Решение от 3 февраля 2025 г. по делу № А26-6396/2024

Арбитражный суд Республики Карелия

ул. Красноармейская, 24 а, г. Петрозаводск, 185910, тел./факс: (814-2) 790-590 / 790-625

официальный сайт в сети Интернет: http://karelia.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №

А26-6396/2024
г. Петрозаводск
04 февраля 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 28 января 2025 года.

Арбитражный суд Республики Карелия в составе судьи Александрович Е.О.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ильченко Н.Н.,

рассмотрев в судебном заседании материалы дела по иску Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Карелия к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Карелия «Межрайонная больница №1» о взыскании 2 726 289 руб. 90 коп.,

при участии представителей:

истца, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Карелия, - ФИО1 (доверенность от 30.01.2024),

ответчика, государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия «Межрайонная больница №1», - ФИО2 (доверенность от 01.01.2024 № 1-дов/2024),

установил:

Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Карелия (далее – заявитель, Фонд) обратилось в Арбитражный суд Республики Карелия с заявлением к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Карелия «Межрайонная больница №1» (далее – ответчик, Учреждение) о взыскании 2 726 289 руб. 90 коп. излишне понесенных расходов в связи со специальной социальной выплатой.

Исковые требования обоснованы статьями 15, 1064, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, Правилами осуществления Фондом социального страхования Российской Федерации в 2020 - 2021 годах специальной социальной выплаты медицинским и иным работникам медицинских и иных организаций (их структурных подразделений), оказывающим медицинскую помощь (участвующим в оказании, обеспечивающим оказание медицинской помощи) по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19), медицинским работникам, контактирующим с пациентами с установленным диагнозом новой коронавирусной инфекции (COVID-19), утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.10.2020 №1762 (далее - постановление №1762).

Определением суда от 27.08.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство здравоохранения Российской Федерации и Министерство здравоохранения Республики Карелия.

В дополнительных письменных пояснениях по делу Фонд поддержал исковые требования в полном объеме, указав, что представленные Учреждением в материалы дела карты скорой медицинской помощи в отношении водителей ответчика (ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 и ФИО16) не содержат доказательств осуществления медицинской эвакуации пациентов с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19). В отношении ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО30, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28 и ФИО29 документы, подтверждающие осуществление медицинской эвакуации пациентов с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19), Учреждением изначально не представлены.

В отзыве на иск и в дополнительных пояснениях по делу Учреждение исковые требования не признало и в удовлетворении иска просило отказать. Указало, что были обоснованно произведены выплаты за период с января по март 2022 года на общую сумму 634 186,87 руб. Полагает необоснованной позицию Фонда о возможности производства выплат водителям скорой медицинской помощи только при условии участия последних в медицинской эвакуации пациентов с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19). Непосредственная обязанность доказать осуществление медицинской эвакуации пациентов возложена на организации предоставляющие транспортные услуги, при этом для водителей машин выездных бригад скорой медицинской помощи (работников ответчика) существенным обстоятельством, подлежащим выяснению, является обеспечение ими оказания медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекции (СOVID-19). По мнению Учреждения, условие осуществления медицинской эвакуации пациентов с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) имеет непосредственное отношение к немедицинским работникам, занятых в организациях, предоставляющих транспортные услуги. В рамках проведения проверки Учреждением были представлены доказательства об осуществлении у ответчика трудовой деятельности в должности водителя скорой медицинской помощи: ФИО29, ФИО13, ФИО28, ФИО14, ФИО27, ФИО11, ФИО26, ФИО16, ФИО25, ФИО24, ФИО15, ФИО23, ФИО8, ФИО4, ФИО7, ФИО30, ФИО10, ФИО22, ФИО21, ФИО9, ФИО6, ФИО20, ФИО3, ФИО19, ФИО18, ФИО12, ФИО5 и ФИО17 Факт наличия в спорный период трудовых отношений, истцом не оспаривается. Ответчиком представлены доказательства участия поименованных водителей в обеспечение оказания медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19). Кроме того, ответчик указал, что истцом не представлены доказательства факта причинения ему убытков в результате произведенных специальных социальных выплат работникам Учреждения.

В отзыве на иск третье лицо, Министерство здравоохранения Республики Карелия, отметило, что при представлении ответчиком документов, подтверждающих участие водителей скорой медицинской помощи в осуществлении медицинской эвакуации пациентов с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19), оснований для удовлетворения исковых требований не имеется. Уведомило суд о рассмотрении дела в отсутствие его представителя.

