Постановление от 17 июля 2020 г. по делу № А60-17246/2019




АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3553/20

Екатеринбург

17 июля 2020 г.


Дело № А60-17246/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 июля 2020 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Краснобаевой И.А.,

судей Гайдука А.А., Тимофеевой А.Д.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу муниципального образования город Нижний Тагил в лице администрации города Нижний Тагил на решение Арбитражного суда Свердловской области от 23.09.2019 по делу № А60-17246/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Определением суда округа от 25.06.2020 кассационная жалоба заявителя принята к производству суда, судебное заседание назначено на 15.07.2020 на 11:45, председательствующий – Вербенко Т.Л.

Определением от 15.07.2020 до начала судебного заседания удовлетворено заявление о самоотводе судьи Вербенко Т.Л.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 15.07.2020 произведена замена председательствующего Вербенко Т.Л. на председательствующего Краснобаеву И.А.

В судебном заседании 15.07.2020 приняли участие:

представители муниципального образования город Нижний Тагил в лице администрации города Нижний Тагил (далее – муниципальное образование, администрация города) – Голунова О.А. (доверенность от 08.10.2019 № 01-01/6202), Можаев Е.Е. (доверенность от 15.06.2020 № 01-01/3860);

от прокуратуры Свердловской области - прокурор отдела по надзору за исполнением законодательства в сфере экономики Шамсутдинов О.Ю. (доверенность от 15.07.2020 №А60-17246/2019);

представитель общества «Тагил-Энерго лаборатория» - Завьялова И.М. (доверенность от 31.03.2020).

Муниципальное образование город Нижний Тагил в лице администрации города обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к муниципальному казенному учреждению «Центр обслуживания зданий и помещений» (далее – МКУ «ЦОЗиП», учреждение) и к обществу с ограниченной ответственностью «Тагил-Энерго лаборатория» (далее – общество «Тагил-Энерго лаборатория») о признании энергосервисного договора № 24 от 02.02.2018, заключенного между ответчиками, недействительным в силу ничтожности.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.05.2019 дела № А60-17246/2019, № А60-17245/2019, № А60-17247/2019, № А60-17248/2019, № А60-17249/2019 объединены в одно производство; объединенному делу присвоен номер А60-17246/2019.

В результате объединения дел в одно производство предметом рассмотрения явились требования истца о признании недействительными в силу ничтожности заключенных между муниципальным автономным учреждением «Центр обслуживания зданий и помещений» (далее – МАУ «ЦОЗиП») и обществом «Тагил-Энерго

лаборатория» энергосервисных договоров № 21, № 22, № 23, № 24, № 25 от 02.02.2018.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Нижнетагильское муниципальное унитарное предприятие «Нижнетагильские тепловые сети» (далее - НТ МУП «НТТС»).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.09.2019 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым решением, истец обжаловал его в апелляционном порядке.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2020 решение суда первой инстанции от 23.09.2019 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе муниципальное образование просит решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, исковые требования удовлетворить, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Заявитель кассационной жалобы полагает, что судами не дана оценка содержанию заключенных энергосервисных договоров, и указывает на то, что законодатель прямо относит выполнение мероприятий, предусмотренных законодательством об энергосбережении и повышении энергетической эффективности, к полномочиям органов местного самоуправления, а энергосервисный контракт относит к сфере регулирования Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон о контрактной системе, Закон № 44-ФЗ).

По мнению администрации города, не имеет значения организационно- правовая форма заказчика, ключевым моментом, связанным с определением порядка заключения контракта является предмет договора, а также источник финансирования; учитывая, что оспариваемые контракты связаны с реализацией вопросов местного значения, а денежные средства, расходуемые в связи с исполнением этих договоров, являются бюджетными, указанные энергосервисные договоры подлежали заключению в порядке предусмотренном Законом № 44-ФЗ. При этом при заключении оспариваемых договоров использовался способ определения победителя – запрос предложений, тогда как статья 108 Закона о контрактной системе устанавливает такие способы определения исполнителя, как конкурс, аукцион, запрос котировок. В связи с чем заявитель считает, что определение победителя торгов способом, не предусмотренным императивными нормами, влечет ничтожность договора, заключенного по его результатам; использование сторонами положений Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ при осуществлении закупки для муниципальных нужд позволило сторонам в обход соблюдения конкурентных процедур исключить ряд обязательных обременительных для исполнителя условий, которые должны были быть в контрактах согласно требованиям Закона № 44-ФЗ.

