Постановление от 13 декабря 2023 г. по делу № А40-4132/2023

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-4132/2023
13 декабря 2023 года
город Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 06 декабря 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 13 декабря 2023 года


Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего-судьи Дзюбы Д.И.,

судей Горшковой М.П., Стрельникова А.И.,

при участии в заседании:

от истца: ФИО1, дов. № 244/2023 от 18.08.2023

от ответчика: ФИО2, дов. № 08-23/Дов от 10.05.2023

ФИО3, дов. № 25-23/Дов от 25.09.2023

ФИО4, дов. № 15-22-8/Дов от 20.05.2022

от третьего лица: ФИО3, дов. № Д0089/ЯЛ-23 от 16.03.2023

ФИО5, дов. № Д0285/ЯЛ-21 от 23.12.2021,

рассмотрев 06 декабря 2023 года в судебном заседании кассационную жалобу

ФКУ «Ространсмодернизация»

на решение от 14.04.2023

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 17.07.2023

Девятого арбитражного апелляционного суда,

в деле по иску ФКУ «Ространсмодернизация»

к ООО «Стройгазконсалтинг»

третье лицо: АО «Ямалтрансстрой»

о взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

ФКУ «Ространсмодернизация» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ООО «Стройгазконсалтинг» (далее – ответчик) о взыскании неосновательного обогащения в размере 587 263 099 руб. 45 коп. (с учетом принятых судом уточнений требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено АО «Ямалтрансстрой» (далее – третье лицо).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 14.04.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2023, в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятыми по делу решением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФКУ «Ространсмодернизация» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить состоявшиеся по делу судебные акты судов первой и апелляционной инстанции, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Заявитель жалобы указывает на то, что судами первой и апелляционной инстанций нарушены нормы материального права, ссылается на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам.

Представленные ООО «Стройгазконсалтинг» и АО «Ямалтрансстрой» отзывы на кассационную жалобу судебной коллегией приобщены к материалам дела, как поданные с соблюдением требований статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представленные ООО «Стройгазконсалтинг» письменные пояснения приобщены судом в материалы дела без приложений, которые возвращены в судебном заседании 25.10.2023 представителю ответчика.

Представленная ФКУ «Ространсмодернизация» копия приказа Казначейства России от 05.07.2023 № 242 «О частичном удовлетворении жалобы ФКУ «Ространсмодернизация» от 04.05.2023 № ИГ-81/8369» была также приобщена судом к материалам дела.

Вместе с тем ФКУ «Ространсмодернизация» было заявлено ходатайство об отказе от кассационной жалобы со ссылкой на решение Арбитражного суда города Москвы от 17.10.2023 по делу № А40-154118/23, которым заявление ФКУ «Ространсмодернизация» к Межрегиональному контрольно-ревизионному УФК удовлетворено частично, суд признал и отменил предписание от 07.04.2023 № 93-01-08/1 в части его пунктов 2, 3, 5, 6, 7.

Однако, впоследствии ФКУ «Ространсмодернизация» было заявлено ходатайство об оставлении без рассмотрении вышеназванного ходатайства об отказе от кассационной жалобы и рассмотрении кассационной жалобы по существу, которое судом кассационной инстанции было удовлетворено.

Представитель истца в заседании суда кассационной инстанции поддержал доводы и требования кассационной жалобы; представители ответчика возражали против удовлетворения кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов; представители третьего лица поддержали позицию и доводы ответчика по основаниям, изложенным в отзыве.

Обсудив доводы кассационной жалобы и отзывов на нее, заслушав представителей участвующих в деле лиц, проверив в порядке статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального права и соблюдение норм процессуального права, а также соответствие выводов судов установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и следует из материалов дела, между ФКУ «Ространсмодернизация» (государственный заказчик, застройщик, истец) и ООО «Стройгазконсалтинг» (подрядчик, ответчик) был заключен государственный контракт от 19.03.2014 № РТМ-19/14 (далее – контракт) на разработку рабочей документации и строительство объекта: «Комплексное развитие Мурманского транспортного узла».

