Постановление от 10 марта 2021 г. по делу № А40-77319/2016

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

10.03.2021

Дело № А40-77319/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 02.03.2021

Полный текст постановления изготовлен 10.03.2021

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего-судьи Кручининой Н.А.,

судей: Коротковой Е.Н., Каменецкого Д.В.

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 01.03.2021,

представитель комитета кредиторов АО «Нефтегазмонтаж» ФИО3 (лично, паспорт, протокол от 06.07.2021),

рассмотрев 02.03.2021 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 15.10.2020

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2020

о привлечении ФИО1 (солидарно с ФИО5, ФИО6, ФИО7) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) АО «Нефтегазмонтаж».

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 22.02.2018 АО «Нефтегазмонтаж» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО8. Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «КоммерсантЪ» № 55 от 31.03.2018.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.06.2018 арбитражный управляющий ФИО8 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО9.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2018 в одно производство для совместного рассмотрения были объединены заявления ООО «СТРОЙИНДУСТРИЯ» и ООО «ПрофБК», конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующих должника лиц ФИО5, ФИО6, ФИО1, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Нефтегазмонтаж».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2019 к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Нефтегазмонтаж» солидарно привлечены контролирующие должника лица: ФИО5, ФИО6, ФИО7, в удовлетворении оставшейся части заявления - отказано, рассмотрение заявления было приостановлено в части установления размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2019 было оставлено без изменения.

При рассмотрении данного обособленного спора судами установлено, что ФИО5 являлся генеральным директором должника в период с 21.04.2008 по 24.09.2012, с 22.03.2016 по 29.09.2016, ФИО6 - генеральным директором в период с 25.09.2012 по 22.03.2013, ФИО7 - председателем ликвидационной комиссии с 19.04.2017 по 30.08.2018, ФИО1 - заместителем генерального директора по финансовым вопросам на основании приказа от 20.04.2014.

Установив, что ФИО5, ФИО6 и ФИО7 являлись контролирующими должника лицами, действия которых повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов, суды пришли к выводу о наличии правовых оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Отказывая в удовлетворении заявления в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по долгам АО «Нефтегазмонтаж», суды исходили из того, что ответчик не являлась лицом, ответственным за ведение бухгалтерского учета, не заключала сделки в отношении имущества должника, поскольку лицом ответственным за ведение бухгалтерской отчетности должника являлся ФИО6, что подтверждается аудиторским заключением по финансовой (бухгалтерской) отчетности АО «Нефтегазмонтаж» за период с 01.01.2014 по 31.12.2014, согласно которому ответственность за предоставленную отчетность несет исполнительный орган - генеральный директор ФИО6, затем ответственным за ведение бухгалтерской отчетности лицом стал главный бухгалтер должника - ФИО10, что подтверждается решением № 12/2 от 03.02.2015 о возобновлении проведения выездной налоговой проверки, подписантом со стороны АО «Нефтегазмонтаж» в котором являлась ФИО10

Кроме того, суды учитывали, что определением Арбитражного суда города Москвы от 11.06.2019 по настоящему делу о банкротстве были признаны недействительными операции по выводу наличных денежных средств с расчетных счетов должника в Центральном филиале АБ «Россия» № 40702810746010006295, в АО «Альфа-банк» № 40702810401100006456, в ПАО «Банк ВТБ», в ПАО «Банк ВТБ» № 40702810500000063657, в ПАО «Сбербанк России» № 40702810438260020855, совершенные в период с 22.04.2013 по 07.09.2016 и с ФИО1 в пользу должника уже были взысканы денежные средства в размере 3 888 000 руб.

По мнению судов, поскольку заключенные договоры с компаниями ООО «Металлинвест», ООО «Нефть-Инвест», ООО «Электротехмаш», ООО «Промышленное оборудование», не содержат доказательств подписания их непосредственно ФИО1, а подписание впоследствии финансовых документов для перечисления денежных средств по этим договорам ФИО1 было связано исключительно с исполнением ее должностных обязанностей и указаний руководителей должника - ФИО6 и ФИО5, то оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не имеется.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.01.2020 определение Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2019 отменены в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, обособленный спор в отмененной части направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, суд округа указал, что суды не учли доводы управляющего со ссылкой на то, что ФИО1 являлась контролирующим лицом должника, будучи заместителем генерального директора по финансовым вопросам должника на основании приказа № 35 от 20.04.2014 ФИО1 имела реальную возможность распоряжаться денежными средствами должника, а в фирмах, куда обществом перечислялись денежные средства по документам за подписью ФИО1, она являлась генеральным директором.

По результатам нового рассмотрения обособленного спора определением Арбитражного суда города Москвы от 15.10.2020 привлечены ФИО1 (солидарно с ФИО5, ФИО6, ФИО7) к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Нефтегазмонтаж», рассмотрение заявления в части установления размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2020 определение Арбитражного суда города Москвы от 15.10.2020 оставлено без изменения.

