Решение от 29 декабря 2023 г. по делу № А76-6800/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А76-6800/2020
г. Челябинск
29 декабря 2023 года
Резолютивная часть определения оглашена 25 сентября 2023 года Полный текст определения изготовлен 29 декабря 2023 года

Судья Арбитражного суда Челябинской области И.А. Горлатых, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «ЕЭС-Гарант» (ОГРН <***>), открытого акционерного общества «РЖД» в лице Свердловской железной дороги – филиала ОАО «Российские железные дороги», общества с ограниченной ответственностью «Метрекс», ЗАО НКО «Аграркредит»

к обществу с ограниченной ответственностью «Группа развития бизнеса», ОГРН <***>, ФИО2, ИНН <***>, ФИО3, ИНН <***>, ФИО4, ИНН <***>, обществу с ограниченной ответственностью «Экком», ОГРН <***>, обществу с ограниченной ответственностью «Дружба», ОГРН <***>, обществу с ограниченной ответственностью «Проект-НМ», ОГРН <***>, обществу с ограниченной ответственностью «Метмашторг», ОГРН <***>, ФИО5,

о привлечении к субсидиарной ответственности,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МетМашТорг» ФИО6, финансового управляющего ФИО5 ФИО7, ФИО8,

при участии в судебном заседании: ФИО2, ФИО4, ФИО3, представителей:

ООО «Метрекс»: ФИО9, действующего на основании доверенности,

ООО «Экспериментальная компания»: ФИО10, действующего на основании доверенности,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ЕЭС-Гарант» (далее – ООО «ЕЭС-Гарант») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о:

- привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Литой элемент ВСМЗ» (далее - ООО «Литой элемент ВСМЗ») на основании статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве) ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО4 (далее – ФИО4), ФИО3 (далее – ФИО3), общество с ограниченной ответственностью «Экком» (далее – ООО «Экспериментальная компания»), общество с ограниченной ответственностью «Дружба» (далее – ООО «Дружба»), общество с ограниченной ответственностью «Метмашторг» (далее – ООО «Метмашторг»), общество с ограниченной ответственностью «Проект-НМ» (далее – ООО «Проект-НМ»); а также о взыскании с указанных лиц солидарно в пользу ООО «ЕЭС-Гарант» денежных средств в размере 12 196 827,98 руб., в том числе 4 276 834,97 руб. – текущие требования в составе четвертой очереди, 128 686,65 руб. – текущие требования в составе пятой очереди, 7 791 306, 36 руб. – основной долг требований, включенных в реестр требований кредиторов должника;

- привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Литой элемент ВСМЗ» на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве Епанчинцева И.С., Тюрина В.В., общество с ограниченной ответственностью «Группа развития бизнеса» (далее – ООО «Группа развития бизнеса»); а также о взыскании солидарно с Епанчинцева И.С. денежных средств в размере 7 791 306,36 руб., Тюрина В.В. денежных средств в размере 7 167 837,21 руб., ООО «Группа развития бизнеса» денежных средств в размере 7 791 306, 36 руб. (т. 1, л.д. 3-8).

Определением от 02.04.2020 заявление принято к производству (т. 1, л.д. 2).

В ходе судебного разбирательства от ООО «ЕЭС-Гарант» поступили уточнения заявленных требований (т. 4, л.д. 4-6, т. 5, л.д. 90-91, т. 6, л.д. 18-23), которые судом рассмотрены и приняты в порядке статьи 49 АПК РФ.

В связи с чем, судом фактически рассматривается требование:

- о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «Литой элемент ВСЗМ» на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве ООО «Группа развития бизнеса», ООО «Проект-НМ», ФИО2, ФИО4, ООО «Экспериментальная компания», ООО «Дружба», ООО «Метмашторг», ФИО3, ФИО5,

- о взыскании солидарно:

с ФИО5, ФИО2, ФИО4, ФИО3, ООО «Экспериментальная компания», ООО «Дружба», ООО «Метмашторг», ООО «Проект-НМ» денежных средств в размере 12 196 827 руб. 98 коп.;

с ООО «Группа развития бизнеса» - денежных средств в размере 7 791 306 руб. 36 коп.

21.05.2020 от Открытого акционерного общества «РЖД» в лице Свердловской железной дороги – филиала ОАО «Российские железные дороги» (далее – ОАО «РЖД») поступило заявление о присоединении к заявлению ООО «ЕЭС-Гарант» о привлечении к субсидиарной ответственности (т. 1, л.д. 41-43).

В ходе судебного разбирательства от ОАО «РЖД» поступили уточнения заявленных требований (т. 2, л.д. 1-2, т. 4, л.д. 137-138, т. 5, л.д. 98-101), которые судом рассмотрены и приняты в порядке статьи 49 АПК РФ.

В связи с чем, судом фактически рассматривается требование:

- о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «Литой элемент ВСЗМ» на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве ООО «Группа развития бизнеса», ФИО2, ФИО4, ООО «Экспериментальная компания», ООО «Дружба», ООО «Метмашторг», ФИО3,

- о взыскании солидарно:

с ФИО2, ФИО4, ФИО3, ООО «Экспериментальная компания», ООО «Дружба», ООО «Метмашторг», ООО «Проект-НМ» денежных средств в размере 1 369 911 руб. 44 коп. по пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве;

с ФИО2, ФИО4, ФИО3, ООО «Группа развития бизнеса» денежных средств в размере 1 369 911 руб. 44 коп. по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

20.08.2020 от общества с ограниченной ответственностью «Метрекс» (далее - ООО «Метрекс») поступило заявление о присоединении к заявлению ООО «ЕЭС-Гарант» о привлечении к субсидиарной ответственности (т. 2, л.д. 21-23), а именно требование:

- о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «Литой элемент ВСЗМ» на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве ООО «Группа развития бизнеса», ФИО2, ФИО4, ООО «Экспериментальная компания», ООО «Дружба», ООО «Метмашторг», ФИО3, ООО «Проект-НМ»,

- о взыскании с указанных лиц солидарно 11 884 003 руб. 57 коп., в том числе 8 345 508 руб. 12 коп. основной долг, 3 538 495 руб. 45 коп. неустойки.

В ходе судебного разбирательства от ООО «Метрекс» поступило уточнение заявленных требований (т. 5, л.д. 108-110), которое судом рассмотрено и принято в порядке статьи 49 АПК РФ.

В связи с чем, судом фактически рассматривается требование:

- о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «Литой элемент ВСЗМ» ООО «Группа развития бизнеса», ФИО2, ФИО4, ООО «Экспериментальная компания», ООО «Дружба», ООО «Метмашторг», ФИО3, ООО «Проект-НМ», ФИО5;

- о взыскании солидарно с указанных лиц денежных средств в размере 11 884 003 руб. 57 коп.

Определением от 10.09.2020 заявления ОАО «РЖД» и ООО «Метрекс» приняты как заявления о присоединении к исковому заявлению ООО «ЕЭС-Гарант» о привлечении к субсидиарной ответственности (т. 3, л.д. 54-55).

Определениями от 24.02.2021, 06.04.2021 к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО5 (далее – ФИО5), в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены конкурсный управляющий ООО «Метмашторг» ФИО6 (далее – ФИО6, т. 5, л.д. 46-47), финансовый управляющий ФИО5 ФИО7 (далее – ФИО7, т. 5, л.д. 95-96).

22.02.2022 от закрытого акционерного общества Небанковская кредитная организация

«Аграркредит» (далее – ЗАО НКО «Аграркредит») поступило заявление о присоединении к исковому

заявлению ООО «ЕЭС-Гарант», ОАО «РЖД», ООО «Метрекс» о привлечении к субсидиарной

ответственности (т. 7, л.д. 97-101), а именно:

- о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «Литой элемент ВСЗМ» ООО «Группа

развития бизнеса», ФИО2, ФИО4, ООО «Экспериментальная компания», ООО

«Дружба», ООО «Метмашторг», ФИО3, ООО «Проект-НМ», ФИО5;

- о взыскании солидарно с указанных лиц денежных средств в размере 177 012 295 руб. 08 коп.

В ходе судебного разбирательства от ЗАО НКО «Аграркредит» поступили уточнения заявленных

требований (т. 8, л.д. 20-29, 35-49), которые судом рассмотрены и приняты в порядке статьи 49 АПК РФ. В связи с чем, судом фактически рассматривается требование:

- о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4, , ООО

«Метмашторг», ФИО3, ООО «Проект-НМ», ФИО5 на сумму 177 012 295 руб. 08 коп.;

- о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «Дружба» на сумму 7 464 705 руб. 93 коп.; - о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «Экспериментальная компания» в размере

46 398 977 руб. 29 коп.

Определением от 03.03.2022 заявление ЗАО НКО «Аграркредит» принято как заявление о присоединении к исковому заявлению ООО «ЕЭС-Гарант», ОАО «РЖД» и ООО «Метрекс» о привлечении к субсидиарной ответственности (т. 7, л.д. 106-108).

Определением от 20.06.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО8, ФИО11 (т. 9, л.д. 105-106).

Определением от 18.09.2023 из числа участников исключен ФИО11, в связи с невозможностью установления личности – не известны дата и место рождения, регистрация (т. 10, л.д. 7-8).

Суд отмечает об отсутствии правовых оснований для привлечения к участию в деле в качестве ответчиков либо третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО12, ФИО13, поскольку у суда отсутствуют сведения, подтверждающие место регистрации либо нахождения указанных лиц в настоящее время, их даты и место рождения, а также доказательства, которые могли бы повлиять на права и законные интересы указанных лиц. Соответственно, настоящий судебный акт не влияет и не затрагивает права и законные интересы указанных лиц. Более того, таких ходатайств не заявляли соистцы в ходе судебного разбирательства.

В ходе судебного разбирательство сторонами неоднократно поданы ходатайства об истребовании дополнительных доказательств по делу (т. 3, л.д. 38-40, т. 7, л.д. 43-48, 57, 66-67), которые судом рассмотрены в порядке статей 66, 159 АПК РФ.

В ходе рассмотрения дела подано заявление о фальсификации доказательств, в удовлетворении которого судом отказано, поскольку копия договора поручительства от 08.12.2014 исключена из числа доказательств по делу (т. 7, л.д. 15-17, 31, 98, т. 9, л.д. 104-108), а также подано ходатайство об исключении доказательств (т. 7, л.д. 49), которое судом рассмотрено в порядке статьи 159 АПК РФ, поскольку данное ходатайство фактически является возражением ответчика на представленное в материалы дела доказательство. Оценка данного доказательства дана судом в настоящем судебном акте.

В судебном заседании подано ходатайство о вызове свидетеля (т. 6, л.д. 38, т. 7, л.д. 51), которое судом рассмотрено и удовлетворено в порядке статьи 88 АПК РФ. В судебном заседании 27.06.2023 заслушан свидетель К.А.В. (т. 9, л.д. 128-130, 135).

Кроме того, в ходе судебного разбирательства подано ходатайство о проведении судебной экспертизы (т. 6, л.д. 39). Судом направлены соответствующие запросы в экспертные учреждения и получены ответы (т. 7, л.д. 1-8). Вместе с тем, правовых оснований для проведения судебной экспертизы не установлено, в связи с исключением договора поручительства от 08.12.2014 из числа доказательств по настоящему делу (о чем указано ранее).

Ранее, 02.09.2022 конкурсным управляющим ООО «Клуб-отель «Янтарь» подано заявление о процессуальном правопреемстве (т. 9, л.д. 53-54), которое судом рассмотрено и оставлено без рассмотрения (т. 9, л.д. 136-137).

В ходе судебного разбирательства 21.03.2023 установлено, что ООО «Проект-НМ» исключено из ЕГРЮЛ 16.01.2023 (т. 9, л.д. 99). Вместе с тем, в судебном заседании 18.09.2023 установлено, что запись о прекращении деятельности признана недействительной, о чем имеется запись в ЕГРЮЛ 25.08.2023.

ООО «ЕЭС-Гарант», извещенное надлежащим образом о времени и месте рассмотрения спора, в судебное заседание полномочного представителя не направило.

В обоснование заявленного требования ООО «ЕЭС-Гарант» указало на следующие обстоятельства.