В обоснование заявленного иска истец указывал, что Федеральным казначейством Российской Федерации (далее – Казначейство) на основании приказа от 17.03.2022 № 154п в отношении него проведена плановая проверка по осуществлению расходов федерального бюджета на создание и развитие инфраструктуры морских портов, а также использования инфраструктуры морских портов, находящейся в федеральной собственности. Согласно акту выездной проверки от 16.06.2022 у истца выявлен ряд нарушений, связанных с оформлением правоотношений сторон, с исполнением вышеназванного контракта и получения неосновательного обогащения подрядчиком в общем размере 621 038 214 руб. 45 коп.

Истцом письмом от 22.07.2022 № ИГ-41/8729 подрядчику направлено требование о необходимости обеспечить надлежащее документальное подтверждение принятых и оплаченных затрат на материалы (работы), на использование передвижных электростанций, в случае невозможности осуществить возврат средств федерального бюджета.

Ответчик в добровольном порядке оплатил часть требований.

Поскольку оставшаяся часть требований истца осталось без удовлетворения, истец обратился в суд с настоящим иском.

При рассмотрении дела, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями 1, 309, 310, 702, 709, 720, 740, 743, 744, 746, 748, 763, 766, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 162 Бюджетного кодекса Российской Федерации, статьи 48 Градостроительного кодекса Российской Федерации, статей 94, 95, 101 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», Положения о составе разделов проектной документации и требованиях к их содержанию, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 16.02.2008 № 87, пришли к правомерным выводам о том, что требования истца являются необоснованными.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций, 26.03.2014 ответчик и АО «Ямалтрансстрой» заключили договор № СГК-14-85/01 на разработку рабочей документации и строительство объекта: «Комплексное развитие Мурманского транспортного узла». В ходе рабочего проектирования и начала строительства ответчиком и третьим лицом было выявлено, что проектные решения проектной документации 2013 года в части подготовки территории строительства, земляного полотна, искусственных сооружений, организации строительства не были проработанными, не учитывали фактические технологические аспекты строительства и не позволяли выполнять работы в соответствии с требованиями Градостроительного кодекса Российской Федерации.

Данные изысканий и технология строительства были отражены некорректно, с ошибками, выявлены множественные несоответствия заложенных в проектной документации 2013 года инженерно-геологических разрезов фактическим данным, что потребовало внесения существенных изменений в конструктивные решения практически всех мостов и путепроводов. Большое количество существенно влияющих на надежность объекта вынужденных изменений относительно проектной документации в ходе рабочего проектирования требовало безотлагательной корректировки проектной документации с повторным прохождением государственной экспертизы.

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что ответчик, выполняя свои обязанности по контракту и регламенту взаимодействия участников, письмом от 13.07.2015 № 21-15 МД обратился к истцу, сообщив, что при разработке рабочей документации по объекту возникала необходимость по уточнению решений, принятых в проектной документации. Более того, после заключения спорного контракта и начала осуществления строительных работ начали поступать также и обращения местных органов власти Мурманской области по вопросу о необходимости внесения изменений в проектную документацию, включая стадию рабочего проектирования.

Учитывая вышеизложенное, суды пришли к правомерному выводу о том, что вышеназванные письма наряду с иными основаниями, обосновывали необходимость внесения изменений в проектную документацию.

Суды пришли к правомерному выводу о том, что, поручая ответчику произвести корректировку проектной документации и получить по ней положительное заключение ФАУ «Главгосэкспертиза России», истец фиксировал потенциальную последующую возможность внесения в указанное задание изменений и дополнений. Таким образом, формируя конкретные задания на корректировку проектной документации в процессе исполнения спорного контракта, истец осознавал необходимость последующего ее изменения не только относительно существовавшей на момент заключения данного контракта проектной документации, переданной ответчику, но и относительно сформированных впоследствии и согласованных им же и утвержденных соответствующим компетентным органом исполнительной власти заданий, обусловленную различными причинами, в том числе, отраженными в целях проведения работ по корректировке.

