Постановление от 24 июня 2024 г. по делу № А09-1185/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов, вступивших в законную силу

Дело № А09-1185/2023
г. Калуга
25 июня 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 18.06.2024

Постановление изготовлено в полном объеме 25.06.2024

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего Еремичевой Н.В.

судей Ахромкиной Т.Ф.

ФИО1

при участии в заседании:

от ООО «Мостремстрой»: ФИО2 – представителя по доветренности от 27.02.2024,

от иных лиц, участвующих в деле: не явились, извещены надлежаще,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Мостремстрой» на решение Арбитражного суда Брянской области от 01.11.2023, с учетом определения об исправлении описки, опечатки, арифметической ошибки от 02.11.2023, и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2024 по делу № А09-1185/2023,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – ИП ФИО4, истец) обратился в Арбитражный суд Брянской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Мостремстрой» (далее – ООО «Мостремстрой», ответчик) о признании недействительным (ничтожным) договора цессии от 30.06.2016 № 1/У, применении последствий недействительности сделки в виде

взыскания 436 128 рублей 94 копеек долга и 106 337 рублей 16 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 13.12.2018 по 02.06.2022 с последующим начислением процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму задолженности с 03.06.2022 по день

фактической оплаты долга.

Решением Арбитражного суда Брянской области от 01.11.2023, с учетом определения об исправлении опечатки от 02.11.2023 (судья Поддубная И.С.), исковые требования ИП ФИО4 к ООО «Мостремстрой» удовлетворены частично. Признан недействительным (ничтожным) договор уступки права требования (цессии) от 30.06.2016 № 1/У, заключенный между ООО «Брянская мостостроительная фирма «Мостремстрой» и ООО «Мостремстрой». С

ООО «Мостремстрой» в пользу ИП ФИО4 взыскано

436 128 рублей 94 копейки неосновательного обогащения и проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму

долга 436 128 рублей 94 копеек, начиная с даты вступления в законную силу настоящего решения по день фактической оплаты указанной суммы, исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, а также 17 134 рубля в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2024 (судьи: Мосина Е.В., Дайнеко М.М., Капустина Л.А.) решение суда первой инстанции от 01.11.2023, с учетом определения об исправлении опечатки от 02.11.2023, отменено в части отказа в удовлетворении исковых требований.

С ООО «Мостремстрой» в пользу ИП ФИО4 взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 58 411 рублей 33 копеек.

В остальной части в удовлетворении искового заявления о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами отказано.

Абзац третий резолютивной части решения суда от 01.11.2023, с учетом определения об исправлении опечатки от 02.11.2023, изложен в следующей редакции:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мостремстрой», г. Брянск, в пользу индивидуального предпринимателя ФИО4, г. Шлиссельбург Кировского района Ленинградской области, 436 128 рублей 94 копеек неосновательного обогащения и проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму долга 436 128 рублей 94 копеек, начиная с даты вступления в законную силу настоящего решения по день фактической оплаты указанной суммы, исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, а также 18 625 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части решение Арбитражного суда Брянской области от 01.11.2023, с учетом определения об исправлении опечатки от 02.11.2023, оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ООО «Мостремстрой», ссылаясь на нарушение и неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, просит решение и постановление судов отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

Истец в отзыве указал на необоснованность доводов кассационной жалобы.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представителя иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, не явились.

Дело судом рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц в порядке, предусмотренном статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, заслушав представителя ответчика, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения на нее, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения данной кассационной жалобы в связи со следующим.

Судами первой и апелляционной инстанций на основании материалов дела установлено, что согласно информации, размещенной в информационно-коммуникационной системе «Картотека арбитражных дел», ГУП Орловской области «Дорожная служба» 13.07.2015 обратилось в Арбитражный суд Брянской области с заявлением о признании ООО «Брянская мостостроительная фирма «Мостремстрой» несостоятельным (банкротом), которое принято к производству суда определением от 30.07.2015 (дело № А09-8631/2015).

Определением суда от 14.09.2015 по делу № А09-8631/2015 в отношении ООО «БМФ «Мостремстрой» введена процедура банкротства наблюдение.

