Постановление от 23 февраля 2026 г. ФАС ЗСО (ФАС Западно-Сибирского округа)

Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А45-6571/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 09 февраля 2026 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 февраля 2026 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Хвостунцева А.М.,

судей Казарина И.М.,

ФИО1 -

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Гришуниной Валерии Станиславовны на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 20.06.2025 (судья Прибыткова М.С.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2025 (судьи Фролова Н.Н., Дубовик В.С., Камнев А.С.) по делу № А45-6571/2023 о несостоятельности (банкротстве) Воронковой Елены Витальевны (далее также

- должник), принятые по заявлению финансового управляющего имуществом должника Маркова Константина Викторовича (далее - управляющий) о признании недействительной сделки по отчуждению квартиры в пользу Гришуниной Валерии Станиславовны.

Суд установил:

определением суда от 20.06.2025, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 20.10.2025, удовлетворено заявление управляющего о признании недействительной сделки по отчуждению квартиры, находящейся по адресу: <...>, общей площадью

121,9 кв. м, кадастровый № 42:30:0301068:3878 (далее - квартира) по договору дарения объекта недвижимого имущества б/н от 14.11.2014 и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника стоимости ½ доли в квартире в размере 2 600 000 рублей.

Не согласившись с определением суда и постановлением апелляционного суда, ФИО2 обратилась с кассационной жалобой, в которой просит их отменить,

отказать в удовлетворении заявления управляющего.

В обоснование кассационной жалобы ФИО2 ссылается на нарушение судами норм материального права.

Кассатор полагает, что суды пришли к неверному выводу о мнимости сделки,

о совершении сделки с целью причинения вреда кредиторам, поскольку она не знала

и не могла знать о финансовом состоянии должника на момент заключения сделки, пользовалась квартирой по своему усмотрению, несла бремя ее содержания.

Кассатор указывает на то, что оспариваемая сделка совершена за восемь лет

до возбуждения дела о банкротстве, то есть не подпадает под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ

«О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). Суды ошибочно применили положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее

- ГК РФ), пороки сделки, указанные судами, не выходят за пределы, установленные

в статьях 61.2, 61.3 Закона о банкротстве.

Управляющий и кредитор ФИО5 в отзывах

на кассационную жалобу просят отказать в ее удовлетворении, оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

В судебное заседание лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее их извещение о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассматривается в их отсутствие.

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, изучив доводы кассационной жалобы, отзывов на нее, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Из материалов дела следует, что ФИО6 и ФИО3 в равных долях принадлежала квартира.

ФИО6 05.10.2014 заключил договор дарения 1/2 доли в квартире в пользу своей жены ФИО3

В свою очередь ФИО3 на основании договора от 14.11.2014 квартира была подарена ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Государственная регистрация перехода права собственности осуществлена 02.02.2015.

В последующем квартира на основании договора купли-продажи недвижимости

от 22.10.2019 была продана за 6 100 000 рублей ФИО7, которая 10.11.2020 продала ее ФИО8 и ФИО9.

Управляющий, сославшись на положения статей 10,168,170 ГК РФ, обратился в суд с заявлением о признании договора дарения от 14.11.2014 недействительным.

Удовлетворяя заявление управляющего, суд первой инстанции, с выводами которого согласился апелляционный суд, исходил из того, что сделка совершена с целью недопущения возможного обращения взыскания на квартиру в условиях нарастающей просроченной кредиторской задолженности у аффилированного лица - общества

с ограниченной ответственностью «Уралсиб» (далее - общество «Уралсиб) перед публичным акционерным обществом Банком «ЗЕНИТ» (далее - банк, банк «Зенит»).

Суд кассационной инстанции считает выводы судов первой и апелляционной инстанций о недействительности оспариваемого договора правомерными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с абзацем четвертым пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10, 168 ГК РФ).

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ

«Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений

в отдельные законодательные акты Российской Федерации» установлено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции указанного Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные

до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку спорный договор купли-продажи от 14.11.2014 совершен до 01.10.2015, сделка оспорена по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых

актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима

или не предусматривает иных последствий нарушения (статья 168 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона

с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам

или создание условий для наступления вреда.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений

в истинной цели совершения сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае,

если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой, является порочность воли каждой

из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать

ее исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

Согласно пункту 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать,

что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления

и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

В настоящем случае, судами первой и апелляционной инстанций полно

и всесторонне установлены фактические обстоятельства обособленного спора, исследованы и оценены представленные в материалы дела доказательства, приведенные доводы и заявленные возражения. Суды пришли к обоснованному и правомерному выводу о наличии оснований для признания недействительной сделкой договора дарения.

