Постановление от 12 февраля 2019 г. по делу № А59-2170/2017

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А59-2170/2017
г. Владивосток
12 февраля 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 12 февраля 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 февраля 2019 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.А. Аппаковой,

судей Д.А. Глебова, А.С. Шевченко,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3,

апелляционные производства № 05АП-9495/2018, 05АП-9496/2018,

на решение от 22.10.2018

судьи С.В. Кучкиной

по делу № А59-2170/2017 Арбитражного суда Сахалинской области

по иску акционерного общества «Корсаковский морской торговый порт»

(ОГРН <***>, ИНН <***>)

к ФИО3, ФИО2, третье лицо: Кампания «Максвелл Инвест, Лтд»,

о взыскании 28 671 485 рублей убытков,

при участии:

от АО «Корсаковский морской торговый порт» - ФИО4, по доверенности от 09.01.2019 сроком действия на 3 года, паспорт;

от ФИО2 - ФИО5, по доверенности 65АА 0556867 от 26.08.2016 сроком действия на 10 лет, паспорт;

слушатель ФИО6

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «Корсаковский морской торговый порт» (далее - ОАО «КМТП», общество, Порт, истец) обратилось в Арбитражный суд Сахалинской области с иском к ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО2 (далее – ФИО2) о взыскании 28 671 485 рублей убытков, составляющих недополученный доход от сдачи в аренду принадлежащих истцу и отчужденных по недействительным сделкам объектов, из которых просило взыскать с ФИО2 - 15 862 527 рублей, с ФИО2 и ФИО3 в солидарном порядке – 12 808 958 рублей (с учетом уточнений, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – АПК РФ)).

Определением суда от 29.05.2017 о принятии иска к производству к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено «Макселл Инвест, Лтд».

Определением суда 29.05.2017 по ходатайству истца приняты обеспечительные меры. Наложен арест на принадлежащие ФИО2 доли в уставных капиталах указанных ниже юридических лиц, а также наложен запрет его представителям по доверенности распоряжаться долями, а именно совершать любые сделки и иные действия в отношении долей ФИО2, в том числе сделки, направленные на отчуждение доли и/или части доли: ООО «Диана» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 2 655 000 рублей; ООО «Фонд развития» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 3 040 000 рублей; ООО «Спец Строй К» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 150 000 рублей; ООО «Региональная транспортная компания» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 2 500 рублей; ООО Охранное агентство «СКАТ» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 2 500 рублей; ООО Корсаковский «Хлебный дом» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 5 000 рублей; ООО «Типография Корсакова» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 5 000 рублей; ООО «Терминал Сервис 2» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 5 000 рублей; ООО «Стивидорная Компания 2» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 5 000 рублей; ООО «Сахалинская Транспортная Компания» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 1 500 рублей. Наложен арест на принадлежащие ФИО3 доли в уставных капиталах указанных ниже юридических лиц, а также наложен запрет его представителям по доверенности распоряжаться долями, а именно совершать любые сделки и иные действия в отношении долей ФИО3, в том числе сделки, направленные на отчуждение доли и/или части доли: ООО «Фонд развития» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 3 040 000 рублей; ООО «Оздоровительная база «Бирюсинка» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 2 347 896 рублей 53 копеек; ООО «Сахалинский Кондитерско-Мармеладный Комбинат» (ИНН <***> 114761) номинальной стоимостью 2 004 000 рублей; ООО «САХКОМЦЕНТР 2020» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 1 330 000 рублей; ООО «Оффис-Центр» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 150 000 рублей; ООО «Спец Строй К» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 150 000 рублей; ОАО Финансово Промышленная Компания «Забота» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 18 664 рубля; ООО «Буксировочные услуги Корсакова» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 500 000 рублей; ООО «Издательский Дом «Макспресс» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 50 000 рублей; ООО «МПС-Сервис» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 25 000 рублей; ООО «Морские порты Сахалина - Сервис» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 18 750 рублей.

