Постановление от 29 ноября 2020 г. ФАС ВВО (ФАС Волго-Вятского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А38-6943/2016

30 ноября 2020 года


Резолютивная часть постановления объявлена 27.11.2020.

Полный текст постановления изготовлен 30.11.2020.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ногтевой В.А.,

судей Елисеевой Е.В., Жегловой О.Н.


в отсутствие участвующих в деле лиц


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

финансового управляющего ФИО1 –

ФИО2


на определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 09.06.2020 и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 11.08.2020

по делу № А38-6943/2016


по заявлению финансового управляющего ФИО2

о признании недействительным договора дарения, заключенного

ФИО1 и ФИО3, и

о применении последствий недействительности сделки,


иные участники обособленного спора –

индивидуальный предприниматель ФИО4 и

ФИО5


и у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданки ФИО1 (далее – должник) в Арбитражный суд Республики Марий Эл обратился финансовый управляющий ФИО2 с заявлением, уточненном в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительным договора дарения недвижимого имущества от 30.10.2014, заключенного должником и ФИО3, и о применении последствий недействительности сделки.

Требование заявлено на основани статей 10, 167, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и митивировано тем, что договор заключен с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

К участию в деле привлечены индивидуальный предприниматель ФИО4 и ФИО5.

Определением от 09.06.2020 суд отказал в удовлетворении заявления.

Суд исходил из отсутствия доказательств злоупотребления правом при заключении оспоренной сделки. Заключение договора дарения между близкими родственниками (дочерью и матерью) не является достаточным основанием, подтверждающим факт злоупотребления правом.

Первый арбитражный апелляционный суд постановлением от 11.08.2020 оставил определение от 09.06.2020 без изменения по тем же мотивам.

Не согласившись с принятыми судебными актами, финансовый управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 09.06.2020 и постановление от 11.08.2020, направить обособленный спор в Арбитражный суд Республики Марий Эл на новое рассмотрение.

По мнению заявителя жалобы, выводы судов двух инстанций не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. В результате совершения сделки было отчуждено безвозмездно недвижимое имущество в пользу заинтересованного лица, чем причинен вред иным кредиторам должника, в том числе имевшимся на момент заключения договора дарения от 30.10.2014. ФИО3 является матерью ФИО1 и не могла не знать о противоправной цели сделки. Тот факт, что спорное имущество обременено залогом в пользу ФИО4, не исключает нарушения прав других кредиторов должника. В силу пункта 5 статьи 213.27 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкотстве)» только 80 процентов суммы, вырученной от продажи предмета залога, направляется на погашение требований залогового кредитора, а остальные денежные средства направляются на погашение судебных расходов и для расчетов с иными кредиторами. Финансовый управляющий обращает внимание на то, что 30.10.2014 между ФИО1 и ФИО3 было заключено еще два договора дарения недвижимого имущества (земельных участков), а 16.10.2014 договор дарения 1/3 доли в праве собственности на многоквартирный дом и земельный участок. Податель жалобы полагает, что оспоренная сделка также обладает признаками мнимой сделки, совершенной для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия. То обстоятельство, что ФИО3 в конкурсную массу вернула большую часть имущества, полученного по договору дарения от 30.10.2014, также не имеет правового значения. Встроенные помещения VI и VII общей площадью 54,4 квартаного метра и 3,2 квадратного метра соответственно были проданы одаряемой ФИО5 за 500 000 рублей. Учитывая, что 400 000 рублей, вырученных от продажи имущества, были направлены на погашение долга ФИО1 перед ФИО4 по договору займа, требование финансового управляющего о возврате в конкурсную массу 100 000 рублей соответствует положениям пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Законность определения Арбитражного суда Республики Марий Эл от 09.06.2020 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 11.08.2020 по делу № А38-6943/2016 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, предприниматель ФИО4 (займодавец) и ФИО1 (заемщик) заключили договор займа от 30.07.2014, по условиям которого займодавец предоставил заемщику 3 000 000 рублей под 36 процентов годовых.

Надлежащее исполнение заемщиком обязательств обеспечено залогом следующего имущества:

- встроенное помещение I (Литер Б2), общей площадью 19,2 квадратного метра;

- встроенное помещение II (Литер Б2), общей площадью 18,9 квадратного метра;

- встроенное помещение III (Литер Б2), общей площадью 18,9 квадратного метра;

- встроенное помещение IV (Литер Б2), общей площадью 19 квадратных метров;

- встроенное помещение V (Литер Б2), общей площадью 18,7 квадратного метра;

- встроенное помещение VI (Литер Б2), общей площадью 54,4 квадратного метра;

- встроенное помещение VII (Литер Б2), общей площадью 3,2 квадратного метра, расположенных в городе Йошкар-Оле, <...>, этаж 1.

ФИО1 (даритель) и ФИО3 (одаряемая) заключили договор дарения от 30.10.2014, по условиям которого даритель передал одаряемой безвозмездно названные объекты недвижимости. В пункте 5 договора указано, что объекты недвижимости имеют ограничение прав в виде договора ипотеки перед ФИО4 Договор дарения от 30.10.2014 зарегистрирован 11.11.2014 в Управлении Росреестра по Республике Марий Эл.

В связи с частичным погашением долга стороны подписали дополнительное соглашение от 12.08.2015 к договору займа от 30.07.2014, уменьшив сумму долга до 2 600 000 рублей и исключив из состава заложенного имущества помещение VI.

