Постановление от 9 апреля 2024 г. по делу № А14-12457/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

дело № А14-12457/2020
г. Калуга
09 апреля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 02.04.2024

Полный текст постановления изготовлен 09.04.2024


Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего судьи Попова А.А.,

судей Егоровой Т.В., Нарусова М.М.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1: представителя ФИО2 по доверенности от 02.12.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Воронежской области от 15.06.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2023 по делу № А14-12457/2020,



УСТАНОВИЛ:

первоначально ФИО3 как участник общество с ограниченной ответственностью «Хорос» (далее - ООО «Хорос») обратился в Арбитражный суд Воронежской области с иском к ООО «Хорос» и обществу с ограниченной ответственностью «Хорос - 1» (далее - ООО «Хорос-1») о признании договора займа от 27.06.2019 и договора залога от 27.06.2020, заключённых между ответчиками, недействительными и о применении последствий недействительности сделок.

Определением суда первой инстанции от 27.07.2022 определен процессуальный статус ООО «Хорос» как истца по делу, общество исключено из числа ответчиков.

Определением суда первой инстанции от 01.11.2022 произведена замена представителя ООО «Хорос» ФИО3 на его правопреемника ФИО1 (далее - ФИО1), последний исключён из числа третьих лиц по делу. К участию в деле в качестве ответчика привлечён ФИО4 (далее - ФИО4)

С учетом уточнения исковых требований, произведённых в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ООО «Хорос» в лице участника общества ФИО1, предъявив исковые требования к ООО «Хорос-1» и ФИО4, просило:

1. Признать недействительными следующие договоры, заключенные между ООО «Хорос» и ООО «Хорос-1»:

- договор залога от 27.06.2019, договоры займа от 28.01.2019, от 03.05.2019, № 2 от 20.01.2019, № 1 от 12.01.2019, № 1 от 20.12.2017, № 1 от 09.01.2018;

2. Признать недействительными следующие договоры, заключенные между ООО «Хорос» и ФИО4 (ИНН <***>): договоры займа № 1 от 12.01.2016, № 2 от 13.05.2016, № 3 от 14.06.2016, № 7 от 15.07.2016, № 9 от 16.08.2016, № 12 от 20.09.2016, № 14 от 12.10.2016, № 15 от 15.11.2016, № 18 от 13.12.2016;

3. Признать недействительным договор уступки права требования (цессии) № 701 от 01.07.2018, заключенный между ФИО4 и ООО «Хорос-1»;

4. Применить последствия недействительности сделок:

- договора залога от 27.06.2019, договоров займа от 28.01.2019, от 03.05.2019, № 2 от 20.01.2019, № 1 от 12.01.2019, № 1 от 20.12.2017, № 1 от 09.01.2018, заключенных между ООО «Хорос» и ООО «Хорос-1»;

- договора уступки права требования (цессии) № 701 от 01.07.2018, заключенного между ФИО4 и ООО «Хорос-1»;

- договоров займа № 1 от 12.01.2016, № 2 от 13.05.2016, № 3 от 14.06.2016, № 7 от 15.07.2016, № 9 от 16.08.2016, № 12 от 20.09.2016, № 14 от 12.10.2016, № 15 от 15.11.2016, № 18 от 13.12.2016, заключенных между ФИО4 и ООО «Хорос».

Исковые требования мотивированы тем, что договоры займа, заключённые между ФИО4 (займодавец) и ООО «Хорос» (заёмщик), а в последующем - между ООО «Хорос-1» (займодавец) и ООО «Хорос» (заёмщик) являются для ООО «Хорос» единой сделкой. Посредством заключения договора уступки права требования (цессии) № 701 от 01.07.2018 ФИО4 передал ООО «Хорос-1» право на получение от ООО «Хорос» задолженности по договорам займа, заключённым истцом с ФИО4 Договором залога от 27.06.2019 обеспечивалось исполнение указанного заёмного обязательства, при этом в залог были отданы все основные средства ООО «Хорос», стоимость которых в несколько раз превышает стоимость заёмных обязательств. Заёмная сделка, как и договор залога являются для ООО «Хорос» крупными сделками, а также в их заключении имелась заинтересованность со стороны ФИО4, который является директором истца и его участником с долей в уставном капитале общества в размере 50%, а также супругом ФИО5, которая занимает должность директора и является единственным участником ООО «Хорос-1». При этом в нарушение норм действующего законодательства заёмная сделка и договор займа не одобрялись со стороны второго участника ООО «Хорос» - ФИО3

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 15.06.2023, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2023, в удовлетворении исковых требований отказано в полном объёме.

