 1487 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит ограничение прав правообладателя товарного знака, вытекающих из его регистрации, которое заключается в указании на то, что не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Согласно материалам дела, истец и ответчик в договорных отношениях не состоят, при этом, согласия ответчику на ввоз продукции (вода) маркированного товарным знаком «Krusovice» с номером в соответствии с международной регистрацией № 278869 по ДТ №100009142/181016/0005846 в общем количестве 600 штук истец не давал, что сторонами и не оспаривается.

Декларантом при ввозе товара по Спорной декларации под таможенной процедурой «выпуск для внутреннего потребления» в соответствии со ст. 186 ТК ТС может быть только лицо государства – члена Таможенного союза, которым третье лицо не является. Следовательно, ООО «Интербев», выступающее декларантом по Спорной декларации, является надлежащим ответчиком по настоящему делу.

Исходя из смысла ст. 1484 ГК РФ, для установления факта незаконного использования товарного знака необходимо установить наличие сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с зарегистрированным товарным знаком истца и установить однородность товаров, в отношении которых применяется соответствующее обозначение ответчика и товарный знак истца.

Однородность признается по факту, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения.

Факт незаконного использования рассматриваемых товарных знаков подтвержден доказательствами, представленными в материалы дела, при этом, вопрос оценки этих доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Суд, оценив в соответствии со ст.ст. 66, 67, 68, 71 АПК РФ представленные доказательства, пришел к выводу о том, что факт маркировки спорного товара охраняемыми обозначениями в виде товарных знаков, права на которым принадлежат истцу, подтвержден и фактически ответчиком не оспаривается. Наличие товарных знаков также подтверждено пояснениями Центральной акцизной таможни.

Согласно п. 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.12.2007 № 122 вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

В силу п. 2 ст. 1227 ГК РФ переход права собственности на вещь не влечёт переход или предоставление прав на средство индивидуализации, выраженное в этой вещи.

Непосредственное введение правообладателем товарного знака (или с его согласия) товаров в хозяйственный оборот на территории других стран не может считаться введением их в хозяйственный оборот на территории РФ (если иное не предусмотрено международным договором с участием РФ, например, для стран Таможенного союза) и, следовательно, в подобных случаях правообладатель товарного знака, зарегистрированного на территории РФ, не лишается права запрещать его использование другим лицами.

В материалах дела не имеется доказательств, подтверждающих согласие истца, как правообладателя Товарных знаков, на введение ответчиком в гражданский оборот в РФ (или в остальных двух странах Таможенного союза) товаров, маркированных Товарными знаками.

В силу п. 1 ст. 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (ст. 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в п. 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности, путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территорию Российской Федерации.

Пункт 2 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации не содержит исчерпывающего перечня способов осуществления исключительного права на товарный знак и знак обслуживания для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых эти знаки зарегистрированы. В то же время перечень позволяет достаточно полно определить круг действий по использованию товарного знака, совершение которых другими лицами без разрешения правообладателя означает нарушение исключительного права последнего и влечет установленную законом ответственность, в том числе гражданско-правовую.

Характерной особенностью правового режима использования товарного знака является почти полное отсутствие ограничений исключительного права правообладателя. Единственным таким ограничением, предусмотренным законодательством, является указание об исчерпании исключительного права (ст. 1487 Гражданского кодекса Российской Федерации), в соответствии с которым не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Принцип исчерпания права означает, что правообладатель не может препятствовать использованию знака применительно к тем же товарам, которые введены в гражданский оборот им самим либо с его согласия, то есть он не может осуществлять свое право дважды в отношении одних и тех же товаров, поставляемых на товарный рынок.

Принцип исчерпания права имеет территориальное действие - товар должен быть введен в гражданский оборот на территории Российской Федерации.

В силу п. 3 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован.

Исходя из ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации ввоз на территорию Российской Федерации товара с нанесенным на него товарным знаком является самостоятельным способом использования этого товарного знака, что согласуется с правовой позицией, изложенной в п. 15 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 г. № 122.

Во взаимосвязи с положениями ст. 1487 Гражданского кодекса Российской Федерации, регламентирующей порядок исчерпания исключительного права на товарный знак и предусматривающей такое исчерпание при законном вводе товаров в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно обладателем исключительного права или с его согласия, следует вывод о неправомерном введении ООО «Интербев», в гражданский оборот на территории Российской Федерации рассматриваемых товаров.

Непосредственное введение владельцем товарного знака (или с его согласия) товаров в хозяйственный оборот на территории других стран не может считаться введением их в хозяйственный оборот на территории Российской Федерации (если не предусмотрено международным договором Российской Федерации) и, следовательно, в подобных случаях владелец товарного знака, зарегистрированного на территории Российской Федерации, не лишается права запрещать его использование другим лицами.

В силу абз. 2 п. 1 ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Данное положение по своему правовому характеру является императивным, не оставляющим субъектам правоотношений возможность выбора действий, за исключением самого правообладателя, поскольку, наряду с правом разрешать использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации правообладатель наделен также правом запрещать другим лицам использование этого результата или средства. Данная формулировка свидетельствует о наличии общего запрета в отношении использования, обращенного ко всем третьим лицам.