Учитывая имеющиеся в материалах дела доказательства, судами первой и апелляционной инстанций сделан правомерный вывод о том, что ответчику по прямому указанию истца и должностных лиц Минтранса России поручалось провести корректировку проектной документации, т.е. итоговые решения о необходимости и целесообразности соответствующих технических и технологических решений и (или) об их изменении принимались истцом, а не ответчиком. В ходе корректировки проектной документации в нее были внесены изменения на основании разработанных на тот момент комплектов рабочей документации по земляному полотну и искусственным сооружениям, откорректирован проект организации строительства, внесены изменения в документацию по планировке территории в пределах выявленных отклонений, при этом изменения в другие разделы проектной документации не вносились.

22.02.2016 было получено положительное заключение № 178-17/ГГЭ-8918/04 ФАУ «Главгосэкспертиза России» по скорректированной проектной документации и дальнейшее строительство велось в соответствии с ее условиями, однако в ходе последующего рабочего проектирования и строительства, ответчик и третье лицо, приступив к выполнению новых этапов работ, к которым ранее они не обращались, в проектной документации выявили несоответствия, требующие повторной ее корректировки в той части, которая ранее не корректировалась.

14.09.2018 заместителем Министра транспорта Российской Федерации утверждено дополнение № 1 к заданию на внесение изменений в проектную документацию, направленное истцом в адрес ответчика письмом от 14.09.2018 № ИГ-01/1850 для начала проведения работ по корректировке проектной документации для прохождения в ФАУ «Главгосэкспертиза России».

Судами установлено, что приложением № 1 к дополнительному соглашению № 34 от 03.12.2018 к спорному контракту был определен порядок приемки и оплаты работ в рамках контракта при отклонении от решений, принятых в утвержденной проектной документации, определенный заместителем Министра транспорта Российской Федерации (порядок приемки 2018 года).

Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание содержание вышеприведенных доказательств, суды пришли к правомерному выводу о том, что порядок приемки 2018 года определял последовательное совершение ответственными исполнителями действий, обеспечивающих своевременное и надлежащее извещение истца о необходимости разработки новых решений с приложением соответствующего письменного обоснования, порядок их рассмотрения, согласования и последующего прохождения государственной экспертизы, исключая принятие ответчиком и его субподрядчиком самостоятельных решений о выполнении работ с отклонением от проектной документации и об использовании иных материалов.

Кроме того, суды пришли к правомерному выводу об обусловленности внесения изменений в проектную документацию и ее последующего направления для получения положительного заключения ФАУ «Главгосэкспертиза России», в том числе, получением от ОАО «РЖД» новых технических условий, включая необходимость предусмотреть существенное увеличение грузооборота строящегося объекта.

04.09.2020 истец в составе приложения № 1 к дополнительному соглашению № 45 к спорному контракту утвердил новое задание на корректировку проектной документации 2017 года (задание на внесение изменений в проектную документацию от 2020 года), согласно которому целью работ по корректировке проектной документации являлась разработка проектно-сметной документации с учетом требований технических условий ОАО «РЖД», актуализированных технических условий владельцев инженерных сетей и коммуникаций.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерным выводам о том, что задания на корректировку доводились истцом до ответчика неоднократно и оформлялись дополнительными соглашениями к спорному контракту, при этом проектная документация изменялась не только в связи с выявленными недоработками в первоначальном варианте, неустранение которых привело бы к невозможности эксплуатации объекта в полной мере, но и по причине неоднократного изменения задач по дальнейшему использованию и уровню нагрузки, которой по итогам строительства должен был отвечать объект. Вместе с тем данные задачи доводились до всех участников реализации проекта как органами государственной власти, так и будущими эксплуатирующими организациями, в частности ОАО «РЖД».

29.09.2020 между сторонами было заключено соглашение о расторжении спорного контракта, при этом между истцом и новым подрядчиком (ОАО «РЖД») был заключен новый государственный контракт от 15.10.2021 № РТМ-110/21, приложением № 1 к которому являлось новое техническое задание на корректировку проектной документации объекта. Более того, после заключения данного контракта была вновь выявлена необходимость проведения корректировки проектной документации, что не оспаривается истцом.