Решением суда от 22.10.2018 заявленные требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился в Пятый арбитражный апелляционный суд с настоящей апелляционной жалобой, в которой просит указанное решение отменить и принять по делу новый судебный акт. В обоснование своей позиции апеллянт указывает, что судом первой инстанции не принято во внимание заявление ОАО «КМТП» от 20.04.2018 об изменении исковых требований, в котором Порт просит взыскать с ФИО2 22 267 006 рублей убытков, с ФИО3 – 6 404 479 рублей убытков. Также судом необоснованно с ФИО2 взыскано 15 862 527 рублей убытков, поскольку согласно представленным в материалы дела отчетам рыночной стоимости убытков по спорным объектам размер убытков по пяти заявленным объектам составляет общую сумму 13 092 373 рубля, требование о взыскании убытков в размере 2 770 154 рублей по объекту: нежилое помещение – магазин, общей площадью 102,1 кв.м., расположенное на первом этаже здания по адресу: <...>, в рамках настоящего спора истцом не заявлено. Полагает, что истцом не доказано наличие убытков в виде упущенной выгоды, а также ее размер. Представленные в материалы дела письма, квалифицированные судом в качестве оферты договоров аренды спорного имущества, по мнению ответчика, не свидетельствуют о наличии интереса потенциальных арендаторов в отношении спорных объектов. Ссылаясь на результаты технической экспертизы оригиналов указанных писем, учитывая отсутствие входящих номеров или иных отметок о поступлении в адрес истца, считает данные документы ненадлежащими доказательствами по делу.

Не согласившись с вынесенным решением, ФИО3 также обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просит судебный акт отменить, в удовлетворении исковых требований отказать. В обоснование жалобы указывает, что истцом не доказан размер убытков. Обращает внимание на фактическое состояние ряда спорных объектов, которые в течение длительного времени находились без электро-, тепло- и водоснабжения, что препятствовало их нормальной эксплуатации. Судом не учтены доказательства о произведенных неотделимых улучшениях спорных объектов, что увеличивает их стоимость в настоящее время. Кроме того, судом не рассмотрены доказательства об отсутствии намерений истца сдавать в аренду спорные объекты, а также о намерении продать их. Не соглашаясь с заявленным размером упущенной выгоды, апеллянт указывает на то обстоятельство, что при расчетах приняты общие площади помещений, а не фактически сдаваемые площади отдельных помещений. Поясняет, что при принятии решения о реализации спорных объектов руководствовался интересами предприятия.

Через канцелярию суда от Порта поступили возражения на апелляционные жалобы ответчиков, которые приобщены к материалам дела.

Рассмотрение апелляционных жалоб откладывалось в судебное заседание 12.02.2018.

От истца в материалы дела поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу ФИО7 с приложением копий документов из материалов дела (фрагменты искового заявления, уточнений требований, судебных актов, на которые ссылается истец в отзыве).

От ответчика – ФИО2 в материалы дела поступили письменные возражения на указанный отзыв.

Ответчик – ФИО3 направил в суд письменное ходатайство об отложении рассмотрения жалобы в связи с неполучением от истца отзыва на жалобу и документов, дополнительно направленных в суд апелляционной инстанции.

Указанное ходатайство рассмотрено и отклонено коллегией с учетом представленных в заседание истцом доказательств направления отзыва в адрес лиц, участвующих в деле. Кроме того, документы, направленные истцом в суд, не являются дополнительными доказательствами, а являются копиями материалов дела, приложенных к отзыву для наглядности.

В заседании 12.02.2019 истец и ответчик – ФИО2 поддержали свои доводы и возражения, изложенные письменно.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке статей 266-271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил наличие оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта ввиду следующего.

Из материалов дела следует, что ОАО «КМТП» зарегистрировано в качестве юридического лица 21.06.2002 за основным государственным регистрационным номером <***>.

10.08.2009 между Портом (продавец) и обществом с ограниченной ответственностью «Ён-Тэ» (далее - ООО «Ён-Тэ», покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества: ресторан, литер А, общей площадью 611,9 кв.м, расположенного по адресу: <...>, кадастровый (или условный) номер 65:04:0000038:90. Зарегистрировав право собственности на спорный объект, ООО «Ён Тэ» передало названное недвижимое имущество ООО «Фонд развития» по договору купли-продажи от 22.01.2010.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Сахалинской области от 30.07.2015 по делу № А59-3502/2014 договоры купли-продажи от 10.08.2009, 17.12.2009, заключенные в отношении данного недвижимого имущества, признаны недействительными сделками, применены последствия их недействительности.

