Решение от 2 сентября 2022 г. по делу № А40-242711/2020

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

г.Москва А40-242711/20-113-1770

2 сентября 2022 г.

Резолютивная часть решения объявлена 29 августа 2022 г.

Полный текст решения изготовлен 2 сентября 2022 г.

Арбитражный суд г.Москвы в составе:

председательствующего судьи А.Г.Алексеева

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску ООО «Энергопромстрой» к ООО «Формат»,

о взыскании 3 805 394,42 рублей,

встречному иску о взыскании 5 504 578 рублей,

при участии:

от истца – Школьный И.А. по доверенности от 9 июля 2022 г. № 7;

от ответчика – ФИО2 по доверенности от 3 ноября 2021 г. № 1;

У С Т А Н О В И Л :

Иск заявлен о взыскании с ответчика в пользу истца с учётом принятых судом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс), а также сформированных исковых требований по результатам оставления первоначального иска без движения, денежных средств в размере 10 850 000 рублей, перечисленных по договору от 13 мая 2020 г. № 31-ЭПС/2020 (далее – Договор), заключённому между истцом (заказчик) и ответчиком (подрядчик), расторжению Договора, а также неустойки за просрочку исполнения обязательств, кроме того, причинённых истцу ответчиком убытков, обязании ответчика предоставить истцу подписанные оригиналов счетов-фактур.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 19 мая 2021 г. исковые требования удовлетворены частично; с ООО «Формат» в пользу ООО «Энергопромстрой» взыскана сумма неосновательного обогащения в размере 10 850 000 рублей; неустойка в размере 1 550 000 рублей; расходы по уплате государственной пошлины в размере 30 180 рублей.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16 августа 2021 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 13 декабря 2021 г. решение Арбитражного суда города Москвы от 19 мая 2021 г. и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16 августа 2021 г. отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Определением от 17 марта 2022 г. принят отказ от иска ООО «Энергопромстрой» в части требований о взыскания убытков в размере 320 936,82 рублей.

Определением от 26 апреля 2022 г. к совместному рассмотрению принят встречный иск о взыскании задолженности по Договору в размере 1 726 420,81 рублей; неустойки в размере 85 578 рублей за просрочку оплаты выполненных работ с продолжением начисления по дату фактического исполнения, убытков причинённых прекращением Договора в размере 2 923 579,19 рублей.

Истец в судебном заседании настаивал на удовлетворении иска, возражал против удовлетворения встречного иска по доводам представленного отзыва.

Ответчик по иску возражал по доводам отзыва, настаивал на удовлетворении встречного иска.

От истца поступило ходатайство об отказе от исковых требований в части расторжения Договора, а также в части обязания ответчика предоставить истцу подписанные оригиналов счетов-фактур, подтверждающих получение авансовых платежей в размере 10 850 000 рублей по Договору.

Суд, исследовав материалы дела, считает, что отказ от иска может быть принят, производство по делу подлежит прекращению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде любой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в суде соответствующей инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Отказ истца от данного иска не противоречит закону и не нарушает права других лиц. Полномочия лиц, заявивших ходатайство об отказе от иска, судом проверены.

В силу подпункта 4 пункта 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса производство по делу подлежит прекращению, если суд установит, что истец отказался от иска и отказ принят судом.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришел следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, Договор заключён на выполнение с учётом климатических условий комплекса работ по устройству основания под стоянку и проезды методом комплексного укрепления грунтов на объекте: «Распределительный центр для хранения продукции № 1», расположенный по адресу: <...>».

Согласно п. 3.1 Договора его цена является твёрдой и составляла 15 500 000 рублей.

Согласно п.2.2 Договора общий объём работ составляет площадь грунтового основания из расчёта 17 550 м2.

В соответствии с пунктом 5.1.1 Договора начало работ – в течение 3-х рабочих дней с момента получения аванса.

Окончание работ – в течение 14-ти календарных дней с момента получения аванса.

При этом в графике производства работ (приложение № 2) стороны установили, что работы по Договору выполняются с 1 мая 2020г. по 24 мая 2020 г.

Во исполнение обязательств, предусмотренных п. 4.1.1 Договора заказчиком был перечислен подрядчику аванс в размере 10 850 000 рублей, что подтверждается платежными поручениями от 15 мая 2020 г. № 973, от 26 июня 2020 г. № 1351, от 2 июля 2020 г. № 1431, от 28 июля 2020 г. № 1640, от 7 августа 2020 г. № 1737.

Как указывает истец, работы по Договору ответчиком не выполнены частично.

