Постановление от 17 мая 2019 г. по делу № А05-729/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

17 мая 2019 года

Дело №

А05-729/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 15 мая 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 мая 2019 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Преснецовой Т.Г., судей Захаровой М.В., Сергеевой И.В.,

рассмотрев 15.05.2019 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Архангельской области от 02.11.2018 (судья Кашина Е.Ю.) и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2019 (судьи Писарева О.Г., Журавлев А.В., Шумилова Л.Ф.) по делу № А05-729/2018,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Архангельской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к ФИО2 о взыскании 29 943 000 руб. убытков, причинённых акционерному обществу «Севзапметалл», место нахождения: 163057, <...>, каб. 302 (В), ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), в период с марта 2016 по июль 2017 при исполнении ответчиком обязанностей генерального директора Общества.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: общество с ограниченной ответственностью «НордСтрой», место нахождения: 163000, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – ООО «НордСтрой»), общество с ограниченной ответственностью «Форест-Норд», место нахождения: 117485, Москва, Профсоюзная ул., д. 96, пом. VII, комн. 3, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – ООО «Форест-Норд»), акционерное общество «Сварочно-монтажный трест», место нахождения: 129090, Москва, Астраханский пер., д. 17/27, стр. 2, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее - АО «Сварочно-монтажный трест»).

Решением суда от 02.11.2018 в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2018 данное решение оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на нарушение судами норм материального права и несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит решение и постановление отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении иска.

Податель жалобы ссылается на то, что суды необоснованно применили положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ); полагает, что ее иск предъявлен в защиту интересов Общества и суды не могли отказать в удовлетворении предъявленных требований со ссылкой на недобросовестность поведения истца, поскольку договоры купли-продажи от 01.03.2016 и 02.11.2016 были заключены ответчиком на заведомо невыгодных для Общества условиях; считает, что суды неправомерно ссылались на обстоятельства, установленные приговором Ломоносовского районного суда города Архангельска от 03.10.2016 по делу № 1-2/2016, и сделали неверный вывод, что действия Общества по заключению договоров в спорный период были согласованы акционерами и соответствовали ожиданиям лиц, контролирующих данное юридическое лицо.

Отзыв на кассационную жалобу не представлен.

Лица, участвующие в деле и надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, своих представителей в суд не направили, что в соответствии со статьей 284 АПК РФ не может служить препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 08.12.1999, его акционерами являются ФИО1 и ФИО2, каждый из которых обладает 50 шт. обыкновенных именных акций.

Генеральным директором Общества с 2012 года и до апреля 2018 года являлся ФИО2

Как следует из материалов дела, между Обществом в лице его директора ФИО2 (продавцом) и ООО «НордСтрой» (покупателем) был заключен договор от 01.03.2016 № 001 купли-продажи песка и песчано-гравийной смеси из месторождения «Чокур», расположенного в административных границах муниципального образования «Вилегодский муниципальный район» Архангельской области на землях Вилегодского лесничества, в запрашиваемых покупателем объемах, но в пределах утвержденных запасов.

В соответствии с пунктом 2.2 договора ориентировочный объем приобретаемого товара составляет 150 000 куб.м.

Согласно пункту 3.1 договора стоимость товара и порядок расчетов определены в Приложении № 1 к договору, из которого следует, что стоимость товара составляет 20 руб. за 1 куб.м товара (в том числе НДС 18%).

В подтверждение факта поставки товара в объеме 25 000 куб.м на сумму 500 000 руб. по договору от 01.03.2016 представлена товарная накладная от 30.06.2016 № 1, не подписанная ООО «НордСтрой».

Помимо этого между Обществом в лице директора ФИО2 (продавцом) и ООО «Форест-Норд» (покупателем) был заключен договор от 02.11.2016 купли-продажи песчано-гравийной смеси и песка с месторождений «Лименда» и «Посное», расположенных в Котласском р-не.

В соответствии с пунктом 2.1 указанного договора цена товара, а также его объем указываются в Приложении к договору. В стоимость товара не входит стоимость погрузки и доставки товара покупателю.

