Постановление от 11 июля 2022 г. по делу № А65-4569/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-30011/2018

Дело № А65-4569/2016
г. Казань
11 июля 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 05 июля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 июля 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В.,

судей Кашапова А.Р., Фатхутдиновой А.Ф.,

при участии:

ФИО1, лично,

при участии представителей:

общества с ограниченной ответственностью «Монгол» – ФИО2, доверенность от 26.05.2021,

акционерного коммерческого банка «Энергобанк» (акционерное общество) – ФИО3, доверенность от 10.01.2022,

ФИО4 – ФИО5, доверенность от 14.01.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Монгол»

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.12.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022

по делу № А65-4569/2016

по жалобе общества с ограниченной ответственностью «Монгол» на действия (бездействие) арбитражных управляющих ФИО6, ФИО4 с заявлением о взыскании убытков в сумме 993 065 руб., с участием заинтересованных лиц – Управления Росреестра по Республике Татарстан, ассоциации «МСК СРО ПАУ «Содружество», общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Гелиос», в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ОйлТэк», ИНН <***>,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.04.2016 возбуждено производство по делу о несостоятелности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ОйлТэк» (далее – должник).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.10.2016 в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим должником утвержден ФИО4.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.02.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО4

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.11.2018 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.12.2018 конкурсным управляющим должником утверждена ФИО6.

Общество с ограниченной ответственностью «Монгол» (далее – общество «Монгол») обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с жалобой, с уточнением требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО6 и арбитражного управляющего ФИО4, выразившихся в необращении в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными сделок: по перечислению обществом с ограниченной ответственностью «Дизель-Маркет» (далее – общество «Дизель-Маркет») денежных средств обществу с ограниченной ответственностью «Карай» (далее – общество «Карай»), совершенных за счет должника; по увеличению размера арендной платы по договору аренды, заключенному между должником и обществом «Карай», а также о взыскании с ответчиков убытков в размере 993 065 руб. в солидарном порядке.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.12.2021, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе общество «Монгол» просит принятые по обособленному спору судебные акты отменить, заявленные требования удовлетворить, мотивируя неправильным применением судами норм материального права, несоответствием выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. Заявитель жалобы указывает, что сделки по перечислению денежных средств обществом «Дизель-Маркет» обществу «Карай» были совершены за счет должника в пользу заинтересованного лица, и конкурсный управляющий был осведомлен о спорных платежах и обстоятельствах их совершения; вследствие бездействия конкурсного управляющего кредиторы должника утратили возможность удовлетворения своих требований за счет денежных средств, которые должник мог получить по результатам оспаривания указанных сделок.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не находит.

Как установлено судами и следует из материалов дела, заявленные обществом «Монгол» требования мотивированы тем, что должник в адрес общества «Дизель-Маркет» направил письма, на основании которых последнее в период с 25.09.2015 по 24.01.2017 перечислило на расчетный счет общества «Карай» денежные средства в размере 993 065 руб., в то время как общество «Дизель-Маркет» имело неисполненные обязательства перед должником, в связи с чем спорные платежи совершены за счет должника. Несмотря на наличие у конкурсного управляющего сведений о том, что общество «Дизель-Маркет» за счет должника перечислило денежные средства аффилированному с должником лицу, конкурсные управляющие не обратились в арбитражный суд с заявлением о признании сделок недействительными, чем конкурсной массе должника были причинены убытки в размере, равном сумме платежей.

При разрешении спора суды приняли во внимание установленные вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.03.2021 по настоящему делу в рамках обособленного спора по жалобе общества «Монгол» обстоятельства, согласно которым конкурсный управляющий ФИО4 оперативно запросил у руководителя должника ФИО7 всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в частности, бухгалтерскую и иную документацию должника. Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.04.2017 у директора должника были истребованы документы, во исполнение которого конкурсному управляющему по акту от 26.04.2017 была передана только часть документов.

Установив, что ФИО4 не была передана база электронной формы бухгалтерского учета в системе «1С-Бухгалтерия», отражающая финансово-хозяйственные операции должника, а также не передано значительное количество документов, в том числе тех, которые могли содержать информацию о сделках должника, на неоспаривание которых ссылается общество «Монгол» как на основание своего требования, суды пришли к выводу об отсутствии у конкурсного управляющего возможности установить сомнительные операции в виде совершенных платежей за счет должника.