Муниципальное образование обращает внимание на то, что судами не дана оценка тому, что через месяц после заключения энергосервисных контрактов № 21 - 25 стороны заключили соглашения от 06.02.2018, от 01.03.2018, от 05.02.2019 об изменении существенных условий энергосервисных контрактов в пользу исполнителя, в том числе принятие дополнительных бюджетных обязательств, что прямо запрещено положениями Закона № 44-ФЗ. Заявитель также ссылается на то, что рассматриваемые сделки являются сделками, посягающими на публичные интересы, и считает, что судами не учтено, что из-за несоблюдения процедуры закупок были нарушены права неопределенного круга лиц в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности – участников закупки, с которыми контракт не заключен (ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки), а также права и публичные интересы истца как муниципального образования.

Таким образом, как полагает истец, спорные энергосервисные договоры заключены в обход Закона о контрактной системе с нарушением запрета, установленного данным законом; их заключение без применения публичных процедур, предусмотренных Законом № 44-ФЗ, привело к нарушению принципов открытости, прозрачности, обеспечения конкуренции, необоснованному ограничению участников закупок, в связи с чем они являются ничтожными; отказ в оспаривании сделки в связи с недобросовестностью поведения не применяется в делах, в которых сделки оспариваются органами власти, которые ранее одобряли эти сделки, однако данные сделки нарушают публичный интерес. Кроме того, выполнение работ или оказание услуг, направленных на обеспечение муниципальных нужд, без заключенного в соответствии с требованиями законодательства о контрактной системе муниципального контракта, не порождает право исполнителя требовать оплаты исполненного.

По мнению заявителя кассационной жалобы, судами не оценено то обстоятельство, что, вступая в правоотношения на выполнение работ и оказание услуг для обеспечения муниципальных нужд, ответчики должны были осознавать, что договоры заключаются в обход законодательства о контрактной системе. Администрация считает, что с ее стороны нет злоупотребления правом, поскольку муниципальное образование не является стороной указанных сделок. Также заявитель обращает внимание на значительную сумму, на которую заключены оспариваемые договоры, что составило 638 274 819 руб. 57 коп.

В отзыве на кассационную жалобу общество «Тагил-Энерго лаборатория» просит обжалуемые решение и постановление оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы администрации – отказать, указывая на то, что муниципальные автономные учреждения, не являясь муниципальными заказчиками, создаются и финансируются муниципальными образованиями для решения вопросов местного значения, в том числе и для реализации мероприятий в сфере энергосбережения; Федеральный закон от 23.11.2009 № 261-ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не содержит запретов или ограничений на заключение энергосервисных договоров муниципальными автономными учреждениями; истцом не представлено доказательств нарушения оспариваемыми сделками публичных интересов либо прав и охраняемых законом интересов третьих лиц; заключением указанных договоров МАУ «ЦОЗиП» обеспечило уменьшение расходов бюджетных средств на оплату энергетических ресурсов муниципальных объектов.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 02.02.2018 на основании протоколов от 22.01.2018 извещения № 31806009522, № 31806009559, № 31806009474, № 31806009422, № 31806009268 подведения итогов рассмотрения и оценки заявок на участие в запросе предложений на выполнение действий (работ, услуг) между МАУ «ЦОЗиП» (заказчик) и обществом «Тагил-Энерго лаборатория» (исполнитель) были заключены договоры № 21, № 22, № 23, № 24, № 25 на выполнение действий (работ, услуг), направленных на энергосбережение и повышение энергетической эффективности использования энергетических ресурсов на объектах заказчика, а также по техническому обслуживанию установленного энергоэффективного оборудования, инженерно-технических систем и сетей на объектах заказчика (далее - энергосервисные договоры) на общую сумму 638 274 819 руб. 57 коп. в

отношении 257 объектов, находящихся на территории городского округа город

Нижний Тагил, а именно:

- энергосервисный договор № 21 от 02.02.2018 (номер извещения 31806009268) в отношении дошкольных образовательных организаций (47 объектов), цена договора 144 104 906 руб. 31 коп.;