Между ООО «БМФ «Мостремстрой» и ООО «Мостремстрой» 30.06.2016 был заключен договор цессии № 1/У, по условиям которого к ответчику перешло право требования к казенному учреждению Орловской области «Орловский областной государственный заказчик» (далее – КУ ОО «ООГЗ») в размере 436 128 рублей 94 копеек.

Определением суда от 15.07.2016 по делу № А09-8631/2015 в отношении ООО «БМФ «Мостремстрой» введено внешнее управление.

Согласно данным системы «Картотека арбитражных дел», вступившим в законную силу определением суда от 25.11.2016 в рамках дела о банкротстве ООО «БМФ «Мостремстрой» был признан недействительным договор купли-продажи от 21.04.2015, заключенный между ООО «БМФ «Мостремстрой» и ответчиком по настоящему делу ООО «Мостремстрой», на основании пункта 2 статьи 61.2, пункта 1 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон № 127-ФЗ). Судом было установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки ООО «Мостремстрой» являлось кредитором ООО «БМФ «Мостремстрой»; по состоянию на 20.04.2015 задолженность ООО «БМФ «Мостремстрой» перед ООО «Мостремстрой» составляла 4 654 718 рублей 09 копеек, что подтверждается актом сверки взаимных расчетов по состоянию на 20.04.2015; в то же время, по данным бухгалтерского учета ООО «БМФ «Мостремстрой» по состоянию на 31.12.2015 задолженность перед ООО «Мостремстрой» отсутствует. Суд также указал, что данной сделкой был причинен вред имущественным правам кредиторов, сделка была совершена с заинтересованным лицом, осведомленность которого о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника презюмируется в силу закона.

ООО «Мостремстрой» 10.02.2017 направило в суд заявление о включении в реестр требований кредиторов ООО «БМФ «Мостремстрой» требования на сумму 4 290 868 рублей, которое определением суда от 04.04.2023 было включено в реестр требований кредиторов ООО «БМФ «Мостремстрой».

Конкурсный управляющий 21.02.2017 разместил в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (ЕФРСБ) – портале раскрытия сведений о процедурах банкротства, результаты инвентаризации ООО «БМФ «Мостремстрой» (сообщение № 1623932), в которой отражена дебиторская задолженность (требование) КУ ОО «ООГЗ» в размере 436 128 рублей 94 копеек.

При этом из пояснений бывшего конкурсного управляющего ООО «БМФ «Мостремстрой» ФИО5, привлеченного к участию в настоящем деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, следует, что в бухгалтерской документации ООО «БМФ «Мостремстрой» договор уступки от 30.06.2016 и расчеты по ней не отражены, договор от 30.06.2016 не передан конкурсному управляющему, поэтому дебиторская задолженность по итогам инвентаризации была включена в конкурсную массу и продана на торгах.

Так, собранием кредиторов ООО «БМФ «Мостремстрой» 12.07.2017 был утвержден порядок реализации прав требований (дебиторской задолженности), в том числе указанного требования к КУ ОО «ООГЗ».

Согласно протоколу № 2 от 12.07.2017 ответчик, как конкурсный кредитор с правом 3 867 868,93 голосов (7,629% голосов от общего числа голосов конкурсных кредиторов), принял участие в собрании кредиторов и проголосовал за продажу прав требования должника, в том числе в отношении КУ ОО «ООГЗ».

Объявление о проведении торгов № 1955483 было размещено 27.07.2017.

Торги проведены 07.09.2017, по результатам которых лот 1 «Право требования к КУ ОО «Орловский областной государственный заказчик», номинальным размером 436 128 рублей 94 копеек (обеспечение гарантии результата работ, сроком возврата не ранее 17.11.2018)» продан единственному участнику торгов – ИП ФИО4

Между ООО «ВМФ «Мостремстрой» и ФИО4 11.09.2017 был заключен договор купли-продажи права требования (дебиторской задолженности) № 26/1-Д, согласно которому ООО «БМФ «Мостремстрой» передает в собственность (уступает), а ФИО4 обязуется принять и оплатить право требование к КУ ОО «ООГЗ», номинальным размером 436 128 рублей 94 копейки (обеспечение гарантии результата работ, сроком возврата не ранее 17.11.2018), возникшее на основании государственного контракта на выполнение работ для государственных нужд № 6-РТ от 13.05.2013, дополнительного соглашения от 21.04.2014 № 1, дополнительного соглашения от 25.08.2014 № 2.

