Постановление от 24 октября 2023 г. по делу № А46-2365/2020

Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


город Тюмень Дело № А46-2365/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 18 октября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 24 октября 2023 года.


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:


председательствующего Мельника С.А.,

судей Глотова Н.Б.,

ФИО1

рассмотрел в судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационные жалобы ФИО2 и конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Сибирский Кедр» ФИО3 на постановление от 21.08.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Брежнева О.Ю., Котляров Н.Е., Сафронов М.М.) по делу № А46-2365/2020 Арбитражного суда Омской области о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибирский Кедр» (646070, Омская область, рабочий <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО2 (Омская область, рабочий посёлок Москаленки) о привлечении к субсидиарной ответственности.

В заседании участвовали: конкурсный управляющий ФИО3, представитель ФИО2 ФИО4 по доверенности от 10.10.2023.

Суд установил:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Сибирский Кедр» (далее - общество, должник) его конкурсный управляющий ФИО3 (далее - управляющий) 06.10.2021 обратился в Арбитражный суд Омской области с заявлением о привлечении бывшего руководителя общества ФИО2 (далее - ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением суда от 25.04.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 19.09.2022, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением суда округа от 09.12.2022 определение арбитражного суда от 25.04.2022 и постановление апелляционного суда от 19.09.2022 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением суда от 12.12.2022 объединены в одно производство заявления управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности и поступившее в арбитражный суд 26.10.2022 его же заявление о взыскании с ответчика 5 014 912 руб. 64 коп. в возмещение причинённых должнику убытков.

Определением суда от 23.03.2023 в удовлетворении заявлений отказано.

Постановлением апелляционного суда от 21.08.2023 определение арбитражного суда от 23.03.2023 отменено в части отказа в привлечении ФИО2 к ответственности в виде возмещения убытков в размере 605 000 руб.; принят новый судебный акт о взыскании названной суммы с ответчика; в остальной части обжалуемое определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО2 просит постановление апелляционного суда от 21.08.2023 отменить, оставить в силе определение арбитражного суда от 23.03.2023.

По мнению заявителя кассационной жалобы, выводы апелляционного суда о причинении убытков должнику сделаны без учёта заключения профессионального бухгалтера о личных затратах ответчика, превышающих расходы общества; судом не принята во внимание специфика ремонтно-строительной деятельности должника, предполагающая предоставление контрагенту гарантийных обязательств в течение пяти лет после завершения работ; не дана надлежащая оценка обстоятельствам нуждаемости общества в помещении.

В кассационной жалобе управляющий просит постановление апелляционного суда от 21.08.2023 отменить в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению заявителя кассационной жалобы, выводы судов об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника сделаны при неполном исследовании имеющихся в деле доказательств; судами не приняты во внимание обстоятельства использования ответчиком оборудования и материалов, приобретённых для нужд общества, и фактического создания им модели бизнеса, предполагающей вывод на него активов должника.

Управляющий полагает, что судами не дана надлежащая оценка заключению о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства общества; выражает несогласие с признанием судами достоверными выводов аттестованного бухгалтера ФИО5 в связи с отсутствием полного пакета документации, необходимой для анализа.

В отзывах на кассационные жалобы ФИО2 и управляющий опровергают доводы своих оппонентов.

В судебном заседании управляющий и представитель ответчика доводы, изложенные, соответственно, в кассационных жалобах и отзывах на них, поддержали.

Изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 274, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемого постановления, суд кассационной инстанции не нашёл оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, ФИО2 является единственным участником общества и (до даты признания должника банкротом) исполнял обязанности его единоличного исполнительного органа.

Тем самым ответчик подпадает под признаки контролирующего должника лица, предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Определением суда от 17.02.2020 принято заявление о признании общества несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 02.12.2020 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, управляющий указал на ненадлежащее исполнение ответчиком обязанности по передаче документации и имущества должника и искажение им данных бухгалтерской отчётности, повлёкшие существенные затруднения в формировании конкурсной массы, а также на совершение бывшим руководителем общества убыточных сделок.

Отказывая при новом рассмотрении в удовлетворении заявления, суд первой инстанции счёл опровергнутой ответчиком презумпцию причинно-следственной связи между неисполнением (ненадлежащим исполнением) руководителем должника обязанности по передаче документации и банкротством общества; не нашёл оснований для признания совершённых ответчиком от имени общества сделок повлёкшими причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Отменяя определении суда первой инстанции в части, апелляционный суд исходил из доказанности оснований для привлечения ФИО2 в ответственности в виде возмещения убытков, возникших вследствие необоснованного расходования денежных средств в рамках одной из сделок должника.

