Решение от 7 апреля 2022 г. по делу № А45-6168/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

г. Новосибирск Дело №А45-6168/2020

Резолютивная часть решения объявлена 05 апреля 2022 года

Решение изготовлено в полном объеме 07 апреля 2022 года


Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Остроумова Б.Б., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Пачколиной А.М., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью Торгово-экспортная компания "Сибирские Дорожные Конструкции" (ОГРН <***>), г. Новосибирск,

к публичному акционерному обществу "МТС-БАНК" (ОГРН <***>), г. Москва, в лице Новосибирского филиала ПАО «МТС-Банк», г. Новосибирск,

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Максмет» (ОГРН <***>), г. Новосибирск,

о взыскании убытков в размере 5 838 000 руб.,

при участии в судебном заседании представителей:

истца: ФИО1 (доверенность от 31.08.2020, диплом, паспорт); ФИО2 (доверенность от 01.02.2021, паспорт);

ответчика: ФИО3 (доверенность №11-24-00382/20 от 30.11.2020, диплом, паспорт); ФИО4 (доверенность №И-24-00489/20-10 от 16, диплом, паспорт);

третьего лица: представитель отсутствует, извещен в порядке статьи 123 АПК РФ;

эксперта: ФИО5 (лично, паспорт),

установил:

общество с ограниченной ответственностью Торгово-экспортная компания "Сибирские Дорожные Конструкции" (далее-истец, ООО ТЭК «СДК») обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с публичного акционерного общества "МТС-Банк" (далее-ответчик, Банк, ПАО «МТС-Банк») убытков в размере 5 838 000 руб., в виде упущенной выгоды. В иске истец указал, что ответчик неправомерно удерживал у себя оборудование, принадлежащее истцу на праве собственности, что лишило истца возможности исполнить свои договорные обязательства, изготовить продукцию и получить прибыль.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 04.08.2020 г. по делу № А45-6168/2020, оставленным без изменения Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 29.10.2020 г., исковые требования ООО ТЭК «СДК» были удовлетворены.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 27.01.2021 г. указанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Отменяя судебные акты, суд кассационной инстанции указал, что удовлетворяя заявленные требования в полном объеме, судами не установлено, какие имелись предпосылки у истца для взыскания упущенной выгоды, принимались ли им меры для недопущения возможных убытков; доводам ответчика о мнимости заключенного договора подряда и последовавшей затем переписки оценка не дана.

Также при определении размера упущенной выгоды, судами при рассмотрении спора не исследован полный состав расходов, которые оплачивались истцом в обычных условиях хозяйственной деятельности (например, заработная плата, налоги, расходы на энергопотребление и связь, на содержание и ремонт зданий и транспорта, тому подобные расходы), не установлен порядок налогообложения его деятельности, не проанализирована бухгалтерская и иная отчетности.

Суд кассационной инстанции указал, что при новом рассмотрении дела суду следует определить круг обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения настоящего спора; дать надлежащую правовую оценку доводам истца и ответчика, в том числе о размере упущенной выгоды и наличия оснований для ее взыскания, в случае необходимости рассмотреть вопрос о возможности назначения экспертизы для определения размера недополученного дохода общества в связи с отказом третьего лица от договора подряда; применить нормы права, подлежащие применению; принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт, распределить судебные расходы и государственную пошлину, в том числе за рассмотрение кассационной жалобы.

При новом рассмотрении, истцом, в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее-АПК РФ), было заявлено об уточнении исковых требований в сторону уменьшения. Просил взыскать убытки в виде упущенной выгоды в размере 5 576 000 рублей.

Арбитражный суд, руководствуясь ст.ст. 49, 159 АПК РФ, в протокольной форме, определил удовлетворить ходатайство, принять к рассмотрению заявление об уточнении иска.

В судебном заседании представитель истца доводы искового заявления и исковые требования поддержал.