Таким образом, судами установлено, что технические задания корректировались многократно как в период исполнения спорного контракта, так и после его расторжения и заключения нового государственного контракта с новым подрядчиком, при этом их изменение было следствием инициативы истца, данное последним не было опровергнуто. Все результаты работ ответчика, с учетом отклонений при их выполнении от первоначальной проектной документации 2013 года и проектной документации 2017 года, включая примененные материалы, содержащиеся в акте проверки, приняты истцом, подтверждены и учтены при корректировке проектной документации, а также в сметной документации.

При этом факт принятия истцом предъявленных ответчиком соответствующих результатов работ в полном объеме не оспаривается.

На основании вышеизложенного суды правомерно указали, что принятые истцом от ответчика технические решения подтверждены, состав работ, а также стоимость принятых и оплаченных работ и материалов соответствуют проектно-сметной документации, получившей положительное заключение ФАУ «Главгосэкспертиза России». Вместе с тем работы по спорному контракту велись ответчиком под непрерывным и непосредственным контролем истца, о чем, в том числе, составлялись акты освидетельствования скрытых работ.

В связи с вышеизложенным суды обеих инстанций правомерно указали на отсутствие правовых и фактических оснований для вывода о незаконном сбережении ответчиком имущества истца, полученного в оплату за выполненные и принятые по спорному контракту работы. Одновременно с этим ряд выявленных Казначейством нарушений являются явными недостатками, которые могли быть установлены истцом при обычном способе приемки, в связи с чем последний после приемки работ не вправе ссылаться на указанные недостатки, поскольку мог их выявить при обычном способе приемки, обратного истцом не доказано.

Материалы дела на содержат претензий заказчика к подрядчику по объему и стоимости выполненных работ, в том числе, по применяемым в ходе строительства материалам. Кроме этого, в соглашении о расторжении спорного контракта стороны установили, что не имеют претензий друг к другу в рамках данного контракта.

Таким образом, суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований возлагать ответственность за нарушения бюджетного законодательства, выявленные Казначейством в действиях истца, на ответчика и квалифицировать суммы, заявленные к возврату в бюджет государственным заказчиком, оплаченные подрядчику более трех лет назад за надлежащим образом выполненные и принятые истцом работы, проведенные под его непосредственным контролем и контролем, осуществляемым иными независимыми специализированными организациями, проводившими авторский и строительный контроль, неосновательным обогащением ответчика.

При этом, акт проверки Казначейства не влечет безусловной обязанности ответчика возвратить истцу спорные денежные средства, поскольку возврат исполненного по контракту на таком основании не предусмотрен действующим законодательством и условиями контракта. Более того, данная проверка проводилась в отношении истца, а допущенные, по мнению Казначейства, государственным заказчиком нарушения расходования бюджетных средств не должны влечь неблагоприятные последствия для ответчика, который объектом проверки не являлся и не имел возможности влиять на ход ее проведения.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные сторонами доказательства, суды обеих инстанций пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Довод истца о наличии на стороне ответчика неосновательного обогащения в связи с выявленным Казначейством фактом превышения стоимости использованных при строительстве труб, правомерно отклонен апелляционным судом, поскольку для сооружения свайных оснований опор мостового перехода через Кольский залив в качестве материала для трубосвай использованы стальные трубы наружным диаметром 1 420 мм, толщина стенки не менее 20 мм. При этом, ввиду отсутствия в сметно-нормативной базе прямой расценки на примененные трубы, на что указывает как истец, так и Казначейство в акте проверки, первоначально в проектной документации 2017 года стоимость труб определялась расчетным путем исходя из стоимости труб того же типа, но толщиной стенки, близкой по значению к фактически примененной (20 мм) - 18 мм.