В рамках дела № А76-3027/2016 требование ООО «ЕЭС-Гарант» признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов в составе третьей очереди, что подтверждается определением от 29.07.2016, а также ООО «ЕЭС-Гарант» являлся кредитором должника по текущим обязательствам, что подтверждается отчетом конкурсного управляющего П.М. Захарчука от 20.05.2019.

В ходе рассмотрения дела № А76-3027/2016 установлено, что руководителями должника (ФИО2, ФИО4, ФИО3) совершены сделки, которыми причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, поскольку кредиторы лишились возможности погашения своих требований из-за незаконного вывода из состава активов ООО «Литой элемент ВСМЗ» денежных средств, что в соответствии с требованиями Закона о банкротстве является основанием для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности.

Кроме того, по данному основанию подлежат привлечению к субсидиарной ответственности контрагенты по недействительным сделкам: ООО «Экспериментальная компания», ООО «Дружба», ООО «Метмашторг», ООО «Проект-НМ» как контролирующие должника лица, извлекшие выгоду из незаконного и недобросовестного поведения руководителей ООО «Литой элемент ВСМЗ».

Более того, ФИО4, ФИО3, ООО «Группа развития бизнеса» в силу требований Закона о банкротстве должны были подать заявление о признании должника несостоятельным (банкротом), вместе с тем, такое заявление указанными лицами подано не было, что является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Поскольку учредители и директора ответчиков указывают на то, что собственником холдинга являлся ФИО5, то, соответственно, ответственность за совершение сделок, причинивших существенный вред имущественным правам кредитором, подлежит отнесению на ФИО5

Кроме того, в своем отзыве на заявление о пропуске срока исковой давности ООО «ЕЭС-Гарант» указало на следующее (т. 4, л.д. 8-11).

Так, если по состоянию на дату введения в действие статьи 61.14 Закона о банкротстве (30.07.2017) ранее действовавший срок давности не истек, к правоотношениям применяется срок давности, предусмотренный статьей 61.14 Закона о банкротстве.

Конкурсное производство открыто 01.03.2017. Следовательно, даже если не учитывать время, необходимое для обнаружения и анализа наличия оснований для обращения с требованием о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности, и исчислять субъективный срок на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности исключительно с момента открытия конкурсного производства ООО «Литой элемент ВСМЗ», на дату введения в действие статьи 61.14 закона о банкротстве, устанавливающей 3-летний срок на подачу заявления, 30.07.2017 ранее действовавший срок исковой давности не истек (годичный срок с момента открытия конкурсного производства должника истек только 01.03.2018).

По мнению ООО «ЕЭС-Гарант», об основаниях для обращения с заявлением кредитору не могло стать известно ранее вынесенных судом судебных актов по результатам рассмотрения заявлений об

оспаривании сделок должника, а также срок не мог начать течь ранее открытия конкурсного производства – 01.03.2017. Более того, процедура конкурсного производства прекращена 03.07.2019.

При таких обстоятельствах, по мнению ООО «ЕЭС-Гарант», у суда имеются правовые основания для удовлетворения заявленного требования в полном объеме.

ОАО «РЖД», извещенное надлежащим образом о времени и месте рассмотрения спора, в судебное заседание полномочного представителя не направило. Ранее, от ОАО «РЖД» поступили объяснения в порядке статьи 81 АПК РФ (т. 4, л.д. 13-15).

В обоснование заявленного требования ОАО «РЖД» указало на следующие обстоятельства.

Так, определением Арбитражного суда Челябинской области от 12.05.2017 требования ОАО «РЖД» в сумме 1 369 911 руб. 44 коп. включены в реестр требований кредиторов.

Поскольку дело о несостоятельности (банкротстве) должника прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, то ОАО «РЖД» вправе присоединиться к заявлению ООО «ЕЭС-Гарант» о привлечении к субсидиарной ответственности КДЛ ООО «Литой элемент ВСМЗ».

Фактически ОАО «РЖД» стало известно о наличии оснований для подачи заявления о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности 15.01.2020, после получения от арбитражного управляющего пакета документов, содержащий соответствующую информацию. При этом заявило ходатайство о восстановлении такого срока в связи с наличием уважительных причин, в случае если суд придет к выводу о его пропуске.

В связи с чем, ОАО «РЖД» заявило требование о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Литой элемент ВСМЗ» на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве ООО «Группа развития бизнеса», ФИО2, ФИО4, ООО «Экком», ООО «Дружба», ООО «Метмашторг», ФИО3, а также о взыскании с указанных лиц солидарно 1 369 610 руб. 55 коп.

ООО «Метрекс», извещенное надлежащим образом о времени и месте рассмотрения спора, в судебное заседание полномочного представителя не направило. Ранее, представило возражения на отзывы ответчиков (т. 3, л.д. 70-72, т. 4, л.д. 149-152, т. 5, л.д. 141-142, т. 6, л.д. 49-52, т. 7, л.д. 36-41, т. 9, л.д. 75-82, 120-121, 125-126).

В обоснование заявленного требования ООО «Метрекс» указало на следующие обстоятельства.

В рамках дела № А76-3027/2016 требование ООО «Метрекс» признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов в составе третьей очереди на сумму 11 884 003 руб. 57 коп., что подтверждается определением от 08.08.2016.

Требования и доводы ООО «ЕЭС-Гарант» в части привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности по статье 61.10, 61.11 Закона о банкротстве, в том числе в части признания сделок недействительными, ответчиков по настоящему спору заинтересованными лицами, неподачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) в установленный законом срок, поддержало в полном объеме.

Кроме того, в своих возражениях ООО «Метрекс» указало на следующие обстоятельства.

Так, 08.12.2014 заключен договор поручительства с ООО «Литой элемент ВСМЗ», в соответствии с которым должник принял обязательство нести солидарную ответственность за неисполнение обязательств по договору поставки № 33. Фактически по условиям договора поставки передача осуществлялась именно ООО «Литой элемент ВСМЗ», при этом о подразделениях «Гильза» «ТДЗ» ничего не известно.

Более того, по мнению ООО «Метрекс», срок исковой давности исчисляется со дня введения конкурсного производства 01.03.2017, при этом срок исковой давности по настоящему делу составляет 3 года и обстоятельства, на основании которых истцы основывают свои требования установлены 01.04.2019 в результате рассмотрения заявления о признании сделок недействительными.

Фактически исполнение сделок привели к уменьшению конкурсной массы и невозможности кредиторам получить удовлетворение своих требований.

По мнению ООО «Метрекс», ответчиками: - заключались мнимые сделки;

- подготавливались и подписывались мнимые документы о поставках продукции;

- на основании недействительных сделок выводились денежные средства на протяжении большого количества времени;

- заключена сделка о приобретении транспортного средства по завышенной цене; - руководители привлекались к уголовной ответственности;

- после заключения недействительных сделок и совершения вышеуказанных операций наступило банкротство должника.

В связи с чем, ООО «Метрекс» заявило требование о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Литой элемент ВСМЗ» на основании статьи 61.10, 61.11, 61.12 Закона о банкротстве ООО «Группа развития бизнеса», ФИО2, ФИО4, ООО «Экком», ООО «Дружба», ООО «Проект-НМ», ООО «Метмашторг», ФИО3, а также взыскании с указанных лиц солидарно 11 884 003 руб. 57 коп., в том числе 8 345 508 руб. 12 коп,. основной долг, 3 538 495 руб. 45 коп. неустойки.

Суд отмечает, что договор поручительства исключен из числа доказательств по делу.

ЗАО НКО «Аграркредит», извещенное надлежащим образом о времени и месте рассмотрения спора, в судебное заседание полномочного представителя не направило. Ранее, представило возражения на отзыва ответчиков (т. 9, л.д. 18-20, 33-36).

В обоснование заявленного требования указало на следующие обстоятельства.

Так, по мнению ЗАО НКО «Аграркредит», материалами дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Литой элемент ВСМЗ» установлена цепочка действий между аффилированными организациями, при этом КДЛ ООО «Литой элемент ВСМЗ» являлось ООО «Метмашторг».

Кроме того, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Литой элемент ВСМЗ» сделки между должником и аффилированными лицами признаны судом недействительными и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

По мнению ЗАО НКО «Аграркредит», именно ФИО5 являлся КДЛ как ООО «Литой элемент ВСМЗ», так и всей группы ответчиков, поскольку именно последний являлся поручителем как физическое лицо по всем кредитным договорам.

Более того, ФИО5 в своем заявлении от 11.11.2021 признал, что является единственным фактическим собственником (бенефициарным владельцем), в том числе ООО «Метмашторг», ООО «Проект-НМ», а «также заявил, что по вышеперечисленным юридическим лицам назначал исполнительные органы, издавал распорядительные документы для целей совершения исполнительными органами указанных обществ сделок по распоряжению принадлежащим им имуществом, в том числе недвижимым имуществом (путем купли-продажи, передачи в залог и иными законными способами), денежными средствами, в том числе на расчетных счетах (путем издания соответствующих распорядительных документов), планировал и организовывал финансово-хозяйственную деятельность, совершал иные управленческие и распорядительные действия, необходимые для осуществления деятельности перечисленных юридических лиц».

По мнению ЗАО НКО «Аграркредит», неплатежеспособность ООО «Литой элемент ВСМЗ» также подтверждается бухгалтерской отчетностью общества:

- на 30 сентября 2015 года нераспределенная прибыль составляла 135 275 тыс. руб.; - на 31 декабря 2015 года непокрытые убытки составили 283 769 тыс. руб.

В связи с чем, именно в 4 квартале 2015 года деятельность предприятия приняла очевидно убыточный характер, что также подтверждает факт возникновения неплатежеспособности предприятия именно в этот период. Соответственно, с указанного момента возникла необходимость обращения с заявлением о банкротстве.

При таких обстоятельствах, по мнению ЗАО НКО «Аграркредит», у суда имеются правовые основания для удовлетворения заявленного требования в полном объеме.

В судебном заседании ФИО4 заявленные требования не признал в полном объеме по доводам, изложенным в отзыве и дополнениях к нему (т. 1, л.д. 62-69, т. 2, л.д. 9-20, т. 3, л.д. 82, т. 4, л.д. 60-67, 106-110, 143-148, т. 5, л.д. 52-55, 108, т. 6, л.д. 73-74, т. 7, л.д. 68-69, т. 8, л.д. 17-19, т. 9, л.д. 1-2, 46-47).

Так, по мнению ФИО4, необходимо руководствоваться статьей 10 Закона о банкротстве, поскольку спорные отношения возникли до введения в действие главы III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Кроме того, заявителями не представлены бесспорные доказательства недобросовестности и неразумности поведения ФИО4 и его вины в причинении существенного вреда имущественным права кредиторов ООО «Литой элемент ВСМЗ», а также последний указал на отсутствие у него обязанности подачи заявления о несостоятельности (банкротстве) ООО «Литой элемент ВСМЗ».

Определением от 01.04.2019 судом проанализированы и признаны мнимыми только сделки, оформленные между ООО «Литой элемент ВСМЗ» и ООО «Экком» товарными накладными за период с 12.11.2015 по 27.11.2015, которые возникли за пределом периода деятельности Епанчинцева И.С. как руководителя должника, при этом договор с указанным лицом заключен в 2011 году за долго до руководства должником Епанчинцевым И.С. и взаимоотношения по данному договору за иные временные периоды не признаны недействительными (мнимыми).

Определением от 01.04.2019 судом проанализирована и признана недействительной сделкой, оформленной договор купли-продажи транспортного средства от 01.03.2015, в том числе по основанию – приобретение транспортного средства по завышенной цене, при этом вывод о завышении цены приобретения сделан судом с учетом цены продажи данного тепловоза покупателю ООО «Венд Мастер» 28.09.2015, в тот период, когда ФИО4 не являлся руководителем должника. В связи с чем, основания признания указанной сделки недействительной не могут свидетельствовать о намерении ФИО4 причинить вред кредиторам должника.

Определением от 01.04.2019 судом проанализирован договор займа № 63 от 18.03.2015, заключенный с ООО «Проект-НМ», в том числе зачет на сумму 2 718 079 руб. 68 коп., который признан судом недействительной сделкой, при этом зачет произведен на основании уведомления от 26.11.2015, когда ФИО4 не являлся руководителем должника.