В письменных пояснениях по делу и в судебном заседании представитель истца дополнительно сообщил, что представленные карты скорой медицинской помощи с отметкой об эвакуации: в отношении водителя ФИО8 (смена 31.03.2022) и водителя ФИО9 (смена 14.03.2022) – карты представлены ответчиком вне рамок проведения проверки; в отношении ФИО9 (смена 14.03.2022) в карте вызова скорой медицинской помощи стоит шифр 403 (госпитализация), но указано, что больной доставлен в КГБ пешком; в отношении ФИО6 реестр за смену 14.01.2022 в Отделение не поступал, был представлен реестр за смену 13.01.2022. На исковых требованиях настаивал в полном объеме.

Представитель ответчика исковые требования не признал по доводам, указанным в отзыве на иск и письменных пояснениях по делу.

Третьи лица явку представителей в суд не обеспечили, уведомлены надлежащим образом. Дело рассмотрено по существу в отсутствие представителей третьих лиц в порядке части 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Заслушав пояснения представителей сторон, изучив материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

Руководствуясь «Порядком осуществления контроля территориальными органами Фонда социального страхования Российской Федерации за полнотой и достоверностью сведений, предоставляемых медицинскими и иными организациями (их структурными подразделениями) для получения специальной социальной выплаты медицинским и иным работникам», утвержденным по согласованию с Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации Приказом Фонда социального страхования Российской Федерации от 30 июня 2021 г. № 272, Фондом в отношении страхователя была проведена камеральная проверка полноты и достоверности сведений для осуществления территориальным органом Фонда специальной социальной выплаты медицинским и иным работникам в соответствии с Постановлением № 1762 за период с 01.01.2022 по 31.03.2022.

В ходе проверки после рассмотрения представленных страхователем пояснений и документов, информации в информационном ресурсе (COVID-19) Фондом установлено непредставление документов, подтверждающих факты осуществления медицинской эвакуации пациентов с установленным диагнозом новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в эти смены, а также факты о понесенных страховщиком излишних расходах.

Проверкой выявлено нарушение страхователем пункта 10 Правил о том, что организация несет ответственность за представление недостоверных сведений либо сокрытие сведений, влияющих на право получения работником специальной социальной выплаты, в соответствии с законодательством Российской Федерации. В связи с чем расходы, излишне понесенные страховщиком на специальную социальную выплату за период с 01.01.2022 по 01.03.2022, составили 3 063 087,90 рублей.

В ходе проверки составлен Акт проверки медицинских и иных организаций (их структурных подразделений) о выявленных несоответствиях от 16.02.2024 № 43.

Учреждением возражения по акту проверки не представлены.

По результатам рассмотрения материалов камеральной проверки составлен протокол рассмотрения материалов камеральной проверки от 26.03.2024, в соответствии с которым Учреждению предложено возместить расходы, излишне понесенные Фондом на специальную социальную выплату за январь - март 2022 года в сумме 2 726 289,90 руб. в срок до 25.04.2024.

Акт проверки от 16.02.2024 № 43 отменен в сумме 336 798 руб. решением об отмене акта проверки от 01.04.2024 № 17.

В ходе проверки истцом установлено, что документально не подтвержден факт осуществления медицинской эвакуации водителями скорой медицинской помощи (ФИО29, ФИО13, ФИО31, ФИО28, ФИО14, ФИО27, ФИО11, ФИО26, ФИО16, ФИО25, ФИО24, ФИО15, ФИО23, ФИО8, ФИО4, ФИО7, ФИО30, ФИО10, ФИО22, ФИО32, ФИО9, ФИО6, ФИО20, ФИО3, ФИО19, ФИО18, ФИО12, ФИО5, ФИО17) пациентов, у которых выявлена новая коронавирусная инфекция.

Общий размер излишне понесенных расходов Фондом на специальную социальную выплату за январь – март 2022 года по вышеуказанным работникам составил 2 726 289,90 руб.

25.04.2024 истек срок возмещения излишне понесенных Фондом расходов, в связи с этим, в адрес ответчика направлено уведомление от 27.04.2024 об истекшем сроке, которое получено представителем 07.05.2024.