- энергосервисный договор № 22 от 02.02.2018 (номер извещения 31806009422) в отношении образовательных организаций (24 объекта), цена договора 167 466 701 руб. 68 коп.;

- энергосервисный договор № 23 от 02.02.2018 (номер извещения 31806009474) в отношении дошкольных образовательных организаций и организаций дополнительного образования (35 объектов), цена договора 193 371 685 руб. 89 коп.;

- энергосервисный договор № 24 от 02.02.2018 (номер извещения 31806009522) в отношении образовательных организаций и организаций дополнительного образования (68 объектов), цена договора 60 142 180 руб. 93 коп.;

- энергосервисный договор № 25 от 02.02.2018 (номер извещения 31806009559) в отношении дошкольных образовательных организаций (83 объекта), цена договора 73 189 344 руб. 76 коп.

Срок проведения работ по указанным договорам установлен в п. 11.1 с 01.02.2018 по 31.01.2028.

Ссылаясь на ничтожность данных сделок в силу положений статей 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с их заключением с превышением специальной правоспособности автономного учреждения, с нарушением требований законодательства о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, посягательством на публичные интересы и интересы третьих лиц, полагая данные договоры мнимыми сделками, совершенными без намерения создать соответствующие им правовые последствия, притворными сделками, совершенными с целью прикрыть другую сделку, муниципальное образование обратилось в суд с соответствующим иском по настоящему делу.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства в совокупности, установив обстоятельства настоящего спора, учитывая доводы и возражения сторон, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии доказательств недействительности (ничтожности) спорных сделок, оснований для удовлетворения требований истца не имеется.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Отказывая в удовлетворении требований администрации, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В силу ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 данного Кодекса).

Как установлено судами и усматривается из материалов дела, на основании постановления Администрации города Нижний Тагил от 07.03.2014 № 350-ПА 30.04.2014 было создано муниципальное бюджетное учреждение «ЦОЗиП» с целью деятельности в виде обеспечения надлежащей эксплуатации и обслуживания недвижимого имущества, находящегося в муниципальной собственности.

Постановлением Администрации города Нижний Тагил от 22.06.2015 № 1511-ПА на МБУ «ЦОЗиП» возложены функции заказчика по обеспечению энергоэффективности при закупке товаров, услуг (заказчик энергосервисного контракта).

Между МБУ «ЦОЗиП» (заказчик) и НТ МУП «НТТС» (исполнитель) были заключены энергосервисные контракты от 10.08.2015 № 394/15, от 27.10.2016 № 474/16.

В последующем 27.12.2017 на основании постановления администрации данного муниципального образования от 18.10.2017 № 2527-ПА произошло изменение типа учреждения «ЦОЗиП» с бюджетного на автономное с сохранением целей его деятельности.

МАУ «ЦОЗиП» (заказчик) 02.02.2018 с обществом «Тагил-Энерго лаборатория» (исполнитель) были заключены оспариваемые в настоящем деле энергосервисные договоры № 21, № 22, № 23, № 24, № 25.

Одобрение данных сделок произведено Наблюдательным советом МАУ «ЦОЗиП» 10.01.2018 ( протокол № 2 от 10.01.2018).

На основании постановления Администрации города Нижний Тагил от 30.08.2018 № 2295-ПА 03.10.2018 произведено изменение типа учреждения «ЦОЗиП» (с автономного на казенное) с сохранением целей его деятельности.

В соответствии с частью 1 статьи 2 Федерального закона от 03.11.2006 № 174-ФЗ «Об автономных учреждениях» автономным учреждением признается некоммерческая организация, созданная Российской Федерацией, субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием для выполнения работ, оказания услуг в целях осуществления предусмотренных законодательством Российской Федерации полномочий органов государственной власти, полномочий органов местного самоуправления в сферах науки, образования, здравоохранения, культуры, средств массовой информации, социальной защиты, занятости населения, физической культуры и спорта, а также в иных сферах в случаях, установленных федеральными законами (в том числе при проведении мероприятий по работе с детьми и молодежью в указанных сферах).

Согласно положениям статьи 4 данного Федерального основной деятельностью автономного учреждения признается деятельность, непосредственно направленная на достижение целей, ради которых автономное учреждение создано.

