Решение от 12 ноября 2025 г. по делу № А40-87911/2024

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

Дело № А40-87911/24-22-815
г. Москва
13 ноября 2025 г.
Резолютивная часть решения оглашена 24.09.2025 г.

Решение в полном объеме изготовлено 13.11.2025 г.

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Обидиной Н.В.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Солоповой Е.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "МОСЭНЕРГОСБЫТ" (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 01.04.2005, ИНН: <***>, 117312, Г.МОСКВА, УЛ. ВАВИЛОВА, Д.9)

к ответчикам:

ПУБЛИЧНОМУ АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "РОССЕТИ МОСКОВСКИЙ РЕГИОН" (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 01.04.2005, ИНН: <***>, 115114, Г.МОСКВА, ПР-Д 2-Й ПАВЕЛЕЦКИЙ, Д. 3, СТР 2)

АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "МОСКОВСКАЯ ОБЛАСТНАЯ ЭНЕРГОСЕТЕВАЯ КОМПАНИЯ" (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 07.11.2005, ИНН: <***>, 143421, МОСКОВСКАЯ ОБЛАСТЬ, Г.О. КРАСНОГОРСК, АВТОДОРОГА БАЛТИЯ, ТЕР 26 КМ БИЗНЕС-ЦЕНТР РИГА-ЛЕНД, СТР. Б 3, ПОДЪЕЗД 3, ЭТАЖ 7, ПОМЕЩ. 2, КОМ. 1) о взыскании задолженности

При участии:

от истца – ФИО1 по дов. от 29.11.2024 г.

от ответчиков:

ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "РОССЕТИ МОСКОВСКИЙ РЕГИОН" – ФИО2 по дов. от 08.08.2025 г.

АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "МОСКОВСКАЯ ОБЛАСТНАЯ ЭНЕРГОСЕТЕВАЯ КОМПАНИЯ" – ФИО3 по дов. от 07.03.2025 г.

УСТАНОВИЛ:

АО «Мосэнергосбыт» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ПАО «Россети Московский регион» о взыскании неосновательного обогащения за период с марта 2021 по апрель 2022 в размере 77 137 руб. 80 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за перед с 21.04.2021 по 19.03.2024 в размере 27 329 руб. 35 коп., с последующим начислением, и к АО «Мособлэнерго» о взыскании долга по за период с марта 2021 по апрель 2022 в размере 75 315 руб. 88 коп., неустойки за период с 19.04.2021 по 19.03.2024 в размере 2 793 914 руб. 44 коп., с последующим начислением (с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 49 АПК РФ).

Представитель истца в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить.

Представители ответчиков против удовлетворения исковых требований возражал по доводам, изложенным в отзывах на исковое заявление.

Рассмотрев материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании ст. 71 АПК РФ, арбитражный суд установил, что требования истца подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, между АО «Мосэнергосбыт» (далее – истец), ПАО «Россети Московский регион» (далее – ответчик 1) и АО «Мособлэнерго» (далее – ответчик 2) заключен трехсторонний договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 01.01.2008 № 17-4036, в редакции дополнительного соглашения от 01.01.2008 б/н (далее – Договор № 1). Договор №1 (п. 2.1) заключен Сторонами во исполнение договора оказания услуг по передаче электрической энергии от 04.09.2007 № 17-3916, заключенного между Истцом и Ответчиком 1 (далее – Договор № 2).

Между Истцом и Ответчиком 2 также заключен договор купли-продажи электрической энергии от 01.09.2007 № 17-4037 (далее – Договор купли-продажи).

Как указано в п. 1.2 и 2.1 Договора купли-продажи, данный договор заключен в связи с отношениями Сторон по передаче электрической энергии Истца по электрическим Сетям Ответчика 2 в соответствии с Договором № 1 и величина фактических потерь электроэнергии определяется в соответствии с Договором № 1.

Предметом Договора № 1 и № 2, Договора купли-продажи является:

-  оказание Ответчиком 1 Истцу услуг по передаче электрической энергии через технические устройства электрических сетей, принадлежащих Ответчику 2, до потребителей и сетевых организаций, оплата Истцом услуг Ответчика 1 в соответствии с Договором 2 (абз. 2 п.2.1 Договора № 1), а Ответчиком 1 услуг Ответчика 2 – в соответствии с Договором № 1;

- продажа Истцом и покупка Ответчиком 2 электрической энергии в целях компенсации потерь в сетях Ответчика 2.

Таким образом, Договор №1 и 2, Договор купли-продажи являются связанными между собой.

Объем услуг Ответчика 1 по передаче электрической энергии и величина фактических потерь электроэнергии в сетях Ответчика 2 определяются в соответствии с Договором № 1 и 2 исходя из фактического отпуска электроэнергии потребителям Истца, присоединённым к сетям Ответчика 2 (п. 2 и 3 Приложения 1 к ДС от 01.01.2008 б/н к Договору 1). Объем электроэнергии, переданной Ответчиком 2 потребителям Истца в точках поставки, в том числе третьим лицам, участвует в формировании стоимости котловой услуги Ответчика 1 по передаче электрической энергии (абз. 2 п. 2.1 Договора 1 в редакции ДС от 01.01.2008).

