Решение от 2 ноября 2021 г. по делу № А83-22148/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

295000, Симферополь, ул. Александра Невского, 29/11

http://www.crimea.arbitr.ru E-mail: info@crimea.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А83-22148/2020
02 ноября 2021 года
город Симферополь


Резолютивная часть решения объявлена 26 октября 2021 года

В полном объеме решение изготовлено 02 ноября 2021 года

Арбитражный суд Республики Крым в составе судьи Плотникова И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «Восьмая заповедь» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) к Государственному бюджетному учреждению Республики Крым «Редакция газеты «Крымская газета» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>),

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2, Министерства внутренней политики, информатизации и связи Республики Крым,

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 50 000 руб.,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Восьмая заповедь» обратилось в Арбитражный суд Арбитражный суд Республики Крым с исковым заявлением к Государственному бюджетному учреждению Республики Крым «Редакция газеты «Крымская газета» с требованиями о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на фотографическое произведение в размере 50000 руб.

Определением от 25.12.2020 исковое заявление Общества с ограниченной ответственностью «Восьмая заповедь» принято к производству, возбуждено производство по делу № А83-22148/2020, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета, спора привлечен ФИО3. Дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Определением от 05.03.2021 суд перешёл к рассмотрению дела №А83-22148/2020 по общим правилам искового производства, назначено предварительное судебное заседание.

Протокольным определением от 20.04.2021, руководствуясь положениями статьи 137 АПК РФ, суд окончил стадию досудебной подготовки и перешел к судебному разбирательству.

Определением от 20.04.2021 привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Министерство внутренней политики, информатизации и связи Республики Крым.

Судебное разбирательство откладывалось, в том числе по ходатайству ответчика с целью рассмотрения вопроса об урегулировании спора.

В судебном заседании 19.10.2021 судом в порядке статьи 163 АПК РФ объявлен перерыв до 26.10.2021.

Исковые требования основываются в частности на положениях ст.ст. 1225, 1226, 1228, 1229, 1233, 1255, 1259, 1270, 1300, 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации и обоснованы нарушением ответчиком исключительных прав на фотографическое произведение с изображением детей занимающихся спортом автором которого является ФИО3, путем размещения на сайте с доменным именем gazetacrimea.ru, администратором которого является ответчик. Исключительное право на указанное фотографическое произведение передано автором истцу в доверительное управление дополнительному соглашению № 1 от 09.09.2019 к Договору № ДУ-300819 от 30.08.2019.

Ответчик против исковых требований возражал, по основаниям, изложенным в отзыве, в частности указывая на то что протокол осмотра доказательств, представленный истцом в подтверждение факта принадлежности авторства ФИО3 на спорное фотографическое, произведение не является допустимым доказательством. Выразил мнение о том, что осмотренный нотариусом файл является не исходным, а обработанным файлом, созданным путем редактирования неизвестного исходного файла, что ставит под сомнение авторство ФИО3 Кроме того, указал на то, что протокол осмотра доказательств получен с нарушением действующего законодательством о нотариате, осмотр проведен без извещения заинтересованного лица, а авторство цифровой фотографии не может подтверждаться нотариусом путем осмотра доказательств. Также ответчик считает, что истец не наделен правом на обращение в суд с настоящим иском, так как по договору от 30.09.2019 № ДУ-300819 истец не является правообладателем исключительных прав на спорное фотографическое произведение. Заявил о снижении размера компенсации.

Изучив материалы дела, исследовав представленные доказательства, заслушав мнения сторон, суд установил следующее.

Как установлено судом и усматривается из материалов дела, обращаясь с настоящим иском, общество указало на незаконное использование ответчиком фотографического произведения, автором которого является ФИО3, путем размещения ее на принадлежащем ГБУ РК «Редакция газеты «Крымская газета» Интернет-сайте с доменным именем gazetacrimea.ru в разделе «2 Дворец городу детства», в подтверждение чего был произведен нотариальный осмотр сайта и в материалы дела представлен нотариальный протокол осмотра доказательств от 11.11.2020, зарегистрированный в реестре под № 34/84-н/34-2020-2-1280.

