Решение от 6 марта 2023 г. по делу № А73-2657/2022

Арбитражный суд Хабаровского края

г. Хабаровск, ул. Ленина 37, 680030, www.khabarovsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

дело № А73-2657/2022
г. Хабаровск
06 марта 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 27.02.2023

Арбитражный суд Хабаровского края

в составе судьи Гребенниковой Е.П.

при ведении протокола судебного заседания

помощником судьи Мещеряковым И.С.

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1

к ФИО2

о взыскании убытков в размере 3 347 188 руб. 66 коп.

третьи лица: ООО «ШЦ «Амуршина», ООО «Ванинская шинная компания», ФИО3

при участии: согласно протоколу судебного заседания

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в Арбитражный суд Хабаровского края с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании убытков в размере3 347 188 руб. 66 коп.

Определением суда от 04.04.2022 дело принято к производству, назначено предварительное судебное заседание.

Определением от 01.06.2022 дело назначено к судебному разбирательству, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета пора, привлечено ООО «ШЦ «Амуршина».

Определением от 04.08.2022 судебное разбирательство отложено, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Ванинская шинная компания» и ФИО3, от ИФНС России по Железнодорожному району г. Хабаровска истребованы сведения обо всех счётах ООО «ШЦ «Амуршина» (ИНН <***>), а также регистрационное дело указанного юридического лица и регистрационное дело ООО «Ванинская шинная компания».

Определением от 22.09.2022 судебное разбирательство отложено, от Инспекции ФНС России по Железнодорожному району г. Хабаровска истребованы бухгалтерские балансы ООО «ВШК» (ИНН: <***>) за 2020, 2021 гг., бухгалтерские балансы ООО «ШЦ «Амуршина» (ИНН <***>) за 2019, 2020, 2021 гг., а также сведения обо всех расчётных счетах ООО «ВШК» (ИНН: <***>) (открытых и закрытых) за период с момента учреждения, от Дальневосточного банка ПАО «Сбербанк России» истребованы выписки по расчётному счету ООО «ШЦ «Амуршина» (ИНН <***>) 40702810970000002295 – за 2019, 2020, 2021, 2022 гг., по расчётному счету ООО «ВШК» (ИНН: <***>) 40702810070000006366 – за периоды 2020, 2021, 2022 гг.

Определением от 24.10.2022 судебное разбирательство отложено для представления сторонами дополнительных доказательств.

Протокольными определениями от 14.12.2022, 19.01.2023, 31.01.2023 судебное разбирательство откладывалось в целях представления сторонами дополнительных пояснений и доказательств.

В судебном заседании после отложения представитель истца поддержал исковые требования в полном объёме.

Представитель ответчика иск не признал, поддерживал доводы отзыва и дополнений к нему.

Третьи лица в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

ФИО3 представлен отзыв на исковое заявление с ходатайством о рассмотрении дела в свое отсутствие.

ООО «ШЦ «Амуршина», ООО «Ванинская шинная компания» отзывы на исковое заявление не представили.

Дело рассмотрено судом по правилам статьи 156 АПК РФ в отсутствие представителей надлежащим образом извещённых третьих лиц.

Исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

Общество с ограниченной ответственностью «Шинный центр «Амуршина» (далее – ООО «ШЦ «Амуршина», Общество) зарегистрировано в качестве юридического лица 20.07.2009 с присвоением ОГРН <***>, ИНН <***>.

ЕГРЮЛ содержит следующие данные об участниках Общества: ФИО3 (ИНН <***>, доля участия 25% номинальной стоимостью 2 500 руб.), ФИО1 (ИНН <***>, доля участия 25 % номинальной стоимостью 2 500 руб., 03.08.2021 внесена запись о недостоверности сведений) и общество с ограниченной ответственностью «В-ТОРГ» (ИНН <***>, доля участия 26,5 % номинальной стоимостью 2 650 руб., 18.02.2021 внесена запись о недостоверности сведений, ликвидировано 22.12.2020).

