Решение от 31 августа 2020 г. по делу № А41-100790/2019

Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А41-100790/19
31 августа 2020 года
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 23 июля 2020 года

Полный текст решения изготовлен 31 августа 2020 года.

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Дубровской Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Фосбори-Флоп», индивидуальному предпринимателю ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО4, доверенность от 23.05.2019 50 АБ № 2634516, паспорт РФ, диплом о высшем юридическом образовании; лично ФИО2 паспорт 46 08 717143; ФИО5, паспорт РФ, доверенность 50 АБ 3742586 от 20.09.2019, удостоверение адвоката № 10978 от 18.10.2010;

от ответчиков: ООО «Фосбори-Флоп» - ФИО6, доверенность от 19.12.2019, удостоверение адвоката № 5134 от 03.04.2013;

ИП ФИО3- ФИО6, доверенность от 15.01.2019, удостоверение адвоката № 5134 от 03.04.2013.

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее – ФИО2, истец) обратился в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Фосбори-Флоп» (далее – ООО «Фосбори-Флоп», ответчик) и индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ответчик2, ИП ФИО3) о признании договора на оказание юридических услуг от 01.02.2018 недействительным, применении последствий недействительности сделки, а также взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Фосбори-Флоп» денежных средств, полученных по недействительной сделке.

В ходе рассмотрения дела Истцом представлено заявление об уточнении основания заявленных требований, согласно которому в основание иска ФИО2 ссылался на часть 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также просил взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Фосбори-Флоп» денежные средства в размере 9 100 000 рублей.

Указанные уточнения приняты судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В судебном заседании представитель истца заявленные требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчиков возражал по доводам иска по основаниям, изложенным в отзывах, заявил о применении сроков исковой давности.

Рассмотрев материалы искового заявления, исследовав и оценив совокупность имеющихся в материалах дела доказательств, суд полагает, что исковые требования подлежат удовлетворению в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, 05 декабря 2002 года ООО «Фосбори-Флоп» зарегистрировано в качестве юридического лица Межрайонной ИФНС № 17 по Московской области за ОГРН №1025003216248.

Участниками Общества являются ФИО2 (25% доли уставного капитала), ФИО7 (25% доли уставного капитала), ФИО8 (25% доли уставного капитала), ФИО3 (25% доли уставного капитала).

Директором Общества является ФИО7.

11.08.2019 истец направил в адрес Общества запрос о предоставлении истцу документации, содержащей информацию о хозяйственной деятельности Общества.

В сентябре 2019 года представителем истца было получено письмо Общества от 30.09.2019, которым генеральный директор Общества ФИО7 сообщил, что истец может частично ознакомиться с документами, перечисленными в письме. К письму была приложена копия свидетельства о переходе на упрощенный порядок налогообложения.

10.10.2019 истцу для ознакомления предоставлены устав Общества, протоколы общих собраний участников Общества за период с 2015 по 2019 года, договоры, заключенные Обществом за период с 01.01.2016 по октябрь 2019.

Из представленных документов истцу стало известно, что 01.02.2018 между ИП ФИО3 (Исполнителем) и ООО «Фосбори-Флоп» (Заказчиком) заключен договор на оказание юридических услуг со сроком действия до 31.12.2018 с правом дальнейшей пролонгации.

Согласно пункту 4.1 Договора стоимость юридических услуг составила 350 000 руб. 00 коп. в месяц.

Ссылаясь на то, что сделка не является экономически разумной для Общества и нарушает права и законные интересы истца как участника Общества, ФИО2 обратился в арбитражный в суд с заявленными требованиями.

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Статьей 11 ГК РФ закреплена судебная защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В силу статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Таким образом, частью 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Обязательным условием признания сделки недействительной по другому основанию пункта 2 статьи 174 ГК РФ является наличие ущерба для интересов представляемого.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (пункт 93) указано, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Суд исходит из основного принципа гражданских прав, согласно которому участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статьи 1, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом в ходе рассмотрения дела, за период с 01.02.2018 по 31.03.2020 по оспариваемому договору на оказание юридических услуг от 01.02.2018 Обществом перечислено ИП ФИО3 9 100 000 руб. 00 коп.