Согласно указанному нотариальному протоколу осмотра доказательств, нотариусом г. Волгограда произведен осмотр фотографического произведения идентичного фотографическому произведению, расположенному на сайте ответчика, в формате jpg, а именно: полноразмерного экземпляра фотографического произведения, предоставленного в виде файла с именем IMG_1341jpg, в свойствах которого указаны: автор фотографического произведения – Алексей Сатыренко, дата и время создания фотографического произведения: 24 апреля 2016 года в 13 час. 21 мин, размер (разрешение) фотографического произведения: 5616х3744 пикселей.

В подтверждение наличия права на обращение в арбитражный суд с настоящим иском истец в материалы дела представил договор доверительного управления исключительными правами на фотографические произведения от 30.08.2019 № ДУ-300819, а также дополнительное соглашение к указанному договору №1 от 09.09.2019, заключенные между истцом и ФИО3

По условиям договора от 30.08.2019 № ДУ-300819 доверительный управляющий обязан обеспечить сохранность и защиту исключительных прав на фотографические произведения, находящихся в доверительном управлении (пункт 3.4.5 договора), и в связи с этим наделен правами по: выявлению нарушений исключительных прав на фотографические произведения (пункт 3.3.2 договора); направлению нарушителям претензий с требованием прекращения нарушения исключительных прав и выплаты компенсаций за нарушение исключительных прав (пункт 3.3.3 договора); обращению от своего имени с исками в суд, связанными с защитой прав и законных интересов учредителя управления (пункт 3.3.3 договора).

С целью урегулирования возникшей ситуации истцом в адрес ответчика направлена досудебная претензия от 19.11.2020 № 305-19-11П с требованием прекратить дальнейшее незаконное использование фотографического произведения и выплатить компенсацию за нарушение исключительного права на фотографическое произведение.

Поскольку ответчик не исполнил требований претензии истца, последний обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

В соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим Кодексом.

В силу пунктов 1 и 3 статьи 1228 ГК РФ автором результата интеллектуальной деятельности признается гражданин, творческим трудом которого создан такой результат.

Действующее законодательство не устанавливает никаких специальных условий, которые были бы необходимы для признания фотографических произведений объектом авторского права и для предоставления ему соответствующей охраны, в связи с чем, автор (фотограф) уже в силу самого факта создания произведения (любой фотографии) обладает авторскими правами на него вне зависимости от его художественного значения и ценности.

В силу пункта 4 статьи 1259 ГК РФ для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей.

Согласно положениям статей 1229 и 1270 ГК РФ использование другими лицами фотографического изображения, являющегося объектом исключительных прав, без согласия правообладателя является незаконным.

Статьями 1250 и 1252 ГК РФ предусмотрены способы защиты нарушения исключительных прав.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными указанным Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Статьей 1301 ГК РФ предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение, автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных указанным Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253 ГК РФ), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 названного Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При этом, при разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права или смежных прав, необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. Истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком.

Согласно разъяснению, данному в пункте 109 постановления № 10, при рассмотрении судом дела о защите авторских прав надлежит исходить из того, что, пока не доказано иное, автором произведения считается лицо, указанное в качестве такового на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 ГК РФ (статья 1257 ГК РФ), в Реестре программ для ЭВМ или в Реестре баз данных (пункт 6 статьи 1262 ГК РФ).

Необходимость исследования иных доказательств может возникнуть в случае, если авторство лица на произведение оспаривается путем представления соответствующих доказательств. При этом отсутствует исчерпывающий перечень доказательств авторства. Например, об авторстве конкретного лица на фотографию может свидетельствовать в числе прочего представление этим лицом необработанной фотографии.

Правообладателем, получившим исключительное право на основании договора об отчуждении исключительного права, считается лицо, указанное в представленном в суд договоре. Необходимость исследования обстоятельств возникновения авторского права и перехода этого права к правопредшественнику истца отсутствует, если право истца не оспаривается при представлении ответчиком соответствующих доказательств (пункт 110 постановления № 10).