По мнению ФИО4, из представленной в уполномоченный орган отчетности по состоянию на 30.06.2015 следует, что структура активов должника характеризуется большой долей оборотных средств, при этом на конец деятельности указанного лица произошел значительный рост стоимости активов по сравнению с 01.01.2015, в том числе произошел прирост собственных средств организации на 5 068 тыс.руб. и чистые активы должника в 13431,2 раза превышают уставный капитал.

Более того, по мнению ФИО4, увеличение кредиторской задолженности на конец 1 полугодия 2015 года в 1,5 раза не является отрицательным фактором, а свидетельствует о том, что должник в 2015 году осуществлял действия по возобновлению работы завода после 5-летнего простоя, поскольку с 2009 года предприятие неоднократно проходило процедуру банкротства.

Фактически должник планировал создать литейный цех не имеющий аналогов на территории государства, в том числе именно по данной причине и приобретался у ООО «Дружба» тепловоз ТГМ4. Однако из-за внешних факторов во второй половине 2015 года производство чугуна на заводе остановлено – осложнилась экономическая ситуация, стоимость сырья, которое являлось составляющей производства чугуна, сильно возросла, а цена на чугун, наоборот, очень снизилась. Данные факторы возникли в период, когда ФИО4 не являлся руководителем должника, соответственно, обязанность по подаче заявления о банкротстве по состоянию на 31.01.2015 отсутствовала.

В связи с чем, заявители не представили доказательств, свидетельствующих о том, что действия ФИО4 привели к возникновению на стороне должника убытков и его последующему банкротству.

Более того, по мнению ответчика, определить достоверный размер долга ООО «Литой элемент ВСМЗ» перед кредиторами на дату руководства ФИО4 не представляется возможным.

Так, в тексте искового заявления ООО «ЕСК-Гарант» приводит данные о кредиторской задолженности за период с января 2014 по октябрь 2016 года в размере 255 012 089 руб. 05 коп., при этом если указанную задолженность скорректировать на временной период, соответствующий периоду руководства должником ФИО4, то размер задолженности будет существенно меньше.

Между тем, следует учитывать, что с учетом допустимого коммерческого риска образовавшаяся задолженность не являлась критичной для должника при наличии активов баланса в размер 647 674 тыс.руб. по состоянию на 31.12.2014 и 906 731 тыс.руб. по состоянию на 31.03.2015. При этом не исключено, что данная задолженность могла быть урегулирована с кредиторами до возбуждения дела о банкротстве должника.

Более того, ФИО4 не участвовал в принятии ключевых деловых решений, поскольку конечным бенефициаром являлся ФИО5

При таких обстоятельствах, по мнению ФИО4, у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленного требования в полном объеме.

Кроме того, ФИО4 подано заявление о пропуске срока исковой давности (т. 11, л.д. 9-10).

В судебном заседании ФИО2 заявленные требования не признал в полном объеме по доводам, изложенным в отзывах на заявление (т. 2, л.д. 4-7, т. 3, л.д. 34-35, т. 4, л.д. 35-38, 99, 133-138, т.

5, л.д. 84-85, 122, 134-136, 178, т. 6, л.д. 110-114, т. 7, л.д. 29-30, 54-56, 77-81, т. 8, л.д. 8-10, т. 9, л.д. 15- 17, 73-74, 109-111, 139).

В обоснование заявленных возражений ФИО2 указал, что в июне-июле 2014 года в г. Верхняя Синячиха Свердловской области создано обособленное подразделение ООО «Литой элемент ВСМЗ», генеральным директором которого назначен ФИО8 Фактически ФИО2 руководил подразделением «Гильза» ООО «Литой элемент ВСМЗ», расположенным в г. Троицке.

Как указал ФИО2, последний не подписывал финансово-хозяйственные документы и в подписании договора между ООО «Литой элемент ВСМЗ» и ООО «ЕСК-Гарант» участия не принимал, а подписывал заявки на расходование средств только для реестра платежей по подразделению «Гильза», при этом в реестре платежей контрагентов за период с 04.07.2011 (дата создания подразделения Гильза) по март 2016 года (дата увольнения последнего) ООО «Экспериментальная компания» и ООО «ЕСК- Гарант» не значились.

ФИО2 пояснил, что с 2009 по 2016 года подписание договоров поставок между должником и контрагентами производилось согласно регламента «По подписанию договоров». Так, договор поставки № 04-ЭК/11 от 01.04.2011 подписан ФИО2 на основании листа согласования с визами руководителей служб, что свидетельствует об отсутствии именно намерения со стороны ФИО2 заключить спорный договор (фактически не являлся инициатором).

Кроме того, производственную деятельность ООО «Литой элемент ВСМЗ» осуществляло на двух промплощадках: промплощадка «ТДЗ» и «ВСМЗ». На площадке «ТДЗ», которой руководил ФИО2, не было финансовых и технических причин для остановки производства гильзы для дизелей судов.

Фактически 25.12.2015 по решению ООО «Группа развития бизнеса» ответчик назначен на должность генерального директора ООО «Литой элемент ВСМЗ», при этом ФИО2 заявил возражения относительно своего назначения, что послужило основанием для принятия компромиссного решения о поиске иной кандидатуры на данную должность в течение 2-ух месяцев.

Данные обстоятельства подтверждаются решением участника должника от 10.03.2016 о прекращении полномочий ФИО2

Кроме того, ФИО2 обратил внимание на то, что согласно записей в трудовой книжке и решений участника ООО «Литой элемент ВСМЗ» руководителем должника ФИО2 являлся в период с 26.05.2014 по 14.01.2015, 25.12.2015 по 10.03.2016.

Исходя из указанного, перечисления денежных средств контрагенту ООО «Экспериментальная компания» включены в реестр платежей согласно условиям договора, который на момент осуществления таких платежей не признан недействительным либо не расторгнут, при этом личного указания на перечисление денежных средств в адрес ООО «Экспериментальная компания» ФИО2 не давал.

Более того, в период, когда договор поставки № 04-ЭК/11 от 01.04.2011 окончил свое действие, ФИО2 занимал должность заместителя генерального директора по производству гильзы в городе Троицке, в должностные обязанности которого не входили функции по приемке (отгрузке) материалов по товарным накладным. В связи с чем, последнему не известен факт окончания действия договора поставки № 04-ЭК/11 от 01.04.2011.

Фактически ФИО2 указал, что контролировал только перечисление денежных средств в Реестре платежей «Гильза», связанные с производством гильзы для дизелей судов в г. Троицке на промплощадке ТДЗ.

Кроме того, ответчик указал, что данные сделки никаким образом не повлияли на доходы последнего, что подтверждается справками о доходах физического лица за спорный период, отсутствием приобретения последним и членами его семьи какого-либо движимого и недвижимого имущества, а также указал на то, что в настоящее время состоит на учете в Центре занятости Калининского района города Челябинска с июня 2020 года.

В связи с чем, по мнению ФИО2, его действия не подпадают под статью 61.11 Закона о банкротстве и не являются основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, соответственно, у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленного требования в полном объеме.

Кроме того, ФИО2 также подано заявление о пропуске срока исковой давности для подачи настоящего заявления (т. 9, л.д. 127, 138).

В судебном заседании ФИО3 заявленные требования не признал в полном объеме по доводам, изложенным в письменных пояснениях и дополнениях (т. 4, л.д. 27-30, т. 6, л.д. 54-55, т. 9, л.д. 12-14).

В обоснование своих возражений Тюрин В.В. указал, что в настоящее время является пенсионером, перенесшим инсульт и более 4-х лет не имеет отношения к должнику. ВСМЗ входил в группу компаний, конечным бенефициаром которой являлся Черкасов Д.Н., который приезжал на запуск завода в Свердловской области. Все действия работников регламентировались последним, в том числе формировались заявки на оплату тех или иных расходов, согласовывались платежи, сделки. С середины 2015 года изменилось конъектура на рынке металлов, в частности чугуна, что привело к сокращению производства и работников около 70% (т. 4, л.д. 111-14). В течение короткого времени необходимо было изыскивать средства на выплату заработной платы.

Более того, в период работы ФИО3 претензий от истцов не поступало. Фактически первое исковое заявление подано в арбитражный суд только в январе 2016 года, после его увольнения.

Кроме того, преднамеренное банкротство не установлено и уголовное дело не возбуждено по данному факту. В рамках процедуры банкротства к ФИО3 каких-либо претензий не предъявлялось. В ходе рассмотрения заявлений о признании сделок недействительными каких-либо пояснений не давал, поскольку о времени и месте судебного заседания не извещен, что лишило его права защищать свои права и законные интересы.

По мнению ФИО3, последний понес уголовное наказание именно за то, что виновными действиями предпринимал усилия к погашению кредиторской задолженности, при этом в приговоре суда мнимыми признаны только сделки, касающиеся поставок материалов, сырья. Хотя сам факт поставок под сомнение не ставился.

Более того, каких-либо действий ФИО3, которые привели бы к банкротству должника, не совершал, ущерба кредиторам не наносил. К сожалению, каких либо документов представить не имеется возможности.

При таких обстоятельствах, по мнению ФИО3, у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленного требования в полном объеме.

ООО «Группа развития бизнеса», извещенное надлежащим образом о времени и месте рассмотрения спора, в судебное заседание полномочного представителя не направило.

Ранее, ООО «Группа развития бизнеса» заявленные требования не признало по доводам, изложенным в отзыве на заявление и письменных пояснениях, а также ходатайстве о пропуске срока исковой давности (т. 1, л.д. 34-35, т. 3, л.д. 135-139).

Так, по мнению ООО «Группа развития бизнеса», пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, на который сослалось ООО «ЕЭС-Гарант» в заявлении, введен Федеральным законом от 29.07.2017 № 266- ФЗ, поэтому не может быть применен в рассматриваемом споре, поскольку в обоснование доводов об ответственности учредителя заявитель сослался на события 2014-2015 годов. При этом производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО "Литой элемент ВСМЗ" возбуждено на основании определения от 09.03.2016 в рамках дела № А76-3027/2016 на основании заявления кредитора ООО «Транспортные технологии», поданного в суд 11.02.2016. Решением от 01.03.2017 (резолютивная часть от 28.02.2017) ООО «Литой элемент ВСМЗ» признано банкротом, в отношении него открыта процедура конкурсного производства.

С учетом изложенного, требования ООО «ЕЭС-Гарант» в отношении ООО «Группа развития бизнеса», являющегося учредителем «ООО «Литой элемент ВСМЗ» по заявленным им основаниям, указанным в пункте 3.1 статьи 9 Закона являются неправомерными, поскольку при рассмотрении настоящего дела следует руководствоваться положениями Закона о банкротстве без учета изменений, внесенных ФЗ от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Из приведенных выше норм права следует, что обязанность по подаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом возлагалась в период осуществления должником хозяйственной деятельности, включая период возбуждения в отношении должника производства по делу о банкротстве, лишь на руководителя общества, а не его учредителя, в то время как ответчиком по настоящему спору является также учредитель должника - ООО «Группа развития бизнеса».

С учетом изложенного, учитывая, что ООО «Группа развития бизнеса» являясь участником должника ООО «Литой элемент ВСМЗ», не являлся и не мог являться исполнительным органом в обществе ООО «Литой элемент ВСМЗ», полномочия директора общества ООО «Литой элемент ВСМЗ» были возложены на ФИО2, ФИО4, ФИО3, на которых при определенных обстоятельствах, могла быть возложена обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

По мнению ООО «Группа развития бизнеса», заявитель - ООО «ЕЭС-Гарант» каких-либо доказательств того, что ООО «Группа развития бизнеса», являясь учредителем общества ООО «Литой

элемент ВСМЗ» и не обладая формально правом на подачу заявления в суд в указанный период, было осведомлено о неизбежности банкротства предприятия и каким-либо образом препятствовало обращению непосредственного руководителя в суд с соответствующим заявлением, а также давало последним обязательные указания в данной части, не представил.

