Постановление от 4 июня 2020 г. по делу № А40-86229/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

04.06.2020

Дело № А40-86229/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 28 мая 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 04 июня 2020 года


Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой,

судей: Е.А. Петровой, Ю.Е. Холодковой,

при участии в заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Лизинговые решения» - ФИО1, по доверенности от 20.07.2018, срок 3 года,

от ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 26.02.2019, срок 2 года,

рассмотрев 28.05.2020 в судебном заседании кассационную жалобу

общества с ограниченной ответственностью «Лизинговые решения»

на определение от 06.11.2019

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 02.03.2020

Девятого арбитражного апелляционного суда,

об отказе во включении требования общества с ограниченной ответственностью «Лизинговые решения» в размере 17 578 736, 25 руб. в реестр требований кредиторов должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Технология – Лизинг Финанс»,



установил:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.10.2018 в отношении должника – ООО «Технология – Лизинг Финанс» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим должником утверждена ФИО4

ООО «Лизинговые платежи» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании требования в размере 17 578 736, 25 руб. обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.11.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2020, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ООО «Лизинговые решения» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит с учетом уточнений заявленных в судебном заседании, определение Арбитражного суда города Москвы от 06.11.2019, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2020 отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель ООО «Лизинговые решения» доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней.

Представитель кредитора ФИО2 возражал против доводов кассационной жалобы, просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

ООО «Лизинговые решения» основывало свое требование на неисполнении должником обязательств по кредитному договору № <***> от 18.04.2013, заключенному с ООО «Коммерческий банк «Столичный Кредит», на сумму 55 000 000 руб. 05.10.2018 право денежного требования, возникшего из договора от 18.04.2013, уступлено ООО «Лизинговые Решения» по договору уступки права требований (цессии), заключенного между Банком и кредитором.

При этом судами установлено, что единственным участником ООО «Лизинговые Решения» является с момента создания общества ФИО5, единственным участником ООО «Технология – Лизинг Финанс» (должника) до 14.08.2018 являлся ФИО5

Суды установили, что согласно справочной информации, предоставленной Управлением записи актов гражданского состояния города Москвы Замоскворецким отделом ЗАГС, ФИО5 и ФИО5 ранее состояли в зарегистрированном браке, который расторгнут 28.01.2014 (запись акта о расторжении брака № 246 от 04.02.2014).

Судами также установлено, что доля ФИО5 в уставном капитале должника была приобретена в результате конвертации акций, которые, в свою очередь были приобретены ФИО5 в период зарегистрированного брака с ФИО5 и в соответствии со статьями 34-36 Семейного кодекса Российской Федерации являлись общим имуществом ФИО5 и ФИО5, споры о разделе имущества, то есть споры по порядку управления и распоряжения долями между супругами отсутствовали; ФИО5 и ФИО5 являются родителями совместных детей, двое из которых были рождены после формальной процедуры расторжения брака.

Суды также установили, что ФИО5 в годичный период до введения в отношении должника процедуры наблюдения являлся единоличным исполнительным органом должника и его единственным участником.

На основании изложенного суды пришли к выводу, что указанные обстоятельства свидетельствуют об аффилированности ФИО5, ФИО5, вхождении ООО «Технология – Лизинг Финанс» и ООО «Лизинговые Решения» в одну группу лиц и наличие заинтересованности ООО «Лизинговые Решения» по отношению к должнику с учетом норм статьи 16 Закона о банкротстве и статьи 4 Закона о конкуренции, а также статьи 19 Закона о банкротстве.

Кроме того, судами отмечено, что в соответствии с договором уступки прав требования (цессии) № Ц—07/18, согласно которому ООО КБ «Столичный кредит» уступает, а ООО «Лизинговые Решения» принимает права требования к ООО «Технология-Лизинг Финанс» (Должник) по кредитному договору № КЮ-11\13 от 18.04.2013, заключенному между банком и должником. Размер приобретаемого права требования составляет 17 738 736, 25 рублей. Цена договора цессии также составляет 17 738 736, 25 рублей, следовательно, плата за уступаемое право требования равна размеру приобретаемого требования.

Суды посчитав, что заключая договор цессии, ООО «Лизинговые Решения», действуя разумно и добросовестно, должно было исходить из того, что данная сделка является экономически оправданной для общества, то есть является выгодной сама по себе, либо с учетом совокупности иных обстоятельств может иметь положительный экономический эффект.