Как усматривается из материалов дела, в подтверждение авторства ФИО3 на спорное фотографическое произведение, факта размещения ответчиком на принадлежащем ему сайте спорного фотографического произведения, наличия у истца права на подачу настоящего искового заявления истцом в материалы дела представлены:

- нотариальный протокол осмотра доказательств от 11.11.2020, зарегистрированный в реестре под № 34/84-н/34-2020-2-1280, в котором указано, что нотариусом города Волгограда ФИО4 произведен осмотр доказательств: полноразмерного экземпляра и оригинала исходного фотографического произведения в формате RAW (необработанной фотографии) с изображением детей в кимоно для единоборств, а также информационных ресурсов, опубликованных в электронном виде в информационно-телекоммуникационной сети общего пользования Интернет по адресам : https://gazetacrimea.ru/news/top-7-sportivnih-stroek-krima-36892 https://живуспортом.рф/news/taj-bo-kids;

- договор доверительного управления исключительными правами на фотографические произведения от 30.08.2019 № ДУ-300819;

- дополнительное соглашение №1 от 09.09.2019 к договору доверительного управления исключительными правами на фотографические произведения от 30.08.2019 № ДУ-300819.

Как усматривается из протокола осмотра доказательств от 11.11.2020, зарегистрированном в реестре под № 34/84-н/34-2020-2-1280, нотариус г. Волгограда ФИО4 произведен осмотр фотографического произведения идентичного фотографическому произведению, расположенному на сайте ответчика, в формате jpg, а именно: полноразмерного экземпляра фотографического произведения, предоставленного в виде файла с именем IMG_1341jpg, в свойствах которого указаны: автор фотографического произведения – Алексей Сатыренко, дата и время создания фотографического произведения: 24 апреля 2016 года в 13 час. 21 мин, размер (разрешение) фотографического произведения: 5616х3744 пикселей.

Кроме того, третье лицо – ФИО3 в отзыве на исковое заявление также подтвердил свое авторство на спорное фотографическое произведение.

Администрирование домена gazetacrimea.ru и размещение на указанном Интернет-ресурсе спорного фотографического произведения ответчиком не оспаривается, и подтверждено материалами дела.

Частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Однако такая обязанность не является безграничной. Если истец в подтверждение своих доводов приводит убедительные доказательства, а ответчик с ними не соглашается, не представляя документы, подтверждающие его позицию, то возложение на истца дополнительного бремени опровержения документально не подтвержденной позиции процессуального оппонента будет противоречить состязательному характеру судопроизводства (статьи 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как указывалось выше, по данной категории споров истец, обратившийся с иском о взыскании компенсации за нарушение исключительных авторских прав, должен доказать факт принадлежности исключительного права на соответствующий результат интеллектуальной деятельности и факт использования ответчиком такого объекта интеллектуальной собственности. В свою очередь, ответчик должен подтвердить правомерность использования спорного объекта исключительных авторских прав.

Применительно к обстоятельствам данного спора и, в частности, позиции, занятой ответчиком, поставившим под сомнение авторство ФИО3 на спорное фотографическое произведение, обуславливающее право на иск, ответчику надлежало представить также документы, подтверждающие данную позицию, что последним сделано не было.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.01.2018 № 305-ЭС17-13822 по делу № А40-4350/2016.

Согласно разъяснению, данному в пункте 109 Постановления № 10, при рассмотрении судом дела о защите авторских прав надлежит исходить из того, что, пока не доказано иное, автором произведения считается лицо, указанное в качестве такового на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 ГК РФ (статья 1257 ГК РФ), в Реестре программ для ЭВМ или в Реестре баз данных (пункт 6 статьи 1262 ГК РФ).

Необходимость исследования иных доказательств может возникнуть в случае, если авторство лица на произведение оспаривается путем представления соответствующих доказательств. При этом отсутствует исчерпывающий перечень доказательств авторства. Например, об авторстве конкретного лица на фотографию может свидетельствовать в числе прочего представление этим лицом необработанной фотографии. Правообладателем, получившим исключительное право на основании договора об отчуждении исключительного права, считается лицо, указанное в представленном в суд договоре. Необходимость исследования обстоятельств возникновения авторского права и перехода этого права к правопредшественнику истца отсутствует, если право истца не оспаривается при представлении ответчиком соответствующих доказательств (пункт 110 Постановления № 10).