В материалы дела представлен отзыв, в котором ответчик подтвердил, что весь объём работы, предусмотренный Договором им не был выполнен.

В подтверждение частичного исполнения работ по Договору ответчик приобщил к отзыву подписанный им в одностороннем порядке КС-2 от 15 сентября 2020 г. № 1 из которого усматривается, что за отчётный период с 13 мая 2020 г. по 15 сентября 2020 г. им были выполнены работы на общую сумму 12 576 420,81 рублей:

-стабилизация грунта комплексным вяжущим DOROMIX первого слоя на глубину 250 мм (расход 25 кг на 1 м2) Этап №1 в количестве 13 930 м2, на общую сумму 4 524 273,5 рублей, исходя из цены за м2 324,79 рублей;

-стабилизация грунта комплексным вяжущим DOROMIX второго слоя на глубину 250 мм (расход 25 кг на 1 м2) Этап №2 в количестве 14 420 м2, на общую сумму 4 888 831,91 рублей, исходя из цены за м2 339,03 рублей;

-устройство щебёночного основания с профилированием. Этап №3 в количестве 14 420 м2, на общую сумму 3 163 315,4 рублей, исходя из цены за м2 219,37 рублей.

Между тем, из расчёта стоимости производства работ по устройству основания под асфальтовое покрытие (приложение №3 к Договору) следует, что выполнение работ по стабилизации грунта комплексным вяжущим DOROMIX первого слоя на глубину 250 мм должно было быть выполнено в количестве 17 550 м2 на общую сумму 4 238 325 рублей, исходя из стоимости материалов в размере 112,5 рублей за 1 м2 и цены работ в размере 129 рублей за 1 м2.

Следовательно, стоимость работ по стабилизации грунта первого слоя, исходя из указанных ответчиком работ в количестве 13 930 м2 должна была составить: 13 930 * (112,5 + 129) = 3 364 095 рублей, но не 4 524 273,5 рублей.

Кроме того, нельзя признать обоснованным и указанный ответчиком в КС-2 от 15 сентября 2020 г. № 1 объём работ по стабилизации грунта второго слоя в количестве 14 420 м2, поскольку первый слой работ по стабилизации грунта был выполнен ответчиком по его утверждению в количестве 13 930 м2.

С учётом расценок указанных в приложении №3 к Договору, стоимость работ по стабилизации грунта второго слоя должна была составить: 13 930 * (112,5 + 129) = 3 364 095 рублей, но не 4 888 831,91 рублей.

Не подлежат оплате работы по устройству щебёночного основания в количестве 14 420 м2 на общую сумму 3 163 315,4 рублей, поскольку из приложения №3 к Договору усматривается, что укладка щебня должна была быть произведена в количестве 2 100 м3 общей стоимостью 3 114 993 рублей.

Кроме того, ответчиком указанные работы не могли быть выполнены в августе-сентябре 2020 года, как указано в КС-2 от 15 сентября 2020 г. № 1, поскольку на спорном строительном объекте работы по устройству асфальтового покрытия в указанный период времени выполнялись другим подрядчиком - ООО «Асфальт-Качество», что подтверждается договором подряда от 5 августа 2020 г. № 28.07.20-Э.

Из письма ООО «Асфальт-Качество» от 3 сентября 2020 г. следует, что в результате 146 выполненных измерений щебёночного основания 54% измерений имели недопустимые отклонения, в связи с чем, работы по устройству щебёночного основания не подлежали оплате по причине ненадлежащего качества указанных работ.

В нарушение п.14.2 Договора ответчик не уведомлял истца о необходимости проведения приёмки скрытых работ, доказательств иного в материалах дела не имеется и ответчиком не представлено.

Исполнительная документация в материалы дела не представлена.

Истец также, в нарушение требований п.17.3 Договора, не уведомлялся ответчиком о приёмке работ, указанных в КС-2 от 15 сентября 2020 г. № 1, в связи с чем, истец был лишён возможности принять участие в проверке объёмов и качества выполненных работ.

Представленные ответчиком в материалы дела фотографии также не могут быть приняты во внимание, поскольку не сопровождаются обязательными реквизитами в форме метаданных (не указаны время и место фотографирования, отсутствуют линейные замеры сфотографированных мест и деталей), в связи с чем не могут являться относимыми и достоверными доказательствами и подтвердить либо опровергнуть какие-либо фактические обстоятельства по данному делу.