Таким образом, объём услуг по передаче электрической энергии Ответчика 1 и объём электрической энергии, подлежащий покупке Ответчиком 2 для компенсации потерь исходя из положений п. 15(1), 50 Правил № 861 напрямую зависят от объема электрической энергии, переданной потребителям Истца, непосредственно присоединённым к сетям Ответчика 2.

Объём услуг Ответчика 1 равен объёму электрической энергии, переданной потребителям Истца, а размер фактических потерь электрической энергии в сетях Ответчика 2 определяется как разница между количеством электрической энергии, поступившим в сети Ответчика 2 и переданной Ответчиком 2 потребителям Истца в сети других сетевых организаций.

Объем услуг Ответчика 1 по передаче электрической энергии потребителям Истца за спорный период с марта 2021 по апрель 2022 года отражен в актах об оказании услуг по передаче электрической энергии, расчетах стоимости по передаче электрической энергии, формах 18-юр. Стоимость услуг Ответчика 1 в указанном объеме оплачена Истцом в полном объеме, что подтверждается платежными поручениями.

Объем потерь электрической энергии в сетях Ответчика 2 за тот же период также сформирован с учетом данных форм 18-юр и отражен в актах приема-передачи электрической энергии.

Как указывает истец после проведения сторонами расчетов по Договору № 1 и №2, Договору купли-продажи выявлен факт ошибочного определения объема электроэнергии, переданной потребителям, перечисленным в прилагаемом к настоящему иску реестре, в завышенном объеме, что повлекло завышение объема и стоимости услуг Ответчика 1 и занижение объема потерь в сетях Ответчика 2.

Завышение выразилось в том, что несмотря на наличие показаний расчетного прибора учета, объем потребленной энергии в каждом случае в отношении потребителей, перечисленных в расчете Истца, отражался в отчетной форме 18 юр на основании которой сетевые организации определяют общий объем оказанных услуг, в большей величине, нежели фактическое потребление, рассчитанное на основании показаний приборов учета.

В свою очередь объем обязательств потребителя перед гарантирующим поставщиком, и объем обязательств гарантирующего поставщика перед сетевой организацией должны были определятся исключительно из фактического объема потребления электрической энергии конечным потребителем.

Поскольку при определении полезного отпуска в формах 18 юр (на основании которых Ответчик 1 и 2 формируют баланс электрической энергии и определяют объем оказанных услуг) по спорным потребителям были отражены сведения, не соответствующие фактическому потреблению (в завышенном объеме), произошло искусственное увеличение объема полезного отпуска сетевых организаций и:

- завышение объема услуг Ответчика 1 по передаче электрической энергии на 1 649 109 кВтч стоимостью 3 504 468,62 руб.;

- занижение размера фактических потерь в сетях Ответчика 2 на 1 649 109 кВтч стоимостью 5 840 586,21 руб.

Таким образом Истец полагает, что Ответчик 1 получил плату за услуги, которые фактически Истцу не оказаны, в связи с чем на его стороне образовалось неосновательное обогащение в виде излишне полученной стоимости услуг за спорный период.

Ответчик 2 также отказался полностью оплатить электроэнергию в целях компенсации потерь в своих сетях, в связи с чем у Ответчика 2 перед Истцом возникла задолженность по оплате потерь электрической энергии в спорном объеме в рамках Договора.

Таким образом, на стороне Ответчика 1 образовалась неосновательное обогащение в виде излишне оплаченных денежных средств за неуказанные услуги по передаче электрической энергии, а у Ответчика 2 задолженность по оплате электроэнергии в целях компенсации потерь.

Истцом, в целях соблюдения порядка досудебного урегулирования спора, в адреса ответчиков направлены письменные претензии с требованием оплатить задолженность, однако претензии оставлена без внимания и удовлетворения.

На основании изложенного истец просит удовлетворить исковые требования.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Как предусмотрено ч. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Возражая против настоящего иска, Ответчик 1 в отзыве и пояснениях указывает, что исковые требования не правомерны, так как заявленный объем принят и оплачен со стороны Истца, ссылается на неправильное применение Истцом норм материального права о неосновательном обогащении, нарушении п. 15.3 Правил № 861 и недоказанности размера исковых требований.

Возражая против настоящего иска, Ответчик 2 в отзыве и пояснениях так же указывает на недоказанность требований, на предлагаемый неправомерный алгоритм учета Истцом в последующих расчетных периодах «отрицательных» величин согласно подп. «а» п. 21.1 Правил № 124, на отсутствие доказательств завышения объема полезного отпуска.

Суд исследовав документы представленные в материалы дела выслушав позиции сторон приходит к выводу об удовлетворении исковых требований в полном объеме, исходя из следующих установленным им обстоятельств на основании представленных сторонами доказательств и подлежащих применению норм права.

Согласно абз. 2 ч. 2 ст. 37 ФЗ «Об электроэнергетике», договор оказания услуг по передаче электроэнергии заключается гарантирующим поставщиком в интересах обслуживаемых им потребителей электрической энергии.