Позиция ответчика по делу, по сути, состоит в оспаривании доводов истца и третьего лица об авторстве ФИО3 на спорную фотографию и представленных истцом доказательств авторства третьего лица, в частности, ответчик предположил, что нотариус осматривал не исходный (неизмененный) файл с фотографией и, что в представленном на осмотр нотариусу файле с фотографией могли быть изменены сведения о ее авторе.

При этом, как усматривается из материалов дела, ответчик не указал лицо, которое, по его мнению, является автором и правообладателем спорного фотографического произведения, а также не представил доказательства правомерности использования им спорного фотографического произведения.

Из материалов дела не усматривается, что презумпция авторства третьего лица, указанного в качестве автора в свойствах спорного фотографического произведения, опровергнута ответчиком документально.

В соответствии с частью 5 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, или если нотариальный акт не был отменен в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством для рассмотрения заявлений о совершенных нотариальных действиях или об отказе в их совершении.

Согласно статье 49 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате от 11.02.1993 № 4462-1 заинтересованное лицо, считающее неправильным совершенное нотариальное действие или отказ в совершении нотариального действия, вправе подать об этом жалобу в районный суд по месту нахождения государственной нотариальной конторы (нотариуса, занимающегося частной практикой).

Возникший между заинтересованными лицами спор о праве, основанный на совершенном нотариальном действии, рассматривается судом или арбитражным судом в порядке искового производства.

Применительно к изложенным нормам материального и процессуального права, суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае у суда отсутствуют основания для признания нотариального протокола осмотра доказательств от 11.11.2020, зарегистрированного в реестре под № 34/84-н/34-2020-2-1280, ненадлежащим доказательством, поскольку в материалах дела отсутствуют сведения об оспаривании указанного протокола осмотра доказательств, в порядке, установленном процессуальным законодательством.

Кроме того, подлинность предоставленного истцом в материалы дела нотариального протокол осмотра доказательств от 11.11.2020, зарегистрированного в реестре под №34/84-н/34-2020-2-1280 не опровергнута в порядке, установленным статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Довод ответчика о недопустимости использования в качестве доказательства протокола, так как нарушены положения статей 102, 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Верховным Советом Российской Федерации 11.02.1993 № 4462-1 (далее - Основы), в части присутствия заинтересованных лиц, отклоняется судом.

Согласно статье 102 названных Основ (в редакции, действовавшей в момент составления протоколов осмотра) по просьбе заинтересованных лиц нотариус обеспечивает доказательства, необходимые в случае возникновения дела в суде или административном органе, если имеются основания полагать, что представление доказательств впоследствии станет невозможным или затруднительным.

Таким образом, основанием для обеспечения доказательств является предполагаемая возможность утраты ими доказательственного значения в будущем судебном процессе.

В силу абзаца первого статьи 103 Основ в порядке обеспечения доказательств нотариус производит осмотр письменных и вещественных доказательств.

Нотариус извещает о времени и месте обеспечения доказательств стороны и заинтересованных лиц, однако неявка их не является препятствием для выполнения действий по обеспечению доказательств (абзац третий статьи 103 Основ).

Вместе с тем в соответствии с абзацем четвертым статьи 103 Основ обеспечение доказательств без извещения одной из сторон и заинтересованных лиц производится лишь в случаях, не терпящих отлагательства, или когда нельзя определить, кто впоследствии будет участвовать в деле.

Информация в сети Интернет не обладает свойством постоянства, так как может быть легко изменена, удалена или утрачена по иным причинам, в частности ввиду обновления Интернет-сайта. В связи с этим в целях обеспечения отражения достоверности информации, размещенной в сети Интернет, на текущий момент времени ее осмотр и фиксация должны осуществляться безотлагательно. В противном случае, при извещении нотариусом заинтересованных лиц (правонарушителя), о времени и месте обеспечения такого доказательства, указанная цель не будет достигнута.

При таких обстоятельствах, представленный в материалы дела протокол осмотра доказательств от 11.11.2020, зарегистрированном в реестре под № 34/84-н/34-2020-2-1280, является надлежащим подтверждением того факта, что автором произведения является именно ФИО3

В соответствии с частями 1 и 3 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

Статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

В рассматриваемом случае, ответчик в обоснование своих возражений против искового заявления не представил в материалы дела доказательств того, что автором спорного фотографического произведения является иное лицо, а также доказательств правомерности использования спорного фотографического произведения, равно как и доказательств того, что нотариальный протокол осмотра доказательств, представленный истцом в материалы дела оспорен в порядке, установленном арбитражным процессуальным законодательством.

