Решение от 22 апреля 2025 г. по делу № А78-5969/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАБАЙКАЛЬСКОГО КРАЯ

672002, Выставочная, д. 6, Чита, Забайкальский край

http://www.chita.arbitr.ru; е-mail: info@chita.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А78-5969/2024
г. Чита
23 апреля 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена  10 апреля 2025 года

Решение изготовлено в полном объёме 23 апреля 2025 года


Арбитражный суд Забайкальского края в составе судьи Т.А. Гурулёвой,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи М.С. Гаряшиной, рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ПУМА СЕ (PUMA SE) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 480105, № 480708, № 582886, № 437626, № 584679 в размере 100 000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 4 000 руб., расходов на почтовые отправления в размере 350 руб., на получение выписки из ЕГРИП в размере 200 руб., на фиксацию правонарушения (стоимость контрафактного товара) 289 руб., на фиксацию правонарушения на dvd-диске 91 руб.,

заявление общества с ограниченной ответственностью «Бренд Монитор Лигал» о процессуальном правопреемстве на стороне истца,

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Бренд Монитор Лигал» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>),

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.


ПУМА СЕ (PUMA SE) (далее – истец, Компания) обратилась в арбитражный суд с вышеуказанным исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик).

Определением суда от 03.07.2024 рассмотрение дела назначено в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

02.09.2024 истец обратился с заявлением о процессуальном правопреемстве по делу № А78-5969/2024 и просит заменить истца - ПУМА СЕ (PUMA SE) на его правопреемника – общество с ограниченной ответственностью «Бренд Монитор Лигал» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>).

Определением от 03.09.2024 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, принял заявление о процессуальном правопреемстве на стороне истца к совместному рассмотрению с иском, принял к рассмотрению уточненные исковые требования о взыскании компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки №480105, №480708, №582886, №437626, №584679 в размере 100 000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 4 000 рублей, расходов на почтовые отправления в размере 350 рублей, расходов на получение выписки из ЕГРИП в размере 200 рублей, расходов на фиксацию правонарушения (стоимость контрафактного товара) 289 рублей, расходов на фиксацию правонарушения на dvd-диске 91 руб.

Определением от 01.11.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Бренд Монитор Лигал» (далее – третье лицо, ООО «Бренд Монитор Лигал»).

Лица, участвующие в деле, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, извещены надлежащим образом, дело рассмотрено в порядке статьи 156 АПК РФ.

В судебном заседании объявлялся перерыв. Информация о перерыве размещена на официальном сайте Арбитражного суда Забайкальского края (http://chita.arbitr.ru) и на официальном сайте федеральных арбитражных судов Российской Федерации (http://www.arbitr.ru).

Лица, участвующие в деле, возражений относительно возможности перехода суда после завершения предварительного судебного заседания к рассмотрению дела по существу не представили.

Учитывая изложенное, арбитражный суд, признав дело подготовленным, завершил 10.04.2025 предварительное судебное заседание и по правилам статьи 137 АПК РФ перешел к рассмотрению заявления о процессуальном правопреемстве на стороне истца и к рассмотрению дела по существу в этом же судебном заседании.

Рассмотрев материалы дела, суд установил следующее.

От истца поступило заявление о процессуальном правопреемстве истца по настоящему делу PUMA SE (Пума СЕ) на правопреемника ООО «Бренд Монитор Лигал» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Заявление мотивировано тем, что 18.07.2024 между истцом и компанией Бренд Монитор Данышманлык Лимитед Ширкети (рег. Номер 403517-5, налоговый номер 1871554597, адрес: Барбарос Мах. Бегония ск. Нидакуле Аташехир, Западный блок № 1, внутренняя дверь № 2, Аташехир/Стамбул, Турция) (Цессионарий) подписан договор цессии № 20220310-PUM-BMTR (далее – договор цессии от 18.07.2024), в соответствии с которым истец уступает Цессионарию свои права требования к ряду ответчиков, нарушающих права истца, в том числе права, возникающие на основании судебных решений о взыскании компенсаций за нарушение исключительных прав на Товарные знаки и/или объекты авторских прав, достигнутых с ответчиками соглашений, судебных актов по уголовным делам (пункт 1.1. договора цессии от 18.07.2024).

