Постановление от 29 августа 2022 г. по делу № А56-30860/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ


29 августа 2022 года

Дело №

А56-30860/2020


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Колесниковой С.Г., Яковца А.В.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Полис» ФИО1 (доверенность от 15.09.2021), от общества с ограниченной ответственностью «Легпромсервис Санкт-Петербург» ФИО2 (доверенность от 01.07.2022), от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 03.08.2021),

рассмотрев 24.08.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Полис» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.09.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2022 по делу № А56-30860/2020,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Синерджи Констракшн», адрес: 121357, Москва, Верейская <...>, ком. 18,ОГРН <***>, ИНН <***>, обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «Техноэко», адрес: 191023, Санкт-Петербург, ФИО5 пер., д. 11, лит. А, пом. 10Н, оф. 2, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 28.07.2020 заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 08.08.2020 № 141.

Решением от 22.07.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО6

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 26.12.2020 № 239.

Определением от 24.03.2021 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определением от 05.04.2021 конкурсным управляющим утвержден ФИО7.

Конкурсный управляющий ФИО7 19.05.2021 обратился в суд первой инстанции с заявлением о признании недействительными, заключенных Обществом и ООО «Полис» (далее – Компания), следующих сделок:

1) договора от 20.07.2017 № 20/07/17-Б92Г;

2) акта зачета встречных требований от 29.11.2017;

3) сделок по отчуждению:

- здания с кадастровым номером 78:06:0002114:3042, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, Большой пр. В.О., д. 92, лит. Г, площадью 527,9 кв.м.;

- здания с кадастровым номером 78:06:0002114:3732, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, Большой пр. В.О., д. 92, лит. Г1, площадью 460 кв.м.;

- земельного участка с кадастровым номером 78:06:0002114:8, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, Большой пр. В.О., д. 92, лит. Г, площадью 881 кв.м.

В качестве последствий недействительности сделок конкурсный управляющий ФИО7 просил аннулировать записи в Едином государственном реестре недвижимости (далее – ЕГРН) о переходе права собственности на объекты недвижимого имущества с кадастровыми номерами 78:06:0002114:3042, 78:06:0002114:3732, 78:06:0002114:8 к Компании и восстановить права собственности Общества на указанные объекты недвижимости.

Определением от 03.09.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2022, оспариваемые сделки признаны недействительными, суд обязал Компанию возвратить в конкурсную массу недвижимое имущество с кадастровыми номерами: 78:06:0002114:3042, 78:06:0002114:3732, 78:06:0002114:8. В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе Компания, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Податель кассационной жалобы указывает на отсутствие доказательств неплатежеспособности или недостаточности имущества должника и осведомленности ответчика о таких признаках на момент совершения сделок. Податель жалобы считает, что оспариваемые сделки являлись равноценными и соответствуют обычаям делового оборота.

В дополнении к кассационной жалобе Компания указывает на необоснованный отказ апелляционного суда в приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, ссылаясь на невозможность представления этих доказательств в суд первой инстанции по причине утраты документации при смене руководителя юридического лица в результате кражи транспортного средства.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 просит оставить в силе принятые по делу судебные акты, считая их обоснованными и законными.

В возражениях на дополнение к кассационной жалобе ФИО3 указывает, что о факте утраты документации ответчиком в суде первой инстанции не заявлялось.

В судебном заседании представитель Компании поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе, а представители кредиторов ООО «Легпромсервис Санкт-Петербург» (далее - ООО «ЛСП») и ФИО3 возражали против ее удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, собственником объектов недвижимости, расположенных по адресу: Санкт-Петербург, Большой пр. В.О., д. 92, лит. Г - земельного участка с кадастровым номером 78:06:0002114:8, здания с кадастровым номером 78:06:0002114:3042, здания с кадастровым номером 78:06:0002114:3732, являлось ООО «ЛСП».

