Постановление от 1 апреля 2024 г. по делу № А60-57/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4456/22

Екатеринбург

01 апреля 2024 г.


Дело № А60-57/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 26 марта 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 апреля 2024 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Савицкой К.А.,

судей Соловцова С.Н., Пирской О.Н.,

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Айкон Шина», финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО2 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 28.09.2022 по делу № А60-57/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В Арбитражном суде Уральского округа явку обеспечили представители:

финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 04.12.2023;

общества с ограниченной ответственностью «Айкон Шина» – ФИО4 по доверенности от 01.01.2023;

ФИО1 – ФИО5 по доверенности от 17.09.2020.



Решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.05.2016 индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – должник) признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина.

Определением суда от 04.10.2021 финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2 (далее – финансовый управляющий).

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством об утверждении Положения о порядке, условиях и сроках реализации имущества должника – земельного участка и жилого дома, редакция данного Положения впоследствии уточнялась.

ФИО1 и ФИО6 обратились в арбитражный суд с заявлением об исключении земельного участка и жилого дома из конкурсной массы должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.09.2023, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023, из конкурсной массы должника ФИО1 исключен жилой дом и земельный участок, в удовлетворении заявления финансового управляющего должника об утверждении Положения о порядке, условиях и сроках реализации имущества должника отказано.

Не согласившись с указанными судебными актами, финансовый управляющий и общество с ограниченной ответственностью «Айкон Шина» (далее – общество «Айкон Шина», кредитор) обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами, в которых, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального права, просят обжалуемые судебные акты отменить.

Финансовый управляющий в обоснование кассационной жалобы приводит доводы о том, что, учитывая площадь земельного участка и жилого дома, этажность дома, количество комнат и другие обстоятельства, спорное жилое помещение отвечает критериям роскошности и чрезмерности, полагает, что выводы судов о том, что для достойного уровня проживания должника и членов его семьи необходимо сохранение спорного жилого помещения и иное замещающее жилье нарушит это право, не соответствуют фактическим обстоятельствам спора и основаны на неверном применения норм материального права. Вместе с тем финансовый управляющий указывает на то, что кредитором предложены варианты замещающего жилья, отвечающие нормам для проживания должника и членов его семьи, однако соглашение относительно замещающего жилья не было достигнуто в результате противодействия со стороны должника, ФИО1 не представил мотивированное обоснование своего отказа от предложенных вариантов, что также, как отмечает кассатор, не было оценено судами.

Заявитель кассационной жалобы указывает на то, что судами применены положения о предоставлении исполнительского иммунитета, не подлежащие применению в данном случае, поскольку спорное жилое помещение является роскошным и чрезмерным, иные источники для пополнения конкурсной массы отсутствуют, требования кредиторов, очевидно, удовлетворены не будут. Кроме того, финансовый управляющий ссылается на то, что судами обеих инстанций не применены положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии явных признаков злоупотребления правом по одновременному разделу имущества, получению средств от реализации, а также по наделению долей в приобретаемом жилье, полагает, что действия по разделу совместного имущества супругов Ю-ных были заранее согласованы сторонами и направлены не на реальный раздел имущества, а исключительно на воспрепятствование процедуре реализации жилого дома и земельного участка в рамках дела о банкротстве супруга.

На основании вышеизложенного финансовый управляющий просит обжалуемые акты отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления финансового управляющего должника об утверждении Положения о порядке, условиях и сроках реализации имущества должника, отказе в удовлетворении заявления должника об исключении имущества из конкурсной массы.

Общество «Айкон Шина» в кассационной жалобе приводит доводы о том, что выводы судов первой и апелляционной инстанций не соответствуют фактическим обстоятельствам данного спора, полагает, что спорное имущество соответствует критерию роскошности, позволяющему преодолеть исполнительский иммунитет, и является единственным имуществом должника, на которое возможно обратить взыскание, в связи с чем данное имущество должно быть реализовано в ходе процедуры реализации имущества должника.