Право требования перешло к ФИО4 в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в частности, к ФИО4 перешли права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Из пунктов 2.1, 2.2 договора купли-продажи от 11.09.2017 № 26/1-Д, а также платежного поручения от 14.09.2017 следует, что ФИО4 произвел

оплату права требования в полном объеме.

В соответствии с пунктом 3.1 договора право требования перешло к ФИО4 с момента полной оплаты по договору.

Таким образом, ФИО4 является добросовестным приобретателем права требования к КУ ОО «ООГЗ» в рамках реализации имущества ООО «БМФ «Мостремстрой» в процедуре банкротства по договору от 11.09.2017 № 26/1-Д.

Определением суда от 20.04.2018 конкурсное производство в отношении ООО «БМФ «Мостремстрой» завершено.

ФИО4 13.05.2021 уведомил должника КУ ОО «ООГЗ» о состоявшейся уступке и просил погасить задолженность.

Письмом от 19.05.2021 № 2059-21 КУ ОО «ООГЗ» уведомило ФИО4 о том, что задолженность в размере 436 128 рублей 94 копейки погашена 12.12.2018 платежным поручением № 621219 на основании договора цессии

от 30.06.2016 № 1/У, заключенного между ООО «БМФ «Мостремстрой» и ООО «Мостремстрой».

Ссылаясь на то, что договор цессии от 30.06.2016 № 1/У, заключенный между ООО «БМФ «Мостремстрой» и ООО «Мостремстрой», является недействительным, нарушает его права и законные интересы, ФИО4 обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением о признании договора цессии от 30.06.2016 № 1/У недействительным (ничтожным).

Удовлетворяя требования ИП ФИО4 в части признания недействительным (ничтожным) договора уступки права требования (цессии) от 30.06.2016 № 1/У, заключенного между ООО «БМФ «Мостремстрой» и ООО «Мостремстрой» и взыскивая с ответчика неосновательное обогащение в размере 436 128 рублей 94 копеек, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, обоснованно исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону (пункт 1 статьи 388 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 2 статьи 166 ГК РФ предусмотрено, что требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Пунктом 1 статьи 168 ГК РФ определено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом

интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

По смыслу приведенных законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с указанной нормой права под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лица, управомоченного по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Судами установлено и ответчиком не оспорено, что договор об уступке права требования (цессия) № 1/У датирован 30.06.2016.

По состоянию на 30.06.2016 учредителем и директором ООО «БМФ «Мостремстрой» являлся ФИО6, а ООО «Мостремстрой» – ФИО7 (учредитель 50% и директор) и ФИО8 (учредитель 50%), образующие общую группу (статья 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции»). При этом ФИО7 является сыном руководителя и единственного участника ООО «БМФ «Мостремстрой». Кроме того, ФИО7 являлся работником ООО «БМФ «Мостремстрой» и занимал должность коммерческого директора, ФИО8 – супруга руководителя и единственного участника ООО «БМФ «Мостремстрой».

Данные обстоятельства установлены вступившим в законную силу определением суда от 25.11.2016 в рамках обособленного спора по делу о банкротстве ООО «БМФ «Мостремстрой» № А09-8631/2015 по заявлению внешнего управляющего ООО «БМФ «Мостремстрой» ФИО9 о признании сделки должника недействительной и применении последствий ее недействительности.

Как указано выше, определением Арбитражного суда Брянской области от 25.11.2026 по делу № А09-8631/2015 признана недействительной сделка – договор купли-продажи от 21.04.2015, заключенный между ООО «БМФ

«Мостремстрой» и ответчиком на основании пункта 2 статьи 61.2, пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве. Судом установлено, что в результате совершения недействительной сделки была погашена вся имеющаяся задолженность в размере 4 654 718 рублей 09 копеек перед ответчиком, что подтверждается данными бухгалтерского учета ООО «БМФ «Мостремстрой». Судом также установлено, что данной сделкой причинен вред имущественным правам кредиторов, сделка была совершена с заинтересованным лицом, осведомленность которого о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника презюмируется в силу закона. Суд пришел к выводу о том, что уже в апреле 2015 года вторая сторона сделки – ООО «Мостремстрой», ответчик по настоящему делу, – должна была знать как об ущемлении интересов кредиторов должника, так и о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как установлено судами, оспариваемый в настоящем деле договор уступки права требования (цессии) заключен 30.06.2016, то есть после возбуждения дела о банкротстве ООО «БМФ «Мостремстрой» (определение суда 30.07.2015) и непосредственно перед введением внешнего управления (15.07.2016).