Судебные акты мотивированы тем, что оспариваемые договоры займа не могут быть квалифицированы судами в качестве единой сделки, т.к. каждый из них носил свой целевой характер (получаемые денежные средства направлялись ООО «Хорос» на погашение налоговых обязательств, на погашение кредиторский задолженности и т.д.), условия договоров займа не являлись убыточными для ООО «Хорос» (погашение займов определялось датой заявления займодавцами требований о погашении займов, плата за пользование заёмными денежными средствами не устанавливалась), заключение договоров займа являлось целесообразным для ООО «Хорос», ввиду его неблагоприятного финансового состояния, наличием корпоративного конфликта внутри общества и не достижения между участниками общества соглашений по поводу внесения ими дополнительных вкладов. Заключение договора залога не выходило за рамки обычной хозяйственной деятельности ООО «Хорос» (являлось обычной деловой практикой).

С приятыми судебными актами не согласился ФИО1, в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обратился с кассационной жалобой, в которой просил состоявшиеся по делу судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Доводы кассационной жалобы сводятся к тому, что выводы судов о необходимости и целесообразности привлечения заёмных средств являются необоснованными, суды не учли, что договоры займов заключены с нарушением требований закона и в ущерб ООО «Хорос», указанные договоры являются единой сделкой. Суды не дали должной оценки доводам истца о том, что договор залога является для ООО «Хорос» крупной сделкой, также совершён с нарушением порядка одобрения сделки с заинтересованностью, стоимость имущества истца, поименованного в договоре залога, более чем в 4 раза занижена по сравнению с его рыночной стоимостью, что свидетельствует о явной убыточности данной сделки для ООО «Хорос».

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО1 поддержал доводы кассационная жалоба, просил состоявшиеся по делу судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Иные лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом уведомлены о времени и месте рассмотрения дела, явку своих представителей в судебное заседание суда округа не обеспечили, что не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы по существу.

В силу требований части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверив законность обжалуемых судебных актов, с учётом доводов кассационной жалобы, пояснений представителей сторон, судебная коллегия считает, что они подлежат отмене в части отказа в удовлетворении исковых требований о признании недействительным договора залога от 27.06.2019, о применении последствий недействительности данной сделки и распределения по делу судебных расходов, в указанной части дело надлежит направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Воронежской области по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, на даты заключения оспариваемых договоров участниками ООО «Хорос» являлись ФИО3 (50% уставного капитала с 19.10.2009) и ФИО6 (50% уставного капитала с 27.04.2017), единоличным исполнительным органом (директором) общества являлся ФИО4 (с 19.10.2009).

Между ФИО3 (даритель) и ФИО1 (одаряемый) 12.11.2020 был заключен договор дарения доли в уставном капитале ООО «Хорос». Запись о переходе доли уставного капитала общества к ФИО1 внесена в ЕГРЮЛ 18.10.2022.

Из представленной в материалы дела выписки из ЕГРН усматривается, что ООО «Хорос» является собственником земельного участка с кадастровым номером 36:34:0208079:4165, площадью 2 213 кв.м., расположенного по адресу: <...>, вид разрешенного использования: «завод, для иного использования». В выписке указано на наличие обременения в пользу ООО «Хорос-1» в виде залога по договору от 27.06.2019.

Из материалов дела следует, что 27.06.2019 между ООО «Хорос-1» (залогодержатель) и ООО «Хорос» (залогодатель) был заключён договор залога, по условиям которого в обеспечение исполнения обязательств по договорам займа на общую сумму 3 538 435 руб. 73 коп. ООО «Хорос» передало в залог производственное здание площадью 1 013,8 кв.м. с кадастровым номером 36:34:0208079:428 и земельный участок площадью 2 213 кв.м. с кадастровым номером 36:34:0208079:4165, расположенные по адресу: <...> (пункты 1, 1.2 договора).