Услуги, оказываемые Ответчиками Истцу по Договорам № 17-4036, 17-3916, 17-4037 заключаются в передаче электрической энергии в интересах потребителей Истца.

Лицами, в интересах которых оказывается услуга по передаче электрической энергии, являются конечные потребители гарантирующего поставщика (п. 4 Правил № 861).

Ответчик 1 безосновательно утверждает, что квалификация полученных денежных средств как неосновательного обогащения не имеет под собой правовых оснований, так как в соответствии с п. 15(1), 50 Правил № 861 объём услуг по передаче электрической энергии Ответчика 1 напрямую зависит от объема электрической энергии, переданной потребителям Истца, в рассматриваемом случае в отношении потребителей, перечисленных реестре и в отношении, которых произошло ошибочное завышение объема полезного отпуска.

Объём услуг Ответчика 1 равен объёму электрической энергии, переданной потребителям Истца.

Ошибка в определении объема полезного отпуска свидетельствует о том, что объем услуг оказанных сетевой организации в соответствующий период был определен неверно.

Установление факта неправильного расчета стоимости объема полезного отпуска влечет обязанность сетевой организации возвратить энергосбытовой организации все излишне полученные или незаконно удерживаемые в связи с допущенной ошибкой денежные средства (Постановление 10ААС по делу № А41-14053/17, Решение от 24.09.2019 по делу № А40-120427/19, Постановление арбитражного суда Московского округа от 19.02.2018 по делу А41-14053/2017).

Ответчик 1 ссылается на договорные отношения и ошибочно полагает, что заявленные Истцом требования не могут являться неосновательным обогащением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 779, пунктом 1 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить услуги, которые ему оказаны.

Согласно пункту 2 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить в полном объеме услуги, которые не были ему оказаны ввиду невозможности исполнения по его вине, а в случае, когда невозможность исполнения возникла по обстоятельствам, за которые ни одна из сторон не отвечает, в силу пункта 3 названной статьи возмещает исполнителю фактически понесенные расходы.

Все иные случаи удержания исполнителем с заказчика каких-либо денежных средств в связи с оказанием услуг по договору возмездного оказания услуг не имеют правовых оснований и являются неосновательным обогащением исполнителя.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 названного Кодекса.

Истцом предъявлено требование о возврате излишне исполненного по Договору, поскольку Договором не предусмотрена оплата услуг Ответчику 1, которые фактически Истцу в интересах потребителя не оказаны.

Согласно п. 4 информационного письма Президиума ВАС РФ от 11.01.2000 №49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении» правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате ошибочно исполненного.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 29.01.2013 № 11524/12 по делу № А51-15943/2011 основания возникновения обязательства из неосновательного обогащения могут быть различными, в том числе, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, что и имеет место в настоящем случае.

Определение обязательств АО «Мосэнергосбыт» по оплате услуг ПАО «Россети Московский регион» и АО «Мособлэнерго» осуществляется в отношении каждого из обслуживаемых им потребителей электрической энергии исходя из тарифа и объема полезного отпуска, оплачиваемых потребителем электрической энергии (п. 15(1) Правил № 861)).

На основании п. 4 Правил № 861 потребителями услуг по передаче электроэнергии являются правообладатели энергопринимающих устройств, а также гарантирующие поставщики в интересах обслуживаемых ими потребителей.

Следовательно, обязательства АО «Мосэнергосбыт» перед ПАО «Россети Московский регион» и АО «Мособлэнерго» должны определяться в пределах обязательств конечных потребителей, но никак не большем или меньшем объеме.

При этом наличие подписанных актов оказанных услуг и купли-продажи электрической энергии для целей компенсации потерь не препятствует Истцу заявить в суде возражения по объему и стоимости услуг с одновременным представлением доказательств обоснованности этих возражений, что соответствует правовой позиции, сформированной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 09 марта 2011 года № 13765/10, в соответствии с которой наличие акта приемки работ, подписанного заказчиком, не препятствует ему заявить в суде возражения по качеству, объему и стоимости работ с одновременным представлением доказательств обоснованности этих возражений.

Подписанные Истцом и Ответчиком 1 и 2 акты оказанных услуг и купли-продажи электрической энергии для целей компенсации потерь и балансы электрической энергии за спорный период не могут служить доказательством отсутствия у Ответчика 1 неосновательного обогащения, поскольку объем электрической энергии, отраженный в актах оказанных услуг включал в себя объем электрической энергии, фактически не переданный конечным потребителям.

Таким образом Истец обоснованно применяет нормы материального права о неосновательном обогащении.

Суд также отклоняет довод Ответчика 1 о том, что Истцом не доказан размер неосновательного обогащения.

Как следует из иска, заявленные требования основаны на том, что, не смотря на наличие показаний приборов учета, объем потребленной электрической энергии в отношении потребителей, перечисленных в реестре в каждом случае, ошибочно учитывался в величине большей, чем должно быть по показаниям приборов учета потребителей.