В соответствии с пунктом 1.2. договора цессии от 18.07.2024, стороны индивидуализируют уступаемые права требования путем подписания дополнительных соглашений к договору в форме Реестров передаваемых прав требований.

Согласно пункту 3.1. договора цессии от 18.07.2024, стоимость уступаемых прав требования составляет 0,1% от размера каждого уступленного права требования.

Во исполнение пункта 1.2. договора цессии от 18.07.2024 истцом и Цессионарием заключено дополнительное соглашение № 2 от 12.08.2024, в соответствии с которым Цессионарию передано в том числе право требования к ответчику (строка № 372 реестра).

Между Бренд Монитор Данышманлык Лимитед Ширкети и ООО «Бренд Монитор Лигал» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) («Правопреемник») заключен договор цессии № 20240805-BMTR-BML от 05.08.2024 (далее – договор цессии от 05.08.2024), а также дополнительное соглашение к нему № 2 от 20.08.2024, в соответствии с которыми Цессионарий передал Правопреемнику права требования, полученные от истца, в том числе и право требования к ответчику (строка № 372 реестра).

Между тем, из материалов дела усматривается заключение указанных договоров с нарушением принципа добросовестности, исключительно в целях обхода нормативно установленных ограничений.

Согласно части 1 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

По общему правилу сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой (пункт 1 статьи 168 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума №25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, то в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункт 1 или пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Стороны обязаны действовать добросовестно, в том числе при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения (пункт 3 статьи 307 ГК РФ).

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 1 Постановления Пленума №25, поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в соответствии с пунктом 2 статьи 10 ГК РФ в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена (пункт 8 Постановления Пленума №25).

Таким образом, реальность обязательств по сделке не исключает право суда отказать в удовлетворении требований, основанных на сделке, если целью ее совершения являлся обход запретов и ограничений, установленных законодательством о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма; законодательством о банках и банковской деятельности; валютным законодательством и т.п.

Данная позиция изложена в пункте 9 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020.

В целях защиты национальных интересов Российской Федерации издан Указ №322, устанавливающий временный порядок исполнения Российской Федерацией, субъектами Российской Федерации, муниципальными образованиями, резидентами (должники) денежных обязательств, связанных с использованием ими результатов интеллектуальной деятельности и (или) средств индивидуализации, исключительные права на которые принадлежат в том числе иностранным правообладателям, являющимся иностранными лицами, связанными с иностранными государствами, которые совершают в отношении Российской Федерации, российских юридических лиц и физических лиц недружественные действия (в том числе если такие иностранные лица имеют гражданство этих государств, местом их регистрации, местом преимущественного ведения ими хозяйственной деятельности или местом преимущественного извлечения ими прибыли от деятельности являются эти государства), или лицами, которые находятся под контролем указанных иностранных лиц, независимо от места их регистрации (в том числе в случае если местом их регистрации является Российская Федерация) или места преимущественного ведения ими хозяйственной деятельности (подпункт «а» пункта 1 Указа №322).

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 05.03.2022 №430-р «Об утверждении перечня иностранных государств и территорий, совершающих недружественные действия в отношении Российской Федерации, российских юридических и физических лиц» утвержден перечень иностранных государств, совершающих недружественные действия в отношении Российской Федерации, российских юридических и физических лиц. К недружественным государствам относится, в том числе Япония.

Пунктом 2 Указа №322 предусмотрено, что в целях исполнения обязательств перед правообладателями, названными в подпунктах «а» - «е» пункта 1 данного Указа, должник, извещенный об обстоятельствах, предусмотренных подпунктами «а» - «е» пункта 1 Указа, уплачивает вознаграждение, платежи, связанные с осуществлением и защитой исключительных прав, принадлежащих правообладателю, и другие платежи, в том числе неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции (далее - платежи), путем перечисления средств на специальный рублевый счет типа «О», открытый должником в уполномоченном банке на имя правообладателя и предназначенный для проведения расчетов по обязательствам (далее - специальный счет типа «О»).

В случае если правообладатель не дал письменного согласия на внесение платежа на специальный счет типа «О», должник вправе не осуществлять платеж до момента получения такого согласия, за исключением платежей, предусмотренных пунктом 2(1) Указа №322. При этом должник не считается нарушившим свои обязательства, в том числе по уплате неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций (пункт 11 Указа №322).