Таким образом, вопреки представленному ответчиком расчёту, стоимость выполненных работ согласно представленному ответчиком в материалы дела КС-2 от 15 сентября 2020 г. № 1 составляет: 6 728 190 рублей (3 364 095 рублей стоимость работ по стабилизации грунта первого слоя в количестве 13 930 м2 + 3 364 095 рублей стоимость работ по стабилизации грунта второго слоя в количестве 13 930 м2).

При таких обстоятельствах, утверждение ответчика по первоначальному иску о выполнении им работ стоимостью 12 576 420,81 рублей нельзя признать законным и обоснованным.

Ссылка истца по встречному иску на то, что предусмотренный Договором объём работ подрядчик не смог выполнить полностью, поскольку заказчик не предоставил третий участок в пригодном для проведения работ виде подлежит отклонению, поскольку в нарушение ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса, им не представлено допустимых, достоверных и относимых доказательств, подтверждающих вышеуказанные обстоятельства.

Ссылка ООО «Формат» на письма от 29 июня 2020 г. № 83/20, от 8 июля 2020 г. № 85/20 о приостановке работ по причине ведения субподрядчиками смежных работ, а также письма от 7 августа 2020 г. № 106/20, от 17 августа 2020 г. № 117/20, не может быть принята во внимание в подтверждение указанных в них фактических обстоятельств, поскольку, в нарушение ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса, истцом по встречному иску не представлено доказательств вручения данных писем ООО «ЭнергоПромСтрой».

Подлежат отклонению также и доводы ООО «Формат» о том, что по состоянию на 14 августа 2020 г. им был выполнен объем работ стоимостью 9 413 105,41 рублей, поскольку из материалов дела усматривается, что КС-2 от 15 сентября 2020 г. № 1 был направлен курьерской почтой ООО «ЭнергоПромСтрой» только 16 сентября 2020 г., что также подтверждается представленной ООО «Формат» в материалы дела почтовой накладной от 16 сентября 2020 г. № 42551915.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют допустимые и достоверные доказательства вручения ООО «ЭнергоПромСтрой» исполнительной документации по стабилизации основания (акты освидетельствования скрытых работ, исполнительные схемы, протоколы испытаний).

Ссылка ООО «Формат» на Реестр исполнительной документации по стабилизации основания, в получении которого расписался инженер строительного контроля ФИО3, таким доказательством не является, поскольку из него не усматривается, что он, во-первых, подписан со стороны ООО «ЭнергоПромСтрой» ФИО3, а во-вторых, в нарушение требований п.26.4 Договора, истец по встречному иску не представил доказательств последующего направления вышеуказанных документов по юридическому адресу ответчика по встречному иску.

Полномочия ФИО3 по приёмке документов, подтверждающих выполнение работ не представлено. Доказательств того, что ФИО3 действовала из обстановки, лидо между сторонами сложились подобные отношения, также не представлено.

Несостоятельными являются и ссылки истца по встречному иску на материалы дела А40-22101/21 по иску ЗАО «Матвеевское» к ООО «ЭнергоПромСтрой» об обязании завершить все необходимые работы по устранению недостатков и замечаний на спорном строительном объекте, и в частности на акт проверки Главного управления Госстройнадзора Московской области от 2 октября 2020 г., поскольку вышеуказанные доказательства, касающиеся третьих лиц, не обладают свойством относимости по настоящему делу.

В связи с изложенным требования истца по встречному иску о взыскании задолженности за выполненные работы в размере 1 726 420,81 рублей не подлежат удовлетворению.

Соответственно не подлежит удовлетворению и требование истца по встречному иску о взыскании неустойки за просрочку оплаты выполненных работ в размере 854 578 рублей за период с 17 сентября 2020 г. по 24 января 2022 г.

В порядке статей 715, 717 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), а также пункта 25.1 Договора истец уведомлением от 19 октября 2020 г. уведомил ответчика об отказе от Договора (РПО 12703037036286) и потребовал возврата предварительно уплаченных денежных средств, которое возвращено отправителю в связи с истечением срока хранения 23 октября 2020 г.

Законом предусмотрен месячный срок хранения корреспонденции в течение которого адресат имеет возможность получить поступившую корреспонденция. Иное привело бы к ограничению прав сторон и их возможности получать юридически значимые сообщения.

Таким образом, нахождение уведомление в отделении почтовой связи является временем, необходимым для надлежащего уведомления ответчика. Поступление отправления в отделение почтовой связи ответчика не означает его доставку получателю. Получатель вправе получить свою корреспонденцию в течение всего срока её хранения. Корреспонденция хранится в организации почтовой связи в течение месячного срока в течение которого получатель может получить корреспонденцию.