Документально это фиксируется в отчетных формах 18 юр посредством завышения объема по прибору учета (путем указания иной, большей величины потребления, чем следовало бы исходя из показаний прибора учета, или путем указания дополнительного начисления).

Указанный способ определения полезного отпуска привел к увеличению объема оказанных услуг, что подтверждено Истцом представленными в материалы дела формами 18 юр в которых отражен фактический объем потребления и завышенный объем потребления включённый в объем оказанных услуг, актами снятия показаний, подробными пояснениями расчетами излишне начисленного.

Указывая на то, что форма 18 юр является не допустимым доказательством, так как она не направлялась в адрес Ответчика 1, последний игнорирует то факт, что она является единственным документом, на основании которого ПАО «Россети Московский регион», АО Мособлэнерго» и АО «Мосэнергосбыт» составляют трехсторонние балансы электрической энергии, Ответчик 1 составляет Акты оказанных услуг, Расчеты стоимости оказанных услуг, а Истец формирует Акты приема-передачи электрической энергии для оплаты Ответчиком 2 стоимости потерь.

В рамках «котловой» модели тарифного регулирования между АО «Мосэнергосбыт» (Заказчик), ПАО «РМР» (Исполнитель-1) и АО «Мособлэнерго» (Исполнитель-2) подписано трехстороннее дополнительное соглашение к данному Договору от 01.01.2018 № 17-4036.

В соответствии с п. 2.1 в редакции Дополнительного соглашения Исполнитель-1 поручает Исполнителю-2 осуществлять комплекс организационно и технологически связанных действий, в том числе по оперативно-технологическому управлению, обеспечивающих передачу э/э через технические устройства электрических сетей, принадлежащих Исполнителю-2.

Договор с АО «Мособлэнерго» заключен во исполнение договора оказания услуг по передачи э/э, заключенного между Заказчиком и Исполнителем-1, т.е. договора оказания услуг по передаче электрической энергии №17-3916.

В рамках данных договорных отношений, форма 18-юр сторонами согласована как единственный отчетный документ, подтверждающий полезный отпуск по точкам поставки потребителей в отношении которых оказываются услуги по передаче электрической энергии (п. 3.2 приложения № 5 к договору оказания услуг) и, поскольку спорные потребители технологически присоединены к сетям Ответчика–2, отчетная форма 18 Истцом направляется в адрес Ответчика-2, который в свою очередь обязан транслировать их в адрес Ответчика 1.

Факт получения Ответчиком - 2 отчетных форм 18 за спорный период последним не оспаривается.

В соответствии с п. 5.1.26 трехстороннего договора от 01.01.2008 № 17-4036 в редакции дополнительного соглашения установлено, что именно Ответчик-2 направляет в адрес Ответчика-1 отчетные документы об объемах услуг, которые Ответчик-2 обязан проверить и подписать (п. 5.3.7 трехстороннего договора от 01.01.2008 № 17-4036 в редакции дополнительного соглашения).

Таким образом у Истца отсутствует обязанность направлять отчетные формы 18 в адрес Ответчика 1.

Более того, в рамках трёхсторонних соглашений на основании формы 18 юр представленных гарантирующим поставщиком в адрес Ответчика 2, в том числе и по спорным потребителям, стороны подписали балансы электрической энергии, ПАО «РМР» составило акты оказанных услуг и выставило счета на оплату.

Если Ответчик 1 полагает, что формы 18-юр являются недопустимыми доказательствами то, представляется непонятным, каким образом Ответчик 2 составлял фактический баланс электрической энергии, Ответчик 1 составлял Акты оказанных услуг на основании недопустимых документов. При составлении баланса и его подписании на основании представленных Истцом форм 18-юр Ответчики о недопустимости данных документов не заявляли и вместо этого приняли их без каких-либо возражений.

Ответчик 1 в порядке ст. 65 АПК РФ не представил доказательств того, что сформировал акт оказанных услуг за спорный период на основании иных данных и документов, нежели форм 18 юр.

Когда правоотношения сторон касались оплаты услуг Ответчика 1, последний безоговорочно принял данные содержащиеся в формах 18-юр. Однако, когда те же самые документы были предоставлены Истцом по настоящему иску, Ответчик 1 их принимать отказывается, тем самым действуя в нарушение принципа «эстоппель», запрещающего лицу отрицать существование обстоятельств, которые им до этого подтверждались. В силу указанного принципа никто не может противоречить собственному предыдущему поведению, в связи с чем действия Ответчика 1 нельзя признать добросовестным поведением (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.12.2018 по делу № А40-237107/2017).

Заявляя довод о нарушении Истцом п. 162 Основных положений Ответчик 1 игнорирует тот факт, что в июне 2020 в Основные положения функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 № 442, были внесены изменения.

Согласно п. 162 Основных положений (в утвержденной редакции) гарантирующий поставщик передает в сетевую организацию, с которой у гарантирующего поставщика заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии данные об объеме потребления электрической энергии конечными потребителями, в виде электронного документа – реестра.

Таким реестром является согласованная договором оказания услуг по передаче электрической энергии № 17-4036 и № 17-3916 форма 18-юр.