Руководителем (директором) ООО «ШЦ «Амуршина» с 06.12.2017 является ФИО2, 19.08.2021 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений о нём как директоре Общества.

В период с 21.01.2010 по 30.07.2021 ФИО2 также был участником Общества (0,5 % доли в уставном капитале общества с 31.12.2015).

Как указывает истец, 22.02.2020 он вышел из числа участников Общества, изъявив свою волю в советующем заявлении о выходе.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Хабаровского края от 03.12.2020 по делу № А73-14238/2020 с ООО «ШЦ «Амуршина» в пользу ФИО1 взыскана действительная стоимость доли участника в уставном капитале Общества в размере 3 218 750 руб., проценты в размере 42 938 руб. 66 коп. на основании статьи 395 ГК РФ, всего – 3 261 688 руб. 66 коп.

Истцом был получен исполнительный лист ФС № 034493961, который 04.03.2021 направлен на исполнение в ОСП по Ванинскому району. По возбужденному исполнительному производству от 22.03.2021 № 16300/21/27015-ИП взыскания не производились, требования истца не были погашены.

Арбитражным судом Хабаровского края вынесено решение от 09.06.2021 по делу № А73-2289/2021 об обязании ООО «ШЦ «Амуршина» внести изменения в сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ, об исключении ФИО1 из состава участников ООО «ШЦ «Амуршина».

Указанным решением присуждена в пользу ФИО1 в случае неисполнения решения суда денежная сумма в размере 500 руб. за каждый день неисполнения судебного акта с момента его вступления в законную силу до его фактического исполнения, а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 6 000 руб., оплате юридических услуг в сумме 12 000 руб.

Решение суда по данному делу вступило в законную силу, Обществом не обжаловалось и не исполнено им по настоящий период времени.

Неисполнение Обществом указанных решений суда явилось основанием для обращения истца в суд с рассматриваемым исковым заявлением.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ШЦ «Амуршина» в силу следующего.

В ЕГРЮЛ в отношении Общества содержится ряд записей о недостоверности сведений: от 19.08.2021 № 2212700259957 о недостоверности сведений о директоре, от 03.08.2021 № 2212700240641 о недостоверности сведений о ФИО1 как участнике Общества, от 18.02.2021 № 2212700046360 о недостоверности сведений об ООО «В-ТОРГ» как участнике Общества.

Регистрирующим органом Инспекцией Федеральной налоговой службы по Железнодорожному району г. Хабаровска была внесена запись от 01.09.2021 № 2212700276743 о принятии решения о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ юридического лица по причине наличия недостоверных сведений (записей) о нем.

28.09.2021 истец обратился в регистрирующий орган с соответствующими возражениями, указав о наличии у Общества неисполненных денежных обязательств перед ним, в связи с чем решение о предстоящем исключение Общества из ЕГРЮЛ было отменено.

Действия ответчика по внесению в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений в отношении себя, не совершение им действий по обеспечению достоверности иных содержащихся в ЕГРЮЛ сведений в отношении Общества, а также выход ответчика из состава участников Общества в июле 2021 г. (после вынесения судебных актов по делу № А73-14238/2020 от 03.12.2020 и делу № А73-2289/2021 от 09.06.2021) истец характеризует как умышленно направленные на создание условий, при которых Общество будет ликвидировано в принудительном порядке регистрирующим органом, а ответчик снимет с себя риски привлечения к субсидиарной ответственности в связи с уклонением Общества от исполнения обязательств посредством снятия с себя статуса директора и участника Общества.

Кроме того, истец указывает на совершение ответчиком действий по переводу текущей хозяйственной деятельности ООО «ШЦ «Амуршина» на ООО «ВШК» также в целях уклонения от исполнения обязательств Общества перед истцом.

27.12.2016 ФИО2 было зарегистрировано ООО «ВШК». Учредителями ООО «ВШК» являются ФИО2 с 50 % доли, ФИО4 с 50 % доли.