Суд кассационной инстанции считает выводы апелляционного суда правомерными.

1. Привлечение к субсидиарной ответственности.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2022 № 127-ФЗ Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несёт субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Подпунктом 2 пункта 2 названной статьи установлена презумпция наступления такой ответственности в случае если документы бухгалтерского учёта и (или) отчётности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 № 302-ЭС17-9244, отсутствие необходимых документов бухгалтерского учёта не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершённых им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о её взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о его недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счёт которого могут быть погашены требования кредиторов.

В то же время привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53)).

Определением суда от 24.06.2021 удовлетворено ходатайство управляющего о возложении на ответчика обязанности по передаче документации должника, в том числе кассовых книг, авансовых отчётов, приходных и расходных кассовых ордеров за 2015 - 2020 годы, иной первичной документации.

Судами установлено, что часть истребованных документов передана ФИО2 управляющему, в том числе в ходе судебного разбирательства; в обоснование невозможности передачи оставшейся документации ответчик сослался на наличие конфликта с собственником арендуемого офиса и отсутствием доступа в него.

По результатам анализа имеющихся в деле доказательств суды пришли к выводу о недоказанности управляющим наличия существенных затруднений в проведении процедуры банкротства ввиду отсутствия части документов; сочли достаточным имеющийся в распоряжении управляющего объём первичных документов для осуществления мероприятий, предусмотренных в рамках проведения конкурсного производства, в том числе инвентаризации имущества должника, взыскания дебиторской задолженности и оспаривания сделок.

Проанализировав сделки должника, суды также не установили оснований для применения презумпции, предусмотренной подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Соглашаясь с выводами судов в указанной части, суд кассационной инстанции считает необходимым отметить следующее.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2023 № 305-ЭС21-18249(2,3), судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Из материалов настоящего дела усматривается, что в реестр требований кредиторов общества включены требования Федеральной налоговой службы в размере 6 605 руб. 58 коп. (из которых 5 228 руб. 06 коп. пени) и индивидуального предпринимателя ФИО6 (далее – предприниматель) в размере 833 500 руб. основного долга. По сути, банкротство должника обусловлено неисполнением обществом договорных обязательств перед единственным контрагентом.

По смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, неоплата долга кредитору по конкретному договору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве должника.

При этом каких-либо иных обстоятельств, указывающих на совершение ответчиком виновных действий, повлёкших банкротство общества, судами не установлено.

2. Убытки.

Согласно положению пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причинённые по его вине юридическому лицу.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

По смыслу положений главы III.2 Закона о банкротстве обязанность по возмещению убытков является разновидностью гражданско-правовой ответственности контролирующего лица, причинившего своими действиями (бездействием) вред контролируемому им должнику.

В пункте 20 Постановления № 53 разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков либо специальные правила о субсидиарной ответственности - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

В том случае, когда причинённый контролирующими лицами, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки.

Доводы управляющего о причинении обществу убытков действиями ответчика по использованию денежных средств, якобы, на личные нужды, были предметом оценки судов и правомерно отклонены ими.

При этом суды исходили из установленных обстоятельств расходования контролирующим лицом денежных средств общества на нужды последнего, даже в большем объёме, чем им было получено под отчёт (на 752 456 руб. 94 коп.); приняли во внимание заключение лица, обладающего специальными познаниями, - «Профессиональное мнение аттестованного бухгалтера ФИО5 № 4 от 20.02.2023», признав его достоверным и допустимым доказательством.

Основания для иной оценки установленных обстоятельств у суда кассационной инстанции отсутствуют.

В то же время апелляционный суд пришёл к выводу о причинении ответчиком вреда имущественным правам должника и кредиторов вследствие осуществления неразумных и экономически нецелесообразных затрат по аренде принадлежащего заинтересованному по отношению к ФИО2 лицу гаража, непригодного к использованию, и ремонту помещения за счёт средств общества; правомерно взыскал с контролирующего лица 605 000 руб. в возмещение убытков.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, выражают несогласие их заявителей с выводами апелляционного суда об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судом положений об ответственности контролирующих должника лиц и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 21.08.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А46-2365/2020 Арбитражного суда Омской области оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО2 и конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Сибирский Кедр» ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий С.А. Мельник


Судьи Н.Б. Глотов


ФИО1