Названный заявитель кассационной жалобы также ссылается на то, что судами обеих инстанций не учтено то обстоятельство, что покупка замещающего жилья не состоялась по причине противодействия со стороны должника, считает, что обстоятельства, по которым кредитор не приобрел должнику замещающее жилье, искусственно созданы самим ФИО1

На основании вышеизложенного общество «Айкон Шина» в кассационной жалобе просит обжалуемые судебные акты отменить и направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

От должника поступил отзыв на кассационные жалобы, согласно которому должник просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, у должника в собственности находится жилой дом общей площадью 820,9 кв. м, кадастровый номер 66:41:0711071:170, расположенный по адресу: <...>, и земельный участок площадью 1143 кв. м, кадастровый номер 66:41:0711071:12, расположенный по тому же адресу (далее – жилой дом и земельный участок).

Указанное имущество включено в конкурсную массу, собранием кредиторов принято решение о его реализации с приобретением должнику замещающего жилья.

Должник обратился в арбитражный суд с ходатайством об исключении жилого помещения из конкурсной массы, ссылаясь на то, что спорное жилое помещение является единственным жильем для него, его супруги ФИО7, дочери и родной сестры, иного жилья у должника и членов его семьи не имеется.

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством об утверждении Положения о порядке, условиях и сроках реализации вышеуказанного имущества должника.

Из материалов дела следует, что реестр требований кредиторов должника ФИО1 сформирован на общую сумму 1 066 282 425 руб. 88 коп.

В рамках обособленного спора была проведена судебная оценочная экспертиза, согласно положению и заключению эксперта рыночная стоимость спорного жилого дома и земельного участка, на котором он находится, составляет 34 458 000 руб. и включает рыночную стоимость жилого дома в сумме 27 656 000 руб., рыночную стоимость земельного участка – 6 802 000 руб.

Должник состоит в браке с ФИО6, что подтверждается материалами дела.

Решением Кировского районного суда города Екатеринбурга от 02.12.2021 по делу № 2-5790/2021, оставленным без изменения апелляционным определением Свердловского областного суда от 21.04.2022 и кассационным определением Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, жилой дом и земельный участок признаны общей совместной собственностью супругов.

Произведен раздел общего совместного имущества следующим образом:

- признана 1/2 доли в праве общей собственности на жилой дом за ФИО6;

- признана 1/2 доли в праве общей собственности на жилой дом за ФИО1;

- признана 1/2 доли в праве общей собственности на земельный участок за ФИО6;

- признана 1/2 доли в праве общей собственности на земельный участок за ФИО1

В случае реализации спорного объекта финансовым управляющим предлагалось распределить планируемые денежные средства в сумме 34 458 000 руб. следующим образом: половина стоимости перечисляется супруге должника ФИО6, оставшаяся половина стоимости поступает в конкурсную массу должника. При этом финансовому управляющему от размера поступивших в конкурсную массу денежных средств причитается выплата вознаграждения в размере 7 %, то есть 1 206 030 руб.

Таким образом, исходя из данных расчетов в случае реализации спорного имущества ожидается пополнение конкурсной массы на 16 022 970 руб., которые подлежат распределению между конкурсными кредиторами. При названных обстоятельствах требования кредиторов удовлетворятся на 1,5 %.

Судами установлено, что на дату рассмотрения настоящего обособленного спора в жилом помещении зарегистрированы, постоянно проживают и несут бремя содержания имущества должник, его супруга, дочь и родная сестра должника, при этом большая часть указанных лиц находятся в пожилом возрасте (должнику 77 лет, супруге 75 лет, дочери 51 год, сестре должника 85 лет).

Как следует из материалов дела, должник являлся поручителем по договорам основного должника – общества с ограниченной ответственностью «Юмакс-Центр» (далее – общество «Юмакс-Центр»), которое решением Арбитражного суда Свердловской области от 15.02.2016 по делу дело № А60-53971/2015 было признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Группа компаний «Юмакс» являлась как залогодателем, так и поручителем по обязательствам общества «Юмакс-Центр».