Ответчик представил отзывы, в которых возражал против удовлетворения требований. По существу, указал, что удерживаемое им оборудование, находилось в здании, принадлежащем ответчику, задолго до того, как представлены документы о приобретении оборудования истцом. Указал, что состав убытков и причинно-следственная связь не доказана истцом. Указал, что, заключая 10.01.2020г. договор подряда № 10-01 с ООО «Максмет», истец достоверно знал о том, что все имущество, находящееся на территории производственной базы, было удержано ПАО «МТС-Банк» до полного погашения задолженности перед ним. Истец добровольно принял на себя объективные риски, связанные с невозможностью исполнения обязательств по договору, а поэтому утратил право на предъявление требований о возмещении убытков, связанных с невозможностью его исполнения; ни один из приложенных к исковому заявлению документов не свидетельствует о том, что на территории производственной базы Банка располагалось оборудование, принадлежащее истцу.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы отзывов. В ходе судебного разбирательства, ответчик заявлял о фальсификации доказательств.

Третье лицо представило отзыв, в котором по существу подтвердило факт договорных отношений с истцом, факт нарушения обязательств со стороны истца, связанный с отказом изготавливать продукцию.

Представитель третьего лица, извещенный арбитражным судом о времени и месте судебного заседания по правилам ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ) надлежащим образом, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил.

Суд, принимая во внимание мнение представителей сторон участвующих в судебном заседании, наличие в деле сведений о надлежащем извещении третьего лица о времени и месте судебного заседания по правилам ст. 123 АПК РФ, отсутствия от третьего лица заявления о рассмотрении дела без его участия либо отложения судебного разбирательства, руководствуясь п.5 ст. 156 АПК РФ определил рассмотреть дело в отсутствие третьего лица.

Арбитражный суд, выслушав представителей сторон, изучив доводы искового заявления, отзывов, заключения экспертов, исследовав представленные доказательства, в соответствие со ст. 71 АПК РФ приходит к следующему.

В силу п.1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно статье 606 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее- ГК РФ) по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Как следует из представленных доказательств, истец ТЭК «СДК» (субарендатор) на основании договора субаренды нежилого помещения № 01/07-1 от 01.07.2018г. и дополнительного соглашения № 01 к указанному договору от 10.04.2019г., заключенного с ООО «Сибирская дорожная компания» (субарендодатель), занимал нежилое помещение общей площадью 432,1 кв.м. с кадастровым № 54:35:092450:144 и нежилое помещение общей площадью 715,3 кв.м. с кадастровым № 54:35:092450:145, расположенные по адресу: <...>.

30.10.2019 Банком в адрес Истца ООО ТЭК «СДК» было направлено уведомление исх. № 22Р/0470, в котором Банк уведомил Истца, что в связи с переходом 14.09.2018г. прав собственности на указанное помещение, он является полноправным правопреемником ООО «ПК СДК» по договору аренды нежилого помещения № 01/01 от 28.09.2015г. Также Банк уведомил о прекращении договора субаренды и удержании имущества ООО «СДК» (субарендодателя).

В частности, Банк сообщил, что указанный договор аренды нежилого помещения прекратил свое действие 21.10.2019г. договор субаренды прекращен с 21.10.2019г., и Банк просит ООО ТЭК «СДК» освободить занимаемые последним помещения.

Банк указал, что, руководствуясь ст.359 ГК РФ, воспользовался правом на удержание имущества, находящегося в арендуемых задолженности перед Банком Арендатором.

Суд, при рассмотрении дела, принимает во внимание, что противоправность действий Банка по удержанию принадлежащего Истцу имущества установлена, в том числе, вступившим в законную силу судебным решением по делу А45-3606/2020 по иску ПАО «МТС-Банк» к ООО ТЭК «СДК» о взыскании 2 260 161 рубля 79 копеек, которым Банку в иске отказано; в мотивировочной части решения установлено: «Таким образом, принимая во внимание указанные положения законодательства и судебной практики, Банк в отсутствие каких-либо законных оснований, то есть противоправно, удерживал принадлежащее ответчику имущество».

Кроме того, суд исходит из того, что в рамках судебного разбирательства, истцом подтверждено право собственности на спорное оборудование, неправомерно удерживаемое Банком, расположенное внутри нежилого помещения.

Судом установлено, что внутри нежилого помещения было расположено производственное оборудование в том числе оборудование для изготовления дорожного профиля типа «Волна», а также иное имущество, о чем представлены справки о рыночной стоимости объекта движимого имущества, выполненные оценщиком ООО «Новосибирской оценочной компании» ФИО6, обладающим специальными познаниями и квалификацией, в области оценки.