18.07.2008 между Портом (продавец) и обществом с ограниченной ответственностью «Абиэс» (далее - ООО «Абиэс», покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества: нежилое помещение «Столовая» общей площадью 519,6 кв.м., расположенное по адресу: г.Корсаков Сахалинской области, ул.1-й Микрорайон, д.5/1, кадастровый (условный) номер 65:04:0000040:148, а также договор купли-продажи от 13.11.2018 земельного участка по этому адресу общей площадью 1211 кв.м., кадастровый номер 65:04:0000040:7. Зарегистрировав право собственности на спорные объекты, ООО «Абиэс» передало названное недвижимое имущество ООО «Фонд развития» по договору купли-продажи от 10.02.2009.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2015 по делу № А59-3501/2014 указанные договоры купли-продажи от 18.07.2008, 10.02.2009 признаны недействительными, применены последствия недействительности сделок.

05.11.2008 между Портом (продавец) и обществом с ограниченной ответственностью «СахСтил» (далее - ООО «СахСтил», покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества: помещения аптеки, общей площадью 96,8 кв.м., расположенного по адресу: <...>, кадастровый (условный) номер 65:04:0000031:640. Зарегистрировав право собственности на данный объект, ООО «СахСтил» передало названное недвижимое имущество ООО «Фонд развития» по договору купли-продажи от 11.02.2009.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Сахалинской области от 24.08.2015 по делу № А59-3500/14 договоры купли-продажи от 05.11.2008, 11.02.2009, заключенные в отношении вышеназванного недвижимого имущества, признаны недействительными, применены последствия их недействительности.

30.01.2008 между Портом (продавец) и ООО «СахСтил» (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества: помещения магазина, общей площадью 44,2 кв.м, расположенного на первом этаже здания по адресу: <...>, кадастровый (условный) номер 65:04:0000031:825. Зарегистрировав право собственности на указанный объект, ООО «СахСтил» передало названное недвижимое имущество ООО «Фонд развития» по договору купли-продажи от 14.05.2008.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Сахалинской области от 20.07.2015 по делу № А59-3503/2014 договоры купли-продажи от 30.01.2008, 14.05.2008, заключенные в отношении данного недвижимого имущества, признаны недействительными, применены последствия их недействительности.

30.01.2008 между Портом (продавец) и ООО «СахСтил» (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества: помещения магазина, общей площадью 102,1 кв.м, расположенного на первом этаже здания по адресу: <...>, кадастровый (условный) номер 0000:64:415:001:001421400:0001:20024. Зарегистрировав право собственности на указанный объект, ООО «СахСтил» передало названное недвижимое имущество ООО «Фонд развития» по договору купли-продажи от 15.05.2008.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Сахалинской области от 20.07.2015 по делу № А59-3503/2014 договоры купли-продажи от 30.01.2008, 15.05.2008, заключенные в отношении данного недвижимого имущества, признаны недействительными, применены последствия их недействительности.

28.03.2008 между Портом (продавец) и ООО «Ён-Тэ» (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества: кислородной станции, общей площадью 234,2 кв.м., кадастровый номер 65:03:0000022:366, с земельным участком общей площадью 2653 кв.м., расположенные по адресу: <...>. Зарегистрировав право собственности на спорные объекты, ООО «Ён Тэ» передало названное недвижимое имущество ООО «Фонд развития» по договору купли-продажи от 10.10.2008.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Сахалинской области от 11.08.2015 по делу № А59-3238/2014 договоры купли-продажи от 28.03.2008, 10.10.2008, заключенные в отношении данного недвижимого имущества, признаны недействительными и применены последствия их недействительности.

В рамках указанных дел (№№ А59-3502/2014, А59-3501/2014, А59- 3500/2014, А59-3503/2014, А59-3238/2014) судами установлено, что в результате последовательно заключенных оспариваемых сделок с недвижимым имуществом ОАО «КМТП» выгодоприобретателем по ним стало ООО «Фонд развития», участники которого (ФИО2 и ФИО3) и руководитель (ФИО3) являлись также директором (ФИО2) и членами совета директоров Порта (заинтересованные лица), в результате чего суды пришли к выводу о взаимосвязанности оспариваемых сделок и их притворности, как сделок, совершенных с целью прикрыть сделку по отчуждению спорного имущества Порта в пользу заинтересованных по отношению к нему лиц во избежание выполнения обязательных требований заключения подобных сделок, установленных статьями 81, 83 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон об акционерных обществах).