Директором данного общества до 12.11.2017 являлся ФИО2, с 13.11.2017 по 04.06.2018 – ФИО5, с 05.06.2018 по настоящее время -ФИО4.

Виды деятельности компаний ООО «ШЦ «Амуршина» и ООО «ВШК», как указывает истец, являются идентичными, при этом начиная с 2016 года финансовые показатели ООО «ВШК» показывают значительный рост, в то время как показатели ООО «ШЦ «Амуршина» за указанный период снижаются, в 2020 году деятельность компании сведена к нулю, выручка – 12 000 руб.

Истец указывает, что на ООО «ВШК» было также переведено участие ООО «ШЦ «Амуршина» в государственных закупках, в том числе с УТ МВД России по ДФО, МКУ «КСОМС», КГКУ «Центр Социальной Поддержки Населения по Ванинскому району», Управлением Россельхознадзора по Хабаровскому краю, Еврейской автономной и Магаданской областям. По контрактам, заключенным ООО «ШЦ «Амуршина» в 2016-2018 гг., исполнение в свою очередь было прекращено.

О недобросовестном характере действий ФИО2, по мнению истца, свидетельствует тот факт, что регистрация ООО «ВШК» произошло вскоре после обращения в Арбитражный суд Хабаровского края АО ПО «Алтайский шинный комбинат» с исковым заявлением к ООО «ШЦ «Амуршина» об обращении взыскания на заложенное имущество, являющееся основным активом Общества.

21.12.2017 по делу № А73-16319/2016 было вынесено решение об обращении взыскания на заложенное имущество Общества в виде объектов недвижимости:

- шинный центр, назначение нежилое, 1-этажное, общая площадь 359,3 кв. м, инв. № 4057, лит. А, адрес объекта: <...>, кадастровый номер: 27:04:0101002:1251, принадлежащий на праве собственности ООО «Шинный Центр «Амуршина», установлена начальная продажная цена заложенного имущества в размере 12 000 000 (Двенадцать миллионов рублей), далее - здание;

- земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: земельный участки, предназначенные для размещения объектов торговли, общественного питания и бытового обслуживания, общая площадь 4352 кв. м, адрес объекта: <...>, кадастровый номер: 27:04:0101002:1187, принадлежащий на праве собственности ООО «Шинный Центр «Амуршина», установлена начальная продажная цена заложенного имущества в размере 3 000 000 (Три миллиона) рублей посредством продажи с публичных торгов, далее – земельный участок.

Поскольку ООО «ВШК» было создано вскоре после возбуждения дела № А73-16319/2016, результатом которого стало изъятие из Общества основного, используемого в хозяйственной деятельности ООО «ШЦ «Амуршина» актива, истец оценивает действия ФИО2 как перевод действующего бизнеса на иное юридическое лицо с целью сокрытия активов (в том числе в виде доходов от осуществляемой деятельности) от взыскания.

Ответчик не согласился с предъявленными требованиями, указывая, что действующим законодательством не предусмотрены правовые основания для предъявления кредитором-бывшим участником, чьи требования основаны на обязательстве корпоративной природы о выплате ему действительной стоимости доли участия в корпорации, прямого иска к контролирующему Общество лицу за совершение им вредоносных действий, повлёкших для Общества невозможность исполнить обязательство перед таким кредитором. Как полагает ответчик, законодатель целенаправленно ограничил соответствующие права корпоративных кредиторов, лишив их в том числе права на самостоятельное инициирование процедуры банкротства корпорации и использование специальных механизмов привлечения контролирующих Общество лиц к субсидиарной ответственности, поскольку в силу статьи 2 Федерального закона РФ «Об обществах с ограниченной ответственностью» участники общества несут риск убытков, связанных с его деятельностью».

В отношении обстоятельств дела ответчик выразил несогласие с доводами истца о недобросовестном характере действий ФИО2, поскольку им не совершалось действий по переводу хозяйственной деятельности ООО «ШЦ «Амуршина» на ООО «ВШК», как и иных действий, направленных на вывод активов Общества с целью сокрытия их от взыскания.