Согласно пункту 1.4 договора стоимость предмета залога равна его кадастровой стоимости и составляет 8 141 669 руб. 77 коп., что обеспечивает полное исполнение обязательства, предусмотренного договорами займа за 2017-2019 годы, залог сохраняется в первоначальном объёме до полного исполнения обеспеченного обязательства.

Договор залога вступает в силу с момента его подписания и действует до полного исполнения обязательств залогодателя по договору займа (пункт 6.1 договора).

Из материалов регистрационного дела следует, что в целях государственной регистрации права залога ООО «Хорос-1» на выше указанное имущество были представлены: договор уступки права требования (цессии) № 701 от 01.07.2018, заключённый между ФИО4 и ООО «Хорос-1», договоры займов 28.01.2019, от 03.05.2019, № 2 от 20.01.2019, № 1 от 12.01.2019, № 1 от 20.12.2017, № 1 от 09.01.2018, от 09.01.2018.

В материалы дела был представлен договор уступки права требования (цессии) № 701 от 01.07.2018, заключенный между ФИО4 (цедент) и ООО «Хорос-1» (цессионарий), согласно которому (пункт 1.1) цедент передает, а цессионарий принимает право требования цедента к ООО «Хорос» в размере 955 403 руб. 18 коп. по договорам займа, заключенным между цедентом (ФИО4) и должником ООО «Хорос»: договор займа № 1 от 12.01.2016 на сумму 110 567 руб. 12 коп., договор займа № 2 от 13.05.2016 на сумму 110 000 руб., договор займа № 3 от 14.06.2016 на сумму 110 941 руб. 86 коп., договор займа № 7 от 15.07.2016 на сумму 112 000 руб., договор займа № 9 от 16.08.2016 на сумму 110 494 руб. 20 коп., договор займа № 12 от 20.09.2016 на сумму 101 000 руб., договор займа № 14 от 12.10.2016 на сумму 100 400 руб., договор займа № 15 от 15.11.2016 на сумму 101 000 руб., договор займа № 18 от 13.12.2016 на сумму 99 000 руб.

ФИО1 полагает, что обеспечиваемую залогом недвижимости сумму займа в общем размере 3 538 435 руб. 73 коп. составляют обязательства, возникшие посредством заключения между ООО «Хорос» и ФИО4 договоров займа № 1 от 12.01.2016, № 2 от 13.05.2016, № 3 от 14.06.2016, № 7 от 15.07.2016, № 9 от 16.08.2016, № 12 от 20.09.2016, № 14 от 12.10.2016, № 15 от 15.11.2016, № 18 от 13.12.2016 (требования по которым в последующем по цессионной сделке переданы ООО «Хорос-1»), а также посредством заключения между ООО «Хорос» и ООО «Хорос-1» договоров займа от 28.01.2019, от 03.05.2019, № 2 от 20.01.2019, № 1 от 12.01.2019, № 1 от 20.12.2017, № 1 от 09.01.2018.

При этом ФИО1 указывал на то, что выше указанные договоры займа являются фактически единой сделкой, направленной на причинение убытков ООО «Хорос». Данный доводы ФИО1 были по существу исследованы нижестоящими судами и им была правомерно дана критическая оценка.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее - постановление Пленума № 27) о взаимосвязанности сделок общества, применительно к пункту 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах или пункту 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, помимо прочего, могут свидетельствовать такие признаки, как преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, в том числе общее хозяйственное назначение проданного (переданного во временное владение или пользование) имущества, консолидация всего отчужденного (переданного во временное владение или пользование) по сделкам имущества у одного лица, непродолжительный период между совершением нескольких сделок.

Суды установили реальность заключённых договоров займа, что подтверждается представленными в материалы дела платёжными поручениями займодавцев. ФИО1 не отрицает факт получения денежных средств ООО «Хорос» от ООО «Хорос-1» и ФИО4

Также суды пришли к выводу о том, что все договоры займа носили целевой характер и полученные ООО «Хорос» денежные средства направлялись именно на те цели, которые непосредственно указывались в текстах договоров займа: для оплаты кредита ПАО «Сбербанк» № 2216/9013/0163/007/14 от 13.02.2014; для оплаты пени, налог по упрощенной системе; для оплаты пени и страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, на выплату страховой пенсии; для погашения задолженности ООО «Хорос» перед бюджетом по оплате земельного налога; для уплаты взносов на обязательное пенсионное страхование на страховую часть пенсии и взносов на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством.