Мотивом данной сделки, заключенной в ущерб кредиторам, являлся вывод имущества от взыскания со стороны кредиторов. Оспариваемая сделка совершена с единственной противоправной целью – вывод активов ООО «БМФ «Мостремстрой» в процессе его банкротства, что в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ влечет ее ничтожность. При этом в процессе рассмотрения дела судом было установлено, что воля обеих сторон сделки была направлена на безвозмездную передачу имущественных прав с имитацией оплаты за них.

Так, согласно пункту 3.2 оспариваемого договора от 30.06.2016 договорная сумма оплачивается цессионарием путем зачета встречного денежного требования к цеденту.

Судом первой инстанции неоднократно предлагалось ответчику представить в суд доказательства совершения зачета по оспариваемой сделке, первичной бухгалтерской документации, однако таких доказательств, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, ответчиком в материалы дела не представлено. В обоснование невозможности представления доказательств ответчик ссылался на то, что оспариваемый договор был совершен более шести лет назад, в связи с чем отсутствует возможность представить указанные документы в связи с истечением срока их хранения.

Вместе с тем, как учтено судами, согласно приказу Минкультуры России от 25.08.2010 № 558 (ред. от 16.02.2016) «Об утверждении «Перечня типовых управленческих архивных документов, образующихся в процессе деятельности государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с указанием сроков хранения», действовавшему на дату сделки и перевода дебиторской задолженности ответчику, первичные учетные документы и приложения к ним, зафиксировавшие факт совершения хозяйственной операции и явившиеся основанием для бухгалтерских записей (кассовые документы и книги, банковские документы, корешки банковских чековых книжек, ордера, табели, извещения банков и переводные требования, акты о приеме, сдаче, списании имущества и материалов, квитанции, накладные и авансовые отчеты, переписка и др.) (п. 362 Перечня) хранятся 5 лет при условии проведения проверки (ревизии), договоры, соглашения (п. 436 Перечня) – 5 лет после

истечения срока действия договора, соглашения.

Судами установлено, что ответчик получил от КУ ОО «ООГЗ» денежные средства 12.12.2018, соответственно, срок хранения документов по сделке – с января 2019 года по декабрь 2023 года включительно.

Кроме того, судами учтено, что, как пояснил бывший конкурсный управляющий по делу о банкротстве ООО «БМФ «Мостремстрой», им была проведена инвентаризация имущества и имущественных прав ООО «БМФ «Мостремстрой», в ходе которой была выявлена, в том числе дебиторская задолженность КУ ОО «ООГЗ». В бухгалтерском учете ООО «БМФ «Мостремстрой» уступка от 30.06.2016 и расчеты по ней не были отражены. Оспариваемый договор конкурсному управляющему в рамках дела о банкротстве передан не был.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, суды двух инстанций пришли к выводу о том, что для ООО «БМФ «Мостремстрой» отсутствовал реальный экономический интерес в заключении договора цессии от 30.06.2016 № 1/У, мотивом сделки является вывод имущества от взыскания со стороны кредиторов в ущерб кредиторам, что в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ влечет ничтожность такой сделки, оспариваемый договор совершен безвозмездно и в отсутствие намерений встречного предоставления, в связи с чем является притворной сделкой (прикрывающей ничтожный договор дарения между двумя коммерческими организациями подпунктом 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ), а, следовательно, является недействительной сделкой не только в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ, но и соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ,

Суды также пришли к выводу о том, что договор цессии от 30.06.2016 № 1/У нарушает права и законные интересы ИП ФИО4, который является добросовестным приобретателем на торгах права требования к КУ ОО «ООГЗ» в рамках реализации имущества ООО «БМФ «Мостремстрой» в процедуре банкротства по договору от 11.09.2017 № 26/1-Д, учитывая, что ФИО4 произвел реальную оплату уступаемого права требования (платежное поручение от 14.09.2017 № 48), ФИО4 были переданы все оригиналы документов, удостоверяющие передаваемое право требования.