Процессуальной фикцией о надлежащем уведомлении является истечение срока хранения поступившей корреспонденции и отправка её обратно отправителю.

Указанная позиция согласуется с положениями пункта 67 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25, согласно которому сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения.

Соответственно, в порядке статей 165.1, 450.1 Гражданского кодекса Договор расторгнут 23 октября 2020 г., то есть с момента истечения срока на доставку ему корреспонденции.

Юридическое лицо несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений (статья 165.1 Гражданского кодекса), доставленных по адресу, указанному в едином государственном реестре юридических лиц, а также риск отсутствия по указанному адресу своего органа или представителя. Сообщения, доставленные по адресу, указанному в едином государственном реестре юридических лиц, считаются полученными юридическим лицом, даже если оно не находится по указанному адресу.

Согласно ст. 165.1 Гражданского кодекса заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Как указано в пунктах 63-65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25, по смыслу пункта 2 статьи 165.1 Гражданского кодекса юридически значимое сообщение, адресованное юридическому лицу, направляется по адресу, указанному соответственно в едином государственном реестре юридических лиц либо по адресу, указанному самим юридическим лицом.

При этом необходимо учитывать, что юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий (пункт 1 статьи 20 Гражданского кодекса). Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

При рассмотрении требований истца о взыскании с ответчика предварительно перечисленных денежных средств суд пришёл к следующим выводам.

Согласно доводам истца, указанные денежные средства возвращены не были.

Перечисленная в качестве аванса сумма в спорном размере, по мнению истца, является неосновательным обогащением по смыслу статьи 1102 Гражданского кодекса, так как ответчик без законных (договорных оснований) удерживает сумму аванса.

Статьей 1102 Гражданского кодекса установлено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Исходя из содержания указанной нормы получение ответчиком денежных средств от истца при отсутствии у истца обязанности их выплачивать в силу соответствующего договора или требования нормативного акта, без предоставления ответчиком со своей стороны каких-либо товаров (работ, услуг) в счет принятых сумм следует квалифицировать как неосновательное обогащение.

Таким образом, иск о взыскании суммы неосновательного обогащения подлежит удовлетворению, если будут доказаны: факт получения (сбережения) имущества ответчиком, отсутствие для этого должного основания, а также то, что неосновательное обогащение произошло за счет истца.

При этом правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Согласно пункту 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 января 2000 г. № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении» возможно истребование в качестве неосновательного обогащения, полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала. Основания для удержания перечисленных истцом денежных средств в спорном размере отсутствуют.

Лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения (пункт 1 статьи 1107 Гражданского кодекса).

Таким образом, из смысла указанной правовой нормы следует, что для взыскания неосновательного обогащения необходимо доказать факт получения ответчиком имущества либо денежных средств без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований и его размер.

Согласно положениям статьи 1107 Гражданского кодекса на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (статья 431 Гражданского кодекса).

Согласно положениям пункта 2 статьи 450 Гражданского кодекса, по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Согласно правовой позиции, сформированной в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 6 июня 2014 г. № 35, если к моменту расторжения договора, исполняемого по частям, поставленные товары, выполненные работы, оказанные услуги, в том числе по ведению чужого дела (по договору комиссии, доверительного управления и т.п.), не были оплачены, то взыскание задолженности осуществляется согласно условиям расторгнутого договора и положениям закона, регулирующим соответствующие обязательства. При этом сторона сохраняет право на взыскание долга на условиях, установленных договором или законом, регулирующим соответствующие договорные обязательства, а также права, возникшие из обеспечительных сделок, равно как и право требовать возмещения убытков и взыскания неустойки по день фактического исполнения обязательства (пункты 3 и 4 статьи 425 Гражданского кодекса).

Согласно правовой позиции, сформированной в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 6 июня 2014 г. № 35, разрешая споры, связанные с расторжением договоров, суды должны иметь в виду, что по смыслу пункта 2 статьи 453 Гражданского кодекса при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.).

При рассмотрении требований истца о взыскании неустойки за просрочку выполнения работ суд пришёл к следующим выводам.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса обязательства должны исполняться надлежащим образом, в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона и односторонний отказ от их исполнения не допускается за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Частью 1 статьи 330 Гражданского кодекса предусмотрено, что неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумму, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В силу статьи 708 Гражданского кодекса подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работ.

Согласно пункту 22.1 Договора, в случае нарушения подрядчиком времени исполнения работ, предусмотренного этапом графика производства работ, за каждый день просрочки начисляется неустойка в размере 0,1%, но не более 10% от суммы Договора.

