Постановление от 11 сентября 2024 г. по делу № А10-5661/2023

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Ф02-3985/2024

Дело № А10-5661/2023
12 сентября 2024 года
город Иркутск



Резолютивная часть постановления объявлена 3 сентября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 12 сентября 2024 года.


Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего судьи Яцкевич Ю.С.,

судей Железняк Е.Г., Качукова С.Б.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Корнеевой Т.Д.,

при участии в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции представителя общества с ограниченной ответственностью «Сигматэк» ФИО1 (доверенность от 21.08.2024, паспорт, удостоверение адвоката),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Республиканского агентства лесного хозяйства по Республике Бурятия на решение Арбитражного суда Республики Бурятия от 18 марта 2024 года по делу № А10-5661/2023,  постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 10 июня 2024 года по тому же делу,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Сигматэк» (далее – заявитель, общество «Сигматэк», общество) обратилось в Арбитражный суд Республики Бурятия с заявлением к Республиканскому агентству лесного хозяйства (далее – агентство) о признании незаконным отказа в утверждении проектной документации лесного участка для осуществления геологического изучения недр, разведки и добычи полезных ископаемых, выраженного в письме № исх-23-03307 от 09.08.2023, об обязании устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

Решением Арбитражного суда Республики Бурятия от 18 марта 2024 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 10 июня 2024 года, заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с судебными актами, агентство обратилось в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просило их отменить, принять новый судебный акт.

В поданной жалобе приведены доводы о принятии обжалуемых судебных актов с нарушением норм материального и процессуального права. В частности, агентство указывает, что договор аренды лесного участка от 15.10.2014 №115-14 был заключен сроком до 01.06.2023, 31.05.2023 лесной участок возвращен арендодателю по акту приема-передачи, 01.06.2023 произведена государственная регистрация прекращения права аренды по данному договору, оснований для пролонгации договора не имелось, письмом от 07.04.2023 агентство отказало обществу в предоставлении участка на новый срок ввиду нахождения испрашиваемого лесного участка в особо защитном участке леса. Также заявитель жалобы указывает, что на спорном участке запрещено размещение карьера, участок может быть предоставлен только для геологического изучения недр (размещения сооружения и оборудование, используемые при прокладке геолого-геофизических и сейсмических профилей) после проведения обществом работ по рекультивации и лесовосстановлению при условии разработки проекта освоения лесов на лесном участке площадью 10,57 га и получения положительного заключения экспертизы проекта освоения лесов. Поскольку при предоставлении в аренду лесного участка площадью 10,57 га распространяются требования, установленные статей 119 Лесного кодекса Российской Федерации и распоряжением Правительства Российской Федерации от 23.04.2022 №999-р, агентство полагает отказ в утверждении проектной документации от 09.08.2023 правомерным, а выводы судов об обратном – ошибочными.

В представленном отзыве общество «Сигматэк» с доводами кассационной жалобы не согласилось, сославшись на их необоснованность.

В судебном заседании представитель общества «Сигматэк» с доводами кассационной жалобы не согласился, поддержал доводы, изложенные в отзыве.

Агентство в судебное заседание своих представителей не направило, о времени и месте его проведения в соответствии со статьями 123 и 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считается извещенным надлежащим образом.

Определение о принятии кассационной жалобы к производству и назначении судебного заседания по ее рассмотрению выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, и направлено участвующим в деле лицам посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» (kad.arbitr.ru).

На основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в отсутствие представителей  агентства.

Проверив в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, изложенных в кассационной жалобе и отзыве на нее, правильность применения арбитражным судом и апелляционным судом норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 15.10.2014 между агентством (арендодатель) и обществом «Сигматэк» (арендатор) заключен договор аренды лесного участка № 115-14, согласно которому арендодатель передал, а арендатор принял во временное пользование (аренду) находящийся в государственной собственности лесной участок, расположенный в Республике Бурятия, Муниципальное образование «Кабанский район», в границах Бабушкинского лесничества, Танхойского участкового лесничества, квартал 5, части выделов 15,16,19,20, общей площадью 43 га (430 000 кв.м), являющийся частью земельного участка с кадастровым номером 03:09:000000:259, поставленный на государственный кадастровый учет с кадастровым номером земельного участка 03:09:000000:259/26 (номер 4 учетной записи в Государственном лесном реестре 124-2014-08), сроком действия – до 1 июня 2023 года.

