Решение от 27 октября 2020 г. по делу № А40-71176/2020

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-71176/20-51-517
город Москва
27 октября 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 21 октября 2020 года

Решение в полном объеме изготовлено 27 октября 2020 года


Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Козленковой О.В., единолично,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЛИГАЛ ЭМПАЙР» (ОГРН <***>)

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СТРОЙ ТЕХНО ИНЖЕНЕРИНГ» (ОГРН <***>)

о взыскании по договору № 12.10/2017-ОСК/БЭ от 12 октября 2017 года долга в размере 10 513 977 руб.,

третье лицо - ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ОДИНЦОВСКАЯ СТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ+» (ОГРН <***>)


при участии:

от истца – ФИО2, генеральный директор, решение № 1/2019 от 17 июня 2019 года;

от ответчика – ФИО3, по дов. № Д-11/2020/СТИ от 25 февраля 2020 года;

от третьего лица – ФИО4, по дов. № б/н от 17 сентября 2020 года;



У С Т А Н О В И Л:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЛИГАЛ ЭМПАЙР» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СТРОЙ ТЕХНО ИНЖЕНЕРИНГ» (далее – ответчик) о взыскании по договору № 12.10/2017-ОСК/БЭ от 12 октября 2017 года долга в размере 10 513 977 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15 июля 2020 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ОДИНЦОВСКАЯ СТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ+».

Ответчик против удовлетворения заявленных требований возражает по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Рассмотрев заявленные требования, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив в материалах дела доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 12 октября 2017 года между третьим лицом (субсубподрядчиком) и ответчиком (субподрядчиком) был заключен договор субсубподряда № 12.10/2017-ОСК/БЭ.

В соответствии с пунктом 1.1. договора субподрядчик поручил, а субсубподрядчик принял на себя обязательства по выполнению в счет цены договора всех работ на 10 этаже в соответствии с условиями договора, приложениями к нему и утвержденной рабочей документацией, включая выполнение гарантийных обязательств в соответствии с договором и законодательством.

В соответствии с пунктом 2.1. договора ориентировочная цена договора составила 35 180 886 руб. 60 коп.

В соответствии с пунктом 4.1. договора субсубподрядчик обязуется выполнить все работы в сроки, указанные в графике выполнения работ, приведенном в приложении № 2 к договору («График выполнения Работ»), а также в сроки, указанные в разрабатываемых субсубподрядчиком в соответствии с условиями договора на основе графика выполнения работ месячно-суточных графиках выполнения работ, оформленных по форме приложения № 5 к договору («Месячно-суточные графики выполнения Работ»). Окончательный срок работ определен сторонами до 16 января 2018 года.

Согласно статье 702 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Пунктом 1 статьи 711 ГК РФ установлена обязанность заказчика уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

В соответствии с положениями статей 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Как установлено судом, ранее ответчик обращался в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к третьему лицу о взыскании неосновательного обогащения в размере 10 554 265 руб. 98 коп., по договору № 12.10/2017-ОСК/БЭ от 12 октября 2017 года неустойки в размере 75 990 руб. за просрочку в возврате аванса за период с 01.04.2019 по 24.04.2019, неустойки в размере 4 285 031,99 руб. (за просрочку в работе за период с 17.01.2018 по 26.02.2019, неустойки в размере 40 600 000 руб. за непредставление надлежаще оформленной исполнительной документации за период с 17.01.2018 по 26.02.2019.

Решением Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-123056/19 от 05 июля 2019 года требование о взыскании неосновательного обогащения удовлетворено в полном объеме, требование о взыскании и неустойки удовлетворено в части в размере 10 554 265,98 руб. с применением ст. 333 ГК РФ.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16 октября 2019 года решение Арбитражного суда г. Москвы от 05.07.2019 по делу № А40-123056/19 отменено в части взыскания 10 554 265,98 руб. неосновательного обогащения и изменено в части взыскания 10 554 265,98 руб. неустойки и 200 000 руб. госпошлины по иску. В удовлетворении требования о взыскании неосновательного обогащения отказано. С субсубподрядчика в пользу субподрядчика взыскана неустойка в размере 1 770 911 руб. 04 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 161 700 руб. В остальной (отказанной) части решение Арбитражного суда города Москвы от 05.07.2019 по делу № А40-123056/19 оставлено без изменения.

В соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вступившим в законную силу судебным актом установлено, что в представленных подрядчиком актах о приемке выполненных работ по форме КС-2 указаны отчетные периоды выполнения работ 01.02.2018 - 28.02.2018, 01.03.2018 - 31.03.2018. Акты о приемке выполненных работ по форме КС-2 были направлены подрядчиком заказчику 07.08.2018. Однако заказчик заявил об отказе от договора только 01.03.2019. Договор считается расторгнутым с 26.03.2019, когда соответствующее уведомление было получено подрядчиком. Таким образом, спорные работы были выполнены в период действия договора и, следовательно, подлежат принятию заказчиком. Заказчик в т.ч. не ссылался на обстоятельства и не представлял доказательств выполнения спорных работ не подрядчиком, а иными лицами. Наличие результата работы в натуре, а также возможность его использования по назначению, может быть доподлинного проверено посредством обследования с привлечением специалистов/ экспертов объекта 1-й этаж «Башни Эволюция», <...>, стр. 2, и, соответственно, при наличии к тому объективных выявленных в ходе обследования оснований, может быть и опровергнуто. Однако заказчик не ходатайствовал ни о проведении судебной экспертизы, ни о приобщении к материалам дела внесудебного заключения специалиста. Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что по настоящему делу следует считать установленным факт передачи подрядчиком надлежаще выполненного результата работы стоимостью 21 068 243,20 руб., что превышает величину полученного от заказчика аванса.

Таким образом, изложенный в отзыве на исковое заявление довод ответчика о недоказанности факт выполнения субсубподрядчиком работ по договору на сумму 21 068 243 руб. 20 коп. противоречит вступившему в законную силу судебному акту.

Суд считает, что к спорным правоотношениям подлежит применению принцип эстоппель и положения пункта 4 статьи 1, статьи 10 ГК РФ, не допускающие возможность извлечения выгоды из недобросовестного поведения.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 ГК РФ, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Под злоупотреблением правом также понимается ситуация, когда лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным способом. В силу международного принципа эстоппель, который признается Конституцией Российской Федерации (статья 15), сторона лишается права ссылаться на возражения в отношении ранее совершенных действий и сделок, а также принятых решений, если поведение свидетельствовало о его действительности. Главная задача принципа эстоппель - не допустить, чтобы вследствие непоследовательности в своем поведении сторона получила выгоду в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной. Кратко принцип «эстоппель» можно определить, как запрет ссылаться на обстоятельства, которые ранее признавались стороной бесспорными исходя из ее действий или заверений.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, например, указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд считает, что доводы ответчика о выполнении спорных работ третьим лицом направлены на извлечение выгоды из недобросовестного поведения, поскольку при рассмотрении дела № А40-123056/19 ответчик не ссылался на выполнение спорных работ третьим лицом, данный довод заявлен ответчиком лишь при рассмотрении настоящего дела.

В отзыве ответчик утверждает, что судом при рассмотрении дела № А40-123056/19 не исследовались обстоятельства фактического выполнения работ по договору, что прямо противоречит вступившему в законную силу судебному акту.

Все доводы ответчика в рамках настоящего дела направлены на пересмотр вступившего в законную силу судебного акта, что недопустимо.

Ответчик, утверждая, что в рамках дела № А40-123056/19 не назначалась судебная экспертиза, подтверждает свое собственное процессуальное поведение в рамках указанного дела, выразившееся в нереализации права на заявление ходатайства о назначении судебной экспертизы.

01 апреля 2020 года между субсубподрядчиком (цедентом) и истцом по настоящему делу (цессионарием) заключено соглашение об уступке права (требования).

Согласно условиям соглашения цедент уступил цессионарию право (требование) к субподрядчику задолженности за выполненные работы, а также убытков и штрафных санкций, связанных с неисполнением обязанности по оплате работ, по договору субподряда от 12.10.2017 № 12/10/2017-ОСК/БЭ, заключенному между первоначальным кредитором (цедентом) и обществом с ограниченной ответственностью «Строй Техно Инженеринг», по актам о приемке выполненных работ по форме КС-2 от 28.02.2018 № 1 на сумму 3 342 987,01 руб.. от 28.02.2018 № 2 на сумму 3 235 680,54 руб., от 31.03.2018 № 3 на сумму 122 413,20 руб., от 31.03.2018 № 4 на сумму 83 725,72 руб., от 31.03.2018 № 5 на сумму 62 341,76 руб., от 31.03.2018 № 6 на сумму 246 313,20 руб., от 31.03.2018 № 7 на сумму 2 242 777,03 руб., от 31.03.2018 № 8 на сумму 541 724,43 руб., от 31.03.2018 № 9 на сумму 321 708,95 руб., от 31.03.2018 № 10 на сумму 692 950,75 руб., от 31.03.2018 № 11 на сумму 4 846 334,93 руб., от 31.03.2018 № 12 на сумму 114 445,60 руб., от 31.03.2018 № 13 на сумму 1 338 522,38 руб.. от 31.03.2018 № 14 на сумму 1 095 303,14 руб., от 31.03.2018 № 15 на сумму 1 023 778,62 руб., от 31.03.2018 № 16 на сумму 1 757 235,94 руб., итого на общую сумму 21 068 243,20 руб., в неоплаченной должником части в размере 10 513 977,21 руб. Право (требование) первоначального кредитора (цедента) к должнику на дату подписания соглашения включает: сумму основного долга: 10 513 977,21 руб.; сумму неустойки за просрочку платежа 5 % от суммы задолженности, что составляет 525 698,86 руб.