Поскольку в установленный срок Учреждение не возместило расходы, излишне понесенные Фондом на выплату специальной социальной выплаты, Фонд обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, данным в абзацах 1 и 3 пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Для наступления гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность действий причинителей вреда, размер ущерба и причинно-следственную связь между противоправными действиями и возникшим ущербом. Из содержания указанных норм следует, что требование о возмещении убытков может быть удовлетворено при наличии в совокупности доказательств, подтверждающих условия наступления гражданско-правовой ответственности. Так лицо, требующее возмещения причиненных ему убытков, должно доказать наступление вреда, противоправность действий/бездействия причинителя вреда, причинно-следственную связь между виновными (противоправными) действиями причинителя вреда и фактом причинения вреда, а также размер вреда, подтвержденный документально. Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех указанных элементов ответственности.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.10.2020 № 1762 в целях оказания государственной социальной поддержки для медицинских и иных работников, оказывающих медицинскую помощь по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19) и контактирующих с пациентами с таким диагнозом, установлена социальная выплата.

Порядок и условия осуществления специальной социальной выплаты медицинским и иным работникам медицинских и иных, оказывающим медицинскую помощь (участвующим в оказании, обеспечивающим оказание медицинской помощи) по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19), а также медицинским работникам, не оказывающим медицинскую помощь по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19), но контактирующим с пациентами с установленным диагнозом новой коронавирусной инфекции (COVID-19) при выполнении должностных обязанностей (далее соответственно - работники, организации) определен Правилами № 1762, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 30.10.2020 № 1762.

Специальные социальные выплаты в соответствии с подпунктом «а» пункта 2 Постановления № 1762 устанавливаются медицинским работникам, оказывающим медицинскую помощь (участвующим в оказании, обеспечивающим оказание медицинской помощи) по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в соответствии с приказом Минздрава России № 198н.

Специальные социальные выплаты медицинским работникам в соответствии с подпунктом «б» пункта 2 Постановления № 1762 устанавливаются медицинским работникам, не оказывающим медицинскую помощь по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19), но контактирующим с пациентами с установленным диагнозом новой коронавирусной инфекции (COVID-19) при выполнении должностных обязанностей.

В соответствии с пунктом 4 приложения № 10 к приказу Минздрава № 198н структура и штатная численность структурных подразделений медицинской организации для лечения COVID-19 устанавливаются руководителем медицинской организации. Руководитель медицинской организации утверждает временное штатное расписание медицинской организации и осуществляет перераспределение функциональных обязанностей медицинских работников на основании дополнительных соглашений к трудовым договорам, заключаемых в соответствии с Кодексом.

Из пункта 2 Постановления Правительства РФ от 30.10.2020 № 1762 следует, что в целях государственной социальной поддержки медицинских и иных работников медицинских и иных организаций, право на получение специальной социальной выплаты имеют следующие категории работников:

а) оказывающие медицинскую помощь (участвующие в оказании, обеспечивающие оказание медицинской помощи) по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в соответствии с установленным Министерством здравоохранения Российской Федерации временным порядком организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19):

- врачи, оказывающие скорую медицинскую помощь, средний медицинский персонал, участвующий в оказании скорой медицинской помощи, младший медицинский персонал, обеспечивающий оказание скорой медицинской помощи, выездных бригад скорой медицинской помощи - 2430 рублей, 1215 рублей, 950 рублей соответственно за одну нормативную смену;

- фельдшеры (медицинские сестры) по приему вызовов скорой медицинской помощи и передаче их выездным бригадам скорой медицинской помощи - 600 рублей за одну нормативную смену;

- врачи и медицинские работники с высшим (немедицинским) образованием, оказывающие специализированную медицинскую помощь в стационарных условиях, средний медицинский персонал, участвующий в оказании медицинской помощи в стационарных условиях, младший медицинский персонал, обеспечивающий оказание специализированной медицинской помощи в стационарных условиях, - 3880 рублей, 2430 рублей и 1215 рублей соответственно за одну нормативную смену;

- врачи и медицинские работники с высшим (немедицинским) образованием, оказывающие первичную медико-санитарную помощь, средний медицинский персонал, участвующий в оказании первичной медико-санитарной помощи, младший медицинский персонал, обеспечивающий оказание первичной медико-санитарной помощи в амбулаторных условиях, - 2430 рублей, 1215 рублей и 600 рублей соответственно за одну нормативную смену;