Между тем судами установлено, что ООО «Лизинговые Решения», являющееся заинтересованным лицом по отношению к должнику, не имело разумных причин рассчитывать на получение прибыли или иной экономической выгоды в результате этой сделки, в связи со следующим.

На момент заключения договора уступки преимущественная часть ликвидных требований была выкуплена заявителем, на заявителя переведены лизинговые договоры должника: договор уступки права требования от 15.01.2018 №15/01, договор уступки права требования от 20.07.2017 №200718, договор уступки права требования от 25.01.2018 №25/01, договор уступки права требования от 27.02.2018 №270218.

26.06.2018 судом первой инстанции вынесено определение о назначении судебного заседания по проверке обоснованности требования заявителя к должнику и рассмотрению вопроса о введении в отношении должника процедуры наблюдения в отношении должника.

Одновременно судами установлено, что на момент введения в отношении должника процедуры банкротства у должника отсутствовало какое-либо ликвидное имущество, что установлено временным управляющим в заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ООО «Технология – Лизинг Финанс» от 01.04.2019.

Исходя из этого, суды пришли к выводу, что выкуп права требования предоставляет аффилированному с должником лицу (ООО «Лизинговые Решения») право участвовать в управлении процедурой банкротства должника, принимать участие в собраниях кредиторов, оказывать влияние на процедуру банкротства, а сделка по уступке права требования с Банком имеет противоправную цель - получение бенефициарами должника контроля над процедурой собственного банкротства через аффилированного кредитора.

Таким образом, суды, отказывая в удовлетворении заявленных требований, руководствуясь пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», статьей 16 Закона о банкротстве статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» и статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции», статьями 2, 10, 53.2 Гражданского кодекса Российской Федерации пунктом 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и исходили из того, что должник и ООО «Лизинговые решения» являются аффилированными лицами, по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, а сама сделка (договор частичной цессии) является притворной, по смыслу положений статьи 170 Гражданского кодекс Российской Федерации.

Между тем судами не учтено следующее.

Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Статьей 19 Закона о банкротстве предусмотрено, что в целях названного Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Пунктами 2 и 3 вышеназванной статьи предусмотрено, что Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 названной статьи;

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

При этом, на контролирующих участников должника подлежит распределению риск банкротства контролируемого ими лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Вместе с тем, законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

Однако, при функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Кроме того, в соответствии с пунктом 6 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, очередность удовлетворения требования, перешедшего к лицу, контролирующему должника, в связи с переменой кредитора в обязательстве, понижается, если основание перехода этого требования возникло в ситуации имущественного кризиса должника.

Так, в соответствии с пунктом 6.2 Обзора, несмотря на то, что в силу статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации к контролирующему лицу как к цессионарию требование перешло в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту его перехода от цедента, на требование, полученное лицом, контролирующим должника, в условиях имущественного кризиса последнего, распространяется тот же режим удовлетворения, что и на требование о возврате компенсационного финансирования, - оно удовлетворяется в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Таким образом, судами обеих инстанций при правильном установлении фактических обстоятельств спора и правильном применении норм материального права именно не учтен пункт 6.2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020.

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе: отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражным судом первой и апелляционной инстанций на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этим судом неправильно применена норма права либо законность решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций повторно проверяется арбитражным судом кассационной инстанции при отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 3 части 1 настоящей статьи.

На основании вышеизложенного, судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу о том, что обжалуемые определение и постановление не могут быть признаны законными и обоснованными в части установления очередности кредитора, в связи с чем подлежат изменению на основании части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а поскольку по делу не требуется установления фактических обстоятельств, вопрос касается исключительно правильности применения норм материального права, суд кассационной инстанции приходит к выводу о необходимости в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации изменения обжалуемых судебных актов и признания требования ООО «Лизинговые решения» обоснованным в размере 17 578 736,25 руб., но подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 06.11.2019, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2020 по делу №А40-86229/18 изменить.

Признать требование ООО «Лизинговые решения» обоснованным в размере 17 578 736,25 рублей, но подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий-судья Е.Л. Зенькова

Судьи: Е.А. Петрова

Ю.Е. Холодкова