Следовательно, все третьи лица, желающие использовать указанные объекты интеллектуальной собственности, должны получить разрешение правообладателя в установленной форме.

Следует также учесть, что право запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации носит более универсальный характер, чем право разрешать такое использование, так как оно действует и в тех случаях, когда закон не допускает распоряжения исключительным правом и, следовательно, делает невозможным использование соответствующего результата или средства третьими лицами на законном основании.

Действующее законодательство, а именно п. 1 ст. 1515 и п. 4 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливает наличие двух видов контрафактных материальных носителей: а) при создании неоригинального товара (материального носителя) с размещением на нем товарных знаков правообладателя без его согласия; б) при незаконном (контрафактном) использовании оригинального товара (материального носителя), которое приводит к нарушению исключительного права правообладателя - признание материального носителя контрафактным осуществляется в судебном порядке, что согласуется с правовой позицией Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 25 Постановления от 26.03.2009 г. № 5/29.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 23 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 5, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 29 от 26.03.2009 г. «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу п. 3 ст. 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применения в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав. Судам надлежит иметь в виду, что указанное правило подлежит применению к способам защиты соответствующих прав, не относящимся к мерам ответственности. Ответственность за нарушение интеллектуальных прав (взыскание компенсации, возмещение убытков) наступает применительно к ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Являясь коммерческой организацией, при достаточной степени заботливости и осмотрительности ответчик имел возможность получения соответствующий прав на законное использование товарных знаков. Однако этого не сделал и не представил суду доказательств, свидетельствующих об отсутствии его вины.

При рассмотрении настоящего спора судом установлено наличие вины ответчика в форме неосторожности, поскольку ответчик, осуществляя предпринимательскую деятельность при осуществлении купли-продажи товаров, которые в силу своей специфики потребления и назначения, могут содержать средства индивидуализации, не проявил той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, и не принял все меры для надлежащего исполнения этого обязательства.

Изложенная позиция содержится также в положениях Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 г. № 11 «О некоторых вопросах применения особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».

Способы использования товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара в силу ст.ст. 1484 и 1519 Гражданского кодекса Российской Федерации не ограничиваются лишь размещением перечисленных средств индивидуализации. Правообладателю принадлежит исключительное право использования товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара любым не противоречащим закону способом.

Согласно абз. 5 п. 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 г. № 11 «О некоторых вопросах применения особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», за нарушение, заключающееся в реализации товаров, содержащих незаконное воспроизведение товарного знака, к административной ответственности, предусмотренной ст. 14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, может быть привлечено любое лицо, занимающееся этой реализацией, а не только первый продавец соответствующего товара.

В соответствии с п. 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 г. № 11 «О некоторых вопросах применения особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» в силу ч. 2 ст. 2.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях юридическое лицо несет ответственность за совершенное административное правонарушение, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

При этом критерии виновности юридического лица подразумевают необходимость оценки его фактического поведения как коллективного субъекта права, располагающего иными, нежели физическое лицо, возможностями и условиями для реализации требований публичного порядка.

С учетом этого ответственность юридического лица за совершение правонарушения, установленного статьей 14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, наступает в том числе в случае, если лицо использовало чужой товарный знак, не проверив, предоставляется ли ему правовая охрана в Российской Федерации, и (или) не проверив, осуществляет ли оно такое использование на законных основаниях.

Указанное административное правонарушение может быть совершено не только умышленно, но и по неосторожности.

Следовательно, ответственность за совершение данного правонарушения наступает в том числе в случае, если лицо знало или должно было знать, что использует чужой товарный знак, но не проверило, осуществляет ли оно такое использование на законных основаниях.

В данном случае ответчик не представил доказательств, свидетельствующих, что правонарушение вызвано чрезвычайными обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми препятствиями, находящимися вне его контроля. Заявитель имел реальную и объективную возможность для обеспечения исполнения обязательств, предусмотренных действующим законодательством, за нарушение которых предусмотрена ответственность, в том числе, гражданско-правовая, однако, не только не принял всех зависящих от него мер по их соблюдению, но и в рамках судебного разбирательства продолжает отрицать сам факт наличия у него такой публично-правовой обязанности. Общество имело реальную возможность получить сведения о правовой охране товарного знака, данных правообладателя, наличии разрешений на использование товарного знака, так как подобная информация носит открытый и общедоступный характер.

Исходя из положений ст. 12 указанного Соглашения и положений ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что правообладатель вправе по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование средства индивидуализации. Ссылаясь на ст. 13 данного Соглашения, ответчик не учитывает, что данная норма предусматривает исчерпание исключительного права только тогда, когда товар введен в гражданский оборот правообладателем или с его согласия.

Поскольку ответчик не представил доказательств того, что товар введен в гражданский оборот правообладателем или с его согласия, то ст. 13 указанного Соглашения не может быть применена к правоотношениям, являющимся предметом рассмотрения в настоящем деле.