В свою очередь представитель истца настаивал на том, что обращение с рассматриваемым иском является единственным способом защиты его нарушенного права.

Оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, представленные сторонами и истребованные судом в порядке статьи 66 АПК РФ, по правилам статьи 71 АПК РФ в их совокупности и системной взаимосвязи, суд приходит к следующему.

Согласно положениям статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несёт ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Указанная норма является специальной при разрешении споров между действующими участниками юридического лица и его руководителем, предоставляя участнику право на подачу косвенного иска в интересах корпорации на возмещение причинённого неправомерным поведением руководителя ей убытков.

В рассматриваемом случае предметом рассмотрения является прямой иск бывшего участника Общества к его руководителю, чьё неправомерное, по мнению истца, поведение повлекло причинение убытков непосредственно ему, а не Обществу и, что является недопустимым с точки зрения действующего законодательства.

На основании пунктов 1, 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Поскольку убытки являются мерой ответственности, по делам о взыскании убытков, возникших как в связи с неисполнением (ненадлежащим исполнением) обязательств, так и в случае причинения вреда, истец должен доказать наличие состава правонарушения, включающего противоправность действий должностных лиц и его вину, размер ущерба и причинно-следственную связь между противоправными действиями и возникшим ущербом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) в случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно пункту 3.1 указанной нормы исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Как указал Конституционный суд РФ в Постановлении от 21.05.2021, предусмотренная пунктом 3.1 статьи 3 Закона об ООО субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинён тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота. При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности – для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

По смыслу указанных норм, отсутствие прямого указания в Законе об ООО на право бывшего участника на взыскание причинённых ему убытков с руководителя действующей корпорации не лишает истца права на предъявление такого требования, поскольку данное право обусловлено базовой нормой статьи 15 ГК РФ, а также наличием требований к Обществу, подтверждённых вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Хабаровского края по делу № А73-14238/2020 и делу № А73-2289/2021.

При этом предъявление иска не в косвенной форме в интересах корпорации, а в прямой форме в интересах непосредственно истца (бывшего участника) в рассматриваемом случае процессуально обосновано, поскольку после выхода участника из Общества его материальные интересы не тождественны интересам корпорации и подлежат самостоятельной судебной защите.

Отсутствие факта ликвидации Общества применительно к обстоятельствам рассматриваемого дела также не может само по себе безусловным образом лишать истца права на предъявление рассматриваемого иска с учётом того, что ответчик в ходе судебного разбирательства не отрицал факт отсутствия у Общества какого-либо имущества, за счёт которого могли быть удовлетворены требования истца, а также фактическое прекращение Обществом хозяйственной деятельности уже к моменту выхода истца из числа его участников.

Таким образом, из материалов дела следует, что Общество не осуществляет и не способно возобновить коммерческую деятельность, при этом в силу положений пункта 2 статьи 4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» истец не имеет возможности защитить свои интересы посредством обращения в суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом) из-за корпоративного характера своих требований.

Право на судебную защиту, будучи универсальным правовым средством государственной защиты прав и свобод человека и гражданина, выполняет обеспечительно-восстановительную функцию в правах, ни в каком случае не может вступить в противоречие с данными целями и потому отнесено, согласно статье 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации, к таким правам и свободам, которые не могут быть ограничены ни при каких обстоятельствах (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 03.05.1995 № 4-П и от 29.05.2018 № 21-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 11.04.2019 № 866-О и от 19.10.2021 № 2133-О). В этой связи государство обязано обеспечить реальный доступ к правосудию, полное осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной и эффективной, тем более если она обеспечивает охраняемые государством достоинство личности, свободу и личную неприкосновенность, право на квалифицированную юридическую помощь и другие права и свободы. Иное, по смыслу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, означало бы умаление права на судебную защиту, а вместе с тем - чести и достоинства личности, причем самим государством (Постановления от 02.02.1996 № 4-П, от 28.05.1999 № 9-П, от 11.05.2005 № 5-П, от 21.04.2010 № 10-П, от 01.03.2012 № 5-П, от 18.03.2014 № 5-П, от 16.11.2018 № 43-П, от 20.01.2023 № 3-П).