ООО «ЛСП» (продавец) и Общество (покупатель) 12.07.2017 заключили договор купли-продажи объектов недвижимого имущества:

- здания с кадастровым номером 78:06:0002114:3042, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, Большой пр. В.О., д. 92, лит. Г, площадью 527,9 кв. м;

- здания с кадастровым номером 78:06:0002114:3732, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, Большой пр. В.О., д. 92, лит. Г1, площадью 460 кв. м;

- земельного участка с кадастровым номером 78:06:0002114:8, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, Большой пр. В.О., д. 92, лит. Г, площадью 881 кв. м.

Цена договора составила 108 600 000 руб., в том числе 79 000 000 руб. за здание с кадастровым номером 78:06:0002114:3042, 14 000 000 руб. за здание с кадастровым 78:06:0002114:3732 и 15 600 000 руб. за земельный участок.

Оплата по договору должна была быть произведена в рассрочку в течение 1 года с момента регистрации договора. Залог или иное обеспечение до полной оплаты не установлен.

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРН право собственности на указанные объекты зарегистрировано за Обществом 01.08.2017.

Общество оплату по договору не произвело.

Общество (заказчик) 20.07.2017 заключило с Компанией (подрядчиком) договор № 20/07/17-Б92Г, в соответствии с которым подрядчик обязался выполнить ремонтно-строительные, отделочные и интерьерные работы (меблировка) в нежилом помещении по адресу: Санкт-Петербург, Большой пр. В.О., д. 92, лит. Г, а заказчик - оплатить их стоимость в размере 39 678 028 руб.

ООО «ЛСП» (цедент) и Компания (цессионарий) 20.10.2017 заключили договор уступки права требования, согласно пункту 1.1 которому цедент уступил, а цессионарий принял право требования к Обществу в размере 108 600 000 руб., возникшее на основании договора купли-продажи объектов недвижимого имущества от 12.07.2017. Цена договора составила 93 729 537 руб. 30 коп.

Поскольку ООО «ЛСП» и Компания имели встречные обязательства, оплату по договору уступки права требования стороны провели посредством акта зачета взаимных требований от 27.10.2017.

Таким образом, у Общества возникли неисполненные обязательства перед Компанией на сумму 148 278 028 руб.:

- 39 678 028 руб. на основании договора подряда от 20.07.2017 № 20/07/17-Б92Г;

- 108 600 000 руб. на основании договора уступки прав требования от 20.10.2017.

Общество (продавец) Компания (покупатель) 22.11.2017 заключили договор купли-продажи объектов недвижимого имущества:

- здания с кадастровым номером 78:06:0002114:3042, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, Большой пр. В.О., д. 92, лит. Г, площадью 527,9 кв. м;

- здания с кадастровым номером 78:06:0002114:3732, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, Большой пр. В.О., д. 92, лит. Г1, площадью 460 кв. м;

- земельного участка с кадастровым номером 78:06:0002114:8, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, Большой пр. В.О., д. 92, лит. Г, площадью 881 кв. м.

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРН, право собственности на указанные объекты зарегистрировано за Компанией 05.12.2017.

Цена договора составила 137 500 000 руб.

Общество (сторона 1) и Компания (сторона 2) 29.11.2017 заключили договор зачета взаимных требований, в соответствии с которым зачли друг перед другом требования по следующим обязательствам:

- обязательства стороны 1 перед стороной 2 на сумму 108 600 000 руб. на основании договора уступки прав требования от 20.10.2017;

- обязательства стороны 1 перед стороной 2 на сумму 39 678 028 руб. на основании договора подряда от 20.07.2017 № 20/07/17-Б92Г;

- обязательства стороны 2 перед стороной 1 на сумму 137 500 000 руб. на основании договора купли-продажи земельного участка с расположенными на нем зданиями от 22.11.2017.