Каких либо достоверных доказательств того, что оборудование принадлежит кому либо еще, помимо истца, ответчиком суду представлено не было.

В материалы дела представлены доказательства, о приобретении истцом в период 2018, 2019 года в собственность спорного оборудования, в том числе на основании публичных торгов, а именно договор поставки № 20/07-2018 от 20.07.2018г., счет-фактура № 26/07/18-2 от 26.07.2018г., товарная накладная № 26/07/18-2 от 26.07.2018г., акты приема-передачи, товарные накладные, оборотно-сальдовая ведомость за период с 30.11.2018 по 20.12.2019, акт от 20.12.2018 о приеме-передаче групп объектов основных средств, в целом, совпадающая с перечнем оборудования размещенного истцом в нежилом помещении и технической документацией.

В ходе судебного разбирательства, ответчиком заявлено о фальсификации доказательств. Ответчик просил исключить из числа доказательств представленные Истцом документы, а именно:

1)договор купли-продажи № 17/12 от 17.12.2018г.,

2)приложение № 1 («Перечень оборудования») к договору купли-продажи № 17/12 от 17.12.2018г.,

3)акт о приема-передачи групп объектов основных средств (кроме зданий, сооружений) № 1 от 20.12.2018г.,

4)счет-фактуру № 35 от 29.09.2016г.,

5)товарную накладную № 35 от 29.09.2016г.

В силу ст.161 АПК РФ если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:

1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;

2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;

3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Результаты рассмотрения заявления о фальсификации доказательства арбитражный суд отражает в протоколе судебного заседания.

Определением от 21.07.2021 года, судом была назначена экспертиза срока давности изготовления документов, проведение которой было поручено эксперту АНО «Институт Экспертных Исследований » ФИО7, с постановкой следующих вопросов:

-когда или в какой временной промежуток были выполнены подписи и проставлены оттиски сторон в договоре поставки № 20/07-2018 от 20.07.2018г., товарной накладной №26/07/18-2 от 26.07.2018г.?

-соответствует ли даты исполнения подписей сторон, датам составления данных документов?

По результатам проведенной экспертизы (заключение №193/201 от 22.07.2021), экспертом сделаны выводы о том, что подписи сторон в договоре поставки № 20/07-2018 от 20.07.2018г., товарной накладной №26/07/18-2 от 26.07.2018г. выполнены во временной период с марта по сентябрь 2018 года. Даты исполнения подписей соответствует датам составления данных документов.

В соответствие со ст. 71 АПК РФ, как доказательство предусмотренное ст.ст. 64,86 АПК РФ, заключения эксперта содержат последовательные и непротиворечивые выводы, каких либо оснований подвергать сомнению такие выводы у суда, не обладающими специальными познаниями не имеется.

Из заключения эксперта видно, что эксперт обладает необходимым и достаточным навыком, познаниями и многолетней квалификацией для дачи экспертного заключения. Так же нужно указать, что эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствие со ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, что оформлено письменной подпиской в заключении.

Более того, выводы экспертного заключения подтверждены пояснениями эксперта, данными им в судебном заседании, ответившим на все поставленные перед ним вопросами и отклонившим их в полном объеме. По результатам опроса мнение эксперта относительно верности выводов экспертизы не изменилось.

Согласно п.1 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

По результатам рассмотрения заявлений о фальсификации, суд, руководствуясь ст. 159, 161 АПК РФ, в протокольной форме определил отказать в назначении по делу экспертизы и исключении из числа доказательств спорные доказательства.

Доводы ответчика о том, что экспертом не в полном объеме выполнена экспертиза, а именно не исследован оттиски печатей, не могут повлиять на установление судом факта исполнения спорных документов в даты их составления, поскольку для этого вполне достаточно факта установления времени изготовления подписи, что и было сделано экспертом. Само по себе, проставление оттиска печати в более позднюю дату, не может повлиять на факт составления документа и проставление подписи в даты изготовления документов.

В связи с этим, в удовлетворении ходатайства ответчика о назначении по делу повторной экспертизы давности изготовления документов было отказано.