В указанный период по заданию общества с ограниченной ответственностью «Нокиан Шина» (общество «Айкон Шина») проводилась оценка активов (недвижимости) на 27.04.2015, принадлежащих группе компаний «Юмакс», в соответствии с которой устанавливалась ориентировочная рыночная стоимость имущественных прав на комплекс объектов недвижимого имущества, расположенных в Екатеринбурге, Первоуральске, Новоуральске, Челябинске, Перми и Тюмени, которым установлена ориентировочная рыночная стоимость, без учета НДС, округленно 627 400 000 руб. – права владения, права собственности и права аренды.

Также при введении процедуры банкротства у основного должника оставались товарные остатки на сумму 130 929 443 руб. 52 коп., что отражено в инвентаризационной описи конкурсного управляющего, и дебиторская задолженность в сумме более 386 302 417 руб. 08 коп., что отражено в инвентаризационной описи дебиторской задолженности, 5 177 802 руб. – транспортные средства. Таким образом, стоимость основных средств и активов группы компаний «Юмакс» на дату введения процедуры несостоятельности (банкротства) составляла 1 150 324 231 руб. 93 коп.

На сегодняшний день все имущество, указанное в аудиторском отчете, реализовано, также реализовано имущество общества «Юмакс-Центр» также реализовано, имущество в процедуре банкротства ФИО1 (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2021 по делу № А60-53971/2015, которым установлено, что действительная стоимость активов общества «Юмакс-Центр» составила 718 664 596 руб. 68 коп.).

Денежные обязательства ФИО1 перед кредиторами возникли из поручительства по обязательствам основного должника, при этом общество «Юмакс-Центр» исполняло свои обязательства до сентября 2015 года.

Согласно определению Арбитражного суда Свердловской области от 29.08.2016 по делу № А60-53971/2015 об оспаривании договора залога в обеспечение исполнения обязательства по договору кредитной линии установлено, что основной должник на даты заключения указанных договоров не обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества. При вынесении указанного определения все доводы управляющего о наличии признака неплатежеспособности на момент совершения сделки должника судом были проверены и им дана надлежащая оценка.

Рассматривая заявленные требования и представленные против них возражения, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного в пункте 3 данной статьи.

На основании пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

В статье 24 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание.

В силу абзаца второго части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в названном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Как разъяснено в пунктах 1 и 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» разъяснено, что при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника, в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности.

Соблюдение названного баланса при рассмотрении вопроса об исключении из конкурсной массы единственного пригодного для проживания должника жилья достигается, в частности, за счет исследования фактических обстоятельств дела по существу, в данном случае недопустимо установление только формальных условий применения нормы права. Иной подход не может быть признан соответствующим целям судопроизводства и направленным на защиту прав и законных интересов граждан и юридических лиц.

Как разъяснено в подпункте «а» пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 14), членами семьи собственника жилого помещения являются проживающие совместно с ним в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника.

Для признания названных лиц, вселенных собственником в жилое помещение, членами его семьи достаточно установления только факта их совместного проживания с собственником в этом жилом помещении и не требуется установления фактов ведения ими общего хозяйства с собственником жилого помещения, оказания взаимной материальной и иной поддержки.

При этом согласно разъяснениям, содержащимся в подпункте «б» пункта 11 постановления № 14, членом семьи собственника жилого помещения, кроме лиц, указанных в подпункте «а» пункта 11 данного Постановления, также признается лицо, проживающее совместно с ним, если оно вселено собственником жилого помещения в качестве члена своей семьи, у которых право пользования жилым помещением, равное с собственником, может возникнуть при наличии определенных условий – совместного проживания, ведения общего хозяйства, единого бюджета.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 № 15-П (далее – Постановление № 15-П) указано, что абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в дальнейшем не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, указанные в нем, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета.

Исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, однако он не носит абсолютный характер.

В применении исполнительского иммунитета суд может отказать, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания.

При этом суд должен разрешить вопрос о возможности реализации жилья должника на торгах с таким расчетом, чтобы за счет вырученных от продажи жилого помещения средств должник и члены его семьи могли бы быть обеспечены замещающим жильем, а требования кредиторов были бы существенно погашены.

Правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации по судебному утверждению условий и порядка предоставления замещающего жилья и прочим практическим вопросам ограничения исполнительского иммунитета к единственному жилью ранее изложена в определении от 26.07.2021 № 303-ЭС20-18761, где, помимо прочего, указано, что для оценки рыночной стоимости жилья, имеющего, по мнению кредиторов, признаки излишнего, необходимо и предпочтительно проведение судебной экспертизы. Кроме того, судебной оценке подлежит стоимость замещающего жилья и издержки конкурсной массы по продаже существующего помещения и покупке необходимого.

При этом столь значимый вопрос о приобретении замещающего жилья отдельным кредитором за свой счет (с последующей компенсацией затрат за счет конкурсной массы) либо финансовым управляющим за счет выручки от продажи существующего имущества должника, разрешаемый судом в отсутствие прямого законодательного регулирования на основании Постановления № 15-П, должен предварительно выноситься на обсуждение собрания кредиторов применительно к правилам о принятии собранием решения об обращении в арбитражный суд с ходатайством о введении реализации имущества гражданина (абзац пятый пункта 12 статьи 213.8 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации), которое созывается финансовым управляющим по собственной инициативе либо по требованию кредитора или должника.

На этом собрании каждый из кредиторов, должник, финансовый управляющий и иные заинтересованные лица могут высказать свое мнение, в том числе относительно наличия у существующего жилья признаков излишнего, об экономической целесообразности его реализации для погашения требований кредиторов, об условиях, на которых кредитор (собрание кредиторов) готовы предоставить (приобрести) замещающее жилье, а также о требованиях, которым такое замещающее жилье должно соответствовать.

Исходя из того, что положение абзаца второго части первой статьи 446 названного Кодекса, устанавливая соответствующий имущественный иммунитет, имеет конституционные основания и само по себе не посягает на конституционные ценности, назначение исполнительского иммунитета состоит не в том, чтобы в любом случае сохранить за гражданином-должником право собственности на жилое помещение, а в том, чтобы не допустить нарушения конституционного права на жилище в самом его существе, как и умаления человеческого достоинства, гарантируя гражданину-должнику и членам его семьи сохранение обеспеченности жильем на уровне, достаточном для достойного существования.

Следовательно, запрет обращения взыскания на единственное пригодное для постоянного проживания гражданина-должника и членов его семьи жилое помещение конституционно оправдан, поскольку он обеспечивает этим лицам сохранение жилищных условий, приемлемых в конкретной социально-экономической обстановке, от которой и зависят представления о том, какое жилое помещение можно или следует считать достаточным для удовлетворения разумной потребности человека в жилище.

Предоставляя должнику-гражданину названный имущественный иммунитет, с тем чтобы, исходя из общего предназначения данного правового институт, гарантировать должнику и лицам, находящимся на его иждивении, условия, необходимые для их нормального существования и деятельности, статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации выступает процессуальной гарантией реализации социально-экономических прав этих лиц. Законодатель, обеспечивая, с одной стороны возможность удовлетворения интересов и защиты имущественных прав управомоченного в силу гражданско-правового обязательства лица (кредитора, взыскателя), должен в любом случае исходить из направленности политики Российской Федерации как социального государства на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, а также из конституционных основ правового статуса личности (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12.07.2007 № 10-П).

С другой стороны, достижение целей механизма потребительского банкротства посредством постановки должников в ситуацию отсутствия у них средств и возможностей для удовлетворения минимальных жизненных потребностей нельзя признать допустимым, так как подобное регулирование входит в явное противоречие с представлением законодателя о сущности института банкротства граждан и не соотносится со статусом Российской Федерации как социального государства, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (часть 1 статьи 7 Конституции Российской Федерации).