За период с 01.02.2018 по 31.12.2018 ИП ФИО3 перечислено 3 850 000 руб. 00 коп., что превышает размер чистой прибыли Общества, который составил за 2018 год 3 257 000 руб. 00 коп.

При этом судом установлено и сторонами не опровергнуто, что в период с 01.07.2008 по 26.02.2018 ФИО3 работал по трудовому договору от 01.07.2008 № 4/08 в должности заместителя директора ООО «Фосбори-Флоп».

Согласно штатному расписанию от 29.12.2017 № 1 должностной оклад заместителя генерального директора Общества составлял 45 000 руб. 00 коп.

В соответствии с пунктами 1.5, 1.6, 2.2, 3.2 должностной инструкции ФИО3 фактически оказывал юридические услуги по трудовому договору.

С 26.02.2018 ФИО3 уволился с должности, работником Общества уже не являлся, но стал действовать на основании заключенного с Обществом договора на оказание юридических услуг с оплатой услуг 350 000 руб. в месяц.

Из анализа изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу, что заключение договора с ИП ФИО3 на сумму, превышающую в несколько раз порядок оплаты труда сотрудника Общества ФИО3 фактически с такими же обязанностями, является экономически не разумным, и, следовательно, является не разумным и недобросовестным поведением такого Общества в лице управомоченного органа.

Истец также ссылался на отсутствие экономической целесообразности оказываемых услуг также при том, что информация об участии Общества в судебных спорах отсутствует, как и отсутствует информация об исполнительных производствах в базе Федеральной службы судебных приставов России, договоры, которые проверялись ФИО3 носили однотипный характер, их содержание не менялось, что не требовало правового анализа каждого такого документа, а стоимость консультирования Общества по вопросам текущей деятельности является многократно завышенной по сравнению с предложениями в Московской области по оказанию подобного рода услуг. Более того, часть работ входит в обязанности других работников, например, проверка заполнения и подписания договоров на стоматологические услуги входит в обязанности как администратора, так и бухгалтера-кассира, главного врача; проверка правильности заполнения медицинских карт пациентов входит в обязанности врача-стоматолога, главного врача. Данные услуги при этом юридическими не являются.

Как следует из пункта 17 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019 сделка общества может быть признана недействительной по иску участника и в том случае, когда она хотя и не причиняет убытков обществу, тем не менее не является разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, совершена в интересах только части участников и причиняет неоправданный вред остальным участникам общества, которые не выразили согласие на совершение соответствующей сделки.

Судом должно быть учтено, что составной частью интереса общества являются в том числе интересы участников. В связи с этим ущерб интересу общества также имеет место, когда сделка хотя и не причиняет ущерб юридическому лицу, но не является разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, совершена в интересах только части участников и причиняет неоправданный вред остальным участникам общества, которые не выражали согласие на совершение соответствующей сделки.

Так, по общему правилу, деятельность любого коммерческого юридического лица (исходя из его уставных задач) имеет своей основной целью извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ). Обычным способом изъятия участниками денежных средств от успешной коммерческой деятельности принадлежащих им организаций является распределение прибыли в порядке, предусмотренном Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Вместе с тем возможны ситуации, когда прибыль изымается в пользу отдельных участников посредством иных сделок общества, в том числе, через выплату процентов по займу. Указанные действия не являются сами по себе незаконными и не нарушают прав остальных участников на получение причитающейся им части прибыли от деятельности общества (абзац второй пункта 1 статьи 67 ГК РФ), при условии, что остальные участники выражали согласие на такое распределение прибыли (например, голосовали в пользу одобрения сделки с заинтересованностью или же данный вопрос был урегулирован уставом общества либо корпоративным договором, заключенным между всеми участниками хозяйствующего субъекта) либо сами также фактически получают причитающуюся им часть прибыли общества.