Также, в ходе рассмотрения дела, принимая во внимание указания кассационной инстанции, необходимость исследования всех относимых и допустимых доказательств по делу предоставляемых сторонами, а также, учитывая процессуальное правило о недопустимости ограничения какой –либо из сторон в представлении доказательств, судом было удовлетворено ходатайство ответчика ПАО «МТС-Банк» о назначении по делу судебной экономической экспертизы.

Определением от 21.07.2021 арбитражным судом была назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено эксперту ООО «Новосибирская оценочная компания» ФИО8.

По результатам проведенной экспертизы (заключение эксперта №1212С/2022 от 01.02.2022), эксперт пришел к заключению, что размер упущенной выгоды ООО ТЭК «СДК» (неполученного дохода, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, при обычных условиях гражданского оборота, если бы нарушения не было), образовавшейся в результате невозможности исполнения ООО ТЭК «СДК» своих обязательств по договору подряда № 10-02 от 10.01.2020, заключенного между ООО ТЭК «СДК» и ООО «Максмет», с учетом округления составляет 5 576 000 рублей.

Аналогично технической экспертизе, выводы эксперта были поддержаны в судебном заседании экспертом ФИО8, которая также письменно ответила на представленную ответчиком рецензию, в связи с чем суд, руководствуясь ст.ст. 87, 159,184,185 АПК РФ отказал в удовлетворении ходатайства ответчика о назначении по делу повторной судебной экономической экспертизы.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела был установлен состав затрат и расходов, который мог понести истец при выполнении подрядных работ с ООО «Максмет».

Между тем, проведенная экономическая экспертиза, сама по себе еще не является тем доказательством, на основании которого, можно сделать вывод о наличии оснований для удовлетворения исковых требований, поскольку согласно п.5 ст. 71 АПК РФ как и любое другое доказательство, экспертное заключение не имеют заранее установленной силы и должно оцениваться в соответствие с п.2 ст. 71 АПК РФ в совокупности с другими доказательствами имеющимися в материалах дела.

Так, возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав (ст.12 ГК РФ).

В соответствии с п.1 ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно п.2 ст.15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер.

Согласно п.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение.

В соответствии с п.4 ст.393 ГК РФ при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 N 16674/12 установлено, что истец должен доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду; определением Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 по делу N 302-ЭС14-735 отмечено, что при проверке факта наличия упущенной выгоды судам следует оценить фактические действия истцов, которые подтверждают совершение ими конкретных действий, направленных на извлечение доходов, не полученных в связи с допущенным должником нарушением.

В абзаце 3 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление N 7) содержатся разъяснения о том, что упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

При рассмотрении дел о возмещении убытков следует иметь в виду, что положение п. 4 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков могут входить только расходы на осуществление таких мер и приготовлений.

В соответствии с абз. 3 п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

В п. 3 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 даны разъяснения, согласно которым при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (п. 4 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором (пункт 3 Постановления N 7).

По смыслу приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для взыскания упущенной выгоды в первую очередь следует установить реальную возможность получения упущенной выгоды и ее размер, а также установить, были ли истцом предприняты все необходимые меры для получения выгоды и сделаны необходимые для этой цели приготовления.

Таким образом, возмещение упущенной выгоды должно обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего ровно до того положения, которое существовало до момента нарушения права. При этом возмещение упущенной выгоды не должно обогащать потерпевшего. Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить совершение им конкретных действий, направленных на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, являющимся единственным препятствием, не позволившим получить доход. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, что оно само предпринимало все разумные меры для уменьшения ущерба, а не пассивно ожидало возрастания размера упущенной выгоды.

Поэтому в соответствии со ст. 15 и 393 ГК РФ при определении размера упущенной выгоды значимым является определение достоверности тех доходов, которые потерпевшее лицо предполагало получить при обычных условиях гражданского оборота. При этом лицо, требующее взыскания упущенной выгоды, должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления. Намерение не может быть принято во внимание при рассмотрении дел о взыскании упущенной выгоды.

Бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды, в силу ст. 65 АПК РФ лежит на истце, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, и только нарушение обязательств ответчиком стало единственной причиной, лишившей его возможности получить прибыль.