В подтверждение факта поставки товара по договору от 02.11.2016 представлены товарные накладные от 23.11.2016 № 20, от 24.11.2016 № 22, от 16.12.2016 № 23, от 11.01.2017 № 1, от 01.02.2017 № 2, от 23.03.2017 № 4, от 23.03.2017 № 6, от 24.03.2017 № 7, от 27.03.2017 № 8, от 29.03.2017 № 9, от 31.03.2017 № 10, от 10.04.2017 № 11, от 12.04.2017 № 13, от 16.05.2017 № 15, от 16.05.2017 № 16 на общую сумму 6 775 960 руб. Указанные товарные накладные подписаны представителями ООО «Форест-Норд», подписи скреплены оттисками печати.

Согласно сведениям, указанным в данных накладных, стоимость товара составила 40 руб. за 1 куб.м песка (с учетом НДС).

ФИО1 обратилась в арбитражный суд с настоящим иском, ссылаясь на то, что вследствие недобросовестных действий ФИО2 при заключении названных договоров купли-продажи по цене, определенной значительно ниже рыночной стоимости отчуждаемого товара, Обществу были причинены убытки в общей сумме 29 943 000 руб., размер которых определен заключением эксперта.

Суд первой инстанции, исследовав представленные в материалы дела доказательства и документы, в том числе заключени от 27.11.2017 № 24/17-ТЭ и заключение эксперта общества с ограниченной ответственностью «Норд Эксперт» ФИО3, руководствуясь статьей 10 ГК РФ, признал действия истца недобросовестными, а его требования - необоснованными, в связи с чем отказал в удовлетворении иска.

Апелляционная инстанция согласилась с выводами суда и оставила решение без изменения.

Кассационная инстанция, исследовав материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы, не находит оснований для ее удовлетворения и отмены принятых по делу судебных актов в связи со следующим.

Пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ указанное лицо обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Данное лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пункту 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Под убытками в силу статьи 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которое это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. Недоказанность одного из указанных фактов свидетельствует об отсутствии состава гражданско-правовой ответственности.

Истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные для юридического лица последствия.

Проанализировав приведенные правовые положения, всесторонне и полно исследовав и надлежащим образом оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанций признали, что истец не доказал совокупности условий, необходимых для возложения на ФИО2 обязанности по возмещению ущерба, а также посчитали, что в действиях истца усматривается злоупотребление правом, в связи с чем пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности и взыскания с него убытков в пользу Общества.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Отказывая в удовлетворении иска, суды приняли во внимание обстоятельства, установленные приговором Ломоносовского районного суда города Архангельска от 03.10.2016 по делу № 1-2/2016, оставленным без изменения апелляционном определением судебной коллегии по уголовным делам Архангельского областного суда от 29.05.2017, которым ФИО4, являющийся супругом истицы по настоящему делу, был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 210 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ).

При этом суды, ссылаясь положения статей 10 ГК РФ и статьи 69 АПК РФ, признали, что требования ФИО1 по взысканию убытков являются формой недобросовестного поведения, поскольку из материалов дела следует, что действия Общества, в том числе связанные с заключением и исполнением спорных договоров купли-продажи, были согласованы обоими акционерами и соответствовали ожиданиям контролирующих Общество лиц, а ФИО1 (наряду со своим мужем ФИО4) являлась выгодоприобретателем от таких действий. Указывая на данные обстоятельства, суды признали, что исковые требования направлены на получение обогащения за счет ответчика, а не на восстановление нарушенного права.

Как следует из приговора от 03.10.2016 по делу № 1-2/2016 ФИО4 (супруг ФИО5 - истицы по настоящему делу), являясь депутатом Архангельского областного Собрания депутатов 5 созыва, занимая должность заместителя председателя Комитета по промышленности и экономическому развитию, с 2009 года организовал на территории Архангельской области преступное сообщество и подконтрольный его интересам рынок добычи и сбыта общераспространенных полезных ископаемых и строительного песка. В результате разработанной финансовой схемы с целью сокрытия источника происхождения товара и искусственного завышения цены реализации сторонним потребителям купля-продажа строительного песка и общераспространенных полезных ископаемых осуществлялась через аффилированные и подконтрольные структуры, при этом цена приобретения песка устанавливалась в размере не более 30 руб. за 1 куб.м, стоимость реализации конечным потребителям – не дешевле 450 руб. за куб.м.