В связи с чем, руководствуясь вышеназванными нормами права и представленными в материалы дела документами, учитывая, что в материалах дела заявителем не представлено доказательств недобросовестности, неразумности действий участника общества либо совершения им действий, которые непосредственно явились причиной банкротства, оснований для привлечения ООО «Группа развития бизнеса» учредителя должника - ООО «Литой элемент ВСМЗ» на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве не имеется.

Более того, ООО «Группа развития бизнеса» подано заявление о применении срока исковой давности, в обоснование которого указало на следующие обстоятельства.

В ходе конкурсного производства проведена инвентаризация имущества должника, по результату которой сделан вывод о превышении размера денежных обязательств должника над стоимостью его имущества, что свидетельствовало о недостаточности имущества в целом.

Данные обстоятельства стали известны конкурсным кредиторам 14.02.2017 – с даты проведения собрания кредиторов должника, на котором принято решение о введении процедуры – конкурсное производство. Более того, в последующем на дату рассмотрения отчета конкурсного управляющего – 30.08.2017 требования ООО «ЕЭС-Гарант» и ОАО «РЖД» были включены в реестр требований кредиторов и последние имели возможность обратиться в суд в пределах установленного срока исковой давности, то есть до 30.08.2018.

Вместе с тем, настоящее заявление подано спустя 2,5 года после того, как однозначно было известно о наличии данных оснований, при этом за период с августа 2017 года и до момента подачи настоящего заявления финансово-экономические показатели должника только ухудшались, не имея потенциала к улучшению.

По мнению ООО «Группа развития бизнеса», в данном случае судом должен быть применен годичный срок исковой давности, который истек не позднее 30.08.2018, а также то обстоятельство, что до окончательного формирования конкурсной массы невозможно достоверно определить объем ответственности должника, не влияет на начало течения срока исковой давности по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, поскольку статья 10 Закона о банкротстве содержит специальную процедуру – приостановление рассмотрения заявления до окончания расчетов с кредиторами.

По мнению ООО «Группа развития бизнеса», принимая во внимание дату возникновения оснований для привлечения к субсидиарной ответственности (2014-2015 год), дату утверждения конкурсного управляющего – 21.02.2017, дату включения в реестр требований кредиторов ООО «ЕЭС- Гарант» - 29.06.2016, ОАО «РЖД» - 12.05.2017 и время обращения кредиторов с требованием в суд21.02.2020 и 22.05.2020, следует вывод о том, что годичный срок исковой давности по требованиям к ООО «Группа развития бизнеса» пропущен, поскольку фактически конкурсные кредиторы на момент включения в реестр требований кредиторов и проведения первого собрания кредиторов 14.02.2017 могли предположить о наличии оснований для привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности.

При таких обстоятельствах, по мнению ООО «Группа развития бизнеса», у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленного требования в полном объеме.

ООО «Дружба», извещенное надлежащим образом о времени и месте рассмотрения спора, в судебное заседание полномочного представителя не направило.

Ранее, ООО «Дружба» заявленные требования не признало по доводам, изложенным в отзыве на заявление (т. 1, л.д. 58-60).

Так, по мнению ООО «Дружба», заявителями не представлены доказательства, подтверждающие о получении последним выгоды из незаконного и недобросовестного поведения руководителей ООО «Литой элемент ВСМЗ». ООО «Дружба» не является тем лицом, которое может давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия, а действовало лишь в рамках обычного делового риска и умысла нарушить права кредиторов не имелось.

Действительно, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника определением от 01.04.2019 договор купли-продажи транспортного средства от 11.03.2015, заключенный между ООО «Дружба» и ООО «Литой элемент ВСМЗ» признан недействительным, а также применены последствия недействительности сделки путем взыскания ООО «Дружба» в пользу должника денежных средств в размере 7 464 705 руб. 93 коп.

Фактически, по мнению ООО «Дружба», в рамках настоящего дела заявители пытаются по одной и той же сделке произвести дважды процедуры взыскания, что противоречит нормам действующего законодательства.

При таких обстоятельствах, по мнению ООО «Дружба», у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленного требования в полном объеме.

ФИО7, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения спора, в судебное заседание полномочного представителя не направил.

Ранее, 22.06.2021 представил отзыв, в котором заявленные требования не признал в полном объеме (т. 5, л.д. 131-132).

В обоснование своих возражений ФИО7 указал, что истцами не представлены доказательства того, что ФИО5 имел возможность контролировать действия должника с учетом положения норм действующего законодательства, а также не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) и фактически наступившим объективным банкротством.

ООО «Экспериментальная компания», извещенное надлежащим образом о времени и месте рассмотрения спора, в судебное заседание полномочного представителя не направило.

Ранее, представлено заявление о пропуске срока исковой давности (т. 9, л.д. 122-124, т. 10, л.д. 11- 12), согласно которому каждый из соистцов обрел процессуальную возможность подать заявление о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности с 21.07.2017, а также знал об основаниях для применения такой ответственности к ООО «Экспериментальная компания» в силу обстоятельств, установленных судебным актом от 10.01.2017.

Вместе с тем, такие заявления поданы 21.02.2020, 22.02.2020, 22.05.2020, 20.08.2020, что свидетельствует о пропуске срока исковой давности, предусмотренные, в том числе пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве.

Иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения заявлений (т. 1, л.д. 27-31, т. 3, л.д. 51-52, т. 5, л.д. 93, 114-115, т. 6, л.д. 117-119, т. 9, л.д. 24-32, 55-60, 94-97, т. 11, л.д. 1-5). Заявление рассматривается в отсутствие неявившихся лиц в порядке статей 123, 156 АПК РФ.

При рассмотрении исковых заявлений установлены следующие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения спора.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Челябинской области по делу № А76-3027/2016 от 01.03.2017 в отношении ООО «Литой элемент ВСМЗ» открыта процедура конкурсного производства (т. 2, л.д. 35-38).

В рамках дела № А76-3027/2016 требование ООО «ЕЭС-Гарант», ОАО «РЖД», ООО «Метрекс», ЗАО НКО «Аграркредит» признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов в составе третьей очереди, а также часть являлась кредиторами должника по текущим обязательствам, что подтверждается отчетом конкурсного управляющего П.М. Захарчука от 20.05.2019.

Определением Арбитражного суда Челябинской области по делу № А76-3027/2016 от 03.07.2019 производство по делу о банкротстве ООО «Литой элемент ВСМЗ» прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для финансирования процедуры несостоятельности (банкротства) должника (т. 2, л.д. 39-42).

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ руководителями должника являлись: - в период с 20.11.2009 по 21.01.2015 - ФИО2; - в период с 22.01.2015 по 21.06.2015 - ФИО4; - в период с 22.06.2015 по 21.01.2016 - ФИО3; - в период с 22.01.2016 по дату открытия конкурсного производства - ФИО2

Кроме того, согласно сведениям из ЕГРЮЛ с 31.10.2012 единственным участником должника является ООО «Группа развития бизнеса» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

В ходе рассмотрения дела № А76-3027/2016 установлено, что руководителями должника (ФИО2, ФИО4, ФИО3) совершены сделки, которыми причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, поскольку кредиторы лишились возможности погашения своих требований из-за незаконного вывода из состава активов ООО «Литой элемент ВСМЗ» денежных средств, что в соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве является основанием для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности.

Кроме того, по данному основанию подлежат привлечению к субсидиарной ответственности контрагенты по недействительным сделкам: ООО «Экспериментальная компания», ООО «Дружба», ООО «Метмашторг», ООО «Проект-НМ» как контролирующие должника лица, извлекшие выгоду из незаконного и недобросовестного поведения руководителей ООО «Литой элемент ВСМЗ».

Кроме того, согласно заявлению ФИО5 последний являлся КДЛ заинтересованных лиц.

Соответственно, ответчики подлежат привлечению к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов по статье 61.11 Закона о банкротстве.

По мнению ООО «ЕЭС-Гарант», ОАО «РЖД», ООО «Метрекс», ЗАО НКО «Аграркредит», руководители должника, зная о неплатежеспособности ООО «Литой элемент ВСМЗ», не исполнили обязанность по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), что является основанием для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Данные обстоятельства послужили основанием для подачи искового заявления ООО «ЕЭС- Гарант» о привлечении к субсидиарной ответственности КДЛ и последующей подачи заявлений ОАО «РЖД», ООО «Метрекс», ЗАО НКО «Аграркредит» о присоединении к поданному исковому заявлению и подачи самостоятельных требований к ответчикам.

Исследовав и оценив представленные доказательства, доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Положениями статьи 61.19 Закона о банкротстве предусмотрена возможность рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона (ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов), после прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда Челябинской области от 09.03.2016 возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «Литой элемент ВСМЗ» с присвоением номера дела А76-3027/2016.

Определением от 10.05.2016 (резолютивная часть от 28.04.2016) в отношении должника введена процедура наблюдения.

Решением от 01.03.2017 (резолютивная часть от 21.02.2017) должник признан банкротом, открыта процедура конкурсного производства.

В рамках дела № А76-3027/2016 требование ООО «ЕЭС-Гарант», ОАО «РЖД», ООО «Метрекс», ООО «Банк «МБА-Москва» признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов в составе третьей очереди, что подтверждается судебными актами в рамках указанных дел.

Так, общий размер требования ООО «ЕЭС-Гарант» составляет 12 196 827 руб. 98 коп., что подтверждается следующим:

- определением по делу № 76-3027/2016 от 29.07.2016 требование ООО «ЕЭС-Гарант» в размере 7 791 306 руб. 36 коп. основного долга включено в реестр требований кредиторов ООО «Литой элемент ВСМЗ»;

- согласно отчету конкурсного управляющего размер текущих требований ООО «ЕЭС-Гарант» четвертой очереди составляет 4 276 834 руб. 97 коп.;

- согласно отчету конкурсного управляющего размер текущих требований ООО «ЕЭС-Гарант» пятой очереди составляет 128 686 руб. 65 коп.

Определением от 12.05.2017 в рамках дела № А76-3027/2016 требования ОАО «РЖД» в сумме 1 369 911 руб. 44 коп. включены в реестр требований кредиторов в составе третьей очереди.

Определением от 08.08.2016 в рамках дела № А76-3027/2016 требования ООО «Метрекс» признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов в составе третьей очереди на сумму 11 884 003 руб. 57 коп. (т. 2, л.д. 32-34).

Определением от 11.08.2016 требование ООО «Банк «МБА-Москва» признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов в составе третьей очереди в размере 170 000 000 руб.

основного долга, 7 012 295 руб. 08 коп. процентов за пользование кредитом. В последующем, в рамках обособленного спора неоднократно произведено процессуальное правопреемство, последним правопреемником стало ЗАО НКО «Аграркредит» на основании определения от 08.09.2020 (т. 8, л.д. 50- 54).

Вместе с тем, определением от 03.07.2019 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Литой элемент ВСМЗ» прекращено на основании статьи 57 Закона о банкротстве, а именно в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

18.05.2020 ООО «ЕЭС-Гарант» опубликовало на ЕФРСБ сведения о подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов и неподачу заявления должника о признании его несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд, а также предложило присоединиться всем заинтересованным лицам к поданному заявлению (т. 1, л.д. 51-53).

В связи с чем, 21.05.2020 подано заявление о присоединении ОАО «РЖД» (т. 1, л.д. 41-43), 20.08.2020 - ООО «Метрекс» (т. 2, л.д. 21-24), 22.02.2022 - ЗАО НКО «Аграркредит» (т. 7, л.д. 97-100).

При таких обстоятельствах, суд полагает, что у указанных лиц имеется право на подачу заявления о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и ст. 61.12 Закона о банкротстве.

Согласно статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1).

Возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (пункт 2).

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) (пункт 4).

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что 11.11.2009 ООО «ТК

«Руспромаш» изменило наименование на ООО «Литой элемент ВСМЗ» с назначением на должность

генерального директора ФИО2 с 20.11.2009 (т. 1, л.д. 71). Фактически руководителями должника являлись: - ФИО2 в период с 20.11.2009 по 21.01.2015; - ФИО4 в период с 22.01.2015 по 21.06.2015;

- ФИО3 в период с 22.06.2015 и 24.12.2015 досрочно прекращены полномочия генерального

директора ФИО3 с 24.12.2015 и назначен директором ФИО2 с 25.12.2015 (т. 1, л.д. 72);

- Жетписпаев М.И. в период с 25.12.2015 и решением № 23 единственного участника от 10.03.2016

досрочно прекращены полномочия ФИО2 с 10.03.2016 (т. 1, л.д. 73).

