Постановление от 8 июня 2022 г. по делу № А19-16159/2020

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-16159/2020
08 июня 2022 года
город Иркутск




Резолютивная часть постановления объявлена 8 июня 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 8 июня 2022 года


Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Бронниковой И.А.,

судей: Волковой И.А., Парской Н.Н.,

при участии в судебном заседании представителя ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 08.09.2020, паспорт),

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 22 марта 2022 года по делу № А19-16159/2020 Арбитражного суда Иркутской области,

установил:

решением Арбитражного суда Иркутской области от 29 сентября 2021 года ФИО3 (далее – должник, ФИО3) признана банкротом, в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4 (далее – финансовый управляющий ФИО4).

Конкурсный кредитор ФИО1 (далее – ФИО1) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора дарения доли земельного участка со строениями от 20.06.2017 № 38 АА 2273709, заключенного между ФИО5 (далее – ФИО5) и должником, и применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО5 возместить действительную стоимость имущества в размере 9 160 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 17 января 2022 года требования ФИО1 удовлетворены в полном объеме.

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 22 марта 2022 года определение суда первой инстанции отменено. По делу принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Не согласившись с принятыми по делу постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 22 марта 2022 года, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит его отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального и процессуального права, и оставить в силе определение Арбитражного суда Иркутской области от 17 января 2022 года.

По мнению заявителя кассационной жалобы, поскольку должник по сделке встречного исполнения не получил, сделка носит безвозмездный характер, стороны оспариваемой сделки являются заинтересованными лицами, должник на момент совершения сделки обладала признаком неплатежеспособности, имеются признаки злоупотребления правом, то выводы суда первой инстанции о наличии оснований для признания сделки недействительной правомерны.

В отзывах на кассационную жалобу должник ФИО3 и ответчик по обособленному спору ФИО5 просят оставить оспариваемый судебный акт без изменения.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru).

В судебном заседании представитель заявителя поддержала доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив соответствие выводов Четвертого арбитражного апелляционного суда о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 20.06.2017 между ФИО3 (даритель) и ФИО5 (одаряемый) заключен нотариально удостоверенный за № 38 АА 2273709 договор дарения доли земельного участка со строениями, по условиям которого последней были подарены доли в следующих объектах недвижимости:

- ½ доли в праве общей долевой стоимости на земельный участок с кадастровым номером 38:36:000001:177, расположенный по адресу: г. Иркутск, Ленинский р-он, ул. Трактовая, д. 4А,

- ½ доли в праве общей долевой стоимости на административно-бытовой корпус со складскими помещениями с кадастровым номером 38:36:000001:4088, расположенный по адресу: г. Иркутск, Ленинский р-он, ул. Трактовая, д. 4А,

- ½ доли в праве общей долевой стоимости на нежилое здание с кадастровым номером 38:36:000001:4092, расположенный по адресу: г. Иркутск, Ленинский р-он, ул. Трактовая, д. 4А принадлежащие на праве собственности дарителю.

Переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке 22.06.2017 согласно записи в ЕГРН № 38:36:000001:4088-38/001/2017-1.

Указывая на то, что в результате заключения между заинтересованными лицами договора дарения произошло безвозмездное отчуждение ликвидного имущества должника, кредитор обратился с требованием о признании договора недействительным и применении последствий его недействительности.

В качестве правового основания для признания сделки недействительной конкурсный кредитор указал статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагая, что при совершении сделки стороны допустили злоупотребление правом, преследуя цель вывода активов во избежание обращения взыскания на имущество должника.

Арбитражный суд первой инстанции, удовлетворяя требование кредитора, исходил из того, что оспариваемая сделка совершена при злоупотреблении правом.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, отменяя определение Арбитражного суда Иркутской области, и принимая новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленного кредитором требования, пришел к выводу о том, что при доказанности всех признаков, на которые указано конкурсным кредитором, у суда не имелось оснований для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а для квалификации правонарушения по данной норме отсутствует как минимум один из обязательных признаков – трехлетний период подозрительности.

Из материалов дела следует, что ФИО5 заявила о пропуске срока исковой давности, указав, что договор дарения от 20.06.2017 (переход права собственности зарегистрирован 22.06.2017) заключен в срок, превышающий три года до возбуждения дела о банкротстве (14.10.2020).

В пункте 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене или безвозмездно имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63).

Законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Распределение бремени доказывания вытекает из процессуального правила, закрепленного в части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которому каждое лицо должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Приведенные ФИО1 признаки, классифицируемые им как злоупотребление правом (совершение сделок при наличии признаков неплатежеспособности и с целью вывода имущества должник, осведомленность контрагента о наличии таких признаков и целей должника), отвечают признакам подозрительной сделки (статья 61.2 Закона о банкротстве).

Таким образом, доводы ФИО1 о необходимости применения к подозрительной сделке, не имеющей других недостатков, общих положений о ничтожности (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), по сути, направлены на обход правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о том, что постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 22 марта 2022 года основано на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, принято с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем, на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит оставлению без изменения.

Расходы по уплате государственной пошлины за кассационное рассмотрение дела на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителя кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 22 марта 2022 года по делу № А19-16159/2020 Арбитражного суда Иркутской области оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий

Судьи


И.А. Бронникова

И.А. Волкова

Н.Н. Парская