При установленных обстоятельствах, суд первой инстанции, вывод которого поддержал суд апелляционной инстанции, правомерно счел обоснованными и подлежащими удовлетворению требования истца в части признания недействительным (ничтожным) договора уступки права требования (цессии) от 30.06.2016 № 1/У, заключенного между ООО «БМФ «Мостремстрой» и ООО «Мостремстрой».

Применяя последствия недействительности сделки, суды руководствовались положениями пункта 2 статьи 167 ГК РФ и исходили из цели приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

В пункте 78 Постановления № 25 разъяснено, что, исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ, иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого

лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда РФ (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18.02.2014 № 14680/13 и Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 ГК РФ» (пункт 14)), в силу положений, предусмотренных статьями 312, 382 и 385 ГК РФ, должник при предоставлении ему доказательств перехода права (требования) к новому кредитору не вправе не исполнять обязательство данному лицу. При надлежащем исполнении должником денежного обязательства новому кредитору в случае последующего признания договора уступки права требования недействительным первоначальный кредитор вправе потребовать от нового кредитора исполненное ему должником по правилам главы 60 ГК РФ, а новый кредитор – потребовать возврата суммы, уплаченной им за переданное право. Данное правило не подлежит применению только при условии, если будет установлено, что должник, исполняя обязательство перед новым кредитором, знал или должен был знать о противоправной цели оспариваемой сделки.

Применение в настоящем случае последствий недействительности сделки в виде двусторонней реституции невозможно.

Удовлетворяя требование истца о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в размере 436 128 рублей 94 копеек, суды, руководствуясь положениями пунктов 1, 2 статьи 1102 ГК РФ, правомерно исходили из того, что получение ответчиком от КУ ОО «ООГЗ» денежных средств в размере 436 128 рублей 94 копеек является неосновательным обогащением в силу ничтожности договора цессии от 30.06.2016.

Отклоняя доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статей 195, 196, 200 ГК РФ, пункта 1 статьи 181 ГК РФ, учитывал, что переданное истцу по договору цессии от 11.09.2017

№ 26/1-Д право требования денежных средств стало возможным к предъявлению не ранее 17.11.2018 – после истечения срока обеспечения гарантии по государственному контракту, следовательно, истцом заявлено о своих правах на получение долга 13.05.2021 в пределах срока исковой давности.

При этом судами принято во внимание, что законом не установлен срок направления должнику уведомления об уступке права требования. Пункт 3 статьи 382 ГК РФ предусматривает, что такое уведомление могло быть не направлено в адрес должника.

Судами установлено, что о наличии оспариваемого договора истец узнал 19.05.2021 из письма КУ ОО «ООГЗ» № 2059-21, в котором КУ ОО «ООГЗ» уведомило ФИО4 о том, что задолженность в размере 436 128 рублей 94 копеек погашена на основании договора цессии от 30.06.2016 № 1/У.

Поскольку с исковым заявлением ФИО4 обратился в суд 02.02.2023, при этом он не являлся стороной оспариваемого договора цессии от 30.06.2016 № 1/У, суды, вопреки позиции ответчика, справедливо заключили, что трехгодичный срок исковой давности истцом не пропущен, в связи с чем заявление ответчика об истечении этого срока правомерно признано судами

несостоятельным.

Отказывая в удовлетворении требований ИП ФИО4 о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 13.12.2018 по 02.06.2022 в размере 106 337 рублей 16 копеек, то есть со следующего дня после того, как третье лицо – КУ ОО «ООГЗ» перечислило ответчику денежные средства на основании договора от 30.06.2016, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 1107 ГК РФ, разъяснениями, сформулированными в пункте 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», исходил из отсутствия в деле доказательств, подтверждающих, что приобретатель (ответчик) узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств ранее момента признания сделки недействительной.

Не соглашаясь с данным вывод суда области, суд апелляционной инстанции мотивировал свой вывод тем, что судом первой инстанции не учтено, что ООО «Мостремстрой», являясь кредитором и

аффилированным лицом с ликвидированным ООО «БМФ «Мостремстрой», было осведомлено о неосновательном получении денежных средств

в размере 436 128 рублей 94 копеек.