В соответствии с правовой позицией конкурсного управляющего ФИО7 договор от 20.07.2017 № 20/07/17-Б92Г, акт зачета встречных требований от 29.11.2017 и сделка по отчуждению Обществом в пользу Компании объектов недвижимости заключены при злоупотреблении правом с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в результате безвозмездного выбытия из собственности Общества дорогостоящего недвижимого имущества.

Компания требования управляющего не признала и пояснила, что приобретение спорного имущества не было безвозмездным, поскольку требование о его оплате было прекращено зачетом встречных требований об оплате работ по договору подряда от 20.07.2017 № 20/07/17-Б92Г и по договору цессии от 20.10.2017. При этом сторона оспариваемой сделки утверждала, что на момент возникновения спорных отношений, у должника отсутствовали кредиторы, а также признаки неплатежеспособности либо недостаточности имущества.

Суд первой инстанции, признавая оспариваемые сделки недействительным, исходил из того, что в момент их совершения должник обладал признаками неплатежеспособности, о чем ответчик не мог не знать, со стороны ответчика не было представлено равноценного встречного исполнения, что причинило вред имущественным правам кредиторов Общества.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции. При этом суд апелляционной инстанции отказал ответчику в приобщении дополнительных доказательств.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, полагает, что нормы права применены правильно, а выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В силу части 2 статьи 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

Рассмотрев ходатайство Компании о приобщении дополнительных документов, апелляционный суд правомерно отказал в его удовлетворении, не установив наличия объективной невозможности для представления ответчиком данных документом в суд первой инстанции.

О невозможности представления ответчиком данных документом в суд первой инстанции в суде первой инстанции не сообщалось, ходатайство об отложении судебного заседания для целей представлении соответствующих документов не заявлялось.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Под недостаточностью имущества следует понимать превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность предполагает прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Исходя из пункта 7 постановления Пленума № 63 при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ, с учетом установленных законодательством о банкротстве презумпций бремя доказывания цели причинения вреда интересам кредиторов возлагается на лицо, оспаривающее сделку (пункт 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843 и определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016№ 307-ЭС15-17721(4), при оспаривании сделки по отчуждению недвижимого имущества, право собственности на которое подлежит государственной регистрации, датой совершения сделки, которая имеет значение для соотнесения ее с периодом предпочтительности, является момент государственной регистрации.

Как усматривается из материалов дела, производство по делу о банкротстве Общества возбуждено 28.07.2020, право собственности на спорные объекты зарегистрировано за Компанией 05.12.2017, что подпадает под действие пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из вступившего в законную силу решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.10.2019 по делу № А56-17903/2019, на момент возникновения спорных отношений Общество имело неисполненные денежные обязательства перед ООО «Синерджи Констракшн» в размере 10 100 000 руб. Впоследствии требования ООО «Синерджи Констракшн» были включены в реестр требований кредиторов должника и не погашены до настоящего времени.

Помимо этого, должником не были исполнены обязательства по уплате предусмотренной договором от 12.07.2017 с ООО «ЛСП» покупной стоимости объектов недвижимости в размере 108 600 000 руб.

Таким образом, в рассматриваемый период должник обладал признаками неплатежеспособности.

Получение Компанией от Общества объектов недвижимости расположенных по адресу: Санкт-Петербург, Большой пр. В.О., д. 92, лит. Г - земельного участка с кадастровым номером 78:06:0002114:8, здания с кадастровым номером 78:06:0002114:3042, здания с кадастровым номером 78:06:0002114:3732, опосредовано зачетом взаимных требований от 29.11.2017, в соответствии с которым стороны зачли следующие обязательства:

- обязательство Общества перед Компанией на сумму 108 600 000 руб. на основании договора уступки прав требования от 20.10.2017, заключенного Компанией и ООО «ЛСП»;

- обязательство Общества перед Компанией на сумму 39 678 028 руб. на основании договора подряда от 20.07.2017 № 20/07/17-Б92Г;

- обязательство Компании перед Обществом на сумму 137 500 000 руб. на основании договора купли-продажи земельного участка с расположенными на нем зданиями от 22.11.2017.