Исследовав представленные в материалы дела документы, акты приемки выполненных работ (оказанных услуг) за период с 01.02.2018 по 30.11.2019, должностные инструкции генерального директора, заместителя генерального директора, главного бухгалтера, бухгалтера кассира, администратора, суд приходит к выводу, что фактически через оплату выполненных работ (оказанных услуг) в размере в несколько раз превышающем должностной оклад ФИО3 в период его работы в Обществе, чистая прибыль хозяйствующего субъекта была распределена только в пользу ФИО3, при том что разумной необходимости в заключении такого договора у Общества не имелось, иного не доказано.

Для примера, согласно протоколу № 2 общего собрания учредителей Общества от 08 июля 2019 года по состоянию на 01.07.2019 чистая прибыль составила 3481106 руб. за полгода, которая была распределена среди участников, таким образом, доводы истца о том, что его права участника на получение денежных средств, выплаченных ФИО3, нарушены, является обоснованным.

Кроме того, оспариваемая сделка не одобрялась общим собранием участников Общества.

Каких-либо достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что заключение договора на оказание юридических услуг от 01.02.2018 являлось необходимым Обществу, экономически целесообразным, препятствующим несению Обществом большего ущерба в будущем, материалы дела не содержат, Ответчиками также не установлено.

Положения части 1 статьи 10 ГК РФ закрепляют принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяют общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенным (неправомерным) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требования о признании договора на оказание юридических услуг от 01.02.2018 недействительной сделкой.

В соответствии со статьей 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Таким образом, суд приходит к выводу о необходимости применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Фосбори-Флоп» денежных средств в размере 9 100 000 рублей, выплаченных Обществом по спорному договору. Сумма полученных денежных средств ответчиком не оспорена.

Судом рассмотрено заявление ответчика о пропуске срока исковой давности.

Суд учел, что сделка, оспариваемая по мотиву несоответствия статье 174 (пункту 2) Гражданского кодекса Российской Федерации является оспоримой.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» (далее - Постановление № 28) (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность») участник, оспаривающий сделку общества, действует в его интересах (статья 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в связи с чем не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что истец на момент совершения сделки не был участником общества. Течение исковой давности по требованиям таких участников (акционеров) применительно к статье 201 Гражданского кодекса Российской Федерации начинается со дня, когда о совершении сделки с нарушением порядка ее одобрения узнал или должен был узнать правопредшественник этого участника общества.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, приведенным в пункте 3 Постановления Пленума № 43 от 29.09.2015 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Вместе с тем, несмотря на то, что косвенный иск участника общества об оспаривании совершенной обществом сделки подается участником от имени общества, а сам участник выступает как представитель общества, при расчете момента начала срока давности следует ориентироваться на то, когда о совершении такой сделки узнал или должен был узнать соответствующий участник (Определение Верховного Суда РФ от 26.08.2016 по делу № 305-ЭС16-3884).

По общему правилу предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, если из предоставлявшихся участникам при проведении этого собрания материалов можно было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом).

Таким образом, судом сделан вывод относительно того, что участник Общества, принимая участие в ежегодных годовых собраниях, в том числе по результатам хозяйственной деятельности 2018 года, действуя с должной степенью разумности и осмотрительности, мог и должен был узнать о заключении оспоренного договора и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, не позднее 30.06.2019.

Исковое заявление направлено в арбитражный суд 21.11.2019, что подтверждается штемпелем суда на иске, в связи с чем срок исковой давности не истек.

Расходы по оплате государственной пошлине распределяются в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и подлежит отнесению на ответчиков.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 110, 167-170, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить.

Признать недействительным договор на оказание юридических услуг от 01 февраля 2018 года, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Фосбори-Флоп» и индивидуальным предпринимателем ФИО3.

Применить последствия недействительности сделки.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Фосбори-Флоп» денежные средства в сумме 9100000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Фосбори-Флоп», индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу ФИО2 в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по 3000 рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня принятия.

Судья Е.В. Дубровская