Государственное (муниципальное) задание для автономного учреждения

формируется и утверждается учредителем в соответствии с видами деятельности, отнесенными его уставом к основной деятельности. Автономное учреждение осуществляет в соответствии с государственным (муниципальным) заданием и (или) обязательствами перед страховщиком по обязательному социальному страхованию деятельность, связанную с выполнением работ, оказанием услуг.

Автономное учреждение не вправе отказаться от выполнения государственного (муниципального) задания.

Согласно пункту 1, 3 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо может иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительном документе (статья 52), и нести связанные с этой деятельностью обязанности.

Правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

Таким образом, автономное учреждение может быть создано муниципальным образованием в целях осуществления полномочий органов местного самоуправления в сфере образования, для этого в уставе автономного учреждения определяются основные виды деятельности для достижения указанной цели (реализации полномочий в сфере образования).

Создание необходимых условий для предоставления начального, среднего и дополнительного образования включает в себя, в том числе, обеспечение объектов, в которых оказываются образовательные услуги, коммунальными ресурсами в надлежащем количестве с соблюдением Федерального закона об энергосбережении (№ 261-ФЗ).

В соответствии с пунктом 2.1. Устава МАУ «ЦОЗиП», утвержденного Приказом управления жилищного и коммунального хозяйства Администрации города Нижний Тагил от 31.10.2017, учреждение создается для достижения следующих целей:

- обеспечение бесперебойным снабжением энергетическими ресурсами, в

том числе водоснабжение, теплоснабжение, электроснабжение, газоснабжение

(за исключением услуг по реализации сжиженного аза), водоотведение, оказание услуг по вывозу и утилизации отходов учреждения находящихся на обслуживании учреждения: науки, образования, здравоохранения, культуры, средств массовой информации, социальной защиты, занятости населения, физической культуры и спорта, а также иных субъектов, в отношении которых осуществляется деятельность Учреждения в соответствии с настоящим уставом.

- эффективное расходование бюджетных средств за счет оптимизации использования энергетических ресурсов и проведения иных мероприятий, не противоречащих видам деятельности учреждения.

В соответствии с пунктом 2.2. Устава МАУ «ЦОЗиП» основными видами

деятельности учреждения являются, в том числе:

- эксплуатация, обслуживание и ремонт инженерных и технических систем нежилых зданий помещений, находящихся в муниципальной собственности и закрепленных в оперативное управление муниципальных учреждений;

- организация работ по оснащению приборами учета холодной, горячей воды, теплоносителя и электрической энергии в зданиях и помещениях, относящихся к нежилому фонду, находящихся в муниципальной собственности;

- обеспечение расчетов за предоставляемые муниципальным учреждениям энергетические ресурсы: водоснабжение, водоотведение, теплоснабжение, электроснабжение;

- выполнение функций заказчика по обеспечению энергоэффективности обслуживаемых объектов, направленных на достижение экономии энергетического ресурса, в рамках заключаемых энергосервисных контрактов.

Проанализировав представленные в материалы дела документы, суды первой и апелляционной инстанций признали, что МАУ «ЦОЗиП» было специально создано Администрацией города Нижний Тагил исключительно для целей обслуживания объектов сферы образования, культуры, науки и других, соответствует учредительным документам указанного учреждения. При этом одним из основных видов деятельности учреждения являлось выполнение функций заказчика по обеспечению энергоэффективности обслуживаемых объектов, направленных на достижение экономии энергетического ресурса, в рамках заключаемых энергосервисных контрактов, в соответствии с которым и были заключены оспариваемые энергосервисные договоры.

Специальная правоспособность означает, что юридическое лицо обладает

только теми гражданскими правами и несет только те обязанности, которые предусмотрены в его учредительных документах и соответствуют цели создания юридического лица. Так как заключение МАУ «ЦОЗиП» спорных энергосервисных договоров соответствовало цели создания этого юридического лица и было основным видом его деятельности, то при заключении оспариваемых договоров МАУ «ЦОЗиП» за пределы своей правоспособности не выходило.

Изменение типа учреждения «ЦОЗиП» с автономного за казенное произведено Администрацией города Нижний Тагил в целях устранения нарушения статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 1 статьи 2 Федерального закона от 03.11.2006 № 174-ФЗ «Об автономных учреждениях».