В силу статьи 1257 ГК РФ автором произведения науки, литературы или искусства признается гражданин, творческим трудом которого оно создано. Лицо, указанное в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 ГК РФ, считается его автором, если не доказано иное.

Таким образом, первоначально исключительное право на произведение возникает у его автора, под которым российским законодательством понимается исключительно физическое лицо.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1012 ГК РФ по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя).

В силу пункта 2 той же статьи, осуществляя доверительное управление имуществом, доверительный управляющий вправе совершать в отношении этого имущества в соответствии с договором доверительного управления любые юридические и фактические действия в интересах выгодоприобретателя. Доверительное управление исключительными правами, в том числе исключительными правами на произведения, прямо предусмотрено пунктом 1 статьи 1013 ГК РФ, содержащим перечень возможных объектов доверительного управления.

При этом, несмотря на то обстоятельство, что в пункте 2 статьи 1250 ГК РФ доверительный управляющий прямо не назван в числе лиц, имеющих право на обращение в суд за защитой нарушенного исключительного права, в случае, если исключительное право передано именно в доверительное управление, то доверительный управляющий вправе как осуществлять переданные ему в управление права, так и защищать их такими же способами, какими обладает правообладатель. При этом исключительные права к доверительному управляющему не переходят.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 49 Постановления № 10, право доверительного управляющего на защиту исключительного права следует из права на защиту, принадлежащего учредителю доверительного управления. Соответственно, если учредитель управления является правообладателем и в доверительное управление передается право использования результата интеллектуальной деятельности определенным способом (или всеми способами), то доверительный управляющий вправе как осуществлять переданные ему в управление права, так и защищать их такими же способами, какими обладает правообладатель.

При этом судом установлено, что между истцом (доверительным управляющим) и ФИО3 (учредителем управления) 30.08.2019 заключен договор № ДУ-300819 доверительного управления исключительными правами на фотографические произведения сроком действия на 5 лет.

Пунктами 1.1, 1.2 этого договора предусмотрено, что учредитель управления передает доверительному управляющему на срок, установленный в настоящем договоре, в доверительное управление исключительные права на созданные учредителем управления фотографические произведения, перечень которых установлен в приложениях к договору (с учетом дополнительного соглашения № 1 от 09.09.2019), а доверительный управляющий обязуется осуществлять управление имуществом в интересах учредителя.

В силу пункта 3.3 договора доверительный управляющий имеет право совершать в отношении исключительных прав на фотографические произведения любые юридические и фактические действия в интересах учредителя управления, в том числе:

- выявлять нарушения исключительных прав на фотографические произведения (п. 3.3.2 договора);

- в случае выявления нарушений исключительных прав на фотографические произведения и в целях их защиты, доверительный управляющий вправе требовать всякого устранения нарушения исключительных прав на фотографические произведения в соответствии с законодательством Российской Федерации, а именно: направлять нарушителям претензии с требованием прекращения нарушения исключительных прав и выплаты компенсаций за нарушение исключительных прав; от своего имени предъявлять иски в суд, связанные с защитой прав и законных интересов учредителя управления; совершать от своего имени любые иные действия, связанные с защитой прав и законных интересов учредителя управления (подпункты 3.3.3; 3.3.3.1; 3.3.3.2; 3.3.3.3 договора).

Таким образом, исследовав и оценив условия дополнительного соглашения №1 от 09.09.2019 к договору от 30.08.2020 № ДУ-300819 доверительного управления исключительными правами и акта приема-передачи от 09.09.2019, руководствуясь правилами статьи 431 ГК РФ о толковании договора, суд установил, что истец имеет право на обращение в суд с заявленными исковыми требованиями при обнаружении нарушения прав на фотографию, автором которой является ФИО3

В связи с указанным доводы ответчика о том, что ООО «Восьмая заповедь» является ненадлежащим истцом не принимаются судом.