- врачи и медицинские работники с высшим (немедицинским) образованием, средний медицинский персонал, младший медицинский персонал патологоанатомических бюро и отделений медицинских организаций, проводящих (обеспечивающих проведение) патологоанатомические исследования, связанные с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19), - 3880 руб., 2430 руб. и 1215 руб. соответственно за одну нормативную смену;

- водители машин выездных бригад скорой медицинской помощи, в том числе занятые в организациях, предоставляющих транспортные услуги, при осуществлении медицинской эвакуации пациентов с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) - 1215 руб. за одну нормативную смену;

- члены летных экипажей воздушных судов санитарной авиации, в том числе занятые в организациях, предоставляющих транспортные услуги, при осуществлении медицинской эвакуации пациентов с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) - 1215 руб. за одну нормативную смену;

б) врачи и медицинские работники с высшим (немедицинским) образованием, средний медицинский персонал, младший медицинский персонал, не оказывающие медицинскую помощь по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19), но контактирующие с пациентами с установленным диагнозом новой коронавирусной инфекции (COVID-19) при выполнении должностных обязанностей, - 2430 руб., 1215 руб., 600 руб. соответственно за одну нормативную смену.

Специальная социальная выплата за календарный месяц рассчитывается как сумма специальных социальных выплат за фактическое число нормативных смен в календарном месяце и производится ежемесячно.

Согласно пункту 4 Правил № 1762 для получения специальной социальной выплаты организации направляют ежемесячно, не позднее 10-го рабочего дня после окончания отчетного месяца, в территориальный орган Фонда по месту своего нахождения реестр работников, имеющих право на получение специальной социальной выплаты (далее - реестр).

В силу пункта 7 Правил № 1762 Фондом осуществляется идентификация работников, указанных в реестрах, и проверка факта их трудоустройства в организации, в том числе с использованием страхового номера индивидуального лицевого счета работника в системе обязательного пенсионного страхования, посредством направления запроса в информационную систему Пенсионного фонда Российской Федерации.

Специальная социальная выплата осуществляется территориальным органом Фонда в течение 7 рабочих дней со дня получения территориальным органом Фонда реестра путем перечисления на банковскую карту или счет работника (пункт 8 Правил № 1762).

Контроль за полнотой и достоверностью сведений, представляемых организациями, осуществляют территориальные органы Фонда в порядке, устанавливаемом Фондом по согласованию с Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации (пункт 11 Правил № 1762).

Пунктами 10 и 12 Правил №1762 установлено, что организация несет ответственность за представление недостоверных сведений либо сокрытие сведений, влияющих на право получения работником специальной социальной выплаты, в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходы, излишне понесенные Фондом в связи с сокрытием или недостоверностью представленных организацией сведений, подлежат возмещению организацией в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В обоснование исковых требований истец сослался на то, что документы, подтверждающие осуществление медицинской эвакуации пациентов с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19), подтверждающие факт контакта с пациентом с установленным диагнозом новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в нормативные смены, указанные Учреждением в реестре сведений, к проверке не представлены.

Возражая против исковых требований, Учреждение, указало, что довод истца о возможности производства выплат водителям скорой медицинской помощи только при условии участия последних в медицинской эвакуации пациентов с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) основан на неправильном толковании закона.

Судом установлено, что ФИО29, ФИО13, ФИО31, ФИО28, ФИО14, ФИО27, ФИО11, ФИО26, ФИО16, ФИО25, ФИО24, ФИО15, ФИО23, ФИО8, ФИО4, ФИО7, ФИО30, ФИО10, ФИО22, ФИО32, ФИО9, ФИО6, ФИО20, ФИО3, ФИО19, Тяглой А.А., ФИО12, ФИО5, ФИО17 являются водителями машины выездной бригады скорой медицинской помощи. В отношении указанных лиц в проверенный период представлены реестры для назначения специальной социальной выплаты с указанием категории «51».

В соответствии с пунктами 4, 5 статьи 35 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» при оказании скорой медицинской помощи в случае необходимости осуществляется медицинская эвакуация, представляющая собой транспортировку граждан в целях спасения жизни и сохранения здоровья (в том числе лиц, находящихся на лечении в медицинских организациях, в которых отсутствует возможность оказания необходимой медицинской помощи при угрожающих жизни состояниях, женщин в период беременности, родов, послеродовой период и новорожденных, лиц, пострадавших в результате чрезвычайных ситуаций и стихийных бедствий).