ОАО «КМТП», указав, что в период с 2008 по 2010 годы ответчики организовали ряд взаимосвязанных сделок по отчуждению объектов недвижимости, принадлежащих на праве собственности обществу, в результате совершения которых обществу причинены убытки в виде неполученного дохода, который общество могло бы получить, сдавая спорные объекты в аренду, обратилось в суд с рассматриваемым иском в уточненной редакции.

Удовлетворяя заявленные требования в полном объеме, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно; члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

Общество или акционер (акционеры), владеющий в совокупности не менее чем одним процентом размещенных обыкновенных акций общества, вправе обратиться в суд с иском к члену совета директоров (наблюдательного совета), общества, единоличному исполнительному органу общества (директору, генеральному директору), члену коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно к управляющей организации или управляющему о возмещении убытков, причиненных обществу, в случае, предусмотренном пунктом 2 названной статьи (пункт 5 статьи 71 Закона об акционерных обществах).

Согласно пункту 4 этой же статьи Закона в случае, если в соответствии с положениями настоящей статьи ответственность несут несколько лиц, их ответственность перед обществом является солидарной.

Положениями статьи 15 ГК РФ закреплено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По общему правилу, установленному статьей 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Следовательно, лицо, обращающееся в арбитражный суд с требованием о возмещении убытков, обязано доказать противоправность поведения ответчика, причинную связь между противоправным поведением и возникшими убытками, размер убытков.

Исходя из разъяснений, изложенных в пунктах 1 и 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума № 62), негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причинение юридическому лицу убытков в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

В пунктах 4, 6 и 7 постановления Пленума № 62 также разъяснено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на исполнительный орган обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

Не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В то же время наряду с таким директором солидарную ответственность за причиненные этой сделкой убытки несут члены указанных коллегиальных органов (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, пункт 4 статьи 71 Закона об акционерных обществах).

В ходе рассмотрения вышеуказанных дел об оспаривании сделок по отчуждению имущества АО «КМТП» судами установлено, что ФИО2 с 11.12.2003 до мая 2014 года являлся директором Порта, помимо этого ФИО2, являющийся акционером общества с долей участия 11,84%, включен в состав аффилированных лиц по состоянию на 30.06.2009, поскольку с 24.03.2009 он являлся членом Совета директоров, с 29.03.2009 - членом коллегиального исполнительного органа; ФИО3 также включен в состав аффилированных лиц по состоянию на 30.06.2009 как член Совета директоров (наблюдательного совета) общества с 23.04.2009 и коллегиального исполнительного органа с 29.04.2009, с долей участия в обществе как акционера 0,81%.

Принимая во внимание даты заключения сделок, впоследствии признанных судами недействительными, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ответчики подлежат привлечению к солидарной ответственности за убытки по сделкам в отношении помещения ресторана, расположенного по адресу: <...>, литер А (дело № А59- 3502/2014).

Поскольку на момент отчуждения принадлежащих АО «КМТП» здания столовой (дело № А59-3501/2014), аптеки (дело № А59-3500/2014), магазина, расположенного по адресу: <...>, а также магазина, расположенного по адресу: <...> (дело № А59-3503/2014), кислородной станции (дело № А59-3238/2014) ФИО3 не входил в состав органов управления ОАО «КМТП», надлежащим ответчиком по требованиям о взыскании убытков, связанных с продажей указанного имущества, является ФИО2

Недобросовестность и неразумность действий ответчиков обусловлена тем, что в результате последовательно заключенных сделок с недвижимым имуществом АО «КМТП», выгодоприобретателем по которым стало ООО «Фонд развития», совершенных с целью прикрыть сделку по отчуждению спорного имущества Порта в пользу заинтересованных по отношению к нему и конечному приобретателю лиц, во избежание выполнения обязательных требований заключения подобных сделок было отчуждено пять принадлежащих обществу объектов, рыночная стоимость которых многократно превышала цену их отчуждения.