ФИО3 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключили договор купли-продажи от 13.08.2015, по условиям которого продавец обязался передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить недвижимое имущество: встроенные помещения VI и VII (Литер Б2) общей площадью 54,4 квадртаного метра и 3,2 метра соответственно, расположенные в городе Йошкар-Оле, <...>. Стоимость имущества определена в размере 500 000 рублей, в том числе встроенного помещения VI – 450 000 рублей, встроенного помещения VII – 50 000 рублей. Договор заключен с согласия предпринимателя ФИО4 и зарегистрирован 26.08.2015 в Управлении Росреестра по Республике Марий Эл.

Денежные средства в сумме 400 000 рублей, полученные по названному договору купли-продажи, были перечислены предпринимателю ФИО4 в счет погашения долга по договору займа от 30.07.2014, что установлено решением Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 16.09.2016 по делу № 2-5915/2016 о взыскании с ФИО1 в пользу предпринимателя ФИО4 долга и штрафных санкций по договору займа от 30.07.2014.

Арбитражный суд Республики Марий Эл определением от 12.09.2016 возбудил производство по делу о несостоятельности ФИО1

Определением от 17.03.2017 введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

Решением от 13.09.2017 должник признан несостоятельным и введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2

Финансовый управляющий оспорил договор дарения от 30.10.2014 на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и просил применить последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО3 вернуть в конкурсную массу должника встроенные помещения I – VII.

Впоследствии финансовый управляющий ФИО2 изменил заявленные требования в части применения последствий недействительности сделки, исключив из числа имущества, подлежащего возврату в конкурсную массу должника встроенные помещения VI и VII. В качестве правового обоснования приведены нормы статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В ходе рассмотрения спора ФИО3 добровольно вернула ФИО1 встроенные помещения I – V. Переход права собственности зарегистрирован 02.04.2020 в установленном законом порядке.

Финансовый управляющий вновь уточнил заявленные требования, просил применить последствия недействительности договора дарения от 30.10.2014 в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника 100 000 рублей, полученных от продажи встроенных помещений VI и VII по договору купли-продажи от 13.08.2015.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из приведенной правовой нормы под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие у обоих участников сделки умысла (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исследовав представленные в дело доказательства, суды двух инстанций пришли к выводу о том, что заявитель вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил убедительных доказательств совершения оспоренной сделки при злоупотреблении правом, с целью вывода имущества должника и исключения обращения взыскания на это имущество. При этом суды правомерно приняли во внимание то обстоятельство, что спорное имущество было обременено залогом в обеспечение исполнения заемных обязательств ФИО1 перед ФИО4 В пункте 5 договора дарения от 30.10.2014 указано, что на объекты недвижимости имеется ограничение прав в виде залога (ипотеки). Участники сделки осознавали, что передаваемое в дар имущество в силу статьи 353 Гражданского кодекса Российской Федерации сохраняет обременение (залог) и на него может быть обращено взыскание залоговым кредиторов. Указанное обстоятельство исключает противправную цель сделки - недопущение обращения взыскания на имущество для расчетов с кредиторами.

Заключение договора дарения с заинтересованным по отношению к должнику лицу не является достаточным основанием для квалификации сделки, как совершенной при злоупотреблении правом.

При этих обстоятельствах суды правомерно отказали в применении к спорным правоотношениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В качестве основания оспаривания сделки должника кредитор ссылался и на мнимость договора дарения.

В пункте 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Мнимая сделка ничтожна. Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды двух инстанций признали доказанным факт реального исполнения договора дарения. Переход права собственности на объекты недвижимости зарегистрирован в установленном законом порядке. Более того, одаряемая, впоследствии распорядилась частью полученного в дар имущества, заключив с ФИО5 договор купли-продажи от 13.08.2015.

Правовые основания для признания договора дарения от 30.10.2014 недействительным на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствовали.

Отказав в признании договора дарения от 30.10.2014 недействительным, суды двух инстанций также правомерно приняли во внимание то обстоятельство, что ФИО3 вернула в конкурсную массу должника основную часть имущества, полученного по сделке, а именно: встроенные помещения I – V. Что касается оставшегося имущества (встроенные помещения VI и VII), то оно, как отмечалось раннее, было продано одаряемой по договору купли-продажи от 13.08.2015 за 500 000 рублей. При этом основная часть средств (400 000 рублей) направлена ФИО3 на погашение задолженности ФИО1 перед ФИО4 по заемным обязательствам, что также свидетельствует об отсутствии противоправной цели оспариваемой сделки.

С учетом изложенного суды правомерно отказали в признании договора дарения от 30.10.2014 недействительным, а потому правовые основания для применения последствий недействительности сделки, предусмотренные в пункте 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, отсутствовали.

Статья 213.27 Закона о банкротстве, на которую сослался заявитель в кассационной жалобе, не может быть применена к спорным правоотношениям как недействующая на момент совершения оспоренного договора дарения от 30.10.2014.

Обжалованные судебные акты приняты при правильном применении норм права, содержащиеся в них выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Расходы по уплате государственной пошлины в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 09.06.2020 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 11.08.2020 по делу № А38-6943/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий


В.А. Ногтева


Судьи


Е.В. Елисеева

О.Н. Жеглова