Судом установлено, что сделка по дарению квартиры заключена с заинтересованным лицом, так как ФИО10 является дочерью должника.

В силу пункта 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь

в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу,

либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу правовой природы договора дарения, его фактических условий,

не подразумевающих встречного предоставления одариваемым дарителя, должник никакого встречного исполнения по данной сделке не получает, таким образом, совершение сделки для должника не имеет никакой экономической выгоды.

При рассмотрении подобного рода споров заявителю (арбитражному управляющему, кредитору) достаточно породить разумные сомнения относительно того, является

ли приобретатель по договору действительным собственником вещи. В этом случае

на должника и непосредственного участника сделки (родственника должника) переходит бремя опровержения приведенных сомнений.

В случае, когда участники сделок являются аффилированными, к установлению факта наличия договорных отношений и исполнения ими договорных обязательств применяется еще более строгий стандарт доказывания.

В рассматриваемом случае управляющий недействительность (мнимость) сделки

по мотиву ее совершения со злоупотреблением правом усмотрел в желании должника

при наличии потенциальной угрозы изъятия имущества по требованиям кредиторов совершить одностороннюю сделку дарения на свою дочь, при этом сохранив контроль

за данным имуществом.

Так, из материалов дела следует, что ФИО3 состоит в браке

с ФИО6, который входил в состав контролирующих общество «Уралсиб» лиц, - являлся заместителем директора и ему принадлежало 50 % доли в уставном капитале общества.

Между банком «Зенит» и обществом «Уралсиб» заключен договор № 010/34/УРС

об открытии кредитной линии от 14.07.2014, согласно которому банк обязался предоставлять заемщику траншами по его письменным заявлениям денежные средства

в рамках лимита задолженности (размер основного долга не может превышать

25 000 000 руб. на любой календарный день) на условиях срочности, возвратности

и платности, а заемщик обязался возвратить полученные кредитные средства в полном объеме 13.07.2015.

Исполнение обязательств заемщиком обеспечивалось поручительством

ФИО3 и ФИО6

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 26.10.2015 по делу

№ А27-20528/2015 в отношении заемщика - общества «Уралсиб» возбуждено дело

о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 01.02.2016 банк «Зенит» включен в третью очередь реестра требований кредиторов общества «Ураслиб» с суммой требований в размере 20 846 955,98 рублей основного долга, а также 1 976 042,32 рубля неустойки.

В реестр требований кредиторов общества «Уралсиб» включены также требования иных кредитных организаций, обязательства перед которыми также обеспечивались поручительством ФИО6

В силу прямого указания пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве должник

и ответчик являются заинтересованными лицами, соответственно, ФИО2

не могла не знать о неплатежеспособности должника.

Задолженность ФИО3 перед банком «Зенит», составляющая

19 031 552,70 рубля, включена в реестр требований кредиторов определением Арбитражного суда Новосибирской области от 15.03.2024.

Должник и ее супруг продолжали пользоваться объектом недвижимости,

а регистрация недвижимости на ФИО2 позволяла при необходимости быстро произвести отчуждение недвижимости в пользу третьих лиц.

Судами также правомерно учтено, что в короткий промежуток времени должником были совершены многочисленные сделки по отчуждению имущества, что также подтверждает противоправную цель - уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами.

Выводы судов о том, что сделка совершена с заинтересованным лицом

в целях вывода имущества из-под будущего взыскания по долгам перед кредиторами, являются верными.

Учитывая, что квартира выбыла из собственности ответчика и возврат ее должнику

в натуре невозможен, в качестве применения последствий недействительности сделки

с ФИО2 в конкурсную массу ФИО3 взыскано 2 600 000 рублей.

Доводы кассатора, изложенные в кассационной жалобе, были предметом рассмотрения и получили надлежащую правовую оценку. По существу, указанные доводы выражают несогласие с выводами судов, направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств.

Иное толкование заявителем жалобы положений действующего законодательства,

а также иная оценка обстоятельств спора, не свидетельствуют о неправильном применении судами первой и апелляционной инстанций норм права.

Приведенные в кассационной жалобе доводы не свидетельствуют о нарушении судами первой и апелляционной инстанций норм материального права, а фактически указывают на несогласие с выводами судов, основанными на исследовании имеющихся

в деле доказательств, которым судами дана надлежащая правовая оценка, и направлены

на переоценку исследованных судами доказательств и установленных обстоятельств,

что в силу положений статьи 286 АПК РФ не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 АКП РФ, судами первой и апелляционной инстанций не допущено.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Судебные расходы между сторонами распределяются с учетом результатов рассмотрения настоящего спора в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 20.06.2025 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2025 по делу № А45-6571/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,

в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий А.М. ФИО11

Судьи И.М. ФИО12

ФИО1