Статья 1487 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает равные правила для российских и иностранных участников правоотношений. Согласно данной норме оборот на рынке Российской Федерации любых товаров (иностранных либо отечественных), маркированных товарным знаком, допускается в том случае, если их введение в оборот в Российской Федерации произошло с разрешения правообладателя.

Таким образом, в соответствии со ст. 1487 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая существование общего запрета (абз. 2 п. 1 ст. 1229, п. 3 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации), введение в гражданский оборот на территории Российской Федерации не правообладателем и без его согласия товаров с использованием охраняемого товарного знака является незаконным. И наоборот, товар, введенный в оборот за пределами Российской Федерации с согласия правообладателя, но ввезенный в Российскую Федерацию без согласия правообладателя, считается по Гражданскому кодексу Российской Федерации незаконно введенным в гражданский оборот.

Таким образом, выводы ответчика не основаны на законе, не соответствует доказательствам, представленным в его подтверждение, и сделан без учета обстоятельств, имеющих существенное значение для дела.

В соответствии с п. 3 ст. 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Согласно п. 4 ст. 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 43.2 и 43.3 совместного постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ №5/29 от 26.03.2009 компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков. При этом размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Истцом заявлено о взыскании с ответчика компенсации в сумме 50.000 руб. за нарушение исключительных прав истца на товарный знак «Krusovice» с номером в соответствии с международной регистрацией № 278869.

При определении размера компенсации судом учтены следующие обстоятельства:

Нарушение исключительных прав истца на Товарные знаки заключается во введении ответчиком в гражданский оборот в России маркированного Товарными знаками спорного товара по спорной декларации путём его ввоза на таможенную территорию Таможенного союза под таможенной процедурой «выпуск для внутреннего потребления» без согласия правообладателя Товарных знаков. Необходимо также учесть, что в настоящее время спорный товар по Изменённой декларации фактически выпущен таможней в свободное обращение на территорию Таможенного союза, и пресечь его дальнейшее введение в гражданский оборот крайне затруднительно (характер допущенного нарушения),

Ответчик знал о незаконности своих действий и намерении правообладателя защищать нарушенные Ответчиком исключительные права на Товарные знаки, но продолжал осуществлять нарушение по настоящему делу (степень вины нарушителя),

Действия ответчика по ввозу без согласия истца на территорию РФ спорного товара, маркированного Товарными знаками, могут причинить истцу вероятные убытки (вероятные убытки правообладателя).

Принимая во внимание положения пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, исходя из принципов разумности, справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд полагает обоснованным требование истца о взыскании с ответчика денежной компенсации, рассчитанной исходя из половины средней рыночной стоимости реализации аналогичного товара в России в сумме 50.000 руб. – за нарушение исключительных прав истца на товарный знак «Krusovice» с номером в соответствии с международной регистрацией № 278869.

Оснований для уменьшения начисленной истцом суммы компенсации у суда не имеется.

В силу ч. 1 ст. 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Согласно ч. 1 ст.65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Кроме того, в силу ст. 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Согласно требованиям ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Иные доводы ответчика, изложенные в отзыве на иск и прочих письменных документах по делу, отклонены арбитражным судом, как несостоятельные, противоречащие установленным по делу обстоятельствам, представленным доказательствам и основанные на неверном толковании норм права.

На основании изложенного, оценив представленные в дело доказательства, суд находит исковое требование о взыскании компенсации обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Государственная пошлина распределяется в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Учитывая изложенное и на основании п. 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 г. № 122, Постановления совместного Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 г. № 5/29 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», ст.ст. 12, 14, 1229, 1260, 1272, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также руководствуясь ст.ст. 4, 65, 67, 68, 71, 76, 110, 123, 156, 167-171, 176-177, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайства об оставлении искового заявления без рассмотрения – отказать.

Запретить Обществу с ограниченной ответственностью «Интербев» (ОГРН <***> ИНН <***>) совершать любые действия по использованию товарного знака «Krusovice» с номером в соответствии с международной регистрацией № 278869 на товарах, помещенных Обществом с ограниченной ответственностью «Интербев» под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления по таможенной декларации 10009142/181016/0005846 без согласия правообладателя, в том числе вводить в гражданский оборот на территории Российской Федерации указанные товары с размещенным на них (этикетке, упаковке товаров) указанным товарным знаком, осуществлять ввоз, рекламу, хранение, продажу, иное распространение и использование на территории Российской Федерации соответствующих товаров, маркированных указанным товарным знаком.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Интербев» (ОГРН <***> ИНН <***>) в пользу Акционерного общества «Хейнекен Чешская Республика» (Чехия) компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак в размере 50.000 (пятьдесят тысяч) руб. и расходы по государственной пошлине в размере 8.000 (восемь тысяч) руб.

Решение может быть обжаловано в Девятый Арбитражный апелляционный суд в течении одного месяца со даты его принятия.

Судья: А.С.Чадов