Как установлено судами при повторном рассмотрении обособленного спора в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приказом № 35 от 20.04.2014 о принятии ее на должность заместителя генерального директора по финансовым вопросам обязанности Гребневой Е.Е были предоставлены права и возложены обязанности, в том числе, по распоряжению денежными средствами общества (п. 4); - подписанию финансовых документов, включая платежные поручения и иные документы, необходимые для оформления банковских операций (п. 4); - ведению бухгалтерского учета (п. 3).

Таким образом, суды установили, что ФИО1 имела реальную возможность распоряжаться денежными средствами должника, на нее была выдана соответствующая доверенность (доверенность от 24.04.2014, доверенность от 28.05.2015).

Судами также приняты во внимание установленные вступившим в законную силу судебным актом по настоящему делу о банкротстве (определение Арбитражного суда города Москвы от 11.06.2019), которым признаны недействительными операции по выводу наличных денежных средств с расчетных счетов Должника в Центральном филиале АБ «Россия» № 40702810746010006295, в АО «Альфа-банк» № 40702810401100006456, в ПАО «Банк ВТБ», правопреемник АО «Банк Москвы» № 40702810201990000038, в ПАО «Банк ВТБ» № 40702810500000063657, в ПАО «Сбербанк России» № 40702810438260020855, совершенные в период с 22.04.2013 по 07.09.2016. Судом с ФИО1 взысканы денежных средств в размере 3 888 000,00 руб.

Указанным судебным актом установлено, что ответчик осуществляла вывод наличных денежных средств со счетов должника, чем причинила существенный вред имущественным правам кредиторов, денежные средства были сняты с расчетных счетов АО «Нефтегазмонтаж» и не были внесены в кассу общества, снятие денежных средств производилось как ФИО1 лично, так и иными лицами - ФИО11 (которая действовала по доверенности от 06.09.2016, выданной ФИО1), ФИО12, ФИО13, денежные средства, снятые указанными лицами с расчетных счетов должника, выбыли из его имущественной массы, не были направлены на погашение кредиторской задолженности и фактически исчезли, при этом, ФИО11 и ФИО12 указывали, что ФИО1 являлась их непосредственным начальником и, снимая денежные средства с расчетных счетов АО «Нефтегазмонтаж», они выполняли именно ее распоряжения.

Как следует из материалов дела, 09.12.2015, 25.05.2016 ФИО1 выдавала доверенности ФИО14, из которой следуют его полномочия также получать наличные денежные средства с расчетных счетов должника. При этом, доказательства того, что указанное лицо является сотрудником должника отсутствуют.

На основании указанных доверенностей вышеназванные лица (а также иные лица) сняли с расчетных счетов должника денежные средства в общей сумме 173 784 935,87 рублей.

Из сводной выписки из банковских счетов должника следует также, что ФИО1 лично снимала наличные денежные средства с расчетных счетов должника. В общей сумме ФИО1 было снято 10 421 078,25 рублей.

Более того, судами установлено, что ФИО1 являлась директором аффилированных к должнику компаний, на которые должник безвозмездно перечислял денежные средства, не получая никакого встречного исполнения: ООО «Нефть Инвест» (ИНН <***>, ОГРН <***>) - дебитор должника на сумму 98 016 500 рублей; ООО «Электротехмаш» (ИНН <***>, ОГРН <***>) - дебитор должника на сумму 152 138 783,94 рублей; ООО «Нефтегазовый холдинг» (ОГРН <***>, ИНН <***>); ООО «Промышленное оборудование» (ИНН <***>, ОГРН <***>) - дебитор Должника на сумму 107 760 979,71 рублей; - ООО «Металлинвест» (ИНН <***>, ОГРН <***>) - дебитор должника на сумму 149 810 774,99 рублей; ООО «Нефтегазинжиниринг» (ОГРН <***>, ИНН <***>); ООО «Резервуарные металлоконструкции» (ОГРН <***>, ИНН <***>).

При этом, судами с учетом отсутствия доказательств ведения данными юридическими лицами хозяйственной деятельности отклонены ссылки ФИО1 на наличие реальных хозяйственных отношений между должником и указанными лицами.

В связи с чем, суды пришли к выводу, что ФИО1, являясь финансовым директором группы компаний, совместно с иными контролирующими должника лицами осуществляла вывод денежных средств в целях личного обогащения, который не был связан с необходимостью осуществления текущей деятельности должника.

Суды также установили, что ФИО1 подлежит привлечению к ответственности как лицо, ответственное за ведение бухгалтерской отчетности должника, ввиду ее искажения и непередачи конкурсному управляющему должника.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение норм права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам, просит определение и постановление отменить и принять новый судебный акт, которым в удовлетворении заявленных к ней требований отказать.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на необоснованность выводов судов применительно к положениям статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), о том, что ФИО1 являлся контролирующим должника лицом и извлекала выгоду в связи с недобросовестными действиями контролирующих должника лиц.