Указанное свидетельствует как о наличии вины ответчиков, так и об убыточности совершенных сделок для общества и, как следствие, о нарушении прав и законных интересов общества.

АО «КМТП» наличие убытков связывает с утраченной возможностью от сдачи имущества в аренду.

Истец в обоснование заявленных требований представил суду договоры аренды, заключенные между ООО «Фонд развития» и ООО «Корсаковский стивидорный сервис», подтверждающие, что в период незаконного отчуждения спорных объектов (ресторана, столовой, аптеки, помещений магазинов, кислородной станции) ООО «Фонд развития» получало доход в виде арендных платежей, а также копии приказов директора ООО «Фонд развития» ФИО3 об установлении стоимости аренды помещений в зданиях, расположенных по адресам: <...> (столовая), Корсаковский район, с.Соловьевский, <...> (кислородная станция), <...> литер А (ресторан) (т.4 л.д.8-132).

Ответчики в свою очередь как участники и руководитель ООО «Фонд развития» не представили доказательств того, что полученные по недействительным сделкам объекты не сдавались в аренду, а эксплуатировались исключительно для нужд ООО «Фонд развития».

Напротив, ФИО3 представлены в материалы дела договоры аренды части спорного имущества:

- помещения № 8 нежилого здания, расположенного по адресу: <...> литер А (договоры аренды от 01.12.2012, от 30.11.2013, заключенные между ООО «Фонд развития» и ООО МА «Кова Ферри»);

- помещения № 13, расположенного на 2-м этаже здания по адресу: <...>, литер А (договоры аренды № 12А от 04.04.2013, № 01-А от 30.12.2013, заключенный между ООО «Фонд развития» и Агентством по труду Сахалинской области);

- помещения № 7 этого же здания (договор аренды № 02-А от 01.01.2014, заключенный между ООО «Фонд развития» и ООО «Морское агентство Сахалин-Флот-Сервис»);

- помещение № 3 этого же здания (договор аренды № 03-А от 01.03.2014, заключенный между ООО «Фонд развития» и ИП ФИО8);

- помещение № 10 этого же здания (договор аренды № 06-А от 10.06.2013, заключенный между ООО «Фонд развития» и ИП ФИО9).

Данные доказательства также свидетельствуют о том, что спорное имущество в период незаконного выбытия его из правообладания истца являлось объектом аренды.

Помимо этого истцом представлены письма компаний (ООО «Инвестиционная компания «Сахалин», ООО «Сахалинский водочный завод», Компания «Гидросёрч Эссошиэйтс Лимитед»), которые носят характер оферты договоров аренды спорных объектов и свидетельствуют о наличии у потенциальных арендаторов интереса, а потому о возможности получения АО «КМТП» дохода от сдачи объектов в аренду в том случае, если бы они не были незаконно отчуждены по притворным сделкам.

Оспаривая достоверность данных доказательств, ответчиком заявлено об их фальсификации и ходатайство о проведении технической экспертизы этих документов, которое судом было удовлетворено, и согласно экспертному заключению ООО «Бюро независимой экспертизы «Версия» № 950 от 16.08.2018 подписи руководителей в данных письмах выполнены фактически не ранее 04.07.2016. При этом эксперт определить период выполнения печатного текста не смог.

Как следует из пояснений истца при рассмотрении спора судом первой инстанции, указанные письма были получены по их запросам от данных организаций и после проведения экспертизы этими лицами даны пояснения о том, что они выдали истцу дубликаты писем, поскольку оригиналы у них не сохранились.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, а именно: договоры аренды спорных помещений, приказы директора ООО «Фонд развития» ФИО3 об установлении стоимости аренды помещений, письма потенциальных арендаторов рассматриваемых объектов, учитывая, что указанные письма были адресованы на имя директора АО «КМТП» ФИО2, подтверждение факта направления таких писем их отправителями, пояснения данных организаций по вопросам достоверности переданных ими истцу копий писем (т.4 л.д.3,5, т.5 л.д.108, т.7 л.д.58-59), судом обоснованно приняты данные доказательства истца в подтверждение доводов о наличии возможности сдавать спорное имущество в аренду и получать от его использования доход.

