Постановление от 21 марта 2019 г. по делу № А06-2887/2018

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А06-2887/2018
г. Саратов
21 марта 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена «14» марта 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен «21» марта 2019 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Грабко О.В.,

судей Макарова И.А., Самохваловой А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Астраханской области от 27 декабря 2018 года по делу № А06-2887/2018 (судья Подосинников Ю.В.)

по заявлению ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов Общества с ограниченной ответственностью ООО "Каспий Ритейл" (414056 <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании представителя Управления Федеральной налоговой службы по Астраханской области ФИО3, действующего на основании доверенности от 22 мая 2018 года №19-11/1552,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Астраханской области от 19 сентября 2018 года в отношении общества с ограниченной ответственностью «Каспий Ритейл» (далее - ООО «Каспий Ритейл», должник) введена процедура банкротства наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Информация о введении процедуры конкурного производства опубликована в газете «КоммерсантЪ» от 22 сентября 2018 года.

В Арбитражный суд Астраханской области обратился ФИО2 (далее – ФИО2) с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «Каспий Ритейл» суммы 10 339 226 рублей 08 копеек на основании соглашения об отступном от 31 января 2018 года.

Определением Арбитражного суд Астраханской области от 27 декабря 2018 года в удовлетворении заявления ФИО2 отказано.

Не согласившись с указанным определением суда, ФИО2 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции не учел, что требования ФИО2 основаны на соглашении от 31 января 2018 года. Кроме того, не доказано, что ФИО2 при совершении сделки являлся заинтересованным лицом.

Представитель УФНС России по Астраханской области возражает против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, в судебное заседание не явились.

Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru) 13 февраля 2019 года, что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанного лица.

Исследовав материалы дела, заслушав доводы лица, участвующего в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции находит, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов, кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение 30 дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве кредиторами признаются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору.

Согласно статьям 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Основанием для предъявления требования ФИО2 послужило неисполнение ООО «Каспий Ритейл» обязательств по соглашению об отступном от 31 января 2018 года.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно статье 384 Гражданского кодекса Российской Федерации право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, если иное не предусмотрено законом или договором.

31 января 2018 года между ФИО5 (должник) и ФИО2 (кредитор) заключено соглашение об отступном.

Согласно пункту 1.1 соглашения стороны договариваются о прекращении всех обязательств должника (ФИО5), вытекающих из договора займа от 01 марта 2014 года, заключенного между кредитором и должником.

По условиям соглашения ФИО5 передает ФИО2 в качестве отступного права требования в сумме 10 339 226 рублей 08 копеек по договорам займа от 04 мая 2010 года и от 10 марта 2014 года заключенного между ФИО5 и ООО «Каспий Ритейл», являющегося заемщиком по договорам займа (л.д.4)

По смыслу положений статей 382 и 384 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору уступки может быть передано только действительное право, принадлежащее кредитору.

Таким образом, при рассмотрении споров, возникающих из договора цессии, подлежат установлению факты, подтверждающие действительность переданного права и его наличие у кредитора.

Принимая решение по делу, суд должен исходить не из предполагаемых, а конкретных взаимоотношений участвующих в них сторон.

Как следует из материалов дела, 04 мая 2010 года между ООО «Каспий Ритейл» (заемщик) и ФИО5 (займодавец) заключен договор займа, по условиям которого ФИО5 передает в качестве заемных средств сумму в размере 15 000 000 рублей для пополнения оборотных средств. Возврат займа определен в течение 30 дней с момента предъявления требования о возврате.

В подтверждение займа представлен договор и приходные кассовые ордера (л.д.16-19).

10 марта 2014 года между ФИО5 и ООО «Каспий Ритейл» заключен договор займа, по условиям которого займодавец передал заемщику денежные средства в размере 11 000 000 рублей. Возврат денежных средств производится в течение года с момента получения (п.4 договора) (л.д.22, 24-27).

10 марта 2014 года между ФИО5 и ФИО2 заключен договор займа, по условиям которого ФИО2 передает ФИО5 в качестве заемных средств сумму в размере 10.000.000 рублей на срок до 31 декабря 2015 года. (л.д.20).

В соответствии со статьей 807 Гражданского кодекса РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно статьям 161, 808 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Таким образом, для квалификации отношений сторон как заемных необходимо установить соответствующий характер обязательства, включая достижение между ними соглашения об обязанности заемщика возвратить заимодавцу полученные денежные средства.

На основании пункта 1 статьи 160 Гражданского кодекса РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В силу пункта 1 статьи 162 Гражданского кодекса РФ несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

Исходя из изложенного, передача денежной суммы конкретным заимодавцем заемщику может подтверждаться различными доказательствами, кроме свидетельских показаний.

Требование о включении в реестр задолженности по договору займа, по своей правовой природе, аналогично исковому требованию о взыскании долга по соответствующему виду договора, за тем исключением, что в первом случае в отношении ответчика проводятся процедуры несостоятельности.