В то же время, в силу подпункта «в» пункта 17 Указа №322 его положения не применяются, в том числе к правообладателям, названным в подпункте «а» пункта 1 Указа и надлежащим образом исполняющим свои обязанности по договорам, заключенным с должниками.

Положения Указа распространяются на все правоотношения, предусматривающие исполнение денежных обязательств, связанных с использованием объектов интеллектуальной собственности, перед правообладателями, перечисленными в пункте 1 Указа №322 (за исключением случаев, в которых применимы исключения, предусмотренные пунктом 17 Указа №322), вне зависимости от сроков возникновения обязательств и сроков необходимости выплаты, вне зависимости от природы обязательства (по договору или без договора) или вида договора (обязательства), о чем указано в пункте 6 письма Министерства экономического развития Российской Федерации от 19.07.2022 №26614-КМ/ДО1и, изданного в порядке представления официальных разъяснений.

Аналогичный подход сформулирован в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.02.2025 №307-ЭС24-18161, в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 12.02.2025 по делу №А12-9780/2024.

Установленный Указом №322 порядок подлежит применению со дня его официального опубликования (27.05.2022).

Если договор уступки требования заключен с целью обхода требований Указа №322 и в действиях сторон имеется умысел, направленный против публичных интересов, соответствующая сделка является ничтожной (статья 10, пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Таким образом, с момента вступления в силу названного Указа №322 (27.05.2022) установлены ограничения для осуществления выплат в пользу правообладателей – иностранных лиц, связанных с иностранными государствами, которые совершают недружественные действия в отношении Российской Федерации.

При этом указанные ограничения касаются не только выплат, связанных с исполнением договорных обязательств перед правообладателями, но и выплат причитающихся компенсаций (что имеет место в настоящем случае).

Истец по рассматриваемому делу является иностранным юридическим лицом. Местом его регистрации является Германия. Распоряжением Правительства Российской Федерации от 05.03.2022 №430-р утвержден Перечень иностранных государств, совершающих недружественные действия в отношении Российской Федерации, граждан Российской Федерации или российских юридических лиц. Германия включена в этот Перечень.

То есть, истец относится к субъектам, на которых распространяются ограничения, введенные Указом №322.

Истцу в определении от 01.11.2024, в протокольном определении от 30.01.2025, суд предлагал представить сведений о наличии у ПУМА СЕ (PUMA SE) банковского счета, открытого в российской кредитной организации, или его казначейского счета, на которые следует перечислить в случае взыскания денежные средства.

Сведений о наличии у истца банковского счета, открытого в российской кредитной организации, или его казначейского счета, на которые следует перечислить взысканные денежные средства, суду не представлено.

В материалах дела отсутствуют сведения о том, исполняет ли истец свои обязанности по договорам, заключенным с должниками на территории Российской Федерации, ведет ли истец экономическую деятельность на территории Российской Федерации, поставляет/продает товар на территории Российской Федерации (в протокольном определении от 01.04.2025 суд предлагал истцу представить данный сведения).

Суд, исследовав материалы дела, приходит к выводу о том, что истец не подпадает под исключения, предусмотренные пунктом 17 Указа №322.

Таким образом, условия оцениваемых договоров цессии и обстоятельства их заключения позволяют прийти к выводу о заключении такого договора исключительно в целях обхода названных нормативно установленных ограничений осуществления выплат должниками-резидентами в пользу правообладателей – иностранных лиц, связанных с иностранными государствами, которые совершают в отношении Российской Федерации недружественные действия.

В соответствии с пунктом 3 статьи 10 ГК РФ в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Соразмерной мерой воздействия на лицо, допустившее злоупотребление правом, с учетом характера допущенного злоупотребления, суд полагает отказ в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, Компания PUMA SE (Пума СЕ) является правообладателем товарных знаков, зарегистрированных в том числе в отношении товаров 18, 25, 28 классов МКТУ - в том числе сумки спортивные, дорожные, хозяйственные, рюкзаки; одежда, в том числе спортивная и для отдыха, обувь, включая спортивную, головные уборы (далее - товарные знаки) зарегистрированных Всемирной организацией интеллектуальной собственности под №480105, №480708; №582886, №437626, №584679, №426712, №439162, №1250838.

В обоснование заявленных исковых требований истец указал, что ему стало известно, что ответчик реализует через интернет-магазин (маркетплейс) Wildberries товары, маркированные товарными знаками истца.