То обстоятельство, что истец не представил суду оригиналы писем-предложений, само по себе не свидетельствует об отсутствии таких предложений со стороны потенциальных арендаторов помещений, поскольку судом первой инстанции при исследовании оригиналов архивных нарядов по перепискам установлено, что в архиве истца данные письма не сохранились, при этом надлежащий учет входящей корреспонденции в ОАО «КМТП» при осуществлении руководства со стороны ответчика ФИО2 не велся, не исключена возможность поступления данных писем в ООО «Фонд развития», располагавшийся в одном здании с истцом, о чем свидетельствует представленное истцом письмо ООО «СТК», направленное на имя ООО «Фонд развития», но зарегистрированное в ОАО «КМТП».

Довод ФИО2 о том, что письма от потенциальных арендаторов не имеют ни входящих номеров, ни иных отметок о поступлении в АО «КМТП» в официальном порядке, в связи с чем не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств по делу, отклоняется, поскольку ответчиками указанные доказательства не опровергнуты, изложенная в них информация не оспорена на предмет ее действительности.

В соответствии с позицией, изложенной в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», по смыслу статьи 15 ГК РФ упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

В рамках настоящего спора Портом согласно содержанию заявления об уточнении исковых требований от 02.04.2018 (л.д. 71-72, т.7) с учетом представленного 25.04.2018 расчета (л.д. 109, т.7) предъявлены требования о взыскании солидарно с ФИО2 и ФИО3 в пользу АО «КМТП» 12 808 958 рублей убытков. Вычитая из общего размера заявленных требований 6 404 479 рублей, подлежащих взысканию с ФИО3, истцом заявлено о взыскании с ФИО2 22 267 006 рублей убытков, включающих 6 404 479 рублей, подлежащих взысканию в солидарном порядке.

Оценив представленный истцом в материалы дела 25.04.2018 документ от 20.04.2018, суд апелляционной инстанции, принимая во внимание, что указанный документ представлен Портом во исполнение определения суда от 03.04.2018, согласно которому суд обязал истца представить расчет сумм, заявленных ко взысканию, в случае солидарного порядка взыскания обосновать долевое распределение данной суммы, а также, учитывая содержание текста данного документа, согласно которому истцом представлены пояснения с расчетами, приходит к выводу, что АО «КМТП» представлены по существу пояснения к расчету заявленных требований от 02.04.2018.

Согласно содержанию письменных уточнений от 02.04.2018, от 20.04.2018 истец просил взыскать 28 671 485 рублей убытков, из которых в солидарном порядке с ФИО2 и ФИО3 - 12 808 958 рублей убытков, составляющих недополученный истцом доход в отношении помещения ресторана, с ФИО2 – убытки, составляющие недополученный истцом доход в отношении помещений аптеки, магазинов, столовой и кислородной станции, определяя их в размере 15 862 527 рублей (28 671 485 рублей - 12 808 958 рублей).

В этой связи довод жалобы ФИО2 о том, что судом первой инстанции заявленные требования рассмотрены без учета содержания заявления ОАО «КМТП» от 20.04.2018 об изменении исковых требований, подлежит отклонению.

При этом письменный отзыв на иск ФИО3, имеющийся в деле, содержит доводы и возражения в отношении шести объектов: ресторана, аптеки, столовой, кислородной станции и двух магазинов, что дополнительно опровергает позицию ФИО2 о том, что в суде первой инстанции рассматривался вопрос о взыскании убытков по пяти, а не шести объектам.

Истцом в обоснование размера заявленных требований представлены Отчеты об определении рыночной стоимости убытков, выразившихся в упущенной выгоде от неполучения дохода от сдачи в аренду объектов недвижимости №№ 001295 от 26.05.2017, выполненные оценочной компанией «Эксперт».

Согласно данным отчетам размер недополученных истцом доходов составил в отношении:

- ресторана, расположенного по адресу: <...>, литер А. – 12 808 958 рублей (за период с 23.11.2008 по 30.08.2009);

- аптеки, расположенной по адресу: <...> – 1 253 133 рубля (за период с 25.12.2009 по 25.09.2015);

- магазина, расположенного по адресу: <...> – 2 737 206 рублей (за период с 26.03.2008 по 21.08.2015);

- магазина, расположенного по адресу: <...> – 2 770 154 рубля (за период с 26.03.2008 по 21.08.2015);

- столовой, расположенной по адресу: <...> – 6 297 934 рубля (за период с 24.12.2008 по 15.09.2015);

- кислородной станции, расположенной по адресу: <...> – 2 804 100 рублей (за период с 23.07.2008 по 14.09.2015).