Из материалов дела следует и ответчиком не оспаривается, что работы по стабилизации грунта первого и второго слоя им были выполнены частично.

Кроме того, из п.5.1 Договора следует, что надлежащие календарные сроки выполнения работ в целом и их этапов в отдельности определены сторонами в графике производства работ (приложение № 2 к Договору), согласно которому работы по первому этапу должны были быть завершены на 13 день, работы по второму этапу на 16 день, работы по третьему этапу на 25 день.

При этом, согласно п.5.1.1 Договора начало работ определено в течение 3-х рабочих дней с момента получения авансового платежа согласно п.4.1.1 Договора, а датой фактического окончания работ и этапов работ считается дата подписания сторонами КС-2 и КС-3.

Сторонами не оспаривается, что первый авансовый платёж был получен ответчиком 15 мая 2020 г., следовательно, работы по стабилизации первого слоя должны были быть выполнены с учётом выходных дней с 20 мая 2020 г. по 2 июня 2020 г. (13 дней), тогда как КС-2 от 15 сентября 2020г. № 1 был составлен ответчиком лишь только 15 сентября 2020 г.

Таким образом, истцом рассчитана неустойка за нарушение сроков выполнения первого этапа за период с 3 июня 2020 г. по 15 сентября 2020 г., которая с учётом договорного ограничения составляет 1 550 000 рублей.

Также истцом рассчитана неустойка за нарушение сроков выполнения второго этапа за период с 5 июня 2020 г. по 15 сентября 2020 г., которая с учётом договорного ограничения составляет 1 550 000 рублей.

Оснований для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса суд не усматривает.

Кроме того, требования ООО «Формат» о возмещении убытков, причинённых прекращением Договора, также не подлежат удовлетворению, поскольку в нарушение статьи 15 Гражданского кодекса истцом по встречному иску не представлены какие-либо доказательства наличия убытков и их размера, а также противоправного поведения ответчика по встречному иску и причинно-следственной связи между противоправным поведением и наличием убытков.

Согласно пункту 1 статьи 393 Гражданского кодекса должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Из названных положений следует вывод о существенном различии правовой природы данных обязательств по основанию их возникновения: из договора и из деликта. В случае если вред возник в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, нормы об ответственности за деликт не применяются, а вред возмещается в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям договора, заключенного между сторонами.

Указанная правовая позиция сформирована судом надзорной инстанции в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18 июня 2013 № 1399/13 по делу № А40-112862/2011 и подтверждена в постановлении ФАС Московского округа от 25 апреля 20174 г. № Ф05-3051/14 по делу № А40-77053/13 при рассмотрении дела со схожими обстоятельствами.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из смысла статей 15 и 393 Гражданского кодекса для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя наступление вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между возникшим вредом и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда. Требование о возмещении вреда может быть удовлетворено только при доказанности всех названных элементов в совокупности.

Таким образом, правовых и фактических оснований для удовлетворения встречного иска по настоящему делу не имеется.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса).

В соответствии со статьями 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

На основании изложенного суд считает возможным в порядке статьи 333 Гражданского кодекса снизить размере заявленной неустойки.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса судебные расходы относятся на сторон пропорционально удовлетворённых требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 11, 12, 307, 309, 310, 330, 331, 333 Гражданского кодекса, статьями 4, 9, 65, 110, 123, 156, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса, суд

Р Е Ш И Л :

1.Принять отказ от иска в части расторжения договора от 13 мая 2020 г.№ 31-ЭПС/2020. Производство по делу в указанной части прекратить.

2.Принять отказ от иска в части обязания ответчика предоставить истцу подписанные оригиналов счетов-фактур, подтверждающих получение авансовых платежей в размере 10 850 000 рублей по договору от 13 мая 2020 г.№ 31-ЭПС/2020. Производство по делу в указанной части прекратить.

3.Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Формат» (ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Энергопромстрой» (ОГРН <***>):

сумму неосновательного обогащения в размере 4 121 810 (четыре миллиона сто двадцать одна тысяча восемьсот десять) рублей;

неустойку в размере 3 100 000 (три миллиона сто тысяч) рублей;

расходы по уплате государственной пошлины в размере 59 109 (пятьдесят девять тысяч сто девять) рублей.

4.В удовлетворении остальной части иска отказать.

5.В удовлетворении встречного иска отказать полностью.

6.Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Энергопромстрой» (ОГРН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 18 482 (восемнадцать тысяч четыреста восемьдесят два) рубля.

7.Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.



Судья А.Г.Алексеев