Суд отмечает, что согласно сведениям из ЕГРЮЛ с 31.10.2012 единственным участником

должника является ООО «Группа развития бизнеса» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

В связи с чем, суд полагает, что указанные лица в силу требований Закона о банкротстве являются

КДЛ ООО «Литой элемент ВСМЗ».

В отношении ООО «Экспериментальная компания», ООО «Дружба», ООО «Метмашторг», ООО «Проект-НМ», ФИО5, суд исходит из того, что судебными актами в рамках дела № А763027/2016 установлена заинтересованность лиц.

По смыслу пунктов 4, 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопроса, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – Постановление № 53) осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Законодательством о банкротстве также предусмотрена возможность привлечения к ответственности как номинальных контролирующих лиц (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве), так и фактических (теневых).

1. Требование о привлечение к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов.

В силу пункта 3 статьи 53 и пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ, пунктов 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, а в случае причинения по его вине юридическому лицу убытков обязано возместить их по требованию юридического лица либо его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей данное лицо действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ) в Закон о банкротстве внесены изменения, в соответствии с которыми, статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу, а Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Пунктом 3 статьи 4 названного Федерального закона установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции названного Федерального закона).

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности за причинение вреда, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчику действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для его привлечения к ответственности).

Поскольку в обоснование заявленных требований по основанию за невозможность полного погашения требований кредиторов и за неподачу заявления о банкротстве соистцы ссылаются на действия ответчиков по заключению сделок, признанными недействительными в порядке статьи 61.2 и

61.3 Закона о банкротстве в период 2015 год, то к спорным отношениям в этой части подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в применимой редакции.

При этом рассмотрение заявления истцов должно быть произведено по правилам в действующей редакции Закона о банкротстве (применение процессуальных норм права) Определение ВС РФ от 06.08.2018 по делу № 308-ЭС17-6757 (2,3)).

Основания и порядок привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам приведены в статье 10 Закона о банкротстве.

Согласно пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством РФ, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством РФ, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством РФ, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

КДЛ, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника банкротом отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности КДЛ равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В силу пункта 3 статьи 56 ГК РФ субсидиарная ответственность по обязательствам должника может быть возложена на учредителей, собственника имущества юридического лица (независимо от его организационно-правовой формы при недостаточности его имущества), если банкротство юридического лица вызвано учредителями, собственником имущества должника.

В соответствии с пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ № 6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

По общему правилу, субсидиарная ответственность КДЛ является гражданско-правовой и возникает вследствие причинения вреда кредиторам неправомерными действиями указанных лиц.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на данных лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ, в силу которой для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

В последующем аналогичная, по сути, норма о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по основанию невозможности удовлетворения требований кредиторов вследствие их виновного поведения, не отвечающего критериям добросовестности и разумности, была закреплена в пункте 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления № 53).

В пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой причиной объективного банкротства (пункт 19 постановления Пленума № 53).

Так, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия КДЛ при наличии, в частности, следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством России, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице (пункты 1, 2, 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В силу прямого указания подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено.

Контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника (подпункт 2).

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 постановления Пленума № 53).

В пункте 6 постановления Пленума № 53 разъяснено, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает

потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац 1 статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 8 статьи 61.11, абзац 2 пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В силу пункта 18 постановления № 53 контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Таким образом, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия (бездействие) ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19- 10079, от 08.08.2023 № 305- ЭС18-17629 (5-7)).

В обоснование заявленного требования ООО «ЕЭС-Гарант», ОАО «РЖД», ООО «Метрекс» и ЗАО НКО «Аграркредит» указали на следующие обстоятельства.

Так, в рамках дела о банкротстве ООО «Литой элемент ВСМЗ» конкурсный управляющий обращался с заявлениями об оспаривании сделок должника:

1).Определением от 01.04.2019 признан недействительным договор поставки № 04-ЭК/11 от 01.04.2011, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Экспериментальная компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>) денежных средств в размере

46 398 977 руб. 29 коп. (т. 2, л.д. 63-70).

При рассмотрении заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки с ООО «ЭККОМ» было установлено, что должник ООО «Литой элемент ВСМЗ» и ООО «Экспериментальная компания» являются заинтересованными лицами, фактические отношения по поставке товара между кредитором и должником отсутствовали, при этом в период с декабря 2014 по январь 2016 должником в пользу ООО «Экспериментальная компания» перечислены денежные средства в общем размере 46 398 977 руб. 29 коп.

В период заключения договора поставки № 04-ЭК/11 от 01.04.2011 руководителем ООО «Литой элемент ВСМЗ» являлся ФИО2

В период необоснованного перечисления денежных средств (декабрь 2014 - январь 2016) руководителями ООО «Литой элемент ВСМЗ» являлись ФИО2, ФИО4, ФИО3

2).Определением от 01.04.2019 признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 11.03.2015 с ООО «Дружба» (ИНН <***>, ОГРН <***>), применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Дружба» денежных средств в размере 7 464 705 руб. 93 коп. (т. 2, л.д. 77-82).

При рассмотрении заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки с ООО «Дружба» установлено, что должник приобрел имущество по завышенной стоимости, что фактически привело к уменьшению конкурсной массы и невозможности кредиторам получить удовлетворение своих требований.

В период заключения договора купли продажи от 11.03.2015 и в период перечисления денежных средств в пользу ООО «Дружба» (19.03.2015) руководителем ООО «Литой элемент ВСМЗ» являлся ФИО4

3). Определением от 01.04.2019 признан недействительным зачет встречных обязательств, произведенный между ООО «Проект-НМ» и ООО «Литой элемент ВСМЗ» на сумму 4 268 550 руб. 64 коп., оформленный уведомлением от 26.11.2015, применены последствия недействительности сделки:

- восстановлена задолженность ООО «Проект-НМ» перед ООО «Литой элемент ВСМЗ» по договору займа № 63 от 18.03.2015 на сумму 2 718 079 руб. 68 коп., договору уступки права требования № 03/2015-ЛЭ ВСМЗ от 15.05.2015 на сумму 808 600 руб., договору поставки № 12/2015-ЛЭ ВСМЗ от 25.09.2015 на сумму 741 870 руб. 96 коп.;

- восстановлена задолженность ООО «Литой элемент ВСМЗ» перед ООО «Проект-НМ» по договору уступки права требования № б/н от 01.10.2015 на сумму 4 268 550 руб. 84 коп.

В остальной части заявленного требования отказано (т. 2, л.д. 89-98).

В указанном судебном акте содержится таблица, согласно которой на момент выдачи ООО «Литой элемент ВСМЗ» денежных средств в заем ООО «Проект-НМ» должник отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку прекратил исполнения обязательств перед кредиторами, а также установлена заинтересованность ООО «Литой элемент ВСМЗ» и ООО «Проект-НМ».

Соответственно, по мнению ООО «ЕЭС-Гарант», при наличии неисполненных денежных обязательств ООО «Литой элемент ВСМЗ» выдает заем аффилированному лицу - ООО «Проект-НМ», лишая таким образом независимых кредиторов возможности удовлетворения в соответствующем размере их требований, что свидетельствует о недействительности данной сделки.

В период заключения договора займа от 18.03.2015 руководителем ООО «Литой элемент ВСМЗ» являлся ФИО4

Кроме того, определением по делу № А76-3027/2016:

- от 14.12.2016 во включении в реестр требований кредиторов должника требования ООО «Метмашторг» отказано, поскольку судом сделан вывод о мнимости сделки, оформленной заявленными товарными накладными по договору поставки 12-РМТ/13 от 25.07.2013 за период с 10.12.2015 по 29.12.2015, а также указано на заинтересованность лиц ООО «Метмашторг», ООО «Проект-НМ» и ООО «Литой элемент ВСМЗ». В период необоснованного перечисления денежных средств в рамках мнимого договора поставки (10.02.2016) руководителем ООО «Литой элемент ВСМЗ» являлся ФИО2 (т. 2, л.д. 83-88);

- от 10.01.2017 во включении в реестр требований кредиторов должника требования ООО «Экспериментальная компания» отказано, поскольку суд пришел к выводу о мнимости поставок по заявленным накладным (товарные накладные за период с 12.11.2015 по 27.11.2015) (т. 2, л.д. 71-76).

В связи с чем, по мнению ООО «ЕЭС-Гарант», руководителями должника (ФИО2, ФИО4, ФИО3) в результате совершения вышеуказанных недействительных сделок был причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, поскольку кредиторы лишились возможности погашения своих требований из-за незаконного вывода из состава активов ООО «Литой элемент ВСМЗ» денежных средств, что в соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве является основанием для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности.

Кроме того, по данному основанию подлежат привлечению к субсидиарной ответственности контрагенты по недействительным сделкам: ООО «Экспериментальная компания», ООО «Дружба», ООО «Метмашторг», ООО «Проект-НМ» как контролирующие должника лица, извлекшие выгоду из незаконного и недобросовестного поведения руководителей ООО «Литой элемент ВСМЗ».

Более того, ЗАО НКО «Аграркредит» указало на аффилированность ответчиков, выраженная, в том числе, в создании искусственного документооборота с целью формирования входного НДС для его последующего возмещения из бюджета, а также, по мнению ЗАО НКО «Аграркредит», анализ проведенных операций позволяет делать выводы, что ООО «Метмашторг» и ФИО5 являлись контролирующими ООО «Литой элемент ВСМЗ» лицами.

В обоснование своих доводов и возражений ФИО2, ФИО4, ФИО3 указали, что сделки являлись реальными, направленными на ведение деятельности по производству чугуна на территории завода в Свердловской области, производству гильзы для дизелей судов в г. Троицке на промплощадке ТДЗ.

Кроме того, как указали ответчики, в рассмотрении обособленных споров о признании указанных выше сделок недействительными последние к участию не привлекались, в связи с чем, были лишены права на судебную защиту и представление доказательств и приведение своих доводов относительно ведения предпринимательской деятельности ООО «Литой элемент ВСМЗ». Более того, материалы дела не содержат доказательства того, что денежные средства направлены на личные нужды ответчиков, а не на развитие деятельности должника.

Оценив представленные по делу доказательства в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, заслушав доводы представителей сторон по данному основанию, суд исходит из следующего.

Судом проанализированы сведения об имуществе должника, о его деятельности, а также модель ведения бизнеса.

Так, у должника имелись две производственные площадки в г. Троицке Челябинской области (производство гильз для дизелей судов и тепловозов) и поселке Верхняя Синячиха Свердловской области (завод по производству чугуна).

Данные обстоятельства в ходе судебного разбирательства сторонами не оспорено и подтверждаются следующими доказательствами:

1.ФИО2, ФИО4 и ФИО3 не оспорили факт того, что являлись руководителями должника, что подтверждается, в том числе: выписками из ЕГРЮЛ, приказом должника от 15.01.2015, согласно которому ФИО2 занимал должность заместителя генерального директора по производству гильзы в ООО «Литой элемент ВСМЗ» (т. 5, л.д. 86, т. 8, л.д. 11), доверенность от 09.02.2015 со сроком до 31.12.2015, выданная ФИО2 (т. 1, л.д. 74-77), выписка из трудовой книжке страница 21, 4-7 (т. 2, л.д. 8, т. 5, л.д. 89), выписки из трудовой книжки (т. 4, л.д. 50), выписка из ЕГРЮЛ о прекращении полномочий (т. 5, л.д. 88, т. 7, л.д. 92, т. 8, л.д. 16), приказ о расторжении договора (т. 7, л.д. 82, т. 8, л.д. 12).

2. Действительно в рамках уголовного дела № 1-222/2016 установлены следующие обстоятельства (т. 3, л.д. 74-81).