Институт банкротства, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, призван обеспечить баланс прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, при том что их интересы различны и зачастую диаметрально противоположны. Создавая условия, обеспечивающие равную защиту прав всех лиц, участвующих в правоотношении (гражданина-должника и его кредиторов, супруга (бывшего супруга)), суд должен исходить из того, что возникающие коллизии их законных интересов во всяком случае не могут преодолеваться путем предоставления защиты одним правам в нарушение других, равноценных по своему конституционному значению.

Таким образом, реализация целей защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов кредиторов должна соотноситься с необходимостью охраны конституционно значимых ценностей, включая достойную жизнь и свободное развитие человека, обеспечение которых составляет обязанность государства (статья 7 Конституции Российской Федерации), а потому должна сопровождаться соблюдением прав и законных интересов должников.

В разъяснениях, данных в пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», отмечено, что супруг (бывший супруг), полагающий, что реализация общего имущества в деле о банкротстве не учитывает заслуживающие внимания правомерные интересы этого супруга и (или) интересы находящихся на его иждивении лиц, в том числе несовершеннолетних детей, вправе обратиться в суд с требованием о разделе общего имущества супругов до его продажи в процедуре банкротства (пункт 3 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь вышеизложенными нормами права и разъяснениями к ним, принимая во внимание позиции лиц, участвующих в деле, исследовав представленные в материалы дела доказательства, установив, спорный жилой действительно находится недалеко от озера Шарташ, площадь дома составляет более 800 кв. м., имеется бассейн и бильярдный зал, на формальный взгляд дом является роскошным, учитывая то, что дома на указанной территории/улице не имеют общей закрытой территории, а также услуг по охране, консьерж-сервису и т.п., то есть поселок не является приватным и, следовательно, по этим параметрам не относится к элитному сегменту рынка недвижимости, архитектура и интерьер дома соответствуют постройке 2006-2009 годов, отметив, что спорный жилой дом построен задолго до образования задолженности должника, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что по состоянию на 2023 год жилой дом и земельный участок не представляют значительной ценности для потенциальных покупателей, вместе с тем имеют значение для семьи, проживающей в данном доме.

Оценивая условия представленного положения в части предоставления замещающего жилья, суды не согласились с доводами финансового управляющего и кредитора о его согласованности, поскольку на дату рассмотрения обособленного спора замещающее жилье так и не было приобретено, суд первой инстанции предлагал должнику представить пояснения по вариантам квартир, которые предложил кредитор и финансовый управляющий в качестве замещающих, представить варианты квартир самостоятельно, однако в итоге должник, кредитор и управляющий не пришли к соглашению относительно замещающего жилья, в результате корректировок положения кредитор предложил условия к квартире хуже первоначально представленных.

Суды отклонили вариант расчета площади на всех членов семьи должника, установив при этом, что финансовый управляющий и кредиторы определили, что площадь замещающего жилья должна составлять не менее 48 кв. м с расчетом на трех человек исходя из положений постановления главы города Екатеринбурга от 31.08.2005 № 824 «Об утверждении учетной нормы площади жилого помещения и нормы предоставления площади жилого помещения, действующих на территории муниципального образования «город Екатеринбург» (согласно которому площадь жилого помещения на одного человека должна составлять не менее 16 кв. м.), исходили из того, что при определении замещающего жилья должен соблюдаться баланс между имущественными правами кредиторов и личными правами должника и членов его семьи, с учетом отсутствия сведений о наличии в собственности либо на ином праве пользования у должника и членов его семьи иных помещений истребуемое жилое помещение (не обремененное залогом) в настоящее время является единственным пригодным для проживания жилым помещением.

Учитывая, что конкретное замещающее жилье кредиторами не определено, место его нахождения также может быть различным, суд первой инстанции пришел к выводу, что отчуждение спорного дома приведет к нарушению прав должника и членов семьи, посчитав, что в данном случае реализация единственного жилья может нарушить права членов семьи должника на возможность проживания в условиях, необходимых для нормального существования, при условии, что факт постоянного проживания должника и членов его семьи подтвержден документально и не опровергнут лицам, участвующими в деле о банкротстве, учитывая возраст должника и постоянно проживающих с ним членов его семьи.