Вместе с тем при разработке рабочей документации в соответствии с поступившим заданием на внесение изменений в проектную документацию от 2019 года на все вышеуказанные опоры фундамента из трубосвай, предусматривающие использование вышеприведенной трубы толщиной стенки 20 мм, одновременно была определена расчетная стоимость указанной трубы исходя из использования расценки на трубу того же типа, но толщиной стенки 19 мм, более близкой по значению к той, что фактически использована при строительстве свайных опор моста. Стороны подписали акт о приемке выполненных работ формы КС-2 от 13.12.2019 № 1, в соответствии с которым государственным заказчиком приняты работы по сооружению свайного основания, при выполнении которых использованы материалы - стальные трубы электросварные прямошовные, наружный диаметр 1 420 мм, толщина стенки 20 мм.

Таким образом, о примененных ответчиком материалах и их итоговой стоимости истцу было известно в момент подписания соответствующих закрывающих документов и дополнительного соглашения от 12.12.2019 № 42 к спорному контракту.

Довод истца о наличии на стороне ответчика неосновательного обогащения в связи с выявленным Казначейством фактом принятия и оплаты материалов (контрукций) - пролетных строений мостов правомерно отклонен апелляционным судом в связи с тем, что в проектной документации в 2017 году была некорректно определена стоимость пролетных строений мостов через р. Тулома и р. Кола по калькуляции поставщика, содержащей заниженные ценовые показатели, при этом калькуляция поставщика, указанная в обосновании к расценке, к сметной документации не приложена, была внесена в сметную документацию и согласована организацией, осуществляющей строительный контроль.

При этом, требования ОАО «РЖД» отсутствовали на момент подготовки и утверждения проектной документации 2013 года, но были обязательными для производства работ и обеспечения их безопасности и непрерывности. В силу объективных причин, не зависящих от действий ответчика, разработанная в соответствии с заданиями на корректировку рабочая документация имела расхождения с рабочей документацией, разработанной на основе проектной документации 2017 года. Решением технического совета от 09.08.2019 истцом были приняты объемы конструкций обустройств пролетных строений по рабочей документации.

Применение материалов (пролетных строений мостов) по указанной в акте формы КС-2 от 13.12.2019 № 1 стоимости соответствует «прямым» сметным расценкам ТССЦ-2001 и было согласовано государственным заказчиком.

Иной довод истца о наличии на стороне ответчика неосновательного обогащения в связи с выявленным Казначейством фактом принятия и оплаты затрат, не предусмотренных проектной документацией и определенных по сметным нормативам, не соответствующим фактически выполненным работам, а именно затрат на разницу в стоимости электроэнергии, получаемой от передвижных электростанций, при сооружении железнодорожного мостового перехода через Кольский залив, правомерно отклонен апелляционным судом, так как на спорном объекте на двух берегах реки Тулома отсутствовали сети электроэнергии.

При указании в проектной документации 2017 года на подключение к линиям постоянного энергоснабжения отсутствовали сведения о точках подключения, технические условия на присоединения к электрическим сетям на период строительства, проектные решения по временным линиям электропередач, расчет затрат на сооружение временных линий электропередач либо иные сведения, подтверждающие возможность подключения к линиям, обеспечивающим требуемыми параметрами нужды строительства.

Расчет дополнительных затрат при получении электроэнергии от передвижных электростанций №№ 09 - 10 включен в сводный сметный расчет стоимости строительства. В 2022 году результатами проведенной государственной экспертизы подтверждено, что на объекте строительства отсутствуют существующие линии электроснабжения, пригодные для осуществления строительства объекта и выполнения высокотехнологичных работ.

Ссылка истца на то, что по состоянию на февраль 2019 года объект был подключен к существующим линиям электропередачи в счет лимита на временные здания и сооружения, оплачены работы на подключение строительной площадки, правомерно признана апелляционным судом несостоятельной, поскольку данная линия электроснабжения не могла быть использована для нужд обеспечения работы сварочного и насосного оборудования. Спорные работы были начаты в сентябре 2017 года, а линия была построена только в 2019 году.

Кроме того, при эксплуатации данной линии, с учетом дальности транспортировки электроэнергии по «низкой» стороне до конечного потребителя, технически невозможно было обеспечить качество проведения высокотехнологичных процессов, для которых необходим повышенный коэффициент запаса и обеспечение «беспросадочным» напряжением. Само указание истцом и Казначейством на то, что линия построена в 2019 году в счет лимита на временные здания и сооружения подтверждает позицию ответчика о том, что основным ее предназначением было обеспечение электроэнергией бытовых помещений, включая электрообогрев и освещение строительной площадки, которые и являются временными сооружениями на объекте строительства. Более того, указанная линия находилась только на одном берегу реки Тулома и была протянута до строительного городка, а не непосредственно до объекта строительства.