Так, факт осведомленности ООО «Мостремстрой» о неосновательности получения денежных средств в сумме 436 128 рублей 94 копеек подтверждается следующим: ООО «Мостремстрой» являлось конкурсным кредитором

ООО «БМФ «Мостремстрой» с 3 867 868,93 голосами (7,629% голосов) и 12.07.2017 на собрании кредиторов ООО «БМФ «Мостремстрой» ответчик голосовал за утверждение Положения о порядке продажи прав требования

ООО «БМФ «Мостремстрой», в том числе к КУ ОО «ООГЗ», что подтверждается протоколом очередного собрания кредиторов ООО «БМФ «Мостремстрой» от 12.07.2017 № 2, а также объявлением о проведении торгов (сообщение № 1955483 от 27.07.2017); ООО «Мостремстрой», как конкурсный кредитор, присутствовал на собраниях кредиторов, в связи с чем должен был обладать информацией о том, что право требования дебиторской задолженности КУ ОО «ООГЗ» в сумме 436 128 рублей 94 копеек реализовано на торгах, 11.09.2017 заключен договор купли-продажи с ИП ФИО4; ответчиком не представлено доказательств возмездности оспариваемого договора.

С учетом вышеуказанного суд апелляционной инстанции заключил, что следует считать доказанной осведомленность ответчика о наличии у оспариваемой сделки признаков недействительности (ничтожности), а также о том, что полученные 12.12.2018 от КУ ОО «ООГЗ» денежные средства в сумме 436 128 рублей 94 копеек являются неосновательным обогащением.

Пунктом 2 статьи 1107 ГК РФ предусмотрено, что на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных

средств (статья 395 ГК РФ).

Статьей 395 ГК РФ предусмотрено, что за пользование чужими денежными средствами вследствие просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму этих средств (долга).

Размер процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 13.12.2018 по 02.06.2022 составил 106 337 рублей 16 копеек.

В ходе рассмотрения дела ответчик, возражая против удовлетворения заявленного требования, в дополнениях к отзыву на исковое заявление заявил о пропуске срока исковой давности по требованию о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.

Учитывая положения статей 195, 196, 199 ГК РФ, суд апелляционной инстанции, установив, что истец обратился с исковым заявлением в суд 02.02.2023, пришел к правильному выводу об отказе в удовлетворении требования истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 13.12.2018 по 01.02.2020, поскольку они заявлены за пределами трехгодичного срока исковой давности.

Принимая во внимание положения статьи 9.1 Закона о банкротстве, постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», разъяснения, сформулированные в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127– ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», суд апелляционной инстанции из периода начисления процентов обоснованно исключил период с 01.04.2022 по 02.06.2022.

Поскольку по расчету суда апелляционной инстанции, сумма процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 02.02.2020 по 31.03.2022 составила 58 411 рублей 33 копейки, то суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу об удовлетворении требования

ИП ФИО4 о взыскании с ответчика процентов частично, а именно в сумме 58 411 рублей 33 копеек.

В связи с тем, что истцом заявлено требование о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами по день фактической оплаты задолженности, суд апелляционной инстанции правомерно указал в резолютивной части обжалуемого постановления на то, что проценты также подлежат начислению, начиная с даты вступления в законную силу настоящего решения по день фактической оплаты указанной суммы, исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Доводы кассационной жалобы по существу направлены на переоценку выводов арбитражного суда, сделанных на основании представленных в материалы дела доказательств, что в силу положений статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции, в связи с чем подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 АПК РФ, судом округа не установлено.

В связи с окончанием кассационного производства меры, принятые определением Арбитражного суда Центрального округа от 24.04.2024 по приостановлению исполнения решения Арбитражного суда Брянской области

от 01.11.2023, с учетом определения об исправлении описки, опечатки, арифметической ошибки от 02.11.2023, и постановления Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2024, с момента принятия судом кассационной инстанции настоящего постановления утрачивают силу на основании части 4 статьи 283 АПК РФ.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2024 по делу № А09-1185/2023 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Приостановление исполнения названных судебных актов по делу № А09-1185/2023, принятое определением Арбитражного суда Центрального округа от 24.04.2024, отменить.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.В. Еремичева

Судьи Т.Ф. Ахромкина

ФИО1