В качестве доказательств совершения конкретных действий, направленных на извлечение доходов, а также необходимых приготовлений, истец ссылается на заключение с ООО «Максмет» договора подряда от 10.01.2020 № 10-01, в соответствии с п. 1.1. которого, Подрядчик (Истец) обязался в установленный договором срок в соответствии с условиями договора, техническим заданием выполнить работы по изготовлению элементов металлоконструкций из давальческого сырья (далее - договор, договор подряда). В силу п.3.1. договора Подрядчик обязался приступить к выполнению работ с «03» февраля 2020г. и выполнить весь объем работ согласно Графика выполнения работ не позднее «02» марта 2020г. Стоимость работ по договору была определена сторонами в Спецификации № 1 от 10.01.2020г. к указанному договору (Приложение № 1) и составила 7 005 600 рублей, Оплата работ в размере 100 % должна была производиться после подписания Акта выполненных работ в течение 3 дней.

Соответственно истец указывает, что подписывая договор подряда, был вправе рассчитывать на разумные и добросовестные действия со стороны ответчика, выражающиеся в своевременной передаче истцу принадлежащего ему имущества, необходимого для выполнения взятых на себя обязательств по договору.

При этом, истец указывает, что в период с декабря 2019г. по февраль 2020г. предпринимались действия по разрешению сложившейся ситуации во внесудебном порядке: велась претензионная переписка (претензия 30.12.2019г. (исх. № 326), претензия от 29.01.2020г. (исх. № 8)); сотрудники истца предпринимали попытки вывезти принадлежащее истцу оборудование с территории производственно-складской базы (акт от 28.01.2020г.) для организации производства в других производственных помещениях.

Истец указывает, что также совершал действия, направленные на установку оборудования (производственной линии «Волна») в ином цехе, у иного Арендатора, с целью продолжения производственной деятельности. Полагая, что после вручения Банку 30.12.2019г. правоустанавливающих документов на находящееся в арендованных помещениях оборудование (приложение к претензии от 29.01.2020г. исх. № 8), Банк предаст указанное оборудование истцу, последний для размещения указанного оборудования 25.12.2019г. заключил с ООО «Востоктрансэнерго» договор аренды № 18.

10.01.2020г. истцом был подписан договор на установку оборудования (линий для производства дорожного ограждения типа «Волна», «Сигма», пресс-ножниц гильотинных, листогиба гидравлического и др.) в нежилом помещении по адресу: <...>.

Между тем, указанные обстоятельства не позволяют суду прийти к выводу о наличии той упущенной выгоды, которую обязан возместить ответчик в качестве убытков, поскольку как указывалось ранее, возмещение упущенной выгоды должно обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего ровно до того положения, которое существовало до момента нарушения права.

Доказательств того, что договор аренды, заключенный с аффилированным к истцу лицом (ООО «СДК»), в котором находилось спорное оборудование, был расторгнут со стороны ПАО «МТС-Банк» (нового собственника помещений) неправомерно, суду представлено не было, при том, что как указывает сам истец, прибыль от использования производственной линии «Волна» извлекалась при нахождении в этом помещении.

В связи с неисполнением ООО «СДК» обязанности по своевременному внесению арендной платы (п. 2.2.5 Договора аренды) ПАО «МТС-Банк» 06.08.2019 г. направило в адрес Арендатора уведомление о расторжении Договора аренды в порядке, предусмотренном последним абзацем п. 5.2 Договора аренды.

Договор подряда с ООО «Максмет» и договор аренды с новым арендодателем ООО «Востоктрансэнерго» был заключен не до того, как произошло удержание имущества, а позднее, более чем через 2 месяца, когда истцу уже было известно о правопритязаниях Банка в отношении спорного оборудования. Следовательно, в отсутствие фактической возможности использовать оборудование, говорить о наличии реальной возможности у истца получить прибыль не представляется возможным. Заключая договор подряда, у истца не было реальной возможности извлекать прибыль от использования оборудования.

Более того, как сам указывает истец и следует из договора подряда, начало выполнения всего объема работ запланировано с «03» февраля 2020г. и не позднее «02» марта 2020, тогда как уже 26.02.2020 заказчиком ООО «Максмет» в адрес истца было направлено письмо, в котором ООО «Максмет» сообщило истцу об отказе от исполнения договора подряда № 10-01 от 10.01.2020г. в одностороннем внесудебном порядке.