Из условий договора следует, что участок предоставлен обществу в аренду в целях геологического изучения недр, разведки и добычи полезных ископаемых, на основании выданной Министерством природных ресурсов Республики Бурятия лицензии КБН № 00356 на пользование участком недр «Куркавка» (1 км юго-восточнее ст. Кедровая-Сибирская ВСЖД Кабанского района Республики Бурятия, участок «Куркавка»). На основании технического проекта заявителю выдан горноотводный акт к лицензии КБН № 00356 от 6 марта 2014 года.

Решением Арбитражного суда Республики Бурятия по делу № А10-5236/2017 наложен запрет на лицензионную деятельность заявителя на площади, равной 5,2 га (52 324 кв.м), в части, входящей в границы участка по угловой точке с координатами 51 30'46" с.ш. 104 56'25" в.д., угловой точке с координатами 51 30'26" с.ш. 104 56'54" в.д., точке пересечения 1 с координатами 51 30'25.36" с.ш. и 104 56'52.35" в.д. и в точке пересечения 2 с координатами 51 30'44.19"с.ш. и 104 56'21.38" в.д., находящейся в границах водоохранной зоны оз. Байкал.

Во исполнение указанного решения арбитражного суда лицензирующим органом 26.03.2021 внесены изменения в Горноотводной акт к лицензии КБН 00356 НС (площадь проекции горного отвода уменьшена на 5,2 га - до 37,7 га). 16 марта 2023 года между заявителем и лицензирующим органом подписано дополнение №1 к лицензионному соглашению о продлении срока действия лицензии до 01.06.2034 года.

1 августа 2023 года общество «Сигматэк» обратилось в агентство с заявлением об утверждении проектной документации лесного участка для осуществления геологического изучения недр, разведки и добычи полезных ископаемых площадью 10,57 га (исх.№348). Проектная документация лесного участка предусматривала формирование участка под действующим карьером.

Письмом от 9 августа 2023 года (исх-23-03307) агентство отказало в утверждении проектной документации лесного участка.

Не согласившись с отказом агентства в утверждении проектной документации лесного участка для осуществления геологического изучения недр и добычи полезных ископаемых, общество обратилось в суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявление общества, суд первой инстанции и поддержавший его выводы апелляционной суд руководствовались положениями статей 3, 7, 21, 24, 70.1 Лесного кодекса Российской Федерации, статьей 1 Федерального закона от 27.12.2018 № 538-ФЗ «О внесении изменений в Лесной кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части совершенствования правового регулирования отношений, связанных с обеспечением сохранения лесов на землях лесного фонда и землях иных категорий» (далее – Закон № 538-ФЗ), статьей 6 Федерального закона от 01.05.1999 № 94-ФЗ «Об охране озера Байкал», постановлением Правительства РФ от 30.08.2001 № 643 «Об утверждении перечня видов деятельности, запрещенных в центральной экологической зоне Байкальской природной территории», постановлением Правительства РФ от 31.12.2020 № 2399 «Об утверждении перечня видов деятельности, запрещенных в центральной экологической зоне Байкальской природной территории», распоряжением Правительства РФ от 27.05.2013 № 849-р «Об утверждении Перечня объектов, не связанных с созданием лесной инфраструктуры, для защитных лесов, эксплуатационных лесов, резервных лесов» (далее – распоряжение № 849-р), распоряжением Правительства РФ от 23.04.2022 № 999-р «Об утверждении Перечня некапитальных строений, сооружений, не связанных с созданием лесной инфраструктуры, для защитных лесов, эксплуатационных лесов, резервных лесов» (далее – распоряжение № 999), приказом Минприроды России от 03.02.2017 № 54 «Об утверждении Требований к составу и к содержанию проектной документации лесного участка, порядка ее подготовки», и исходили из несоответствия оспариваемого отказа закону и нарушения оспариваемым актом прав и законных интересов заявителя поскольку отказ приводит к невозможности использования предоставленного участка недр, и, соответственно, необоснованному ограничению производственной деятельности общества.

Указав, что Лесной кодекс Российской Федерации дополнен статьей 119 Законом № 538-ФЗ, вступившей в силу с 01.07.2019, и установив, что правоотношения сторон в отношении лесного участка возникли ранее этой даты, суды посчитали правомерной ссылку общества на положения пункта 2 распоряжения № 999-р, поскольку с даты предоставления участок не был отнесен к особо защитным участкам леса; карьер на участке был возведен и эксплуатировался до 01.07.2019, размещение карьера было предусмотрено Перечнем, утвержденным распоряжением № 849-р в качестве объекта, не связанного с созданием лесной инфраструктуры, возведение карьера начато до вступления в законную силу распоряжения № 999-р и указанный карьер предусмотрен проектом освоения лесов, который получил положительное заключение государственной экспертизы проекта освоения лесов 15.10.2014.