Оценивая обстоятельства расчетов по сделке посредством зачета обязательств из договора подряда от 20.07.2017 № 20/07/17-Б92Г, суды пришли к обоснованному выводу о том, что допустимые, относимые и достаточные доказательства его исполнения отсутствуют.

Сведения о несении Компанией затрат по приобретению строительных материалов и предметов интерьера для осуществления меблировки, а равно принятия работ Обществом, вопреки части 1 статьи 65 АПК РФ, ответчиком не доказаны, причины невозможности представления доказательств в суде первой инстанции Компанией не раскрыты, каких либо ходатайств об истребовании доказательств ответчиком не заявлено.

Сведений о наличии у Компании материальных ресурсов, производственной базы и квалифицированных работников для выполнения предусмотренного указанным договором комплекса строительных работ, также не имеется.

Таким образом, реальность договора подряда от 20.07.2017 № 20/07/17-Б92Г Компанией не доказана.

Аналогичные выводы сделаны судами применительно к договору цессии от 20.10.2017, заключенного Компанией и ООО «ЛСП», на который сторона оспариваемой сделки ссылается как на основание приобретения прав к Обществу, впоследствии зачтенных в счет исполнения обязательства по оплате спорных объектов.

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о проведении зачета взаимных требований от 29.11.2017 в отсутствие встречного исполнения со стороны Компании, что безусловно указывает на причинение вреда имущественным правам кредиторов Общества, поскольку в результате совокупности последовательных сделок из конкурсной массы должника выбыло ликвидное имущество.

Поскольку имущество отчуждено в пользу Компании безвозмездно, ответчик не мог не знать о наличии у оспариваемой сделки цели причинения вреда кредиторам должника.

Как правильно отметил суд первой инстанции, передача имущества осуществлялась между тремя юридическими лицами: ООО «ЛСП», Обществом и Компанией. Причем продажа объектов недвижимости была произведена должником, не только не рассчитавшимся за их приобретение, но и изначально не располагавшим необходимыми средствами, сторонами сделки не приведено разумных экономических оснований отчуждения должником недвижимого имущества в пользу Компании.

Судами также принято во внимание отсутствие в материалах дела доказательства совершения сделки в условиях открытого рынка (размещения должником объявления о продаже объектов недвижимости, наличия других покупателей и т.п.),

С учетом изложенных обстоятельств суд первой инстанции правомерно констатировал наличие фактической заинтересованности сторон оспариваемой сделки.

Обстоятельства заключения договора купли-продажи земельного участка с расположенными на нем зданиями от 22.11.2017, договора подряда от 20.07.2017 № 20/07/17-Б92Г и акта зачета встречных требований от 29.11.2017 свидетельствуют о наличии у сторон сделок единого умысла на безвозмездное отчуждение должником спорных объектов недвижимости в пользу Компании.

Поскольку недвижимое имущество, представляющее собой ценный актив, выбыло из собственности должника безвозмездно, что привело к уменьшению конкурсной массы должника и, как следствие, причинило вред имущественным правам его кредиторов, а составление договора подряда и акта зачета использовалось лишь для создания видимости правомерного выбытия из собственности общества дорогостоящего имущества, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному и обоснованному выводу о недействительности оспариваемых правоотношений по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая отсутствие в заявлении обстоятельств, выходящих за рамки совокупности признаков, определенных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), суды правомерно не усмотрели оснований для квалификации оспариваемой сделки по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (правовая позиция Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069)

Последствия недействительности сделки применены судами в соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве и пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку при рассмотрении дела нормы материального права применены судами правильно и нормы процессуального права не нарушены, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.09.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2022 по делу № А56-30860/2020 оставить без изменения, а кассационную жалобу кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Полис» – без удовлетворения.



Председательствующий


Е.Н. Бычкова


Судьи


С.Г. Колесникова

А.В. Яковец