В данных отчетах специалистом-оценщиком определены среднерыночные ставки арендной платы в период 2008-2015 г.г. по каждому объекту недвижимости, исходя из существовавших арендных ставок, арендной платы за здание, коэффициента недозагрузки, эксплуатационных расходов и т.д., а также с учетом фактического периода выбытия имущества из правообладания истца (с момента заключения договоров купли-продажи ОАО «КМТП» по день вступления в законную силу судебных актов, которыми данное имущество возвращено в собственность истца).

При определении ставок арендной платы эксперт также учитывал физическое состояние объектов, их износ, что увеличило размер эксплуатационных расходов и снизило ставку арендной платы.

При этом апелляционным судом установлено, что размер упущенной выгоды рассчитан экспертом неверно ввиду непредоставления ему конкретных сведений о датах отчуждения спорных объектов, поскольку начальной датой расчета убытков следует считать дату передачи каждого объекта (по первой из взаимосвязанных сделок), в то время как эксперт производит расчет размера упущенной выгоды по спорным объектам с даты регистрации перехода права собственности на данные объекты по первой из взаимосвязанных сделок.

Вместе с тем, поскольку истцом заявлено требование о взыскании с ответчиков убытков за период с даты регистрации перехода права собственности на спорные объекты по первой из взаимосвязанных сделок, по условиям статьи 49 АПК РФ суд не вправе выходить за пределы заявленных требований.

Довод ФИО3 о том, что при расчетах неправомерно приняты общие площади помещений, а не фактически сдаваемые площади отдельных помещений, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку площадь спорных помещений, положенная в основу расчета оценщика, совпадает с площадью данных помещений, указанной в представленных в материалы дела договорах аренды, заключенных ООО «Фонд развития» с контрагентами, в период незаконного выбытия имущества из правообладания истца и неправомерного распоряжения данным имуществом вследствие неправомерных действий ответчика, например: договор аренды нежилого помещения № 13-А от 01.06.2012 заключен в отношении нежилых помещений № 1-6, расположенных на первом этаже жилого дома по адресу: г.Корсаков, ул. Комсомольская, 6А, общей площадью 44,2 кв.м, помещение предназначено для магазина розничной торговли и складских помещений (л.д. 72-76, т.4).

Ссылка апеллянтов на то, что истцом не доказан размер убытков, не принимается апелляционным судом ввиду того, что документы, подтверждающие иной размер убытков, либо свидетельствующие об ошибочности выводов эксперта, в материалах дела отсутствуют.

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно учтено, что предметом иска являются обстоятельства возможного получения сумм прибыли, а не фактически полученных контрагентами денежных сумм, тогда как при отсутствии незаконного выбытия имущества из правообладания истца и неправомерного распоряжения данным имуществом вследствие неправомерных действий ответчика, АО «КМТП» имело реальную возможность сдавать это имущество в аренду, самостоятельно устанавливать размер арендной платы, исходя из сложившихся рыночных расценок, и получать соответствующую прибыль.

По этим же основаниям отклоняются доводы ФИО3 о том, что здание ресторана не могло сдаваться в аренду вследствие отключения от энергоснабжения, поскольку данное отключение произвел истец именно в целях восстановления своего права, в то время как при отсутствии нарушений его прав такого отключения не произошло бы.

Довод ФИО3 о произведенных неотделимых улучшениях спорных объектов, что увеличивает их стоимость в настоящее время, судебной коллегией не принимается ввиду недоказанности, поскольку ответчиком в материалы дела не представлено достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих, что выполненные в период незаконного владения ООО «Фонд развития» ремонтные работы привели к увеличению стоимости спорных объектов, отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что осуществление указанных работ направлено именно на улучшение имущества, а не на устранение естественного износа или повреждений, возникших в период использования объектов ООО «Фонд развития», отсутствуют сведения о стоимости объектов на момент их передачи по оспоренным сделкам ООО «Фонд развития».