Придя к выводу, что осуществляемый обществом «Сигматэк» с 2014 года по настоящее время вид деятельности на территории Центральной экологической зоны Байкальской природной территории является разрешенным, так как добыча заявителем полезных ископаемых – песчано-гравийных пород производится на месторождении, ранее затронутом эксплуатационными работами и вне границ водоохранной зоны ЦЭЗ БПТ, а оспариваемый отказ в утверждении проектной документации в отношении лесного участка, в границах которого размещен спорный карьер, нарушает права заявителя на возможность использования предоставленного участка недр, суды удовлетворили заявленные обществом требования.

Между тем, судами не учтено следующее.

Правовое регулирование отношений, связанных с использованием лесных ресурсов, основывается на принципе приоритета публичных интересов и предполагает, в частности, обеспечение сохранности лесного фонда, его рациональное использование и эффективное воспроизводство, ответственность субъектов хозяйственной деятельности, связанной с использованием лесов.

С учетом особого значения лесного фонда лесное законодательство и иные регулирующие лесные отношения нормативные правовые акты основываются на принципах, перечисленных в статье 1 Лесного кодекса Российской Федерации.

К числу таких принципов отнесены, в частности, принципы сохранения средообразующих, водоохранных, защитных, санитарно-гигиенических, оздоровительных и иных полезных функций лесов в интересах обеспечения права каждого на благоприятную окружающую среду, сохранения лесов, в том числе посредством их охраны, защиты, воспроизводства, лесоразведения, использования по целевому назначению (пункты 2, 5, 9 статьи 1 Лесного кодекса).

На основании части 1 статьи 27 Лесного кодекса использование лесов может ограничиваться только в случаях и в порядке, которые предусмотрены Лесным кодексом, другими федеральными законами.

В силу части 1 статьи 10 Лесного кодекса леса, расположенные на землях лесного фонда, делятся на три вида: защитные, эксплуатационные и резервные леса.

Правовые основы охраны озера Байкал, являющегося не только уникальной экологической системой Российской Федерации, но и объектом всемирного природного наследия, определены Федеральным законом от 01.05.1999 № 94-ФЗ «Об охране озера Байкал».

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 01.05.1999 № 94-ФЗ «Об охране озера Байкал» центральная экологическая зона - территория, которая включает в себя озеро Байкал с островами, прилегающую к озеру Байкал водоохранную зону, а также особо охраняемые природные территории, прилегающие к озеру Байкал.

Суды, оценив представленные в материалы дела доказательства и правильно применив указанные выше нормы права, пришли к верному выводу, что спорный лесной участок полностью включен в центральную экологическую зону Байкальской природной территории, в связи с чем с учетом положений пункта 7 части 2 статьи 119 Лесного кодекса Российской Федерации спорный участок признан особо защитным участком лесов как объект природного наследия.

Частями 1 и 2 статьи 12 Лесного кодекса предусмотрено, что освоение лесов осуществляется в целях обеспечения их многоцелевого, рационального, непрерывного, неистощительного использования, а также развития лесного комплекса и с соблюдением их целевого назначения и выполняемых ими полезных функций.

Защитные леса подлежат освоению в целях сохранения средообразующих, водоохранных, защитных, санитарно-гигиенических, оздоровительных и иных полезных функций лесов с одновременным использованием лесов при условии, если это использование совместимо с целевым назначением защитных лесов и выполняемыми ими полезными функциями (часть 4 статьи 12 Лесного кодекса).

Виды использования лесов, допустимые к осуществлению в защитных лесах, расположенных на землях лесного фонда, определяются лесохозяйственными регламентами лесничеств, которые обязательны для исполнения гражданами, юридическими лицами, осуществляющими использование, охрану, защиту и воспроизводство лесов в границах лесничества (статья 87 Лесного кодекса).

В соответствии с частью 1 статьи 68.2 Лесного кодекса проектирование эксплуатационных лесов, защитных лесов (в том числе их категорий), резервных лесов, особо защитных участков лесов осуществляется в целях, предусмотренных статьями 10 и 12 настоящего Кодекса.