Отзывы на кассационную жалобу от лиц, участвующих в деле, в адрес суда не поступали.

От конкурсного управляющего должника поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствии.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме. Представитель комитета кредиторов АО «Нефтегазмонтаж» ФИО3 против удовлетворения кассационной жалобы возражал.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив в порядке статей 284, 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На недопустимость отмен судебных актов судов первой и апелляционной инстанций судом кассационной инстанции в подобных ситуациях неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации в своих определениях, в том числе по делам Арбитражного суда Московского округа № А40-161453/2012, А40-68167/2016, А40-184890/2015, А40-111492/2013 (по обособленному спору о признании недействительным договора поручительства от 15.08.2012) и судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что обязана действовать в строгом соответствии со своими полномочиями, предусмотренными статьей 286, частью 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом того толкования норм процессуального права о полномочиях суда кассационной инстанции, которое дано высшей судебной инстанцией.

В отношении применения судами норм материального права судебная коллегия отмечает следующее.

В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве, в целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принят арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: - являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; - имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Так, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 22 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Вопросы о привлечении контролирующих должника лиц до даты вступления в силу Закона № 266-ФЗ (30.07.2017) регламентировались положениями статей 9 и 10 Закона о банкротстве.

Таким образом, к спорным правоотношениям подлежат применению нормы статей 9 и 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на дату совершения вменяемых ФИО1 деликтов.

Между и тем нормы статьи 10 Закона о банкротстве в указанной редакции соотносятся с нормами пункта 1, подпункта 1 и 2 пункта 2, пунктов 4, 5, 8, 10 и 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266.

Таким образом, применение норм материального права в редакции Федерального закона № 266 не привело к принятию неправильного судебного акта.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения абзаца пятого настоящего пункта применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций, ФИО1, обладая правом первой подписи финансовых документов, имела возможность распоряжаться денежными средствами должника в силу своего должностного положения, имела доступ к банковским счетам должника, выдавала доверенности на лиц, которые в дальнейшем непосредственно получали денежные средства с расчетных счетов должника, открытых в кредитных организациях, перечисляла денежные средства на счета организаций, в которых выступала в роли единоличного исполнительного органа.

Отклоняя доводы ФИО1 о номинальном характере ее деятельности, суд апелляционной инстанции указал, что, несмотря на то, что она не отвечала за бухгалтерскую отчетность напрямую, указанная отчетность составлялась на основании данных, за которые отвечала именно ФИО1

На основании изложенного, суды пришли к выводу, что в действиях ФИО1 усматривается состав правонарушения, влекущего, за собой привлечение ее к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Действуя в пределах своих полномочий, из которых исключены установление обстоятельств, самостоятельное исследование доказательств, переоценка тех доказательств, которые были исследованы и оценены судами первой и апелляционной инстанции, решение вопросов преимущества одних доказательств перед другими, а также вопросов достаточности доказательств, судебная коллегия суда кассационной инстанции отмечает, что судами первой и апелляционной инстанций были выполнены указания суда кассационной инстанции, изложенные в постановлении от 23.01.2020, установлены все имеющие значение для разрешения спора обстоятельства, на которые ссылался арбитражный управляющий в своем заявлении, исследованы все доказательства, которым дана оценка в совокупности, в обжалуемых судебных актах приведены достаточные мотивы, по которым суд пришел к выводам о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводы судов первой и апелляционной инстанций, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суд оценил с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в целом повторяют доводы, которые были предметом исследования в судах первой и апелляционной инстанций и им дана надлежащая правовая оценка с указанием в судебных актах мотивов их отклонения, с которой судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается.

Доводы кассационной жалобы о повторном привлечении к гражданско- правовой ответственности, поскольку ранее в виду признания сделок недействительными с нее в пользу должника взысканы денежных средств в размере 3 888 000,00 руб. не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку размер субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам должника не установлен.

Правом иной оценки исследованных судами доказательств суд кассационной инстанции не обладает, поскольку согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права, но не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Учитывая вышеизложенное и поскольку судами первой и апелляционной инстанций не было допущено таких нарушений норм материального и процессуального права при рассмотрении обособленного спора, которые могут быть положены в основание отмены судебного акта при проверке его законности в порядке кассационного производства, то судебная коллегия суда кассационной инстанции, действующая строго в пределах своих полномочий, считает, что обжалуемые судебные акты отмене не подлежат.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 15.10.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2020 по делу № А40-77319/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.


Председательствующий – судья Н.А. Кручинина

Судьи: Е.Н. Короткова

Д.В. Каменецкий