Пункты 161-165 Основных положений в редакции действующий в спорный период не устанавливали и не предусматривали обязанность для гарантирующего поставщика по передаче показаний приборов учета в адрес сетевых организаций в виде Актов снятия показаний.

Несмотря на это Истцом в материалы дела представлены Акты снятия показаний приборов учета в отношении спорных потребителей, которые нашли свое отражение в отчетных формах 18 юр за спорный период.

Также заявляя довод о том, что Договором № 17-3916 спорные точки поставки в рамках настоящего спора не урегулированы Ответчик 1 игнорирует тот факт, что в соответствии с п. 2.4 Договора обязательство по урегулированию точек поставки предусмотрено исключительно в отношении потребителей, технологически присоединенных к сетям Ответчика 1.

В рассматриваемом случае потребители присоединены к сетям АО «Мособлэнерго».

Согласно п. 1.1.  Договора № 17-3916 в редакции дополнительного соглашения № 39 от 04.02.2014, точка поставки – это место исполнения обязательств по оказанию услуг по передаче э/э Потребителю, используемое для определения объема взаимных обязательств Сторон, а также место исполнения обязательств Заказчика и Потребителя по договору энергоснабжения расположенное на границе балансовой принадлежности.

Точки поставки электрической энергии Потребителей, присоединенных к сетям Смежных сетевых организаций (в данном случае АО «Мособлэнерго»), согласовываются договором оказания услуг по передаче электрической энергии, заключенным между Исполнителем, Заказчиком и Смежными сетевыми организациями. То есть, в Договоре на оказание услуг № 17-4036.

Таким образом довод Ответчика 1 о недоказанности урегулирования точек поставки Договором № 17-3916 не относим и противоречит фактическим обстоятельствам дела и утвержденной договорной конструкцией.

При этом АО «Мособлэнерго» как урегулирование точек поставки, так и само по себе оказание услуг в отношении спорных потребителей, не оспаривается.

Не состоятелен довод Ответчика 1 и о том, что в материалы дела не представлено надлежащих доказательств, подтверждающих оплату Истцом услуг по спорным потребителям, так как Ответчики не производят расчёт полезного отпуска потребителей Истца, а использует данные, полученные ими от Истца.

В спорный период Ответчики на основании данных полученных от Истца в том числе и по спорным потребителям сформировали в целом объем полезного отпуска по своим сетям и сетям иных территориальных сетевых организаций. После этого Ответчик 2 сформировал баланс электрической энергии, а Ответчик 1 акты об оказании услуг по передаче электрической энергии за спорный период, расчеты стоимости услуг по передаче электрической энергии, а также выставил в адрес Истца счета на оплату и счет-фактуры.

При этом Ответчик 1 при формировании актов об оказании услуг по передаче электрической энергии за спорный период, расчетов стоимости услуг по передаче электрической энергии и счетов на оплату и счет-фактур не делал разбивку в части оплаты стоимости услуг, оказанных в отношении того или иного потребителя АО «Мосэнергосбыт», а выставлял единый расчетный документ с указанием итоговой суммы стоимости оказанных услуг.

В материалы дела представлены, как приложение к актам оказанных услуг, платежные поручения, подтверждающие оплату стоимости оказанных услуг за каждый из спорных периодов.

Если Ответчик 2 как профессиональный участник рынка электрической энергии из сводных платежных поручений не может для себя уяснить, была ли оплата произведена по тому или иному потребителю, то непонятно, как же в таком случае, при условии использования в расчете стоимости оказанных услуг, данные представленные Истцом, Ответчик 1 проверяет правильность оплаты услуги по передаче всего объема электрической энергии. Нелогично предполагать, что Ответчик 1 как сторона по договору не знает за что и в каком объеме Истец ему заплатил, а за что и в каком объеме не заплатил.

Статья 65 АПК РФ возлагает обязанность по доказыванию не только на Истца, но и на Ответчика в части доводов которые им заявляются. Однако, Ответчик 1 не представляет ни расшифровок актов оказания услуг, из которых бы подтверждались его доводы об отсутствии оплаты по конкретному потребителю, ни иных доказательств своей позиции, которая сводится к формальному отрицанию всего.

Ответчик 1 получая оплату за оказанные услуги, знает за что получает денежные средства и за какие точки поставки и если АО «Мосэнергосбыт» не оплачивает выстеленные требования, то Ответчик 1 обращается в суд с требованием по конкретному потребителю указывая на конкретные объёмы и стоимость услуги.

Ссылаясь на нарушение Истцом п. 15(3) Правил № 861, Ответчик основывает свою позицию на неверном толковании норм права и условий Договора, так как они возлагают обязанность по зачету имеющей место переплаты не на плательщика, а на получателя денежных средств, то есть на Ответчика 1.

Пункт 15.3 Правил № 861 устанавливает обязанность вести себя определенным образом только получателя денежных средств, но не устанавливает никаких обязанностей и прав для плательщика.