Частью 11 статьи 70.1 Лесного кодекса предусмотрены основания для отказа в утверждении проектной документации лесных участков. К таким основаниям, в том числе, отнесено несоответствие проектной документации лесного участка лесохозяйственному регламенту лесничества.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в обоснование оспариваемого отказа агентством указано, что в соответствии с лесохозяйственным регламентом Бабушкинского лесничества испрашиваемый лесной участок, расположен в границах Бабушкинского лесничества, Танхойского участкового лесничества, квартал 5, части выделов 15, 19, 20, площадью 10,5761 га, относится к особо защитным участкам лесов и входит в центральную экологическую зону Байкальской природной территории, в которой эксплуатация такого объекта, не связанного с созданием лесной инфраструктуры, как карьер, не допускается.

Также судами установлено, что ранее лесной участок, арендованный обществом по договору от 15.10.2014, не был отнесен к особо защитным участкам леса, а относился к защитным лесам, категории – леса, расположенные в водоохранных зонах, и эксплуатация карьера на таком участке не была запрещена, указанный карьер был предусмотрен проектом освоения лесов, получившим положительное заключение государственной экспертизы 15.10.2014.

Суды при разрешении настоящего спора посчитали, что правоотношения между сторонами по использованию лесного участка возникли ранее даты введения в действие статьи 119 Лесного кодекса Российской Федерации - до 01.07.2019 (Лесной кодекс дополнен данной статьей Законом № 538-ФЗ от 27.12.2018), и, поскольку ранее осуществляемый обществом вид деятельности на этом лесном участке не был запрещен, то и по настоящее время такой вид деятельности на территории центральной экологической зоны Байкальской природной территории является разрешенным.

Между тем, суд кассационной инстанции полагает, что  сделанные судами выводы не соответствуют установленными ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам и противоречат как общеправовым принципам законности, так и требованиям лесного законодательства.

Как указано выше, 15.10.2014 между агентством (арендодатель) и обществом «Сигматэк» (арендатор) заключен договор аренды лесного участка № 115-14 в целях геологического изучения недр, разведки и добычи полезных ископаемых.

Договор аренды от 15.10.2014 согласно пункту 7.1 действует до 01.06.2023.

Согласно условиям договора аренды от 15.10.2014 (пункт 6.1) право пользования арендованным лесным участком прекращается в случае истечения срока действия настоящего договора.

Таким образом, правоотношения сторон по договору аренды прекратились в связи с истечением срока, на который он был заключен (пункт 3 статьи 425 Гражданского кодекса).

При этом у судов не имелось оснований полагать указанный договор аренды действующим, поскольку как установлено судами и не оспаривается лицами, участвующими в деле, исполнение договора аренды на ранее согласованных условиях относительно его предмета (предоставление в аренду лесного участка площадью 43 га) в настоящее время не представляется возможным по причине того, что дальнейшее осуществление деятельности ответчиком по добыче полезных ископаемых в границах водоохранной зоны озера Байкал, является нарушением режима охраны озера Байкал и законодательства об охране окружающей среды, на что указано во вступившем в законную силу судебном акте по делу № А10-5236/2017.

В соответствии с частью 6 статьи 119 Лесного кодекса Российской Федерации на особо защитных участках лесов запрещается осуществление деятельности, несовместимой с их целевым назначением и полезными функциями.

Распоряжением Правительства РФ от 23.04.2022 № 999-р, утвержден перечень объектов, не связанных с созданием лесной инфраструктуры для защитных лесов, эксплуатационных лесов, резервных лесов (пункт 1), из которого следует запрет на размещение объектов, не связанных с созданием лесной инфраструктуры (за исключением сооружений и оборудования, используемого при прокладке геолого-геофизических и сейсмических профилей; скважины поисковой временной; канала водоотводного), на особо защитных участках лесов в целях геологического изучения недр, разведки и добычи полезных ископаемых.

В ранее действовавшем распоряжении Правительства РФ от 27.05.2013 №849-р  (действовало до 23.04.2022) размещение карьера на особо защитном участке лесов также не предусматривалось.

Таким образом, поскольку в настоящее время проектируемый лесной участок (в границах которого находится карьер) относится к особо защитным участкам лесов, эксплуатация карьера на этом лесном участке недопустима.

Вопреки выводам судов, поскольку за утверждением проектной документации лесного участка общество обратилось 01.08.2023 (№вх-23-06153), то при разрешении настоящего спора и оценке оспариваемого обществом отказа в утверждении проектной документации лесного участка на соответствие требованиям закона, подлежали применению нормы лесного законодательства, действующие на дату обращения, то есть в настоящем случае – с учетом положений статьи 119 Лесного кодекса.