Медицинская эвакуация включает в себя: 1) санитарно-авиационную эвакуацию, осуществляемую воздушными судами; 2) санитарную эвакуацию, осуществляемую наземным, водным и другими видами транспорта.

Медицинская эвакуация осуществляется выездными бригадами скорой медицинской помощи с проведением во время транспортировки мероприятий по оказанию медицинской помощи, в том числе с применением медицинского оборудования.

Таким образом, для подтверждения обоснованности специальной социальной выплаты доказыванию подлежит факт медицинской эвакуации пациентов, в отношении которых был подтвержден диагноз (COVID-19).

Обязанность представления подтверждающих правомерность назначения специальной социальной выплаты документов лежит исключительно на медицинской организации.

Представленные в материалы дела карты вызова скорой медицинской помощи в отношении водителей: ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 не содержат доказательств осуществления медицинской эвакуации пациентов с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19).

В отношении ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО30, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28 и ФИО29 документы, подтверждающие осуществление медицинской эвакуации пациентов с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) Учреждением ни в ходе проверки ни в материалы дела не представлены.

В отношении ФИО9 (смена 14.03.2022) в карте вызова скорой медицинской помощи стоит шифр 403 (госпитализация), но указано, что больной доставлен в КГБ пешком (том 7 листы 80-81), соответственно, его транспортировка не производилась.

В отношении ФИО6 реестр за смену 14.01.2022 (том 7 листы 83-84) в Отделение не поступал, был представлен реестр за смену 13.01.2022, соответственно, требования по смене 14.01.2022 в настоящем иске не заявлены; на смену 13.01.2022 подтверждающие документы не представлялись. Обратное ответчиком не доказано.

Поскольку доказательств осуществления медицинской эвакуации пациентов с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) в отношении поименованных водителей не представлено, то предоставление социальной выплаты в связи с выездом к больному противоречит абзацу 6 подпункта «а» пункта 2 Постановления № 1762.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам, установленным в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу, что по в отношении ФИО9 (смена 14.03.2022) в материалы дела представлена карта вызова скорой медицинской помощи с отметкой об осуществлении медицинской эвакуации пациента с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19). Таким образом, ответчиком представлены доказательства участия указанного водителя в обеспечении оказания медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) в данную смену.

Общая сумма специальной социальной выплаты данным водителям составила 2 187 руб. Сумма специальной социальной выплаты за одну нормативную смену при осуществлении медицинской эвакуации определена с учетом размера районного коэффициента Муезерского района (1,3 + 0,5) и надбавок за работу в выходные и праздничные дни.

На основании вышеизложенного, Фондом доказан факт несения расходов в излишнем размере в связи с предоставлением Учреждением недостоверных сведений и документов, влияющих на размер получения специальной социальной выплаты в сумме 2 724 102,90 руб. (2 726 289,90 руб. – 2 187 руб.).

Учитывая, что специальные социальные выплаты в указанном размере были перечислены, в результате действий ответчика - направления реестров, содержащих недостоверные сведения, а также учитывая, что ответственность за предоставление недостоверных сведений, влияющих на право получения выплаты, лежала на ответчике, суд приходит к выводу о том, что излишне перечисленная сумма, является убытками для истца, поскольку, фактически, права на получение специальной социальной выплаты работники ответчика не имели.

Доказательств, свидетельствующих о том, что ущерб истцу нанесен не по вине ответчика, не в результате его действий, материалы дела не содержат.

Таким образом, довод ответчика относительно отсутствия факта причинения истцу убытков в размере 2 724 102,90 руб. в результате произведенных специальных социальных выплат работникам ответчика, судом отклоняется как необоснованный.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

На основании изложенного, исковые требования подлежат удовлетворению частично, расчет суммы проверен судом и признан обоснованным, с ответчика подлежат взысканию 2 724 102,90 руб. расходов на выплату специальной социальной выплаты. В остальной части иска суд отказывает.

Расходы по делу в виде государственной пошлины по правилам статьи 110

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям. Поскольку истец в силу пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины, она подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета Российской Федерации в размере 36 602 руб.

Руководствуясь статьями 167-170, 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1.Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия «Межрайонная больница №1» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в пользу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Карелия (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) 2 724 102,90 руб. излишне понесенных расходов в связи со специальной социальной выплатой.

В остальной части исковых требований отказать.

2.Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия «Межрайонная больница №1» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 36 602 руб.

3.Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня изготовления полного текста решения в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Карелия.


Судья

Александрович Е.О.