Исходя из изложенных обстоятельств, вопреки доводам ответчика, суд приходит к выводу о доказанности истцом наличия у него права на защиту, обусловленного нахождением исключительного права на спорное фотографическое произведение в его доверительном управлении, а также факта незаконного использования ответчиком этого произведения путем его размещения на интернет-сайте. При этом правовые основания для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности в виде взыскания компенсации за нарушение исключительных прав истца на фотографическое произведение отсутствуют.

Положениями подпункта 1 пункта 1 статьи 1274 ГК РФ установлены условия использования чужого произведения без получения разрешения его правообладателя, когда это будет являться правомерным. Так, допускается без согласия автора или иного правообладателя и без выплаты вознаграждения, но с обязательным указанием имени автора, произведение которого используется, и источника заимствования, в частности, цитирование в оригинале и в переводе в научных, полемических, критических, информационных, учебных целях, в целях раскрытия творческого замысла автора правомерно обнародованных произведений в объеме, оправданном целью цитирования, включая воспроизведение отрывков из газетных и журнальных статей в форме обзоров печати.

В пункте 98 Постановления от 23.04.2019 № 10 разъяснено, что при применении норм пункта 1 статьи 1274 ГК РФ необходимо иметь в виду, в частности то, что положениями подпункта 1 указанного пункта допускается возможность цитирования любого произведения, в том числе фотографического, если это произведение было правомерно обнародовано и если цитирование осуществлено в целях и в объеме, указанных в данной норме.

При этом действия ответчика не содержат признаков ссылки, цитирования фотографического произведения ввиду отсутствия таких отметок, как указание автора произведения и источника заимствования (статья 1274 ГК РФ).

Также суд отмечает, что подпункт 1 пункта 2 статьи 1300 ГК РФ содержит запрет удаления или изменения информации об авторском праве без разрешения автора или иного правообладателя.

В нарушение указанных норм, ответчиком не только использовано фотографическое произведение в отсутствие разрешения правообладателя, но и была удалена информация об авторском, что свидетельствует о незаконности использования материала.

Судом установлено, что доказательств передачи исключительных прав на спорное фотографическое произведение, а также согласия правообладателя на использование фотографического произведения, ответчиком в материалы дела не представлено. Иного судом не установлено.

Как отмечено в Обзоре судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите исключительных прав, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, при взыскании компенсации не учитываются сведения о том, знал ли нарушитель о неправомерности своих действий.

При этом доказательств законности использования спорного фотографического произведения ответчиком в материалы дела не представлено, равно как и не опровергнуты обстоятельства удаления информации об авторском праве, с учетом наличия таковых на оригинале фотографического произведения.

Довод ответчика о нахождении спорного изображения в свободном доступе правового значения для рассмотрения настоящего спора не имеют.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных указанным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Согласно статье 1301 ГК РФ, в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных названным Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

- в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда;

- в двукратном размере стоимости экземпляров произведения;

- в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

В рассматриваемом случае из искового заявления усматривается, что истцом был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 1301 ГК РФ.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, определения Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2017 № 308-ЭС17-3088, № 308-ЭС17-4299). Аналогичное положение о том, что суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации, закреплено в пункте 59 Постановления Пленума № 10.

При этом согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

В пунктах 43.2 и 43.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 5, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (действующего на даты обращения с настоящим иском) разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

Как следует из искового заявления, истец оценивает компенсацию, подлежащую взысканию в сумме 50 000 руб. за один факт незаконного использования фотографического произведения на основании статьи 1301 ГК РФ. По мнению истца, предъявленная ко взысканию сумма компенсации в размере 50 000 руб. является обоснованной и не завышенной.

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252 ГК РФ).

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе, носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 20.11.2012 № 8953/12 указал, что размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в имущественное положение, в котором находился бы, если бы объект интеллектуальной собственности использовался правомерно.

Суд принимает во внимание, что размер компенсации не может быть менее установленного законом.