Оценив представленные в материалы дела документы, суды также пришли к выводу, что спорный объект с учетом специфики (характеристики поселка, год постройки, интерьер, архитектура и ландшафт) не представится возможным реализовать путем продажи на торгах за существенную стоимость, при таких обстоятельствах, с учетом постоянного проживания семьи вместе в спорном жилом доме, отсутствия среди иных имеющихся в собственности должника объектов пригодных для постоянного проживания членов семьи должника жилых помещений суды не усмотрели оснований для нераспространения исполнительного иммунитета на спорную квартиру как на единственное пригодное для постоянного проживания жилое помещение и пришли к выводу о целесообразности исключения из конкурсной массы жилого дома и земельного участка площадью.

Судом апелляционной инстанции рассмотрены и отклонены доводы финансового управляющего должника о применении при рассмотрении настоящего обособленного спора положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации к действиям ФИО6, злоупотребившей, с точки зрения финансового управляющего, правом по одновременному разделу имущества, получения половины денежных средств от реализации, а также по наделению долей в приобретаемом жилье. Судами установлено, что супругой должника реализовано принадлежащее ей право на выдел доли в совместной собственности супругов с целью защиты собственных интересов, что нельзя назвать злоупотреблением правом с позиции статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Возможность учета интересов ФИО6 при выборе замещающего жилья обусловлена тем, что она также совместно проживает с должником.

Более того, как отметил апелляционный суд, при рассмотрении настоящего обособленного спора доводы относительно добросовестности и злоупотребления правом финансовым управляющим должника или кредиторами не заявлялись, в связи с чем судом первой инстанции не рассматривались.

Суды также исходили из того, что на момент приобретения земельного участка в 2001 году и окончания строительства жилого дома (единственного) в 2007 году должник не обладал признаками неплатежеспособности, никаких иных доказательств, что в период приобретения земельного участка и строительства жилого дома у ФИО1 имелись неисполненные обязательства, суду представлено не было, доказательств того, что у должника на праве собственности имеется иное недвижимое имущество, пригодное для проживания его и членов его семьи, в материалы дела не представлено, супруга должника была признана банкротом, в рамках указанной процедуры иного недвижимого имущества у нее не обнаружено (дело № А60-66140/2017), дочь должника признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее ведется процедура реализации имущества гражданина (дело № А60-789/2016), в рамках рассмотрения ее банкротства иного недвижимого имущества не обнаружено.

Кроме того, как указал апелляционный суд, в материалах дела имеется выписка из Единого государственного реестра недвижимости в отношении родной сестры должника ФИО8, согласно которой у нее в собственности отсутствуют жилые помещения.

Таким образом, с учетом всех вышеприведенных обстоятельств и того факта, что единственное жилье супругов Ю-ных приобреталось (возводилось) в период с 2001 по 2007 год, то есть восемь лет до событий, произошедших с группой компаний «Юмакс», суды пришли к выводу, что оснований отказать ФИО1 в защите прав, образующих исполнительский иммунитет согласно абзацу второму части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в его взаимосвязи с пунктом 3 статьи 213 Закона о банкротстве, не имеется.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела находит выводы судов первой и апелляционной инстанций правильными, соответствующими конкретным фактическим обстоятельствам рассматриваемого спора и основанными на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Кроме того, суд округа отмечает, что реализация единственного жилья и земельного участка, находящихся в собственности у должника, является нецелесообразной, поскольку с учетом раздела совместной собственности супругов Ю-ных необходимости приобретения замещающего жилья и выплаты вознаграждения финансовому управляющему, а также иных обстоятельств (жилой дом – единственное пригодное для проживания жилье у должника и членов его семьи, пожилой возраст ФИО1 и членов его семьи) денежные средства, оставшиеся после реализации указанного недвижимого имущества, смогут удовлетворить незначительную часть требований кредиторов должника.

Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судом, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебного акта судом кассационной инстанции.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 28.09.2022 по делу № А60-57/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Айкон Шина», финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий К.А. Савицкая


Судьи С.Н. Соловцов


О.Н. Пирская