Вместе с тем, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской, суд учитывает среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 3 пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Судом ФИО2 предложено представить доказательства источников дохода позволяющих предоставить заем ФИО5 в размере 10 000 000 рублей. Однако ФИО2 такие доказательства не предоставлены. Из объяснений представителя ФНС России следует, что справки 2НДФЛ по доходу ФИО2 в налоговый орган до 2015 года не поступали.

Таким образом, материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о финансовом положении кредитора ФИО2 на момент заключения с аффилированным должника лицом ФИО5 договора займа (налоговых деклараций, подтвержденных работодателями сведений об уровне доходов ФИО2, подтвержденных банками и иными кредитными учреждениями сведений об оборотах по его банковским счетам), либо иных документов, с достоверностью подтверждающих наличие у ФИО2 источников дохода (заработной платы, выручки от предпринимательской деятельности, от выплаты подлежащих налоговому декларированию дивидендов по акциям и долям участия в хозяйственных обществах, получения в порядке наследования и др.) в размере, соответствующем объему принятых обязательств на момент заключения договора займа с ФИО5.

Таким образом, в материалы дела не представлено доказательств реальности договора займа от 10 марта 2014 года, заключенного между ФИО5 и ФИО2 на сумму 10 000 000 руб.

Кроме того, анализируя договоры займа от 04 мая 2010 года и 10 марта 2014 года, заключенные между ООО «Каспий Ритейл» и ФИО5 суд первой инстанции правомерно пришел к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается осуществление гражданином и юридическим лицом своих прав с причинением вреда другим лицам. При злоупотреблении правом лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным образом (правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации, изложенная в определении от 20.10.2015 N 18-КГ15-181).

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью создание подконтрольной фиктивной кредиторской задолженности для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса).

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника.

При этом аффилированность сторон сделки презюмирует осведомленность контрагента должника о наличии указанной цели совершения сделки.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ФИО5 с 2008 года является учредителем ООО «Каспий Ритейл».

Таким образом, учитывая вышеизложенное, суд делает вывод о том, что на момент заключения договоров займа, ФИО5 являлась аффилированным лицом по отношению должнику.

По смыслу определения Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6) по делу N А12-45751/2015, а также определений Верховного Суда РФ от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556 (1), (2) нерыночное накопление прав требований к должнику аффилированным лицом и последующее предъявление этих требований в деле о банкротстве в целях конкуренции с требованиями конкурсных кредиторов не является поведением добросовестным, а прикрывает корпоративные интересы, которые не подлежат защите в рамках споров о включении требований в реестр требований кредиторов должника.

Из условий договоров займа следует, что ФИО5 предоставляет денежные средства должнику для пополнения оборотных средств без процентов.

Данные действия должника и кредитора, с учетом установленной аффилированности, не могут быть объяснены с точки зрения такой цели коммерческого юридического лица как извлечение прибыли от своей деятельности и рассматриваются как создание искусственной задолженности для целей включения в реестр требований кредиторов, кредитование должника на условиях, недоступных для лиц, не входящих в одну группу компаний с кредитором, что свидетельствует о злоупотреблении правом.

Судом первой инстанции обоснованно приняты во внимание правовые позиции, изложенные в Определениях ВС РФ от 06.07.2017 года N 308-ЭС17-1556 (1) и (2) по делу N А32-19056/2014.

В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы займодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении займодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

Таким образом, в результате заключения договоров займа у ООО «Каспий Ритейл» перед его учредителем ФИО5 образовались дополнительные денежные обязательства.

Заемные отношения между ФИО5 и должником фактически являются отношениями по поводу увеличения уставного капитала участником, обладающим 95% доли участия в обществе должника и по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации является прикрываемым требованием займа статус корпоративного (предоставление должнику финансирования в форме займов) в течение длительного периода времени с 04 мая 2010 года по 31 января 2018г года, при наличии неисполненных обязательств по возврату займа, не предъявление требований о взыскании задолженности по договорам займа в общеисковом порядке, наращивание задолженности и предъявление ее в деле о банкротстве через уступку права требования с целью формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Доказательств внесения денежных средств, полученных ООО «Каспий Ритейл» от учредителя ФИО5 на расчетный счет суду не представлено.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что изложенные обстоятельства свидетельствуют о недобросовестном поведении как первоначального кредитора по договорам займа, так и нового кредитора по договору цессии, и о злоупотреблении ими своими гражданскими правами с целью получения формальных оснований для искусственного создания у ООО «Каспий Ритейл» перед ФИО2 необоснованной подконтрольной задолженности для последующего ее включения в реестр требований кредиторов и дальнейшего вывода активов должника из конкурсной массы, за счет которой могли быть удовлетворены требования добросовестных кредиторов.

В связи с чем, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований ФИО2 о включении в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Каспий Ритейл» суммы в размере 10 339 226,08 руб.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что по рассматриваемому вопросу судом первой инстанции вынесено законное и обоснованное определение, оснований для отмены либо изменения которого не имеется. Выводы суда по данному вопросу основаны на установленных обстоятельствах и имеющихся в деле доказательствах при правильном применении норм материального и процессуального права. Апелляционную жалобу ФИО2 следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Астраханской области от 27 декабря 2018 года по делу № А06-2887/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий О.В. Грабко

Судьи И.А. Макаров

А.Ю. Самохвалова