Таким образом, каждый из оспариваемых договоров займа являлся самостоятельной сделкой, т.к. преследовал конкретную самостоятельную цель его заключения и исполнения, сделки заключались в ходе осуществления ООО «Хорос» его текущей хозяйственной деятельности, не носили экстраординарный характер.

При этом в нарушение норм статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ФИО1 не представлены доказательства того, что на момент совершения выше указанных платежей ООО «Хорос» располагало своими денежными средствами, достаточными для проведения расчётов со своими кредиторами, в связи с чем действия ФИО4 и ООО «Хорос-1» по выдаче займов могли быть квалифицированы как направленные исключительно на искусственное замещение кредиторской задолженности ООО «Хорос» перед третьими лицами обязательствами перед ответчиками.

Суды также обоснованно пришли к выводу о том, что оспариваемые договоры займов не могут быть квалифицированы как причиняющие убытки ООО «Хорос», в том числе ввиду того, что заёмные обязательства являлись для общества беспроцентными.

ФИО1 не представлены доказательства крупности каждого из оспариваемого договора займа, совершения их вне рамок обычной хозяйственной деятельности общества, т.е. того обстоятельства, что совершение оспариваемых сделок привело к прекращению деятельности общества или изменению её вида, либо существенному изменению её масштабов. Напротив, как обоснованно указали нижестоящие суды, в условиях корпоративного конфликта между участниками ООО «Хорос» не было достигнуто соглашение о внесение дополнительных имущественных вкладов в целях финансирования предприятия на фоне его нестабильного имущественного положения, в связи с чем заключение оспариваемых договоров займа являлось для ООО «Хорос» целесообразным, было направлено на погашение реально существовавшей задолженности перед кредиторами общества, посредством чего предприятие могло избежать ещё больших негативных последствий.

Заключение между ФИО4 (цедент) и ООО «Хорос-1» договора уступки права требования (цессии) № 701 от 01.07.2018 не повлекло изменение финансового положения ООО «Хорос», доказательства того, что данный договор нарушает права и имущественные интересы общества, возлагает на него дополнительные обязательства по отношению к ответчикам либо иным третьим лицам, в материалы дела не представлены.

При таких обстоятельствах, нижестоящие суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска в части признания недействительными сделками оспариваемых ФИО1 договоров займа и цессионной сделки. В своей кассационной жалобе ФИО1 не приведено нормативного обоснования нарушения судами норм материального и процессуального права в части отклонения указанных исковых требований, в связи с чем оспариваемые судебные акты подлежат оставлению судом кассационной инстанции в силе.

Вместе с тем, выводы судов о том, что исковое требование ФИО1 о признании недействительным договора залога от 27.06.2019 и о применении последствий недействительности данной сделки также подлежат отклонению, являются преждевременными.

Согласно пункту 7.2 устава ООО «Хорос», утвержденного решением общего собрания участников от 12.10.2009, решение вопросов об одобрении крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, относится к исключительной компетенции общего собрания участников общества. При этом решение о совершении обществом сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается общим собранием участников общества большинством голосов от общего числа голосов участников общества, не заинтересованных в её совершении. Остальные решения (в том числе об одобрении крупной сделки) принимаются большинством голосов от общего числа голосов участников общества, если необходимость большего числа голосов для принятия таких решений не предусмотрена Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Фактически ООО «Хорос-1» не оспаривает довод истца о том, что договор залога является для ООО «Хорос» крупной сделкой (пункт 1 статьи 46 Федерального закона Российской Федерации № 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью»; по условиям договора в залог ООО «Хорос-1» поступило всё недвижимое имущество, находящееся в собственности ООО «Хорос», стоимость которого превышает 25% балансовой стоимости активов общества и составляет его производственную базу), а также сделкой, в заключении которой имелась заинтересованность со стороны директора общества - ФИО4 (статья 45 Закона № 14-ФЗ; от имени ООО «Хорос» сделка заключена директором ФИО4, а от имени ООО «Хорос-1» - директором и единственным участником данного общества ФИО7, являющейся супругой ФИО4), как и тот факт, что заключение данной сделки не получило одобрения общим собранием участников ООО «Хорос» в порядке, установленном нормами статей 45, 46 Закона № 14-ФЗ.