Предложение к продаже товара было размещено на следующей интернет-странице: https://www.wildberries.ru по ссылке: https://www.wildberries.ru/catalog/208312516/detail.aspx.

17.02.2024 истцом была осуществлена проверочная закупка товара, реализуемого ответчиком.

Информация, указанная на кассовом чеке, подтверждает, что лицом, осуществляющим реализацию контрафактной продукции, является ИП ФИО1, ИНН <***>, ЕГРИП <***>.

24.02.2024 истцом был получен товар и произведен его осмотр.

Приобретенный в результате проверочной закупки товар является не оригинальным (контрафактным), что подтверждается заключением.

Истец не давал ответчику своего согласия на использование товарных знаков.

Таким образом, в ходе проведения проверочной закупки был установлен факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки № 480105, № 480708,№ 582886, № 437626, № 584679.

В рамках досудебного урегулирования спора истцом в адрес ответчика была направлена досудебная претензия с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки.

Ответчик не предоставил ответ на претензию, компенсацию за нарушение исключительных прав истца не выплатил.

Истец считает соответствующим принципам разумности, справедливости и соразмерности последствиям нарушения определить размер компенсации в 100 000 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим кодексом.

Пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ предусмотрено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 названной статьи).

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак.

Факт принадлежности истцу исключительных прав на товарный знак, суд признает доказанным и не опровергнутым ответчиком.

Как указано выше, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

В пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122, разъяснено, что вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Аналогичный подход закреплен в пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которому вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, с учетом пункта 162 названного постановления.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению.

При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения.

Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Определяющим для установления сходства обозначений является вероятность наличия у рядовых потребителей ассоциативных связей между сравниваемыми обозначениями.

Судом установлено, что на спорном товаре (носках) использованы многочисленные изображения пумы и надписи PUMA, а именно использованы:

обозначение, тождественное с товарным знаком № 480105 и сходное до степени смешения с товарными знаками № 480708, № 582886, №584679 истца,

обозначение, тождественное с товарным знаком № 437626 и сходное до степени смешения с товарными знаками истца № 480708, № 582886, №584679,

обозначение, тождественное с товарным знаком № 480708 и сходное до степени смешения с товарными знаками истца № 480105, № 582886, №584679,

обозначение, тождественное с товарным знаком № 582886 и сходное до степени смешения с товарными знаками истца № 480105, № 480708, №584679.

Факт реализации ответчиком спорного товара подтвержден надлежащими доказательствами.

Как установлено частью 3 статьи 1250 ГК РФ, предусмотренные меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено этим Кодексом.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемого исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Компанией при обращении с иском был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, - в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Истец обратился с требованием о взыскании компенсации в размере 100 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарные знаки №480105, №480708, №582886, №437626, №584679 (по 20 000 руб. за каждый товарный знак).

Согласно пункту 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ.

Суд принимает во внимание позицию, приведенную в пункте 33 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, согласно которой, если защищаемые товарные знаки фактически являются группой (серией) знаков одного правообладателя, зависимых друг от друга, связанных между собой наличием одного и того же доминирующего словесного или изобразительного элемента, имеющих фонетическое и семантическое сходство, а также несущественные графические отличия, не изменяющие сущность товарных знаков, то нарушение прав на несколько таких товарных знаков представляет собой одно нарушение.

Воспроизведение одного из товарных знаков неизбежно означает использование всех знаков серии.

Товарные знаки №480105, №480708, №582886, №437626, №584679 имеют несущественные отличия (в виде наличия/отсутствия словесного обозначения или изобразительного (графического) обозначения), не изменяющие сущность товарных знаков.

Один комбинированный товарный знак может одновременно входить в состав двух серий в случае наличия у него составляющих элементов как из одной серии, так и из другой. Так, например, комбинированный товарный знак может содержать словесный элемент, являющийся сильным элементом одной серии, и изобразительный элемент, являющийся сильным элементом другой серии товарных знаков, принадлежащих одному правообладателю.

При этом с точки зрения обычного потребителя, данные варианты воспроизведения обозначений, с учетом узнаваемости изображения, его распространенности и известности производителя воспринимаются как одно обозначение, которое сохраняет свою узнаваемость.

По свидетельствам №480708 и №582886 зарегистрированы два идентичных, тождественных друг другу знаков индивидуализации, не имеющих каких-либо графических отличий, принадлежащих одному производителю, в отношении одного и того же товара, входящего в один и тот же класс МКТУ – 25.