ФИО2 в период с 12.11.2012 по 12.01.2015 осуществлял фактическое руководство производством гильз для дизелей судов и тепловозов на промплощадке в городе Троицке «ТДЗ» и не мог фактически руководить производством чугуна в поселке Верхняя Синячиха, в связи с чем, ФИО4 был представителем на данной площадке по доверенности от 05.09.2014.

Фактически должник осуществлял деятельность по производству готовой продукции – чугуна в отсутствии лицензии на эксплуатацию опасного производственного объекта II класса, по результатам которой произведено чугуна на сумму 512 711 168 руб. 00 коп. по накладным на передачу готовой продукции в места хранения, исходя из заключения судебной бухгалтерской экспертизы.

Впоследующем, должник исполнил обязательства по поставкам готовой продукции перед покупателями на общую сумму 443 007 050 руб. 89 коп. без НДС, согласно заключения судебной бухгалтерской экспертизы, которые перечислены на расчетный счет должника.

Фактически за время осуществления предпринимательской деятельности без лицензии, в период эксплуатации взрывопожарного производственного объекта ФИО4 умышленно получил незаконный доход за фактически реализованную в период времени с 23.10.2014 по 24.06.2015 ООО «Литой элемент ВСМЗ» готовую продукцию, произведенную на доменной печи на общую сумму 443 007 050 руб. 89 коп. без НДС, что в соответствии с примечанием к статье 169 УК РФ является доходом в особо крупном размере.

Данные обстоятельства послужили основанием для привлечения к уголовной ответственности ФИО4

Кроме того, ФИО4 привлечен к уголовной ответственности по статье 171 УК РФ за работу без оформления лицензии на эксплуатацию опасных производственных объектов, при этом обратил внимание на не привлечение к уголовной ответственности по статье 174 УК РФ.

Кроме того, из приговора Троицкого городского суда по делу № 1-147/2018 от 07.11.2018 следует, что ФИО3 незаконно возместил излишне начисленную сумму НДС используя поставщиков из цепочки аффилированных организаций в особо крупном размере из бюджета РФ в период с 11.06.2015 по 27.08.2015 (т. 3, л.д. 83-128).

Более того, в приговоре указано, что «ФИО8 являлся генеральным директором филиала ООО «Литой элемент ВСМЗ», в обязанности которого входило организация производственных процессов. При этом кто являлся учредителем ООО «Литой элемент ВСМЗ» не известно, но в конечном итоге за этой организацией стоит ООО «Группа развития бизнеса» и директор ФИО5 За подготовку договоров и поиск поставщиков отвечал ФИО14, подписание происходило только с разрешения ФИО5 Всю цепочку выстраивали ФИО3 или ФИО4 по согласованию с ФИО5 При этом указанное лицо слышало разговоры ФИО5 и его бухгалтера … что никто никогда не сможет ее разобрать. ФИО3 не принимал решений о том, платить НДС или нет, он просто исполнитель, поскольку весь «кошелек» находится у другого человека».

3. В материалах дела имеется смета движения денежных средств на промплощадке ООО «Литой элемент ВСМЗ» за отчетный период ноябрь 2015 года, в том числе утвержденной председателем Совета директоров ООО «Литой элемент ВСМЗ» Черкасовым Д.Н. (т. 4, л.д. 31, 92), а также заявление на имя Черкасова Д.Н. о предоставлении отпуска (т. 4, л.д. 45, т. 7, л.д. 94), сметы расходования денежных средств (т. 4, л.д. 100), решение № 2 Совета директоров от 06.10.2014 (т. 5, л.д. 83), а также нотариальное заявление (т. 8, л.д. 31).

4. Кроме того, в материалы дела представлена инвентаризационная опись оборудования на участке «Гильза», бухгалтерский баланс за 2014 год промплощадка ТДЗ, договор об оказании возмездных услуг, служебная записка, а также заслушаны свидетельские показания в судебном заседании 27.06.2023 (т. 5, л.д. 123-124, 179-180, т. 6, л.д. 741-106, т. 7, л.д. 52-53, 85-87, 89, т. 9, л.д. 111-117, 128-130, 134).

5. Также в материалы дела представлены доказательства, в том числе регламент по функционированию проекта «Верхнесинячихинсий металлургический завод» от 01.11.2014, технический отчет о работе доменной печи за ноябрь 2014, утвержденный ФИО8, договоры с ОАО «РЖД» на эксплуатацию железнодорожного пути необщего пользования должником при станции Синячиха Свердловской ж.д. (т. 4, л.д. 38-48, т. 4, л.д. 68-93, 100-104, 115-119, 122-123, 131, т. 5, л.д. 56-83, т. 7, л.д. 23-28, 33-35, 73-74, 84, 88, 93, т. 9, л.д. 140-141).

6. Из представленных в материалы дела выписок за период с 20.11.2014 по 01.02.2015, 17.03.2015 по 25.10.2016 (т. 4, л.д. 124-130) следует, что должник приобретал товар, в том числе необходимый для осуществления деятельности по производству чугуна.

7. Кроме того, должником подписаны договоры с ООО «ЕЭС-Гарант» по поставке электроэнергии на спорный производственный объект (т. 9, л.д. 142-143).

Представленные доказательства в совокупности и взаимосвязи подтверждают, что ООО «Литой элемент ВСМЗ» создано 2 направления в деятельности: производство гильз для дизелей судов и тепловозов на промплощадке в городе Троицке «ТДЗ» и производство чугуна в поселке Верхняя Синячиха.

Производство гильз для дизелей судов и тепловозов представляет собой обработку металлов, при этом для отливки, в том числе применяют специальный чугун, который является сплавом железа и углерода с сопутствующими элементами.

В связи с чем, суд полагает обоснованным доводы ответчиков о том, что производство чугуна на территории завода было необходимо для расширения производства ООО «Литой элемент ВСМЗ» как в целом, так и на производственной площадке ТДЗ в городе Троицке.

Суд предполагает, что финансирование расширения производства получено, в том числе от Банка «МБА-Москва» (уступлен АО «Международный Банк Азербайджана») по договору кредитной линии № 14/11-684-656 КЛ-Р от 20.11.2014, договору кредитной линии № 15/03-695-656 КЛ-Р от 14.03.2015 на общую сумму 170 млн руб.

Кроме того, осуществление деятельности в 2014 году должником, в том числе на территории завода в поселке Верхняя Синячиха, подтверждается и наличием заключенных договоров с контрагентами, в том числе с:

- ООО ЧОО «КБ-2012» ИНН <***> - Договор об оказании услуг по физической охране объектов № 17 от 16.12.2013, Договор об оказании услуг по физической охране объектов № 17 от 01.07.2014;

- ООО «Транспортные технологии» ИНН <***> - Договор № 235-ТЭ/ТРН-2014 от 23.09.2014;

- ООО «Уралэнергопром» ИНН <***> - Договор подряда № 434 от 31.07.2014, доп. соглашения № 1 от 27.08.2014, № 2 от 29.08.2014;

- ОАО «РЖД» - Договор № 7/71 от 29.08.2014; - ООО «Иннотех» - Договор на оказание услуг № 20ИТ/14 от 25.08.2014;

- Министерством природных ресурсов и экологии Свердловской области - Договор водопользования от 11.03.2015;

- АО «Находкинский морской рыбный порт» ИНН <***> - Договор № 01-15/02 от 18.02.2015;

- ООО ЧОО «Контроль» ИНН <***> - Договор на оказание охранных услуг № 15/2015-ВСМЗ от 01.06.2015;

- ООО «ЕЭС-Гарант» - Договор энергоснабжения № 1439 К66 от 22.07.2014;

- ООО ГК «Техноспас» ИНН 6623089103 - Договор № 104-15 от 07.04.2015 на обслуживание опасного производственного объекта;

- АО «РЖД Логистика» ИНН <***> - Договор транспортной экспедиции № 664011848/2014 от 25.12.2014;

- ООО «Комплексные решения» ИНН <***> - Договор на отпуск (получение) воды № 102-В от 31.12.2014.

Кроме того, из отчета конкурсного управляющего должника следует, что в штате ООО «Литой элемент ВСМЗ» имелись сотрудники, в том числе электромонтеры, главный механик, энергетик доменного цеха машинисты, бригадир, мастера, плотник (т. 1, л.д. 85-86).

При таких обстоятельствах, суд, с учётом характера экономической деятельности должника, целей и обстоятельства создания предприятия, которое осуществляет свою деятельность за счет привлеченных средств и занимается строительством производственного комплекса, который в будущем будет выпускать продукцию, реализация которой покроет его расходы и издержки, является нормальной и соответствует общераспространённой модели развития аналогичных предприятий.

Действительно, из материалов дела следует, что перед указанными кредиторами возникла задолженность в период 2014-2015 года.

Между тем, из представленных в материалы дела доказательств, суд полагает обоснованным довод ФИО4, что с учетом допустимого коммерческого риска образовавшаяся задолженность не являлась критичной для должника при наличии активов баланса в размере 647 674 тыс.руб. по состоянию на 31.12.2014 и 906 731 тыс.руб. по состоянию на 31.03.2015. При этом не исключено, что данная задолженность могла быть урегулирована с кредиторами до возбуждения дела о банкротстве должника.

По мнению суда, данной позиции не противоречит и информация из финального отчета временного управляющего, размещенного на ЕФРСБ 30.07.2017, в котором указано, в том числе что:

- балансовая стоимость имущества должника по состоянию на 31.12.2015 составила 137 073 000,00 руб.;

- в реестр включены требования на общую сумму 220 452 106,00 руб.;

- количество работников, бывших работников должника, имеющих включенные в реестр требования о выплате выходного пособия и (или) об оплате труда – 0 (уволенных работников, перед которыми должник имеет задолженность по выплате заработной платы нет);

- Признаки преднамеренного банкротства - недостаточно информации; - Признаки фиктивного банкротства - не выявлены.

При этом в материалы дела не представлены сведения о наличии активов у должника до подачи заявления о признании его несостоятельным (банкротом), отраженные, в том числе в отчете временного управляющего на сумму 137 073 000,00 руб.

Исходя из указанного, ООО «Литой элемент ВСМЗ» осуществляло хозяйственную деятельность, в том числе, предпринимало меры для расширения производства, то есть должник осуществлял мероприятия, направленные на преодоление кризисного состояния, а не прекратил финансово-хозяйственную деятельность.

Данные обстоятельства подтверждаются выписками по расчетному счету об исполнении обязательств по договорам с контрагентами, что обеспечило поступление денежных средств на расчетный счет должника. Кроме того, по состоянию на 31.01.2015 в штате должника числились работники, которым выплачивалась заработная плата, а также уплачивались обязательные платежи в ПФР и ФСС, а также отсутствовала задолженность перед ними.

Между тем, согласно представленным в материалы дела сведениям о средней цене чугуна за 20042021 года, в 2015-2016 годах произошло снижение цены до 223,92 руб. за 1 тонну, в то время как в 2014 году этот показатель равен 384 руб. 44 коп. (т. 4, л.д. 120-121).

Данные показатели, по мнению суда, не противоречат и финансовому анализу арбитражного управляющего (т. 5, л.д. 12-13).

Так, «на протяжении периода 01.01.14-01.01.16 значение показателя обеспеченности активами снизилось с 1,13 до 0,29. Следовательно предприятие может покрыть не более 29% своих обязательств при реализации активов предприятия», «Оборотных средств должника недостаточно для погашения краткосрочных обязательств».

Более того, суд критически относится к доводу ООО «Метрекс» о том, что должник по состоянию на 01.01.2015 отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку согласно приговору суда по

уголовному делу № 1-222/2016 фактически должник реализовал в период времени с 23.10.2014 по 24.06.2015 готовую продукцию, произведенную на доменной печи на общую сумму 443 007 050 руб. 89 коп. без НДС (т. 3, л.д. 74-81), а также согласно сведениям бухгалтерского баланса активы должника647 674 тыс.руб. по состоянию на 31.12.2014, 906 731 тыс.руб. по состоянию на 31.03.2015 и по состоянию на 31.12.2015 137 073 000,00 руб.

Действительно, ответчиками не оспорен факт заключения договоров, в том числе, признанных судом недействительными сделками в порядке статьи 61.2 Закона о банкротстве в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Литой элемент ВСМЗ».