При этом Общество является одним из юридических лиц, подконтрольных ФИО4 и аффилированных с ним, поскольку одним из его акционеров являлась супруга - ФИО1, которой принадлежало 50% акций.

В связи с тем, что цена реализации товаров по спорным договорам соответствовала цене, определенной в ранее заключенных Обществом аналогичных сделках, а названным приговором установлено, что ФИО2 являлся номинальным руководителем Общества, контролирующим лицом которого выступал ФИО4, который совместно с супругой ФИО1 являлись конечными выгодоприобретателями, получившими от незаконной предпринимательской деятельности незаконные доходы, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что действия ФИО1 по взысканию убытков являются формой недобросовестного поведения, а действия Общества, в том числе связанные с заключением и исполнением спорных договоров купли-продажи, согласованы обоими акционерами и соответствовали ожиданиям контролирующих Общество лиц,

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 ГК РФ в случае несоблюдения установленного в пункте 1 статьи 10 ГК РФ запрета на злоупотребление правами суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно правовой позиции, сформулированной в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение стороны может быть признано недобросовестным по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных положений следует, что в целях достижения задач гражданского судопроизводства и принятия законного и обоснованного решения при определении обстоятельств, имеющих значение для дела, при разрешении спора суд определяет действительные правоотношения сторон, смысл и содержание их действий, направленных на возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, с учетом требований закона о добросовестности, а также имеет право по своей инициативе признать поведение стороны в споре недобросовестным.

Таким образом, исходя из приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации обстоятельство злоупотребления какой-либо из сторон правом является имеющим существенное значение для разрешения дела обстоятельством, поскольку в случае установления такого обстоятельства судом подлежат применению правила пункта 2 статьи 10 ГК РФ.

С учетом конкретных обстоятельств, установленных вступившим в законную силу приговором по уголовному делу, а также положений статьи 69 АПК РФ и статьи 10 ГК РФ кассационная инстанция признает правильной данную судами квалификацию действий истца как злоупотребление правом, что является основанием к отказу в судебной защите и отклонению исковых требований.

Вопреки доводам подателя жалобы, положения статьи 10 ГК РФ, устанавливающие запрет на злоупотребление правом и правовые последствия злоупотребления правом, направлены на реализацию принципа, закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

В данном случае действия ФИО1 свидетельствуют о значительном отклонении поведения от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении своими правами участника во вред иным участникам оборота.

Довод подателя жалобы на неправомерность ссылок судов на приговор от 03.10.2016 по делу № 1-2/2016 подлежит отклонению как противоречащие положениям части 4 статьи 69 АПК РФ, согласно которым вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом. В связи с этим выводы, изложенные в названном приговоре, вынесенном в отношении ФИО4, признанного виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 210 УК РФ, и в апелляционном определении судебной коллегии по уголовным делам Архангельского областного суда от 29.05.2017 по указанному делу, имеет преюдициальное значение для настоящего спора.

Приведенные истцом в кассационной жалобе доводы являлись предметом проверки и оценки судов первой и апелляционной инстанций, они получили надлежащую правовую оценку и правомерно были отклонены судами. Указанные доводы не свидетельствуют о нарушении судами норм материального права, а лишь указывают на несогласие с выводами.

При рассмотрении дела и вынесении судебных актов суды установили все существенные для дела обстоятельства и дали им надлежащую правовую оценку, выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно. Нарушений норм процессуального права, которые могли явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено.

С учетом изложенного кассационная инстанция не находит оснований для отмены решения и постановления апелляционного суда и удовлетворения кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда Архангельской области от 02.11.2018 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2019 по делу № А05-729/2018 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Т.Г. Преснецова

Судьи

М.В. Захарова

И.В. Сергеева