В свою очередь, ответчик, предъявленный к взысканию размер компенсации считал завышенным, заявил ходатайство о снижении, просит определить размер компенсации в минимальном размере ссылаясь на однократность нарушения, отсутствие доказательств значительности ущерба, причиненного указанным нарушением, указывает, что фотография использовалась ответчиком в информационных целях, ответчик не извлекал какой-либо экономической выгоды от ее использования. Кроме того, ссылался на то, что учреждение является бюджетным, стоимость фотографий утверждена Приказом учреждения и согласована Министерством внутренней политики, информации и связи Республики Крым и составляет 100 руб. за одну фотографию для сайта, в связи с чем, учреждение в случае закупки такого товара, как фотография, могла бы осуществить оплату лишь в размере 100 руб. за одну единицу.

Рассматривая вопрос об обоснованности размера компенсации, суд исходит из следующих обстоятельств.

Принимается во внимание минимальный размер компенсации за нарушение исключительного права, однократность выявленного нарушения, отсутствие доказательств значительности ущерба, причиненного указанным нарушением, а нарушение прав истца не являлось частью предпринимательской деятельности ответчика и не носило грубый характер.

Также суд учитывает, что, исходя из характера и вида деятельности ответчика, размещение фотоизображения не направлено на нарушение прав именно в связи с осуществлением предпринимательской деятельности.

Указанные обстоятельства не влекут полного освобождения от ответственности при доказанности нарушения прав, вместе с тем могут учитываться при определении размера компенсации (с учетом степени вины нарушителя).

При этом, суд принимает во внимание отсутствие в материалах дела доказательств того, что спорное фотографическое произведение имеет коммерческую ценность (на возмездной основе предоставлялись права на использование произведения) и в результате действий ответчика произведение утратило коммерческую ценность; что незаконное использование произведения являлось существенной частью хозяйственной деятельности ответчика.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П, суд, проанализировав зависимость от характера нарушения и иных обстоятельств дела, полагает, что имеются необходимые условия для уменьшения размера компенсации.

В данном случае с учетом, характера допущенного нарушения, степени вины нарушителя, суд пришел к выводу, что размер компенсации в размере 10 000 руб. за каждый один факт нарушения в достаточной мере отвечает принципам разумности и справедливости, соразмерности последствиям нарушения.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Согласно Определению Конституционного Суда Российской Федерации от 04.10.2012 № 1851-О из содержания статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что перечень судебных издержек не является исчерпывающим, а потому, исходя из взаимосвязи этой статьи с положениями статей 64 и 65 АПК, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений. Однако при разрешении вопроса о судебных издержках расходы, связанные с получением указанных сведений, как и иные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, требуют судебной оценки на предмет их связи с рассмотрением дела, а также их необходимости, оправданности и разумности.

Следовательно, действующим законодательством не исключается отнесение на проигравшую спор сторону расходов на получение доказательств по делу, однако они должны быть объективно необходимыми, оправданными и разумными. В частности, это имеет место в том случае, если представление соответствующих доказательств истцом является обязательным, а их непредставление исключает возможность обращения с соответствующим иском или его удовлетворения. При ином подходе существует возможность возложения на проигравшую сторону чрезмерных расходов, понесенных другой стороной при получении доказательств в подтверждение своей правовой позиции, в том числе доказательств, представление которых не требовалось с учетом предмета доказывания по конкретному делу либо которые могли быть получены без несения расходов.

В рассматриваемом случае, расходы истца по нотариальному удостоверению осмотра сайтов были связаны с необходимостью обеспечения доказательств, не терпящих отлагательства, имеющих значение для рассмотрения дела, в связи с чем, подлежат удовлетворению.

Расходы по уплате государственной пошлины на основании статьи 110 АПК РФ также подлежат отнесению на ответчика. Данная позиция согласуется с постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 28.10.2021 № 46-П.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 170, 176, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Республики Крым «Редакция газеты «Крымская газета» в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Восьмая заповедь» компенсацию за нарушение исключительного права в размере 10 000 руб.

В остальной части исковых требований – отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Республики Крым «Редакция газеты «Крымская газета» в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Восьмая заповедь» судебные расходы в размере 5200 руб., в том числе: 2000 руб. расходов, связанных с оплатой государственной пошлины и 3200 руб. расходов, понесенных на нотариальное удостоверение доказательств.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Республики Крым в порядке апелляционного производства в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд (299011, <...>) в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).


Судья И.В. Плотников