Как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, при рассмотрении дел суд не должен ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное вело бы к существенному ущемлению права на судебную защиту, с учетом того что данное право включает в себя не только право на обращение в суд, но и гарантированную государством возможность получить реальную судебную защиту, предполагает конкретные гарантии, позволяющие осуществить его в полном объеме, обеспечить эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего критериям справедливости (Постановление от 15.12.2022 № 55-П).

Нормы гражданского законодательства не могут противоречить общим принципам права, умалять конституционные гарантии достоинства личности, нарушать равенство всех перед законом и судом и в силу этого не должны ограничивать право каждого на судебную защиту.

В связи с изложенным суд отклоняет доводы ответчика о том, что отсутствие у корпоративного кредитора права на самостоятельное инициирование процедуры банкротства корпорации и использование специальных механизмов привлечения контролирующих Общество лиц к субсидиарной ответственности лишает его также и права на подачу прямого иска к контролирующим корпорацию лицам, поскольку в силу статьи 2 Закона об ООО участники общества несут риск убытков, связанных с его деятельностью.

Отсутствие в законе специальных норм не лишает легитимности требования, основанные на общих положениях гражданского законодательства, при этом коммерческие риски участника корпорации не тождественны его рискам, связанным с возможным недобросовестным поведением руководителя Общества.

По правилам статьи 6 ГК РФ в случаях, когда гражданские правоотношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяется гражданское законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона). При невозможности использования аналогии закона права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований добросовестности, разумности и справедливости.

Аналогичная норма предусмотрена в п. 6 ст. 13 АПК РФ и позволяет суду в отсутствии прямого регулирования применить аналогию закона или аналогию права.

С учётом установленных обстоятельств рассматриваемого дела, в том числе фактического прекращения хозяйственной деятельности Общества и отсутствия у ответчика намерения и возможности возобновить её, отсутствие факта ликвидации ООО «ШЦ «Амуршина» не принимается судом как факт, препятствующий рассмотрению искового заявления ФИО1 к ФИО2 о взыскании убытков в размере неисполненных обязательств Общества перед истцом.

При таких обстоятельствах исковое заявление рассматривается судом с применением положений пункта 3.1 Закона об ООО аналогично к ситуации, при которой Общество являлось бы ликвидированным в установленном законом порядке, при этом требования истца квалифицируются как требования о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по неисполненным Обществом обязательствам.

При этом суд считает необходимым отметить, что нарушение руководителем своих фидуциарных обязанностей перед корпорацией может быть оспорено её участником посредством предъявления косвенного иска в защиту законных интересов непосредственно корпорации. Однако, выходя из Общества, участник добровольно отказывается от дальнейшего осуществления имеющегося у него комплекса корпоративных прав (в том числе на оспаривание вредоносных по отношению к корпорации действий руководителя), трансформируя их в единственное право требовать от Общества добросовестного исполнения обязательства по выплате действительной стоимости доли. Соответственно, предметом рассмотрения иска бывшего участника о взыскании убытков с руководителя корпорации по общему правилу могут быть только те деяния руководителя, что были совершены им после выхода участника из Общества и направлены на причинение вреда его личному законному интересу на получение исполнения по обязательству по выплате действительной стоимости доли, возникшему с момента выхода из состава участников корпорации.

Таким образом, для установления противоправного характера поведения ответчика необходимо установить противоправность его действий, направленных на причинение вреда непосредственно истцу и совершённых после выхода истца из числа участников Общества.