Судами учтено, что учредитель должника ФИО1 (90% доли), одновременно являющийся и учредителем общества «Карай» (100%), участвующий в рамках настоящего спора и поддерживающий доводы жалобы общества «Монгол», не заявлял о сомнительных платежах, не раскрыл указанные обстоятельства ранее, занимая в настоящее время правовую позицию, выражающуюся в том, что имелись платежи за счет должника в адрес общества «Карай», которые являются сомнительными и не оспорены в установленном порядке.

Также судами учтено, что обществом «Монгол» не доказан факт причинения вреда кредиторам должника, поскольку не доказана реальная возможность фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов в случае удовлетворения судом соответствующего заявления с учетом залогового характера и явной недостаточности имущества общества «Карай», являющегося банкротом (дело о банкротстве № А38-7590/2016 возбуждено 09.09.2016), а также неоднократного возбуждения дел о банкротстве в отношении общества «Дизель-Маркет», производства по которым прекращались в связи с отсутствием имущества должника и финансирования процедуры (дела № А65-853/2019, № А65-20271/2020).

Также судами отмечено, что такой вред как безвозмездность по данным платежам не выявлен, поскольку назначение указанных платежей прямо содержит указание «по договору аренды № 2 от 14.04.2013». При этом аналогичные платежи за аренду осуществлялись и по счету самого должника в период до его неплатежеспособности, начиная с даты аренды, а именно с 2013 года (более чем за 3 года до банкротства должника), что исключает сомнения в реальности договора и данного назначения платежа, и его равноценности. При этом сама дата договора аренды от 14.04.2013, как объективно выходящая за 3 года до даты возбуждения дела о банкротстве (18.04.2016), не входит в период подозрительности по статье 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Кроме того, у общества «Карай» были запрошены сведения о дальнейшем направлении таких платежей, и согласно представленной конкурсным управляющим обществом «Карай» банковской выписке все поступившие за должника от общества «Дизель-Маркет» суммы в тот же день и в аналогичных суммах (за вычетом комиссий за РКО) оплачены исключительно в счет «оплаты за электроэнергию по договору № 6439 от 07.11.2013 (ПАО ТНС энерго Марий Эл) или № 530254 от 23.10.2013 (Кировский филиал ОАО «Энергосбыт Плюс»), что дополнительно подтверждает реальные экономические цели платежей.

В отношении платежей, совершенных в период с 18.04.2016 по 24.01.2017 на общую сумму 550 665 руб., которые в силу статьи 5 Закона о банкротстве относятся к текущим, суды установили, что вся задолженность по текущим платежам погашена, следовательно, спорные перечисления не нарушили очередность погашения текущих требований и не могли быть признаны недействительными.

Кроме того, судами отмечено, что совершенные систематически платежи по уплате ежемесячной арендной платы (с учетом их направления на непросроченные своевременные платежи за электроэнергию) и в размере менее 1% балансовой стоимости активов должника (баланс активов должника на 31.12.2015 составлял 782 966 000 руб.), имеют признаки, указанные в статье 61.4 Закона о банкротстве, как совершенные в процессе обычной хозяйственной деятельности, что исключает их оспоримость.

Отклоняя доводы жалобы о том, что имело место бездействие, выразившееся в необращении конкурсного управляющего с заявлением о признании недействительными сделок по увеличению размера арендной платы по договору аренды, заключенному между должником и обществом «Карай», суды исходили из отсутствия факта передачи как договора аренды, так и самих текстов соглашений по увеличению размера арендной платы, установив отсутствие допустимых доказательств того, что соглашением от 01.10.2015 размер аренды был увеличен до 3 400 000 руб., поскольку в период с 01.10.2015 по 31.07.2016 такой оплаты не имелось, требования об оплате также не имеется. Реальность соглашения от 01.10.2015 также опровергается тем, что оно никогда никому не передавалось и нигде не фигурировало и было использовано только внутри аффилированной группы.

В отсутствие самого текста соглашения об увеличении аренды и его мнимости, также отсутствует и сама реальность восстановления интересов конкурсной массы за счет оспаривания сделки, соответственно, отсутствие соглашения исключает разумность в оспаривании сделки с таким контрагентом.

Помимо изложенного, судами учтено наличие самостоятельного основания для отказа жалобы ввиду наличия недобросовестной цели и злоупотребления правом со стороны заявителя.

Суды установили, что заявленные платежи осуществлены обществом «Дизель-Маркет», контролируемым ФИО1, за счет должника и в пользу общества «Карай», участниками которых в свою очередь также является тот же ФИО1, то есть все участники операций подконтрольны ФИО1, а общество «Монгол» является аффилированным с участником должника ФИО1 через юридическую подконтрольность директора и участника общества «Монгол» ФИО8, являющегося одновременно участником в ООО «Хазар», который уже признан аффилированным лицом с ФИО1 (определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.09.2019 по делу № А65-4569/2016).