Ответчик заявил, что соглашение об уступке прав требования заключено с нарушением пункта 13.1. договора подряда, предусматривающего, что субсубподрядчик не вправе уступать права и (или) передавать обязанности по договору полностью или частично, без предварительного письменного согласия субподрядчика, которое субподрядчик вправе дать или не давать по своему усмотрению либо усмотрению заказчика.

В соответствии с п. 1 ст. 382 ГК РФ, право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

В соответствии с п. 2 ст. 382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору (п. 1 ст. 388 ГК РФ).

Статья 421 ГК РФ устанавливает, что стороны свободны в заключении договора. Представленный в дело договор цессии отвечает требованиям действующего гражданского законодательства.

Совершение сделки уступки права (требования) представляет собой исполнение цедентом возникшего из соглашения об уступке права (требования) обязательства по передаче цессионарию права требования. По смыслу ст. 382 ГК РФ только существующее право может быть предметом уступки. В отсутствие сведений и доказательств выполнения ответчиком своих обязанностей в полном объеме, а также доказательств признания договора цессии недействительными, в установленном законом порядке, оснований полагать состоявшуюся уступку права (требования) недействительной сделкой также не имеется.

Суд также полагает необходимым отметить, что договор цессии заключен после расторжения договора подряда ответчиком. Предусмотренное договором на выполнение работ условие о запрете цессии без согласия другой стороны прекратило свое действие, в связи с чем довод о недействительности договора цессии, по причине отсутствия согласия должника (заказчика) на уступку права, принадлежащего подрядчику, противоречит п. 2 ст. 382 ГК РФ.

Кроме того, в силу пункта 3 статьи 382 ГК РФ неизвещение должника новым кредитором о переходе к нему права требования влечет отказ в удовлетворении этого требования лишь при условии надлежащего исполнения обязательств первоначальному кредитору (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.06.2010 № 15842/09). В материалы дела ответчиком доказательств надлежащего исполнения обязательств первоначальному кредитору (третьему лицу по настоящему делу) не представлено.

В соответствии с пунктом 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 года № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 ГК РФ о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», если договор содержит условие о необходимости получения согласия должника либо о запрете уступки требования третьим лицам, передача такого требования, за исключением уступки требований по денежному обязательству, может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что цессионарий знал или должен был знать об указанном запрете (пункт 2 статьи 382, пункт 3 статьи 388 ГК РФ). Соглашением должника и кредитора могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого в соответствии с договором согласия на уступку, в частности, данное обстоятельство может являться основанием для одностороннего отказа от договора, права (требования) по которому были предметом уступки (статья 310, статья 450.1 ГК РФ).

Согласно п. 17 Постановления уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (пункт 3 статьи 388 ГК РФ).

Спорное требование является денежным, в котором личность кредитора значения не имеет. Поэтому договор уступки не может быть признан недействительным, что подтверждается судебной практикой (Обзор судебной практики ВС РФ № 1 (2019), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 24.04.2019, Постановления АС Московского округа от 16.04.2019 по делу № А40-133713/2018, от 17.12.2018 по делу № А41-88640/2017).

Оценив представленные в материалы дела доказательства с учетом требований статьи 71 АПК РФ, суд считает обоснованным и подлежащим удовлетворению требование истца о взыскании с ответчика по договору № 12.10/2017-ОСК/БЭ от 12 октября 2017 года долга в размере 10 513 977 руб., поскольку материалами дела подтвержден факт выполнения работ на данную сумму.

Поскольку истцу предоставлялась отсрочка уплаты государственной пошлины до рассмотрения дела по существу, исковые требования удовлетворены судом в полном объеме, с ответчика в доход федерального бюджета Российской Федерации подлежит взысканию государственная пошлина в размере 75 570 руб.

Руководствуясь ст. ст. 9, 65, 110, 123, 156, 167 - 170 АПК РФ,



Р Е Ш И Л:

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СТРОЙ ТЕХНО ИНЖЕНЕРИНГ» в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ЛИГАЛ ЭМПАЙР» по договору № 12.10/2017-ОСК/БЭ от 12 октября 2017 года долг в размере 10 513 977 руб.

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СТРОЙ ТЕХНО ИНЖЕНЕРИНГ» в доход федерального бюджета Российской Федерации государственную пошлину в размере 75 570 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья: О.В. Козленкова