Оценивая доводы истца относительно бездействия ФИО2 в качестве руководителя Общества, результатом чего явилось внесение ряда записей о недостоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ в отношении ООО «ШЦ «Амуршина», суд не усматривает в поведении ответчика как противоправного характера, так и наступления для истца каких-либо неблагоприятных последствий от внесения в ЕГРЮЛ в отношении Общества таких записей.

Сам по себе факт прекращения правоспособности должника в административном порядке при наличии у организации неисполненных обязательств перед кредиторами не является самостоятельным основанием для субсидиарной ответственности или взыскания с контролирующего должника лиц убытков.

В рассматриваемом деле правовое значение имеют лишь те действия ответчика, которые могли повлечь утрату Обществом изначально имеющейся реальной возможности исполнить обязательство перед истцом.

Как следует из материалов регистрационного дела Общества, в период с его создания вплоть до ноября 2017 года корпоративная жизнь ООО «ШЦ «Амуршина» была достаточно активной, о чём свидетельствуют записи о неоднократных сменах директоров, изменениях состава участников и их долей в уставном капитале, в материалах регистрационного дела имеются протоколы общих собраний участников, отражающие участие в них учредителей. Данный период завершается внесением в ЕГРЮЛ информации о назначении ФИО2 руководителем (подано в ФНС, согласно материалам регистрационного дела, 29.11.2017), после чего какие-либо корпоративные мероприятия в Обществе более не проводятся, последующие записи появляются только с июля 2021 года и сводятся к внесению сведений об отчуждениях участниками ООО «ШЦ «Амуршина» своих долей Обществу и о недостоверности сведений об участниках и директоре.

Данные обстоятельства соотносятся с доводами ответчика о том, что все участники Общества утратили интерес к его судьбе с момента наступления финансовых проблем у группы компаний «Амуршина», в том числе в связи с ухудшением финансового положений головной компании (ООО «Амуршина-Хабаровск» ОГРН1032700458174, ИНН <***>, признано несостоятельным решением Арбитражного суда Хабаровского края от 08.09.2015 по делу № А73-11184/2015) и последующим обращением взыскания АО ПО «Алтайский шинный комбинат» на заложенное Обществом имущество, являющееся при этом его основным активом.

Аналогичные обстоятельства следует и из истребованных судом по ходатайству истца банковских выписок по расчётным счетам ООО «ШЦ «Амуршина», согласно которым практически все поступившие за период с 01.01.2019 по 28.09.2022 денежные средства были списаны налоговым органом в безакцептном порядке, предусмотренном статьёй 46 НК РФ, а суммарный оборот за указанный период составил 587 141,10 руб. по дебету счёта (было списано) и 561 306,87 руб. по кредиту счёта (поступило).

В свою очередь, из банковской выписки ООО «ВШК» судом не установлено фактов, свидетельствующих как о выводе каких-либо активов ООО «ШЦ «Амуршина» в указанное общество, так и о заявленном истцом переводе хозяйственной деятельности. При этом руководителем ООО «ВШК» ФИО6 являлся в период с 22.12.2016 по 12.11.2017 (заявление в ФНС России о смене руководителя подано 03.11.2017), то есть он утратил соответствующие полномочия ещё до назначения директором в ООО «ШЦ «Амуршина».

Истцом в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не представлено каких-либо доказательств в подтверждение довода о переводе бизнеса на ООО «ВШК», из собранных по делу доказательств данный факт также судом не установлен.

Доказательств совершения ответчиком действий по выводу активов из ООО «ШЦ «Амуршина» материалы дела также не содержат. Поэтапное уменьшение стоимости активов Общества, прослеживаемое из бухгалтерской отчётности Общества, объясняется ответчиком амортизацией принадлежащих ООО «ШЦ «Амуршина» основных средств (земельный участок, комплект ворот и здание шинного центра), на которые было обращено взыскание АО ПО «Алтайский шинный комбинат», но по настоящий момент реализация данных активов в рамках исполнительного производства от 07.02.2020 № 23419/20/27015-ИП не завершена.