Таким образом, ООО ТЭК «СДК» добровольно приняло на себя объективные риски, связанные с невозможностью исполнения обязательств по нему, а поэтому утратило право на предъявление требований о возмещении убытков, связанных с невозможностью его исполнения. Указанные доводы подтверждены судебной практикой: Определением Верховного Суда РФ от 16.07.2019 №309-ЭС19-10154.

Как следует из Определения Верховного Суда РФ от 16.07.2019 г. № 309-ЭС19-10154 по делу № А47-2278/2018, если лицу известно об отсутствии у него во владении имущества, необходимого для исполнения обязательств перед третьим лицом, оно не может безусловно рассчитывать на исполнение такого обязательства, т.к. оно поставлено в зависимость от действий другого лица, не являющегося стороной обязательства. Такое лицо, действуя формально в рамках закона, осуществляет свои правомочия недобросовестно, целенаправленно формируя обстоятельства, позволяющие заявить требование о взыскании упущенной выгоды.

В материалы дела истцом представлены бухгалтерские балансы, отражающие получение прибыли в предшествующие периоды, однако достоверно установить, что данная прибыль была получена от использования спорного оборудования -линий для производства дорожного ограждения типа «Волна», «Сигма», не представляется возможным.

Нужно указать, что в ходе переговоров, Истец на конкретные договоры или контрагентов, в том числе на Договор подряда № 10-01 от 10.01.2020 с ООО «Максмет» в переписке с ответчиком не ссылался.

Кроме того, согласно представленным ООО ТЭК «СДК» договорам поставки от 23.01.2020 г. с ООО «ПИК» (ОГРН <***>, ИНН <***>) и от 31.01.2020 г. с ООО «Строитель» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Истец обязался передать в собственность контрагентам ряд металлоконструкций, в т.ч. «СБ-1, 4 мм секция балки, 4320 (Гор. ц.)» в количестве 106 шт. по Договору поставки № 23/01 от 23.01.2020 г. (Приложение № 2 – Спецификация № 2 от 23.01.2020 г.) и «СБ-1, 4 мм секция балки, 4320 (Гор. цинк)»в количестве 102 шт. по Договору поставки № 31/01 от 31.01.2020 г. (Приложение № 2 – Спецификация № 2 от 31.01.2020 г.).

По спорному Договору подряда № 10-01 от 10.01.2020 с ООО «Максмет» Истец также должен был изготовить «Секция балки СБ-1» в количестве 7 000 шт. в период с 03.02.2020 г. по 17.02.2020 г. и передать эти металлоконструкции ООО «Максмет».

Таким образом, заключив договор с ООО «Максмет» раньше, чем с ООО «ПИК» и ООО «Строитель», ООО ТЭК «СДК» якобы не выполнило свои обязательства по передаче СБ-1 именно перед ним, в связи с чем обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с рассматриваемым исковым заявлением о взыскании упущенной выгоды.

В материалы дела истцом приобщены:

1.выдержка из Выписки из Единого государственного реестра юридических лиц (5 из 9 страниц) в отношении ООО «Максмет» по состоянию на 18.06.2021 г. (с сайта ФНС России);

2.копия Прайс-листа ООО «Максмет» на 01.01.2020 г., заверенная директором ООО «Максмет» ФИО9;

3.копии Бухгалтерского баланса на 31.12.2018 г. и Отчета о финансовых результатах ООО «Максмет» за 2018 г., заверенные директором ООО «Максмет» ФИО9

Между тем, сами по себе, указанные документы не подтверждают потребность ООО «Максмет» в металлоконструкциях, наличие у него давальческого сырья и денежных средств для оплаты работ по Договору подряда № 10-01 от 10.01.2020 г.

Так, ыдержка из Выписки из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) в отношении ООО «Максмет» не подтверждает отмеченные выше обстоятельства, так как основным видом деятельности ООО «Максмет», согласно отмеченному документу, является торговля оптовая лесоматериалами, строительными материалами и санитарно-техническим оборудованием, а не металлоконструкциями;

Копия Прайс-листа ООО «Максмет» на 01.01.2020 г. не подтверждает ни наличие у него давальческого сырья, ни потребности в металлоконструкциях, т.к. прейскурант является перечнем товаров продавца с указанием расценок за каждое наименование. Фактическое наличие и реализацию товара прайс-лист не подтверждает.