Аналогичное правило поведения предусмотрено пунктом 7.6.4 Договора № 17-3916, в соответствии с которым в случае если Заказчик произвел платеж, размер которого превышает стоимость фактически оказанных исполнителем услуг за расчетный месяц, сумма превышения засчитывается в счет следующего платежа (в ред. дополнительного соглашения от 24.01.2017 № 53).

Пункт 15.3 Правил №861 не ограничивает и не может ограничивать плательщика, допустившего переплату, требовать ошибочно исполненного по Договору в соответствии с нормой федерального закона (статья 1102 ГК РФ), когда получатель платежа (Ответчик) не признает факт переплаты.

В целях досудебного урегулирования спора в адрес ПАО «Россети Московский регион» была направлена претензия с требованием добровольно возместить стоимость неосновательного обогащения или же зачесть переплату в соответствии с п. 15 (3) в чет будущих платежей, а также оплатить стоимость фактических потерь электроэнергии в сетях за спорные периоды.

Ответчик 1 возврат суммы переплаты по Договору за оказанные услуги, которые фактически не оказаны, не произвел, волеизъявления зачесть излишне полученную за услуги сумму в счет платежа, подлежащего уплате за следующий месяц, не выразил.

Пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате ошибочно исполненного (пункт 4 информационного письма Президиума ВАС РФ от 11.01.2000 N 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении»).

В пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 17.07.2019) разъяснено, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Ни одно из двух обстоятельств, доказывание которых законом относится на Ответчика 1, последним не доказано.

Ответчик, а не Истец как Исполнитель по договору должен был осуществить мероприятия по корректировке расчетных документов за услуги по передаче электрической энергии за спорный период, но не исполнил данную обязанность, не выразил Истцу своего согласия на учет переплаты за не оказанные услуги по передаче электрической энергии в следующем периоде.

В иных случаях, когда сетевая организация признает факт переплаты, Ответчик 1 придерживается позиции направления в адрес гарантирующего поставщика писем в которых указывает на факт согласования корректировки и направляет как исполнитель по договору корректировочные документы.

Актуальной арбитражной практикой по спорам между АО «Мосэнергосбыт» и ПАО «Россети Московский регион» подтверждается, что при уклонении от зачета имеющейся переплаты у Истца не имеется иного способа защиты нарушенного права (в части переплаты за не оказанные услуги) кроме как заявление требований о взыскании неосновательного обогащения (А40-72069/2022, А40-171888/2022, А40-222360/2022, А40-188810/2022).

Таким образом суд считает требования Истца к Ответчику 1 обоснованными и документально подтвержденными.

Отклоняя доводы Ответчика 2 суд отмечает следующее.

Ответчик 2 признавал учет в спорном периоде по заявленным точкам поставки завышенные величины потребления по сравнению с показаниями прибора учета и при этом необоснованно утверждает, что спорные величины (завышения) в отношении тех же потребителей в иных расчетных периодах были учтены (скомпенсированы, вычтены) из объема потребленной энергии.

Ответчик 2, во-первых, выходит за пределы предмета настоящего спора, поскольку ссылается на уменьшение объема полезного отпуска электрической энергии в ином периоде – который не входит в пределы спорного. Относимость к настоящему делу указанных обстоятельств не подтверждена.

Во-вторых, Ответчик 2 не учитывает, что он выразил несогласие с минусовыми значениями, отраженными в последующих периодах, направленных на корректировку ранее допущенного завышения полезного отпуска, не принял их, заявив разногласия.

Так как со стороны АО «Мособлэнерго» представлены разногласия по объему потребленной энергии за последующие периоды (в связи с несогласием с вычетом ранее сформировавшегося завышения), соответственно, им не приняты и не оплачены спорные суммы в качестве объема потерь электрической энергии.

Ответчик 2 необоснованно утверждает, что заявленные в настоящем иске величины завышения полезного отпуска учтены в последующих периодах как отрицательные величины, и оснований для взыскания их нет. Рассматриваемое завышение объема потребленной э/э, как следует из документов самого Ответчика 2, осталось неизменным.

Указывая на предлагаемый неправомерный алгоритм учета Истцом в последующих расчетных периодах «отрицательных» величин согласно подп. «а» п. 21.1 Правил № 124 (в редакции действующей в спорный период) складывающийся из превышения объема коммунального ресурса, подлежащего оплате потребителями в многоквартирном доме, над объемом коммунального ресурса, определенного по показаниям коллективного (общедомового) прибора учета Ответчик 2 полагает, что в этих отношениях объем энергии по МКД не может быть ниже объема, определенного по общедомовым приборам учета – и по этой причине не может быть произведено предусмотренное в пп. «а» п. 21.1 «Правил № 124» «уменьшение объема коммунального ресурса, подлежащего оплате исполнителем по договору ресурсоснабжения в отношении многоквартирного дома в следующем расчетном периоде (следующих расчетных периодах), определяемого в соответствии с настоящим подпунктом или подпунктом "б" настоящего пункта, - на величину, на которую Vпотр превышает Vодпу в текущем периоде».