Само по себе осуществление ООО «ВШК» схожей хозяйственной деятельности не означает, что имел место перевод действующего бизнеса. Доказательства «перевода» ООО «ШЦ «Амуршина» действующих договоров с контрагентами на ООО «ВШК» истцом не представлено, из материалов дела данное обстоятельство также не следует.

При этом, даже если бы ООО «ВШК» заключило договоры с контрагентами прекратившего хозяйственную деятельность вследствие утраты основных активов ООО «ШЦ «Амуршина», это являлось бы следствием, а не причиной наступления в Обществе неблагоприятной финансовой ситуации, и не могло бы свидетельствовать о недобросовестном либо неосмотрительном характере действий руководства Общества.

Договор залога указанных активов № 04/06-ЩЦ в свою очередь был заключен 11.06.2015 в обеспечение обязательств ООО «Амуршина-Хабаровск» перед АО ПО «Алтайский шинный комбинат» по договору поставки от 04.06.2015 № 0406-ПДЗ и подписан со стороны Общества ФИО7 (по доверенности, отец истца). Соответственно, оснований вменять сам факт принятия Обществом дополнительных обязательств перед АО ПО «Алтайский шинный комбинат» в неосмотрительность либо недобросовестность ответчику (при том, что данные события произошли задолго как до прекращения Обществом хозяйственной деятельности, так и до выхода истца из числа участников Общества) также не имеется.

Представленные истцом документы об обращениях к ответчику с запросами о предоставлении информации и документов о деятельности Общества не имеют правового значения для рассматриваемого дела, поскольку, во-первых, не свидетельствуют об уклонении ФИО2 от предоставления истцу запрашиваемой им информации, во-вторых, данные обращения были совершены до выхода ФИО1 из состава участников Общества и не могут квалифицировать ответные действия либо бездействие ответчика как направленные на уклонение от исполнения Обществом ещё не возникшего обязательства перед истцом по выплате ему действительной стоимости доли участия в Обществе.

Таким образом, в нарушение требований статьи 65 АПК РФ истцом не представлено никаких доказательств в подтверждение доводов, изложенных в исковом заявлении. Ответчик в свою очередь в ходе судебного разбирательства не уклонялся от раскрытия информации о хозяйственной жизни Общества, раскрыв причины невозможности исполнения обязательства перед истцом, находящиеся в пределах обычных коммерческих рисков, ответственность за которые не может быть возложена на руководителя корпорации.

Поскольку все имеющиеся у Общества активы, на которые может быть обращено взыскание, являются предметом залога и подлежат взысканию в пользу АО ПО «Алтайский шинный комбинат», средств для удовлетворения требований истца у Общества не имеется, при этом совершения ФИО6 действий, приведших к такой ситуации, судом не установлено, обратного истцом не доказано.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии совокупности условий, обуславливающих возможность возложения обязательств Общества на его бывшего руководителя в порядке субсидиарной ответственности, в связи с чем исковые требования удовлетворению не подлежат.

Ввиду отказа в удовлетворении иска понесённые истцом судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на истца по правилам ст. 110 АПК РФ.

Вместе с тем, учитывая общую тяжёлую экономическую ситуацию последнего времени, послужившую основанием для применения неординарных мер для поддержания субъектов рыночных отношений, в том числе введение в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 № 497, статьёй 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» моратория на начисление финансовых санкций юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям как меры государственной поддержки, направленной на недопущение усугубления положения субъектов рыночных отношений и их массового банкротства в условиях введения санкций недружественными иностранными государствами, суд на основании положений пункта 2 статьи 333.22 НК РФ считает возможным снизить размер государственной пошлины до 6 000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167-170 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государствую пошлину в размере 6 000 руб.


Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия (изготовления его в полном объёме), если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Шестой арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, а также в кассационном порядке в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение двух месяцев с даты вступления решения в законную силу, если решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются в арбитражный суд апелляционной и кассационной инстанции через Арбитражный суд Хабаровского края.



Судья Е.П. Гребенникова