Следует отметить, что прайс-лист датирован 01.01.2020 г., а не 10.01.2020 г., т.е. датой заключения спорного договора подряда.

Кроме того, в прайс-листе отсутствуют секции балки или балки с параметрами, указанными в приложениях к Договору подряда № 10-01 от 10.01.2020 г. Так, согласно Приложению № 1, т.е. Спецификации № 1 от 10.01.2020 г., и Приложению № 2, т.е. Технической документации, к Договору подряда № 10-01 от 10.01.2020 г., заключенному между ООО ТЭК «СДК» и ООО «Максмет», Истец должен был изготовить секции балки СБ-1 и СБ-2, в то время как Техническая документация представлена для СБ-0 и СБ-4, но в Технической документации отмечена длина секций балок как СБ-0 (2 320 мм) и СБ-4 (9 320 мм), так и СБ-1 (4 320 мм) и СБ-2 (6 320 мм), которая не совпадает с длиной балок, отмеченных в прайс-листе, а секции балки прайс-лист не содержит;

Копии Бухгалтерского баланса на 31.12.2018 г. и Отчета о финансовых результатах ООО «Максмет» за 2018 г. не подтверждают наличие у него денежных средств для оплаты работ ООО ТЭК «СДК», т.к. отражают его финансовое положение на отчетную дату - 31.12.2018 г., но не возможность несения расходов на закупку металлоконструкций в феврале - марте 2020 г.

Таким образом, суд исходит из отсутствия причинно-следственной связи между заявленными убытками и действиями ответчика, в связи с чем в удовлетворении исковых требований необходимо отказать.

По правилам ст. 110 АПК РФ расходы истца по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на истца.

Сумма государственной пошлины излишне уплаченной истцом возвращается истцу из федерального бюджета в соответствие с ч.1 п.1 ст. 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

В соответствие со ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В силу ст. 106 АПК РФ денежные суммы, подлежащие выплате экспертам относятся к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Поскольку в удовлетворении заявленного ходатайства о фальсификации доказательств ответчику было отказано, то расходы за проведение экспертизы в сумме 90 000 рублей (счет экспертной организации №193/21-р от 17.08.2021 вместе с расчетом стоимости производства экспертизы), проведенной при разрешении ходатайства о фальсификации, подлежат отнесению на ответчика, без возмещения истцом.

Расходы по проведению экспертизы стоимости затрат и размера упущенной выгоды в размере 45 000 рублей (счет на оплату экспертизы №1212С/2022 от 04.02.2022) подлежат взысканию с истца в пользу ответчика, поскольку данная экспертиза была оплачена ответчиком, в то время как решение суда состоялось в его пользу.

Всего, ответчиком, на депозитный счет арбитражного суда внесены денежные средства в размере 600 000 рублей (платежное поручение № 69323 от 27.04.2021 на сумму 300 000 рублей и №49441 от 13.04.2021 на сумму 300 000 рублей), в связи с чем, сумма излишне внесенная на депозитный счет арбитражного суда Новосибирской области в размере 465 000 рублей (600000-90000-45000=465000) подлежит возврату ответчику.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью Торгово-экспортная компания "Сибирские Дорожные Конструкции"- отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Торгово-экспортная компания "Сибирские Дорожные Конструкции" в доход федерального бюджета сумму государственной пошлины в размере 50880 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Торгово-экспортная компания "Сибирские Дорожные Конструкции" в пользу публичному акционерному обществу "МТС-БАНК" судебные расходы по оплате экспертизы в размере 45 000 рублей.

Возвратить публичному акционерному обществу "МТС-БАНК" с депозитного счета арбитражного суда Новосибирской области денежные средства в размере 465 000 рублей.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия.

Решение арбитражного суда может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск) в течение месяца после его принятия.

Решение арбитражного суда, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г. Тюмень) в течение двух месяцев с момента вступления решения в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационные жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.


Судья Б.Б. Остроумов