Дополнительным соглашением от 12.12.2019 № 42 к спорному контракту включены укрупненные расценки, в состав которых включены затраты разницы стоимости электроэнергии, получаемой от передвижных электростанций, по сравнению со стоимостью электроэнергии, отпускаемой энергосистемой России. При этом, истцу о применении передвижных электростанций и использовании получаемой от них электроэнергии в качестве единственно возможного ее источника было известно, в том числе, в момент принятия результата выполненных ответчиком работ и подписания соответствующих актов.

Помимо этого, сторонами по непредвиденным затратам подписывались акты выполнения работ/услуг и принимались решения о компенсации затрат в соответствующем размере из резерва средств на непредвиденные расходы, акты выполненных работ, не учтенных проектной документацией, приложением к которым являлись документы, в том числе первичные учетные документы, подтверждающие фактически понесенные расходы подрядчика. Истцом не оспаривался факт согласования соответствующих затрат и приемки работ/услуг по данным актам.

Апелляционным судом правомерно указано, что вышеназванные затраты подрядчика были направлены на достижение потребительской ценности объекта, обоснованы и подтверждены представленными государственному заказчику документами, согласованы и приняты последним без замечаний и подлежали возмещению в рамках спорного контракта.

Довод истца о наличии на стороне ответчика неосновательного обогащения в связи с выявленным Казначейством фактом принятия и оплаты материалов, не соответствующих фактически примененным - стальные трубы с толщиной стенки 16 мм при фактическом применении стальных труб с толщиной стенки 12 мм, правомерно отклонен апелляционным судом, так как данные затраты ответчика при реализации проекта приняты истцом без замечаний и оплачены в пределах согласованной сторонами стоимости. При этом замена трубы была согласована письмом проектировщика АО «Гипротранспроект» от 07.09.2018 № 0538-2/18.

Уменьшение стоимости конструктива ввиду замены используемых при его возведении материалов не осуществлялось, что подтверждается, в том числе содержанием проектной документации 2022 года, в соответствии с которой замена труб на трубы с меньшей толщиной (с 16 мм на 12 мм) при сооружении временного моста внесена в нее, при этом смета, являющаяся неотъемлемой частью проектной документации, осталась без изменений, включая использованную для определения сметной стоимости расценку на трубу, иных аналогов которой, отвечающих требованиям по качеству материала, его прочности, толщине и марке стали, кроме толщины стенки 16 мм, в «прямых» расценках, не имелось.

При этом апелляционным судом правомерно указано, что истец необоснованно ссылается на расчет нарушения, произведенного с использованием расценки на «трубы стальные», в описании которой отсутствуют характеристики и, соответственно, пригодности в целях возведения сложного и надежного конструктива, как это предусмотрено проектной документацией, в связи с чем использование указанной расценки для обоснования требования о квалификации сумм как неосновательного обогащения и его размера, является ненадлежащим.

В связи с изложенным, суд кассационной инстанции считает отказ в удовлетворении заявленных требований по вышеуказанным мотивам соответствующим требованиям закона, имеющимся в деле доказательствам и фактическим обстоятельствам дела, установленным судами с соблюдением требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судами первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, оценены доводы и возражения сторон и имеющиеся в деле доказательства, выводы судов, содержащиеся в решении и постановлении, соответствуют установленным судами фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, судами правильно применены нормы материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы о неправильном применении судами норм материального права подлежат отклонению, как основанные на неверном их толковании и понимании заявителем.

По существу доводы кассационной жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем они не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Иная оценка заявителем кассационной жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов не имеется, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 14.04.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2023 по делу № А40-4132/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.


Председательствующий-судья Д.И. Дзюба


Судьи: М.П. Горшкова


А.И. Стрельников