Вместе с тем, в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве содержались нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по основанию невозможности удовлетворения требований кредиторов вследствие их виновного поведения, не отвечающего критериям добросовестности и разумности.

Процесс доказывания того, что невозможность погашения требований кредиторов обусловлена неправомерными действиями ответчиков, упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Между тем, ни в материалах дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Литой элемент ВСМЗ», ни в материалах настоящего дела не представлены доказательства, подтверждающие приобретение контролирующими должника лицами - ФИО2, ФИО4, либо ФИО3 какой-либо выгоды за счет имущества должника, в том числе по оспоренным сделкам.

Суд отмечает, что указанные лица не были привлечены к рассмотрению обособленных споров, соответственно, не могли осуществлять действия по защите прав и законных интересов как в отношении себя, так и давать пояснения по факту заключения оспариваемых сделок.

Данные обстоятельства подтверждаются и представленными справками о доходах физического лица ФИО2 за 2015-2017 года (т. 7, л.д. 90, т. 8, л.д. 14-15), справка о доходах физического лица ФИО2 за 2016 год (т. 4, л.д. 49).

При этом в рамках настоящего спора договор поручительства от 08.12.2014, подписанный между ООО «Метрекс» и ФИО2 в рамках договора поставки № 33 от 11.08.2014, заключенного между кредитором и от ООО «ПромИнвест» ФИО8 исключен из числа доказательств по делу кредитором, в связи с тем, что ФИО2 подал заявление о фальсификации (не подписывал данный договор).

Вместе с тем, суд обращает внимание, что фактически данная задолженность включена в реестр требований кредиторов должника ООО «Литой элемент ВСМЗ» именно по договору поручительства, задолженность по которому взыскана в рамках дела № А76-373/2016 (т. 7, л.д. 15-17, 159-164).

Далее, в обоснование своих возражений ФИО4 указал, что при рассмотрении сделки по приобретению тепловоза не учтены следующие обстоятельства. С января 2015 года в связи с резким снижением грузоперевозок Свердловская ЖД сократила количество вывозных тепловозов. В частности на станции Синячиха тепловоз работал только 2 дня в неделю, что косвенно доказывает возникший транспортный коллапс в январе 2015 года на ООО «Литой элемент ВСМЗ». Так как должник планировал увеличение своего грузопотока с учетом нового направления – отгрузки доменного щебня и было принято решение срочно приобрести тепловоз. В результате поисков в январе-феврале 2015 года найден тепловоз, который приобретен для нужд ООО «Литой элемент ВСМЗ». Благодаря приобретению указанного товара, предотвращены возможные негативные последствия для ответчика. При этом ФИО4 обратил внимание на тот факт, что к участию в обособленных спорах по оспариванию сделок в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, не привлечен, что свидетельствует об отсутствии у судебных актов преюдициального значения для настоящего спора.

Кроме того, ЗАО НКО «Аграркредит» указало, что имущество, которое являлось предметом залога реализовано в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «КО «Янтарь» за 48 808 888 руб. 00 коп., соответственно, довод ФИО4 о продажи имущества по заниженной стоимости противоречит нормам действующего законодательства.

Вместе с тем, суд полагает обоснованным довод ФИО4 о том, что требования ЗАО НКО «Аграркредит» обеспечивались залогами имущественным комплексом в г. Троицк и базой отдыха «Янтарь», которые реализованы по заниженной цене и последний не мог юридически влиять на

ситуацию по реализации указанных объектов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) (т. 9, л.д. 1-2).

Далее, суд полагает, что имеющиеся приговоры в отношении ФИО4 и ФИО3 не содержат вывода о том, что ответчики, совершив незаконные действия, получили какую-либо выгоду за счет имущества должника, при этом доведя должника до несостоятельности (банкротства).

Суд отмечает, что в материалы дела представлена копия допроса свидетеля ФИО4, который указал «подпись выполненная на предоставленном мне заявлении о возврате сумм НДС выполнена не мной» (т. 4, л.д. 94-96).

Кроме того, в материалы дела представлены копии допросов в качестве свидетелей и сотрудников ответчиков - ФИО15, ФИО16, ФИО13, которые пояснили – каким образом осуществлялась деятельность в данных организациях (т. 6, л.д. 56-72).

Оценив представленные доказательства в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, заслушав доводы представителей сторон, суд полагает обоснованным доводы ФИО2, ФИО4, ФИО3 о том, что представленные в материалы дела доказательства подтверждают факт того, что снижение выручки должника при сохранении условно-постоянных расходов привели к его банкротству – внешние причины, а не действия (бездействия) руководителей должника.

Суд полагает, что причины банкротства должника были обусловлены именно нехваткой оборотных средств у общества, о чем указано временным управляющим в финансовом анализе, которое создавалось изначально и которому в процессе его хозяйственной деятельности, а также в условиях кризисных явлений в стране в 2014-2016 годах, в том числе обусловленных резкими колебаниями валют и цен на чугун.

Суд полагает, что установить причинно-следственную связь между указанными сделками (как действиями, совершенными ответчиками) и наступившим банкротством, повлекшим невозможность исполнения требований кредиторов, - не представляется возможным.

Суд полагает, что в данном случае соистцами не доказано то, что банкротство должника вызвано умышленными действиями ФИО2, ФИО4, ФИО3 (отсутствие вины), ООО «Группа развития бизнеса» как единственного участника, в том числе посредством совершения подозрительных сделок, сокрытия денежных средств и имущества, а также вывода денежных средств со счетов должника и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

В связи с этим суд полагает об отсутствии правовых оснований для привлечения ФИО2, ФИО4, ФИО3, ООО «Группа развития бизнеса» солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному основанию.

Кроме того, суд полагает об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований к ООО «Экспериментальная компания», ООО «Дружба», ООО «Метмашторг», ООО «Проект-НМ».

Действительно, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Литой элемент ВСМЗ» установлена заинтересованность указанных лиц по отношению к должнику, поскольку оспариваемые сделки признаны недействительными.

Так, в обоснование заявленного довода ООО «ЕЭС-Гарант» указало, что:

- ООО «Экспериментальная компания», руководитель и участник - ФИО4, а ранее судом установлено, что фактические отношения по поставке товара между кредитором и должником отсутствовали, при этом в период с декабря 2014 по январь 2016 должником в пользу ООО «Экспериментальная компания» перечислены денежные средства в общем размере 46 398 977,29 руб.;

- ООО «Дружба»; судом ранее установлена неравноценность стоимости полученного по спорному договору имущества и уплаченной за него ценой;

- ООО «Метмашторг», судом ранее установлено, что ООО «Метмашторг», ООО «Проект-НМ» и должник являются заинтересованными лицами, фактические отношения по поставке товара между кредитором и должником отсутствовали, ООО «Метмашторг» необоснованно получил денежные средства от должника;

- ООО «Проект-НМ», руководитель до 11.12.2018 - ФИО3, участник - ООО «Группа развития бизнеса», аффилированное общество получило денежные средства в заем при наличии неисполненных денежных обязательств перед независимыми кредиторами.

Вместе с тем, суд полагает, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что указанные лица давали обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника.

Исходя из указанного ранее вывода о том, что ФИО2, ФИО4, ФИО3 не являются конечными бенефициарами, то утверждать, что юридические лица - ООО «Экспериментальная компания» и ООО «Проект-НМ», руководителями которых являлись ФИО4 и ФИО3 давали обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе определять условия оспоренных сделок, и, как следствие, получили какую-либо выгоду за счет имущества должника, - правовых оснований не имеется.

Соответственно, по мнению суда, отсутствуют правовые основания для привлечения ООО «Экспериментальная компания», ООО «Дружба», ООО «Метмашторг», ООО «Проект-НМ» солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному основанию.

Суд критически относится к доводам ЗАО НКО «Аграркредит» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 как бенефициарного владельца аффилированных лиц, исходя из следующего.

Действительно, в ходе судебного разбирательства сторонами не оспорен факт получения кредитных денежных средств должником по кредитным договорам, по которым поручителем являлся, в том числе и ФИО5

Исходя из сложившейся модели ведения бизнеса, юридические лица нередко принимают на себя кредитные обязательства с целью развития производственного процесса, потому кредитные организации формируют резервы на возможные потери по таким ссудам.

Соответственно, в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие расходование полученных денежных средств по кредитным договорам, подписанными должником, на личные нужды ФИО5, а, наоборот, по мнению суда, материалами дела доказан факт развития производственного процесса должника, в том числе приговором суда в отношении ФИО3

Более того, ФИО5 в своем заявлении от 11.11.2021 признал, что является единственным фактическим собственником (бенефициарным владельцем), в том числе ООО «Метмашторг», ООО «Проект-НМ», а «также заявил, что по вышеперечисленным юридическим лицам назначал исполнительные органы, издавал распорядительные документы для целей совершения исполнительными органами указанных обществ сделок по распоряжению принадлежащим им имуществом, в том числе недвижимым имуществом (путем купли-продажи, передачи в залог и иными законными способами), денежными средствами, в том числе на расчетных счетах (путем издания соответствующих распорядительных документов), планировал и организовывал финансово-хозяйственную деятельность, совершал иные управленческие и распорядительные действия, необходимые для осуществления деятельности перечисленных юридических лиц» (т.8, л.д. 31).

Суд полагает, что истцами в материалы не представлены доказательства того, что ФИО5 является конечным бенефициаром именно ООО «Литой элемент ВСМЗ» (отсутствуют доказательства получения прибыли от деятельности должника именно ФИО5).

Более того, суд полагает, что у кредитора имеется право на подачу искового заявления о взыскании с ФИО5 задолженности по кредитным договорам, в котором последний выступал как поручитель.

Соответственно, по мнению суда, отсутствуют правовые основания для привлечения ФИО5 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному основанию.

2. Требование о привлечении к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением

должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9).

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско- правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Таким образом, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности, для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а также вина субъекта ответственности.

Высшими судебными инстанциями неоднократно излагалась правовая позиция о недопустимости отождествления неплатежеспособности с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 18245/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396).

В силу правовых норм, регулирующих вопросы наступления гражданско-правовой ответственности, в том числе в порядке субсидиарной ответственности, необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности на бывшего руководителя должника по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве является наличие причинно-следственной связи между неисполнением последним обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд, указанной в статье 9 названного Закона, в конкретный срок и фактом возникновения новой кредиторской задолженности должника (ее размером). Недоказанность указанных обстоятельств освобождает привлекаемое лицо от ответственности.

Так, по мнению истцов, в 2014 году ООО «Литой элемент ВСМЗ» прекратило исполнение денежных обязательств и продолжило наращивать задолженность перед своими кредиторами, что свидетельствует о наличии признаков неплатежеспособности в данном периоде и необходимости обращения с заявлением должника.

ООО «ЕЭС-Гарант» указало, что по результатам четвертого квартала 2014 года при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами разумный и осмотрительный руководитель должен был выявить признаки неплатежеспособности и обратиться в арбитражный суд с заявлением должника не позднее 31.01.2015 (обязательства возникли в период ФИО17, а по состоянию на 31.01.2015 руководителем должника являлся ФИО4), а не продолжать осуществлять деятельность и накапливать задолженность перед кредиторами в столь значительном размере.

Поскольку 22.06.2015 полномочия руководителя ООО «Литой элемент ВСМЗ» стал исполнять ФИО3, то после анализа финансово-хозяйственной деятельности должника данное лицо также должно было обратиться с заявлением о банкротстве в срок не позднее 22.07.2015.

По мнению ЗАО НКО «Аграркредит», неплатежеспособность ООО «Литой элемент ВСМЗ» также подтверждается бухгалтерской отчетностью общества:

- на 30 сентября 2015 года нераспределенная прибыль составляла 135 275 тыс. руб.; - на 31 декабря 2015 года непокрытые убытки составили 283 769 тыс. руб.

В связи с чем, именно в 4 квартале 2015 года деятельность предприятия приняла очевидно убыточный характер, что также подтверждает факт возникновения неплатежеспособности предприятия

именно в этот период. Соответственно, с указанного момента возникла необходимость обращения с заявлением о банкротстве.