Отказывая в удовлетворении иска в данной части нижестоящие суды исходили из того, что заключение договора залога является обычной деловой практикой.

Однако суды не учли, что предметом оспариваемого договора залога являлось всё недвижимое имущество, принадлежащее на праве собственности ООО «Хорос» и непосредственно связанное с основным видом экономической деятельности предприятия, ведения им указанного вида деятельности, в связи чем вследствие заключения оспариваемого договора залога у ООО «Хорос» возник существенный риск прекращения хозяйственной деятельности, так как производственные активы могут быть изъяты залогодержателем, потенциально возможное обращение взыскание на заложенное имущество может непосредственно привести к прекращению деятельности общества (аналогичная правовая позиция закреплена в определениях Верховного суда Российской Федерации от 11.12.2023 № 306-ЭС23-24001 по делу № А49-11264/2022, от 25.06.2021 № 310-ЭС21-9010 по делу № А83-17925/2019).

При таких обстоятельствах, суды должным образом не обосновали свой вывод о том, что договор залога может быть квалифицирован в качестве сделки, не выходящей за пределы обычной хозяйственной деятельности общества. Само по себе наличие у ООО «Хорос» неисполненных обязательств перед ООО «Хорос-1» не может рассматриваться в качестве достаточного основания для обеспечения исполнения данных обязательств передачей в залог ответчику всего недвижимого имущества должника. Судам в указанной части в том числе надлежало рассмотреть вопрос о соразмерности обеспечительного обязательства (стоимости недвижимого имущества предприятия, переданного в залог) по отношению к величине неисполненного основного обязательства (общей суммы задолженности по договорам займа).

Согласно пунктам 4, 5 статьи 46 Закона № 14-ФЗ крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со статьей 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества.

Суд отказывает в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, недействительной при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- к моменту рассмотрения дела в суде представлены доказательства последующего одобрения такой сделки;

- при рассмотрении дела в суде не доказано, что другая сторона по такой сделке знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой, и (или) об отсутствии надлежащего согласия на ее совершение.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе. Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

Согласно абзацу 2 пункта 71 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 ГК РФ). При этом не требуется доказывания наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173.1, пункте 1 статьи 174 ГК РФ, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствии согласия, предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий представителя или лица, действующего от имени юридического лица без доверенности.

Таким образом, для признания договора залога недействительным по мотиву нарушения порядке одобрения крупной сделки по основанию статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации не требуется доказывания наступления для ООО «Хорос» каких-либо негативных последствий.

Принимая во внимание изложенное, судам надлежало дать надлежащую оценку договору залога как крупной сделки для ООО «Хорос», установить наличие либо отсутствие оснований, предусмотренных нормами пунктов 5, 8 статьи 46 Закона № 14-ФЗ, препятствующих признанию данной сделки недействительной, в том числе с учётом фигуры лица, контролировавшего ООО «Хорос-1», при заключении оспариваемой сделки.

В связи с изложенным, поскольку судами при принятии судебных актов не были исследованы выше приведённые фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, не дана необходимая оценка юридически значимым для дела доказательствам, в то время как суд кассационной инстанции в силу положений части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в суде первой инстанции, либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанций, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, о том, какая норма материального права должна быть применена и какое решение, постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела, обжалуемые судебные акты, в силу пункта 3 части 1 статьи 287, статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в части отказа в удовлетворении исковых требований о признании недействительным договора залога от 27.06.2019, о применении последствий недействительности данной сделки и распределения по делу судебных расходов подлежат отмене, а дело в данной части подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции надлежит устранить допущенные нарушения, дать оценку имеющимся в материалах дела доказательствам, правильно применить нормы материального и процессуального права, и принять законный и обоснованный судебный акт.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Воронежской области от 15 июня 2023 года и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31 октября 2023 года по делу № А14-12457/2020 отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований о признании недействительным договора залога от 27.06.2019, применении последствий недействительности данной сделки и распределения по делу судебных расходов, в указанной части дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Воронежской области.

В остальной части решение Арбитражного суда Воронежской области от 15 июня 2023 года и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31 октября 2023 года по делу № А14-12457/2020 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий А.А. Попов


Судьи Т.В. Егорова


М.М. Нарусов