Суды указали, что общество «Монгол», являясь лицом, аффилированным к участнику должника ФИО1, и, соответственно, ко всем иным контролирующим должника лицам, такой заявитель жалобы по существу имеет интерес противоположной стороны в отношениях и сделках, которые сейчас противопоставляются должнику (его управляющему и кредиторам). Следовательно, лицо, имеющее интерес и выгоду на стороне контрагента спорной сделки, законных нарушенных прав на противоположной стороне должника (и его кредиторов) очевидно иметь не может.

Суды пришли к выводу о том, что общество «Монгол», являясь аффилированным к ФИО1 лицом, защищая интересы такого бенефициара и подконтрольного ему выгодоприобретателя общества «Карай» и не допуская угрозы самой сделке ее оспариванием в течение установленных сроков, несмотря на полную осведомленность обо всех деталях операций и считая такие операции подозрительными, тем не менее в период с 2017 года к конкурсному управляющему с предложением оценить такие сделки не обращался, фактически, умышленно выждал истечение всех сроков, в том числе с тем, чтобы реально исключить оспаривание таких сделок, а в настоящее время подал жалобу в таких обстоятельствах в декабре 2020 года с целью взыскания убытков с арбитражного управляющего.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

Статьей 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов конкурсных кредиторов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав.

По смыслу статьи 60 Закона о банкротстве основанием для удовлетворения жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов действием (бездействием) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов несоответствия этих действий (бездействия) законодательству и нарушения такими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов должника.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В абзаце 3 пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий (бездействия).

Ответственность арбитражного управляющего, установленная статьей 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В пункте 3.2 постановления Конституционного суда Российской Федерации от 05.03.2019 № 14-П указано, что обязанность возместить причиненный вред – мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15.07.2009 № 13-П, от 07.04.2015 № 7-П и от 08.12.2017 № 39-П; определения от 04.10.2012 № 1833-0, от 15.01.2016 № 4-0 и др.).

В силу разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие хотя бы одного из вышеназванных условий исключает возможность применения ответственности в виде убытков и влечет за собой отказ суда в удовлетворении требований об их возмещении.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225, при установлении неправомерности поведения арбитражного управляющего в части неоспаривания сделок должника заявителем должны быть доказаны такие обстоятельства, как наличие достаточных оснований считать сделки недействительными, а также реальность (высокая вероятность) признания их судом недействительными.

Таким образом, доказать противоправность бездействия конкурсного управляющего, выраженного в неоспаривании сделок должника, можно, представив доказательства недействительности сделок.

Между тем такие доказательства заявителем не представлены.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, установив недоказанность материалами дела наличия в данном случае необходимых и достаточных оснований для признания незаконными действий (бездействия) арбитражных управляющих, а также совокупности условий для привлечения их к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, принимая во внимание, что заявитель не доказал то обстоятельство, что в случае своевременного обращения в суд с заявлением о признании сделок недействительными, требование конкурсного управляющего было бы удовлетворено и фактически исполнено, суды правомерно отказали в удовлетворении заявленных требований.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что в результате незаконного бездействия арбитражных управляющих по оспариванию сделок кредиторы должника утратили возможность удовлетворения своих требований за счет денежных средств, которые должник мог получить по результатам оспаривания указанных сделок, подлежит отклонению, поскольку он основан на предположении о том, что в случае недопущения арбитражным управляющим бездействия, сделки были бы признаны недействительными, а денежные средства поступили бы в конкурсную массу, тогда как доказательств того, что у должника была реальная возможность получения в конкурсную массу денежных средств, заявителем жалобы в материалы не представлено.

В целом доводы, изложенные в кассационной жалобе, сводятся к несогласию с выводами судов, направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств и установление новых обстоятельств, отличных от установленных судами, в связи с чем в силу статьи 286 АПК РФ выходят за пределы компетенции суда кассационной инстанции, полномочия которого по пересмотру дела должны осуществляться в целях исправления судебных ошибок в виде неправильного применения норм материального и процессуального права при отправлении правосудия, а не для пересмотра дела по существу.

Поскольку неправильного применения норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, то основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационных жалоб отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.12.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022 по делу № А65-4569/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судьяМ.В. Коноплёва


СудьиА.Р. Кашапов


А.Ф. Фатхутдинова