По мнению ООО «ЕЭС-Гарант», при определении размера ответственности руководителя ООО «Литой элемент ВСМЗ» за не подачу в срок необходимо исходить:

- при определении размера ответственности руководителя ООО «Литой элемент ВСМЗ» ФИО4 за неподачу в срок до 31.01.2015 заявления о признании ООО «Литой элемент ВСМЗ» несостоятельным (банкротом) учитываются обязательства, возникшие после 31.01.2015. Обязательства ООО «Литой элемент ВСМЗ» перед ООО «ЕЭС-Гарант» возникли с июня 2015 года, соответственно, размер ответственности ФИО4 перед ООО «ЕЭС-Гарант» составил 7 791 306 руб. 36 коп.;

- при определении размера ответственности руководителя ООО «Литой элемент ВСМЗ» ФИО3 за неподачу в срок до 22.07.2015 заявления о признании ООО «Литой элемент ВСМЗ» несостоятельным (банкротом) учитываются обязательства, возникшие после 22.07.2015. Размер обязательств ООО «Литой элемент ВСМЗ» перед ООО «ЕЭС-Гарант», которые возникли после 22.07.2015, составил 7 167 837 руб. 21 коп. (период июль 2015 - февраль 2016);

- при определении размера ответственности единственного участника общества - ООО «Группа развития бизнеса» за неподачу заявления о признании ООО «Литой элемент ВСМЗ» несостоятельным (банкротом) учитываются обязательства того, что единственный участник должника должен был в срок до 10.02.2015 инициировать созыв собрания участников должника и принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО «Литой элемент ВСМЗ». Вместе с тем, такие действия единственным участником не совершены. Размер обязательств ООО «Литой элемент ВСМЗ» перед ООО «ЕЭС-Гарант» возникли с июня 2015 года, соответственно, в состав ответственности ООО «Группа развития бизнеса» включена вся задолженность перед ООО «ЕЭС-Гарант» в размере 7 791 306 руб. 36 коп.

Как указано ранее, задолженность перед указанными кредиторами возникла в период 2014-2015 года.

Вместе с тем, судом установлено, что ООО «Литой элемент ВСМЗ» осуществляло хозяйственную деятельность, в том числе, предпринимало меры для расширения производства, то есть должник осуществлял мероприятия, направленные на преодоление кризисного состояния, а не прекратило финансово-хозяйственную деятельность. При этом из отчета временного управляющего, размещенного на ЕФРСБ 30.07.2017 следует, что балансовая стоимость имущества должника по состоянию на 31.12.2015 составила 137 073 000,00 руб., включены требования на общую сумму 220 452 106,00 руб.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Наличие неисполненного обязательства перед кредиторами не свидетельствует о наступлении критического момента, с которым Закон о банкротстве связывает необходимость подачи заявления о признании должника банкротом, поскольку факт наличия определенной кредиторской задолженности сам по себе не свидетельствует о неплатежеспособности должника.

Кроме того, из совокупного толкования положений пунктов 1 и 2 статьи 9, пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве следует, что на руководителя должника может быть возложена субсидиарная ответственность только по тем обязательствам должника, которые возникли после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, а не за весь период работы привлекаемого к ответственности руководителя.

Оценив в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, исходя из недоказанности таких обстоятельств как то, что ответчики действовали неразумно и недобросовестно, суд полагает о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Кроме того, ФИО4, ФИО2, ФИО3, ООО «Группа развития бизнеса», ООО «Экспериментальная компания» поданы ходатайства о пропуске истцами срока исковой давности.

В силу норм статей 195, 196, 199, 200 ГК РФ судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности; общий срок исковой давности составляет три года; истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием для вынесения судом решения об отказе в иске; если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В то же время институт исковой давности имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2016 № 3-П "По делу о проверке конституционности положений части 9 статьи 3 Федерального закона "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" в связи с жалобой гражданина ФИО18").

В силу пункта 4 статьи 10 первоначальной редакции Закона о банкротстве в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника, собственника имущества должника - унитарного предприятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно абзацу второму пункта 5 статьи 129 Закона о банкротстве (первоначальной редакции) размер ответственности лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности в соответствии с этим пунктом, определяется, исходя из разницы между размером требований кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов, и денежными средствами, вырученными от продажи имущества должника или замещения активов организации-должника. Впоследствии названная норма изложена в редакции, утверждённой Федеральным законом от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ).

Положения указанных норм свидетельствуют об отсутствии принципиального противоречия между редакциями первоначальных положений Закона о банкротстве и Закона № 73-ФЗ, поскольку они одинаково определяют момент, с которого арбитражному управляющему становится известно о нарушении прав кредиторов лицами, контролирующими должника. В силу названных норм этот момент определялся фактическим отсутствием денежных средств для удовлетворения требований кредиторов.

По смыслу упомянутых правовых норм при определении момента начала течения срока исковой давности по заявлению о привлечении собственника имущества должника к субсидиарной ответственности в процедуре банкротства необходимо было учитывать, что размер ответственности невозможно определить с разумной достоверностью до момента реализации имущества должника, в связи с чем, такой срок мог исчисляться не ранее даты завершения реализации имущества предприятия и окончательного формирования конкурсной массы.

Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ внесены изменения и дополнения в статью 10 Закона о банкротстве, определяющие порядок исчисления срока исковой давности.

Так, в соответствии с пунктом 5 статьи 10 Закона № 134-ФЗ заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трёх лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Принимая во внимание, что правонарушения, которые вменяются ответчикам по настоящему спору предусматривали возможность привлечения к субсидиарной ответственности как в первоначальной редакции Закона о банкротстве, так и после внесения соответствующих изменений Законами № 73-ФЗ, № 134-ФЗ, при решении вопроса о продолжительности срока исковой давности, а также порядка его исчисления необходимо учитывать истёк ли срок исковой давности к моменту

прекращения действия предыдущей редакции Закона о банкротстве и ГК РФ. Схожая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3).

В связи с чем, в рамках настоящего спора подлежат применению те положения Закона о банкротстве, которые действовали на момент существования обстоятельств, расцененных истцами в качестве основания привлечения к субсидиарной ответственности. Принимая во внимание, что в обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности истца ссылаются на обстоятельства, имевшие место в период до 01.07.2017, применению подлежат положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 134-ФЗ.

Как было ранее указано, решением Арбитражного суда Челябинской области от 21.02.2017 (резолютивная часть) в отношении ООО «Литой элемент ВСМЗ» открыта процедура конкурсного производства.

По результатам исследования и оценки материалов дела и всех доказательств, суд установил, что требования:

- ООО «ЕЭС-Гарант» определением по делу № 76-3027/2016 от 29.07.2016 в размере 7 791 306 руб. 36 коп. основного долга включены в реестр требований кредиторов ООО «Литой элемент ВСМЗ», то есть еще в процедуре наблюдения;

- ООО «Метрекс» определением от 08.08.2016 в рамках дела № А76-3027/2016 в размере 11 884 003 руб. 57 коп включены в реестр требований кредиторов ООО «Литой элемент ВСМЗ», то есть еще в процедуре наблюдения;

- ЗАО НКО «Аграркредит» (ранее ООО «Банк «МБА-Москва») определением от 11.08.2016 в размере 170 000 000 руб. основного долга, 7 012 295 руб. 08 коп. процентов за пользование кредитом включены в реестр требований кредиторов ООО «Литой элемент ВСМЗ», то есть еще в процедуре наблюдения;

- ОАО «РЖД» определением от 12.05.2017 в рамках дела № А76-3027/2016 в размере 1 369 911 руб. 44 коп. включены в реестр требований кредиторов ООО «Литой элемент ВСМЗ», то есть в процедуре конкурсного производства.

В связи с чем, кредиторы имели возможность полностью знакомиться с материалами дела, узнать о наличии оснований для привлечения руководителей должника к ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника в 2015-2016 году и о невозможности погашения требований кредиторов.

Вместе с тем, исковые заявления ОАО «РЖД» подано в Арбитражный суд в рамках настоящего дела только 26.05.2020 (т. 2, л.д. 3), ООО «Метрекс» - 20.08.2020 (т. 2, л.д. 21), ЗАО НКО «Аграркредит» - 18.02.2022 (т. 7, л.д. 102), соответственно, суд полагает о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом факта пропуска указанными кредиторами в данном случае субъективного и объективного срока исковой давности обращения в суд с требованием о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, при том, что иное не доказано и какие-либо препятствия для подачи соответствующего искового заявления, по мнению суда, отсутствовали.

Суд полагает, что в данном случае не имеет правового значения факт публикации на ЕРФСБ 18.05.2020 ООО «ЕЭС-Гарант» сведения о подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов и неподачу заявления должника о признании его несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд, а также предложило присоединиться всем заинтересованным лицам к поданному заявлению (т. 1, л.д. 51-53), поскольку как указано ранее ответчики являются юридическими лицами и имеют возможность совершать действия по защите своего нарушенного права и законного интереса в сроки, установленные нормами действующего законодательства.

В связи с чем, пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований ОАО «РЖД», ООО «Метрекс», ЗАО НКО «Аграркредит».

При этом суд полагает об отсутствии правовых оснований для признания уважительными причины пропуска срока исковой давности, заявленные ОАО «РЖД» в своем ходатайстве о восстановлении срока на подачу искового заявления.

При этом ООО «ЕЭС-Гарант» подано исковое заявление – 20.02.2020 в трехлетний срок с момента признания должника несостоятельным (банкротом) (т. 1, л.д. 8), соответственно, кредитор не пропустил срок на подачу настоящего заявления.

Следовательно, возражения ФИО4, ФИО2, ФИО3, ООО «Группа развития бизнеса», ООО «Экспериментальная компания» в части требований ООО «ЕЭС-Гарант» о

наличии альтернативного основания к вынесению решения об отказе в иске в связи с пропуском срока исковой давности подлежат отклонению в полном объеме, поскольку течение срока исковой давности начинается с 21.02.2017 и в любом случае трехлетний срок давности (объективный срок даже при применении положений пункта 5 статьи 10 Закона № 134-ФЗ) истекает 21.02.2020.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

При подаче искового заявления ООО «ЕЭС-Гарант» заявлено ходатайство о зачете государственной пошлины на сумму 83 984 руб. 00 коп., уплаченной платежным поручением № 3124 от 25.12.2019 в рамках дела № А60-73775/2019 (т. 1, л.д. 12-21).

При подаче искового заявления ОАО «РЖД», ООО «Метрекс» подано заявления об отсрочке уплаты государственной пошлины (т. 2, л.д. 24-31).

При подаче заявления о присоединении ЗАО «Аграркредит» уплачена государственная пошлина в размере 200 000 руб. платежным поручением № 165 от 02.03.2022 (т. 7, л.д. 98).

Вместе с тем, при изготовлении резолютивной части решения в виде отдельного судебного акта 25.09.2023 судом допущена описка в части указания взыскания с ЗАО НКО «Аграркредит» государственной пошлины в размере 200 000 руб. 00 коп.

На основании части 3 статьи 179 АПК РФ допущенная описка подлежит исправлению по инициативе суда путем указания в резолютивной части настоящего определения исключения данного абзаца из резолютивной части решения от 25.09.2023.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 223, 184 и 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд,

ОПРЕДЕЛИЛ:

Отказать в удовлетворении заявлений общества с ограниченной ответственностью «ЕЭС-Гарант» (вход. от 21.01.2020), открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (вход. от 22.05.2020), общества с ограниченной ответственностью «Метрекс» (вход. от 20.08.2020), закрытого акционерного общества Небанковская кредитная организация «Аграркредит» (вход. от 22.02.2022).

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 26 966 (Двадцать шесть тысяч девятьсот шестьдесят шесть) руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Метрекс» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 82 420 (Восемьдесят две тысячи четыреста двадцать) руб.

Исключить из резолютивной части решения от 25.09.2023 4 абзац о взыскании государственной пошлины с закрытого акционерного общества Небанковская кредитная организация «Аграркредит» в доход федерального бюджета в размере 200 000 (Двести тысяч) руб.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

Судья подпись И.А. Горлатых

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела в первой инстанции можно получить на Интернет - сайте Арбитражного суда Челябинской области: http://www.chelarbitr.ru