Следовательно, выводы судов о том, что положения статьи 119 Лесного кодекса не подлежат применению, поскольку участок предоставлялся в аренду обществу ранее даты введения в действие Закона № 538-ФЗ, и, соответственно, об отсутствии оснований для отнесения спорного участка к особо защитным участкам лесов, неправомерны.

Выводы судов о возможности применении в данном случае положений пункта 2 распоряжения №999-р, суд округа признает ошибочными, основанными на неверном толковании судами норм материального права.

Так, пунктом 2 распоряжения № 999-р установлено, что возведение и эксплуатация некапитальных строений, сооружений, не предусмотренных перечнем, утвержденным настоящим распоряжением, допускаются, если такие строения, сооружения предусмотрены перечнем объектов, не связанных с созданием лесной инфраструктуры, для защитных лесов, эксплуатационных лесов, резервных лесов, утвержденным распоряжением Правительства Российской Федерации от 27 мая 2013 г. № 849-р, и до вступления в силу настоящего распоряжения начато их возведение, и указанные строения, сооружения предусмотрены проектом освоения лесов, который получил положительное заключение государственной или муниципальной экспертизы проекта освоения лесов.

Таким образом, в указанном пункте предусмотрена совокупность условий для возможной эксплуатации некапитальных строений, сооружений, не предусмотренных перечнем, утвержденным распоряжением № 999-р, а именно: 1) возведение и эксплуатация этого объекта была предусмотрена распоряжением №849-р, 2) возведение объекта начато до вступления в силу распоряжения №999-р, 3) объект предусмотрен проектом освоения лесов, получившим положительное заключение экспертизы.

В рассматриваемом случае, совокупность указанных условий отсутствует, в связи с чем, указанная норма к рассматриваемому спору применена быть не может.

Возведение и эксплуатация карьера в особо защитных участках лесов не предусмотрены ни в распоряжении № 849-р, ни в распоряжении № 999-р.

Ссылка судов на проект освоения лесов, получивший положительное заключение  государственной экспертизы 15.10.2014, не могла быть принята во внимание судами при разрешении настоящего спора, поскольку указанный проект действовал в период с 2015 по 2018 годы.

Как установлено судами, обществом в связи с принятым решением Арбитражного суда Республики Бурятия по делу №А10-5236/2017 разработан новый проект освоения лесов, в отношении которого агентством утверждено положительное заключение государственной экспертизы (приказ от 07.03.2023 №199 Республиканского агентства лесного хозяйства). Между тем, суды не приняли во внимание то, обстоятельство, что срок утвержденного проекта основания лесов на лесной участок  площадью 10,5 га истёк 01.06.2023, поскольку в силу пункта 29 Приказа Минприроды России от 16.11.2021 № 864 «Об утверждении Состава проекта освоения лесов, порядка его разработки и внесения в него изменений, требований к формату проекта освоения лесов в форме электронного документа» срок действия проекта освоения лесов не должен превышать срок действия договора аренды соответствующего лесного участка. Указанный срок действия проекта был установлен и в пункте 3 Приказа от 07.03.2023 №199.

Таким образом, на момент обращения с заявлением об утверждении проектной документации лесного участка у заявителя действующий проект освоения лесов отсутствовал.

При таких обстоятельствах, выводы нижестоящих судов о наличии у общества на дату обращения с заявлением об утверждении проектной документации лесного участка действующего договора аренды, а так же действующего проекта освоения лесов не соответствует имеющимся в деле доказательствам.

В силу статьи  87 Лесного кодекса виды разрешенного использования лесов определяются лесохозяйственными регламентами лесничеств, которые обязательны для исполнения гражданами, юридическими лицами, осуществляющими использование, охрану, защиту и воспроизводство лесов в границах лесничества.