Коллегией установлено отсутствие доказательств относимости ряда приложенных к отзыву ФИО3 документов к рассматриваемому спору, а именно: фотоматериалы не позволяют идентифицировать изображенные на них объекты, а также отсутствуют сведения о датах выполнения фотоснимков; договор подряда № 31 от 19.09.2011 по устройству кровли из металлочерепицы заключен в отношении объекта во 2 микрорайоне (л.д. 49, т.5), согласованный сторонами предмет договора не позволяет установить конкретный объект выполнения указанных работ.

Представленные в подтверждение обстоятельства присоединения объекта, расположенного по адресу: <...>, к электрическим сетям документы (договор об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 788-18/11 от 20.06.2011 с приложениями, справка ОАО «Сахалинэнерго», договор энергоснабжения № 130436 от 20.06.2014 в редакции дополнительного соглашения от 20.06.2014 с приложениями (л.д. 32-48, т.5)), а также договор технического обслуживания узла учета тепловой энергии № 14 от 01.11.2012 в отношении объекта, расположенного по адресу: <...> (л.д. 95-97, т.5), не свидетельствуют о том, что на указанном объекте произведены неотделимые улучшения.

В подтверждение факта осуществления ремонтных работ объекта, расположенного по адресу: <...>, ФИО3 представлены договор купли-продажи строительных материалов № 29/13 от 11.03.2013 с приложением, товарные накладные, счета-фактуры, платежные поручения (л.д. 67-78, т.5), а также договор № 04/13 о возмездном оказании услуг от 11.03.2013 по оказанию информационных, посреднических и консультационных услуг, включающих в себя раскрой стеновых панелей для монтажа сайдинга для фасада здания, счета-фактуры, акты об оказанных услугах, платежные поручения (л.д. 79-88, т.5), в то время как доказательств, свидетельствующих об осуществлении работ по покрытию здания фасадным материалом, не имеется.

Доказательства, представленные в подтверждение проведения работ по установке рольставни (л.д. 62-66, т.5), а также по установке входной двери (л.д. 53-61, т.5), не содержат платежные документы, свидетельствующие о несении соответствующих расходов, отсутствие таковых в связи с утерей подтверждается и самим ответчиком согласно доводам отзыва.

При этом лица, осуществившие соответствующие вложения в спорные объекты в период до возврата их порту, не лишены возможности самостоятельной защиты в гражданско-правовом порядке.

Ссылка ФИО3 на отсутствие намерений истца сдавать в аренду спорные объекты носит предположительный характер и опровергается материалами дела.

Таким образом, вопреки соответствующим доводам жалоб, реальная возможность получения дохода и его размер подтверждаются материалами дела, в связи с чем заявленные требования правомерно признаны судом первой инстанции обоснованными и подлежащими удовлетворению.

С учетом определенной судом степени ответственности каждого из ответчиков в солидарном порядке подлежат взысканию убытки в виде неполученных сумм арендной платы в отношении объекта – ресторан, расположенный по адресу: <...>, в сумме 12 808 958 рублей.

Убытки в размере 15 862 527 рублей ввиду неполученной истцом арендной платы в отношении объектов: аптека, расположенная по адресу: <...>; магазин, расположенный по адресу: <...>; магазин, расположенный по адресу: <...>; столовая, расположенная по адресу: <...>; кислородная станция, расположенная по адресу: <...>, относятся на ФИО2

При этом судом первой инстанции в мотивировочной части решения при перечислении объектов, в отношении которых недополученный истцом доход составляет убытки, подлежащие взысканию с ФИО2, ошибочно не указано помещение магазина, расположенное по адресу: <...>, размер убытков по которому определен судом в сумме 2 770 154 рублей.

Всего размер убытков по названным объектам составил 28 671 485 рублей.

При изложенных обстоятельствах арбитражный суд апелляционной инстанции счел, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Доводы апелляционных жалоб не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Следовательно, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется.

Расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционных жалоб на основании положений статьи 110 АПК РФ относятся на заявителей.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Сахалинской области от 22.10.2018 по делу № А59-2170/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение двух месяцев.

Председательствующий

Т.А. Аппакова

Судьи

Д.А. Глебов

А.С. Шевченко