Ответчик 2 настаивает на неприменимости правового механизма, предусмотренного в пп. «а» п. 21.1 «Правил № 124» - для определения объема потерь или услуг по передаче электрической энергии ссылаясь на определение Верховного суда РФ от 02.06.2021 № 310-ЭС21-1445 по делу А35-8737/19 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 15.07.2024 по делу А41-56891/2023.

Однако, Истец не руководствуется положениями данного нормативного акта при определении обязательств Ответчика 2 по оплате потерь.

Истец руководствуется тем, что в соответствии с заключенными между АО «Мосэнергосбыт» и потребителями договорами энергоснабжения, объем потребленной ими электроэнергии определяется по приборам учета, установленным на границе сетей сетевой организации и потребителей.

Определение обязательств истца по оплате услуг Ответчиков осуществляется в отношении каждого из обслуживаемых им потребителей электрической энергии исходя из тарифа и объема полезного отпуска, оплачиваемых потребителем электрической энергии (пункт 15(1) Правил № 861).

Следовательно, обязательства Ответчиков перед Истцом должны определяться в пределах обязательств потребителей перед Ответчиком, то есть на основании показаний расчетных приборов учета потребителей.

Кроме того, исходя из правовой позиции Ответчика 2 и определения Верховного суда РФ от 02.06.2021 № 310-ЭС21-1445 по делу А35-8737/19 и постановления Арбитражного суда Московского округа от 15.07.2024 по делу А41-56891/2023 следует, что вне зависимости от того, как применяется правовой механизм пп. «а» п. 21.1 Правил № 124 для расчетов с потребителем, между сетевой организацией и гарантирующим поставщиком определение объема полезного отпуска должно производиться в строгом соответствии с показаниями приборов учета.

В рассматриваемом случае это означает, что имеющее место завышение объема полезного отпуска по сравнению с объемом, рассчитанным по показаниям приборов учета, Ответчик 2 не может обосновывать применением пп. «а» п. 21.1 Правил № 124 – поскольку последовательно применял позицию и обосновывал судебной практикой, что к отношениям гарантирующего поставщика и сетевой организации эта норма права не применима.

Представленные Истцом документы, подтверждающие не принятие Ответчиком 2 корректировок излишне начисленного в последующих периодах, не оспоренные последним, дополнительно свидетельствуют о том, что объем оказанных услуг в спорных периодах был завышен.

Судом также установлено, что по двум потребителям СНТ «Вьюнка», ООО «УК «МиДан» Ответчиком 2 возражений в принципе не представлено, корректировок в последующих периодах на уменьшение излишне начисленного объема Истцом не производилось, иного в материалы дела Ответчиком 2 не представлено.

Таким образом, доводы отзывов и пояснений Ответчиков документально правовые притязания Истца не опровергают и вступают в противоречие с документами, представленными в материалы дела Истцом, в связи с чем на стороне Ответчика 1 усматривается незаконное уклонение от возврата денежных средств Истцу (неосновательного обогащения), а на стороне Ответчика 2 задолженность по оплате потерь.

Принимая во внимание установление судом факта наличия на стороне Ответчиков внедоговорного денежного обязательства (неосновательного обогащения), а также не исполненного денежного обязательства по оплате задолженности электрической энергии в целях компенсации потерь, суд в соответствии с заявленными Истцом требованиями рассматривает вопрос о взыскании с Ответчиков, предусмотренных законодательством финансовых санкций, установив следующее.

В соответствии со ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

В п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 г. № 7 указано, что проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

В соответствии с ч.1 ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Поскольку разногласия урегулированы в пользу истца судебным актом, то необходимо руководствоваться моментом вынесения судебного акта.

Таким образом, расчет  процентов за пользование чужими денежными средствами на оспариваемую часть, по условиям Договора, подлежит с 21 числа месяца следующего за месяцем, в котором урегулированы разногласия (в пользу истца), то есть не с 21.04.2021, а с 24.09.2025 - руководствоваться моментом вынесения судебного акта по настоящему делу.

Суд соглашается с доводами ответчика 1, считает, проценты за пользование чужими денежными средствами подлежат начислению с момента вынесения настоящего судебного акта.

Согласно ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В п. 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 г. № 7 указано, что по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ)... Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

Ответчик 2, возражая в удовлетворении исковых требований в части неустойки, указал на то, что в отношении спорных точек поставок, то есть в формах 18 – юр. АО «Мосэнергосбыт» сначала отразил дополнительный объем полезного отпуска, а потом этот же объем уже «сминусовал».

Истцом не представлены в материалы дела доказательства направления корректировочных актов-приема передачи по Договору № 17-4037, корректировочных счетов-фактур в адрес Ответчика, после обнаружения при выявлении технических ошибок программного комплекса при расчете полезного отпуска электроэнергии.

В последующем после анализа сведений о полезном отпуске с марта 2021 г. по декабрь 2022г. данные разногласия были предложены к урегулированию Ответчиком 2.

Должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора (п. 3 ст. 405 ГК РФ).

Кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев делового оборота или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства (п. 1 ст. 406 ГК РФ).

По денежному обязательству должник не обязан платить проценты за время просрочки кредитора (п. 3 ст. 406 ГК РФ).