Как установлено судами, разделом 3.3 Лесохозяйственного регламента Бабушкинского лесничества, утвержденного Приказом агентства от 28.09.2017 №803, установлено, что при использовании лесов в целях осуществления геологического изучения недр, разведки и добычи полезных ископаемых предусмотрен ряд ограничений, в том числе не допускается: валка деревьев и расчистка лесных участков от древесной растительности с помощью бульдозеров, захламление древесными остатками приграничных полос и опушек, повреждение стволов и скелетных корней опушечных деревьев, хранение свежесрубленной древесины в лесу в летний период без специальных мер защиты; затопление и длительное подтопление лесных насаждений; повреждение лесных насаждений, растительного покрова и почв за пределами предоставленного лесного участка; захламление лесов строительными, промышленными, древесными, бытовыми и иными отходами, мусором; загрязнение площади предоставленного лесного участка и территории за его пределами химическими и радиоактивными веществами; проезд транспортных средств и иных механизмов по произвольным, неустановленным маршрутам, в том числе за пределами лесного участка. Запрещается разработка месторождений полезных ископаемых в лесопарковых зонах. Обустройство объектов, связанных с выполнением работ по геологическому изучению недр, разработкой месторождений полезных ископаемых, должно исключать развитие эрозионных процессов на занятой и прилегающей территории. Размещение объектов, не связанных с созданием лесной инфраструктуры, для осуществления работ по геологическому изучению недр, разработки месторождений полезных ископаемых и разработке месторождений углеводородного сырья осуществляется в соответствии с распоряжением Правительства РФ от 27.05.2013 №849-р.

При этом суды не учли, что согласно этому же лесохозяйственному регламенту (таблица 5 - виды разрешенного использования лесов) добыча полезных ископаемых как вид разрешенного использования лесов в Танхойском лесничестве (в том числе в квартале 5) не предусмотрена, что соответствует законодательству об охране окружающей среды и режиму охраны озера Байкал, относящегося к объектам всемирного природного наследия.

В этой связи, выводы судов о нарушении оспариваемым отказом прав и законных интересов общества, добывающего песчано-гравийные породы на месторождении, ранее затронутым эксплуатационными работами, на дальнейшую его производственную деятельность на участке в центральной экологической зоне Байкальской природной территории, неправомерны и  противоречат основным принципам охраны окружающей среды, в том числе презумпции экологической опасности планируемой хозяйственной и иной деятельности в границах такой зоны озера Байкал.

При таких обстоятельствах, поскольку проектная документация лесного участка, относящегося к особо защитным участкам леса, предусматривает размещение карьера в целях добычи полезных ископаемых, что лесохозяйственным регламентом лесничества не предусмотрено, суд округа приходит к выводу о необоснованности выводов судов о неправомерности отказа агентства по указанным им основаниям (пункт 2 части 11 статьи 70.1 Лесного кодекса).

Из материалов дела следует, что подготовка документов, на основании которых осуществляется государственный кадастровый учет недвижимого имущества в отношении лесных участков из состава земель лесного фонда (проектирование лесного участка) инициировано обществом для последующего его получения в аренду с целью осуществления геологического изучения недр, разведки и добычи полезных ископаемых (статья 43, пункта 1 части 3 статьи 73.1 Лесного кодекса).

В соответствии с частью 1 статьи 25.1 Закона о недрах земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности и необходимые для ведения работ, связанных с пользованием недрами, предоставляются пользователям недр в соответствии с гражданским законодательством, земельным законодательством, лесным законодательством, водным законодательством и настоящим Законом.

Таким образом, Закон о недрах устанавливает разрешительный режим пользования недрами, согласно которому предоставление недр в пользование оформляется специальным государственным разрешением в виде лицензии, а Земельный и Лесной кодексы Российской Федерации, в свою очередь, предоставляют пользователю недр право пользования земельным (лесным) участком с целью добычи полезных ископаемых при условии соблюдения им установленных соответствующими законами процедур.

Из приведенных положений законодательства следует, что понятие «участок недр» для осуществления недропользования и понятие «земельный (лесной) участок» для реализации права на недропользование не тождественны, возникновение права на каждый из них и порядок получения такого права различны.

Таким образом, наличие у общества действующей лицензии на право добычи полезных ископаемых (пользование участком недр «Куркавка») не является безусловным основанием для предоставления лесного участка в аренду ввиду установления особого режима хозяйственной и иной деятельности в границах центральной экологической зоны озера Байкал.

С учетом изложенного выше, суд кассационной инстанции приходит к выводу, что принятые судом первой инстанции и апелляционным судом судебные акты постановлены с существенным нарушением норм материального права.

Поскольку в данном случае дополнительного исследования доказательств не требуется, но судами неправильно применены нормы материального права, суд округа полагает возможным на основании пункта 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не передавая дело на новое рассмотрение, отменить судебные акты и принять новый судебный акт об отказе заявителю в удовлетворении требований.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями  274, 286-288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Бурятия от 18 марта 2024 года по делу № А10-5661/2023 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 10 июня 2024 года по тому же делу отменить.

В удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «Сигматэк» отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий

Судьи


Ю.С. Яцкевич

Е.Г. Железняк

С.Б. Качуков