Суд приходит к выводу, что товарные знаки №480105, №480708, №582886, №584679 связаны одним доминирующим элементом - графическим изображением животного - пума, зависят друг от друга и являются группой (серией) знаков. Товарные знаки №480708, №582886, № 437626, №584679 связаны одним доминирующим элементом - словесное обозначение «PUMA», зависят друг от друга и являются группой (серией) знаков.

Аналогичная позиция изложена в Постановлении Третьего арбитражного апелляционного суда от 01.03.2024 №03АП-4421/2023, в Постановлении Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2024 № 07АП-994/2024.

Компенсация в данном случае подлежит взысканию только за два нарушения.

Поскольку материалами дела подтверждается факт нарушения ответчиком исключительного права истца на товарные знаки, исходя из характера нарушений, принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, товарные знаки имеют высокую степень известности и популярности, суд считает требование истца о взыскании компенсации правомерным и подлежащим частичному удовлетворению в размере 40 000 руб. (по 20 000 руб. за каждую серию товарных знаков).

Истец просит взыскании с ответчика 4 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, судебных издержек в общей сумме 930 руб.: расходов на почтовые отправления в размере 350 руб., расходов на получение выписки из ЕГРИП в размере 200 руб., расходов на фиксацию правонарушения (стоимость контрафактного товара, dvd-диска) в размере 380 руб.

В соответствии со статьей 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В силу положений статьи 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

По смыслу положений статьей 106 и 110 АПК РФ в их взаимосвязи с принципом состязательности арбитражного процесса расходы, понесенные лицом, участвующим в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде, подлежат возмещению по правилам статьи 110 АПК РФ.

Истец при обращении с исковым заявлением оплатил государственную пошлину 4 000 руб. по чеку от 15.05.2024.

В соответствии с пунктами 2, 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим.

Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

В рассматриваемом случае приобретение контрафактного товара, запись видео на dvd-диск вызвано необходимостью доказывания истцом довода о нарушении его исключительных прав, указанные расходы соотносимы с предметом спора. Факт несения расходов в размере 380 руб. подтвержден кассовыми чеками.

Расходы истца на отправку претензии и искового заявления составили 350 руб., что подтверждается представленными в материалы дела почтовыми квитанциями от 15.05.2024, от 11.03.2024.

Истец также заявил требование о взыскании 200 руб. расходов на оплату государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП, что подтверждается представленным в материалы дела чеком от 26.02.2024.

Несение истцом соответствующих расходов напрямую связано с обращением истца за судебной защитой в рамках данного дела.

Согласно статье 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Вместе с тем, согласно абз. 2 части 1 статьи 110 АПК РФ, в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Таким образом, размер судебных расходов истца, подлежащих возмещению ответчиком, по оплате государственной пошлины составит 1 600 руб., по оплате судебных издержек составит 372 руб.

В ходе рассмотрения дела, истцом в качестве вещественного доказательства представлен товар – носки в количестве 5 пар, определением суда от 03.07.2024 вещественное доказательство приобщено к материалам дела.

Согласно части 4 статьи 80 АПК РФ по вопросам распоряжения вещественными доказательствами арбитражный суд выносит определение.

Арбитражно-процессуальное законодательство оговаривает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону не могут находиться во владении отдельных лиц (часть 3 статьи 80 АПК РФ).

В случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены настоящим Кодексом (пункт 4 статьи 1252 ГК РФ).

С учетом названных правовых норм возвращение приобщенной к материалам дела контрафактной продукции недопустимо.

Вещественное доказательство подлежит уничтожению как товар, изъятый из оборота.

Руководствуясь статьями 48, 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления PUMA SE (Пума СЕ) о процессуальном правопреемстве на стороне истца отказать.

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 (ИНН: <***>) в пользу PUMA SE (Пума СЕ) компенсацию в размере 40 000 руб., судебные издержки в размере 372 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 1 600 руб., всего – 41 972 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Вещественное доказательство – носки (зарегистрировано в журнале учета А78-Д-34/199), приобщенное к материалам дела определением суда от 03.07.2024, уничтожить после вступления решения в законную силу.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Четвёртый арбитражный апелляционный суд в течение одного месяца со дня принятия.


Судья                                                                                                             Т.А. Гурулёва