Постановление от 11 августа 2022 г. по делу № А56-118956/2019

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-118956/2019
11 августа 2022 года
г. Санкт-Петербург
/сд.2


Резолютивная часть постановления объявлена 04 августа 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 11 августа 2022 года


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Юркова И.В.

судей Будариной Е.В., Морозовой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1


при участии:

от конкурсного управляющего представитель ФИО2, доверенность от 08.10.2021;

от ФИО3 представитель ФИО4, доверенность от 15.12.2019;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-19629/2022) конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Нью Вей» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.05.2022 по делу № А56-118956/2019/сд.2, принятое по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Нью Вей» к ФИО3 о признании сделки недействительной, в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Нью Вей»,



УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о банкротстве ООО «Нью Вэй» конкурсный управляющий оспорил договор цессии от 20.10.2017, заключенный должником (цедент) и ФИО3 (цессионарий).

Определением суда от 23.05.2022 в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий просит отменить определение от 23.05.2022, поскольку, по его мнению, выводы суда первой инстанции об отсутствии признаков недействительности оспариваемой сделки не соответствуют обстоятельствам дела.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы, а представитель ФИО3 возражал против ее удовлетворения.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства и выслушав представителей лиц, участвующих в споре, апелляционный суд считает, что обжалуемое определение подлежит отмене с принятием нового решения об удовлетворении заявления.

Как видно из материалов дела, в соответствии с оспариваемым договором ООО «Нью Вэй» уступило в пользу ФИО3 право требования к ФИО5 на сумму 1 592 000 руб., возникшее в связи с расторжением договоров купли-продажи транспортных средств. Цена договора определена в размере 1 300 000 руб. (пункт 3.1); срок оплаты: до 31.12.2017 (пункт 3.5). Дополнительным соглашением от 16.11.2017 стороны уменьшили цену права требования до 1 078 504 руб. 34 коп. и прекратили денежное обязательство путем зачета встречных однородных требований ФИО3 к ООО «Нью Вэй», основанных на договорах займа от 01.07.2014 № 01/07/2014, от 26.09.2014 № 01/09/2014 и от 23.10.2014 № 01/10/2014. Договор от 20.10.2017 оспорен конкурсным управляющим по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4) изложена правовая позиция, согласно которой доказывание факта совершения сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов возможно и без использования презумпций, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Указанная правовая позиция сформулирована применительно к ситуации отчуждения должником актива по существенно заниженной цене в пользу аффилированного лица при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно материалам дела оспариваемая сделка совершена в отношении заинтересованного лица при наличии неисполненных денежных обязательств перед кредитором, предусмотренных договорами купли-продажи транспортных средств, заключенными в период с августа по декабрь 2014 года. Продавец отказался от исполнения договоров, потребовал возврата переданных в собственность должника автомобилей и компенсации убытков в виде упущенной выгоды в размере 4 221 900 руб. Указанные требования признаны обоснованными вступившим в законную силу судебным актом.

Как представляется апелляционному суду, приобретая право требования у контролируемого лица, ФИО3 не намеревался уплачивать покупную цену. Объективные данные, свидетельствующие в пользу такого намерения, в деле отсутствуют. Дополнительное соглашение к оспариваемому договору об уменьшении цены и прекращении денежного обязательства оформлено не ранее 2020 года (заключение эксперта от 13.12.2021 № 21/10/-А56-118956/2019/сд.2-ТЭД). Вероятностный характер выводов эксперта, обусловленный спецификой предмета исследования и современным уровнем научно-технического развития соответствующей отрасли знаний, не умаляет доказательственной силы экспертного заключения, но позволяет проверить достоверность выводов эксперта с помощью других доказательств. В частности, в акте приема-передачи документов ликвидатору, составленном 29.06.2018, дополнительное соглашение к договору цессии, равно и как и договоры займа от 01.07.2014 № 01/07/2014, от 26.09.2014 № 01/09/2014 и от 23.10.2014 № 01/10/2014 не указаны, в распоряжении конкурсного управляющего данные документы отсутствуют. Соответствующие хозяйственные операции не нашли отражения в бухгалтерском учете должника, что согласуется с выводами эксперта. В свою очередь, указание ответчика на недостатки экспертного заключения не сопряжено с заявлением ходатайства о назначении повторной экспертизы.

Таким образом, имеющиеся в деле доказательства позволяют квалифицировать оспариваемую сделку в качестве притворной, прикрывающей безвозмездное отчуждение имущества (дарение) с целью исключить возможность удовлетворения требований кредиторов из средств, полученных в результате осуществления права. Обжалуемое определение суда необходимо отменить, заявление удовлетворить.

Согласно объяснениям, данным представителем ФИО3 в судебном заседании, право требования, являющееся объектом оспариваемой сделки, прекращено путем совершения платежа в пользу цессионария. Поскольку реституция в натуральной форме невозможна, с ответчика следует взыскать денежный эквивалент прекращенного исполнением права требования (пункт 1 статьи 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика по правилам, установленным статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.05.2022 по делу № А56-118956/2019/сд.2 отменить.

Признать недействительным договор цессии от 20.10.2017.

Взыскать с ФИО3 в пользу ООО «Нью Вэй» 1 592 000 руб. по правилам о применении последствий недействительности сделки и 9 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.




Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


И.В. Юрков

Судьи


Е.В. Бударина

Н.А. Морозова