Также необходимо отметить, что в силу ч. 5 ст. 4 АПК РФ гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

Заключенный между сторонами Договор № 17-4037 не содержит условий, регламентирующих срок ответа на претензию.

Таким образом, расчет должен был производиться Истцом с учетом 30 дней на добровольное удовлетворение требований претензии от даты получения претензии.

Ответчик узнал о проведенном перерасчете полезного отпуска Истцом из претензии от 21.03.2024 № МЭС/ИП/68/500 о возврате денежных средств, которая была получена Ответчиком 04.04.2024 (вх. АО «Мособлэнерго» №5-3659/24 от 04.04.2024).

Ранее указанной даты требований об оплате задолженности Истец в адрес Ответчика не направлял, следовательно, Истец (кредитор) не совершил действий, до совершения которых Ответчик (должник) не мог исполнить своего обязательства.

Ссылка Истца в претензии от 21.03.2024 о направлении письма о проведенном перерасчете полезного отпуска Истцом несостоятельная, так как данное письмо является приложением к претензии, доказательства направления отдельно указанного письма до направления претензии от 21.03.2024 в материалах дела не содержится.

Суд соглашается с доводами ответчика 2.

Таким образом, надлежащим периодом начисления неустойки в данном случае будет период с 07.05.2024 по 30.04.2025, при установленной фактически сумме задолженности в размере 75 315 руб. 88 коп., что при произведенном судом перерасчете даст обоснованную сумму законной неустойки в размере на сумму в размере 86 392 руб. 57 коп.

При этом, суд считает, что отсутствуют основания для уменьшения размера исковых требований на основании ст. 333 ГК РФ, в связи со следующим.

Пунктом 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №7 от 24.03.2016г. «О применения судами положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» установлено, что подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (п. 1 ст. 333 ГК РФ).

При рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании ст. 333 ГК РФ следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (пункт 2 Постановления Пленума ВАС РФ «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» от 22.12.2011 №81).

В соответствии с пунктами 71, 77 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств» если должником является коммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме. Также снижение неустойки допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды.

Согласно пункту 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №7 от 24.03.2016г. бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентам, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами сами по себе не могут служить основанием для снижения размера неустойки.

Таким образом, должник обязан представить доказательства явной несоразмерности договорной неустойки, а также что за счет договорной неустойки кредитор может получить необоснованный размер выгоды, одного, лишь заявления о несоразмерности недостаточно, оно должно быть обоснованно в соответствии с законодательством Российской Федерации. Каких-либо достаточных доказательств явной несоразмерности штрафных санкций и наличия исключительных обстоятельств, позволяющих снизить их размер, ответчик не указал.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства

Остальные доводы и доказательства, приведенные и представленные лицами, участвующими в деле, суд исследовал, оценил и не принимает во внимание в силу их малозначительности и/или безосновательности, а также в связи с тем, что по мнению суда, они отношения к рассматриваемому делу не имеют и (или) не могут повлиять на результат его рассмотрения.

В силу ч. 2 ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии с ч. 1 ст. 71 АПК РФ Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В силу ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обязательства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом. Суд оценивает заявленные требования на основании представленных в материалы дела документов.

Таким образом, исковые требования истца обоснованы, документально подтверждены и подлежат удовлетворению в части.

Расходы по оплате госпошлины подлежат распределению в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 309, 310, 330, 395, 1102, 1107 ГК РФ, абзаца 3 пункта 4 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ «Об электроэнергетике», условий договора оказания услуг по передаче электрической энергии № 17-3916 от 04.09.2007, а также статей 4, 67, 68, 110, 123, 156, 167-170, 176 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ПУБЛИЧНОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "РОССЕТИ МОСКОВСКИЙ РЕГИОН" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в пользу АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "МОСЭНЕРГОСБЫТ" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) неосновательное обогащение в размере 77 137 руб. 80 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные начиная с 24.09.2025 по дату фактической оплаты в соответствии со ст. 395 ГК РФ, расходы по оплате государственной пошлины в размере 100 руб. 36 коп.

Взыскать с АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "МОСКОВСКАЯ ОБЛАСТНАЯ ЭНЕРГОСЕТЕВАЯ КОМПАНИЯ" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в пользу АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "МОСЭНЕРГОСБЫТ" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) долг по оплате стоимости фактических потерь в объектах электросетевого хозяйства в размере 75 315 руб. 88 коп., неустойку за период с 07.05.2024 по 30.04.2025 в размере 86 392 руб. 57 коп., неустойку в размере 1/130 ставки рефинансирования ЦБ РФ от невыплаченной в срок суммы за каждый день просрочки с 01.05.2025 по день фактической оплаты, расходы по оплате государственной пошлины в размере 210 руб. 39 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Возвратить  федерального бюджета государственную пошлину в размере 56 308 руб. АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "МОСЭНЕРГОСБЫТ" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) из федерального бюджета часть государственной пошлины в размере 56 308 руб., перечисленных по платежному поручению от 17.04.2024 №29593

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья                                                                                                                  Н.В. Обидина