С учетом изложенного судами правомерно отклонены доводы администрации о том, что МАУ «ЦОЗиП» как заказчик заключил оспариваемые энергосервисные договоры тогда, когда специальная правоспособность заказчика, определяемая в его учредительных документах, не соответствовала положениям действующего законодательства, поскольку указанное обстоятельство влечет другие правовые последствия, так как является нарушением, допущенным при создании юридического лица.

В качестве оснований недействительности оспариваемых сделок муниципальное образование также ссылалось на нарушение сторонами статьи 21 Федерального закона № 261-ФЗ, части 1 статьи 72 Бюджетного кодекса Российской Федерации, неприменение подлежащего применению к спорным правоотношениям Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной

системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» при проведении закупки.

В соответствии с нормами главы 5 Федерального закона от 23.11.2009 № 261-ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» энергосервисный договор (контракт) может быть заключен как заказчиком (статья 19), так и государственным или муниципальным заказчиком (статья 2). При этом энергосервисный договор (контракт) может быть заключен как самостоятельный договор, так и быть заключенным при включении его условий в договоры купли-продажи, поставки, передачи энергетических ресурсов (статья 20).

Согласно статье 21 названного Федерального закона в целях обеспечения государственных или муниципальных нужд государственные или муниципальные заказчики вправе заключать государственные или муниципальные энергосервисные договоры (контракты); государственные или муниципальные энергосервисные договоры (контракты) заключаются и оплачиваются в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации и законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд.

В соответствии с частью 1 статьи 2 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» законодательство Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд основывается на положениях Конституции Российской Федерации, Гражданского кодекса Российской Федерации, Бюджетного кодекса Российской Федерации и состоит

из настоящего Федерального закона и других федеральных законов, регулирующих отношения, указанные в части 1 статьи 1 настоящего Федерального закона. Нормы права, содержащиеся в других федеральных законах и регулирующие указанные отношения, должны соответствовать настоящему Федеральному закону.

Согласно части 1 статьи 1 Закона № 44-ФЗ названный Федеральный закон

регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок, в части, касающейся: 1) планирования закупок товаров, работ, услуг; 2) определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей); 3) заключения гражданско-правового договора, предметом которого являются поставка товара, выполнение работы, оказание услуги (в том числе приобретение недвижимого имущества или аренда имущества), от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования, а также бюджетным учреждением, государственным, муниципальным унитарными предприятиями либо иным юридическим лицом в соответствии с частями 1, 2.1, 4 и 5 статьи 15 указанного Федерального закона.

Исходя из пункта 1 части 2 статьи 1 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» данный Закон устанавливает общие принципы закупки товаров, работ, услуг и основные требования к закупке товаров, работ, услуг, в частности, государственными корпорациями, государственными компаниями, публично-правовыми компаниями, субъектами естественных монополий, организациями, осуществляющими регулируемые виды деятельности в сфере электроснабжения, газоснабжения, теплоснабжения, водоснабжения, водоотведения, очистки сточных вод, обработки, утилизации, обезвреживания и

захоронения твердых коммунальных отходов, автономными учреждениями, а также хозяйственными обществами, в уставном капитале которых доля участия Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в совокупности превышает пятьдесят процентов.

В соответствии с частью 6 статьи 3 Закона № 44-ФЗ муниципальное автономное учреждение не является муниципальным заказчиком, так как в соответствии с данной нормой муниципальный заказчик - муниципальный орган или муниципальное казенное учреждение, действующие от имени муниципального образования, уполномоченные принимать бюджетные обязательства в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации от имени муниципального образования и осуществляющие закупки.

Таким образом, как следует из буквального понимания указанной нормы, перечень лиц, являющихся муниципальными заказчиками, ограничен и расширительному толкованию не подлежит.

Законом № 44-ФЗ предусмотрено, что автономные учреждения являются

заказчиками и обязаны осуществлять закупки в порядке, предусмотренном Законом № 44-ФЗ, только в следующих случаях:

- закупки осуществляются за счет средств, полученных из бюджетов бюджетной системы РФ на осуществление капитальных вложений в объекты государственной или муниципальной собственности (часть 4 статьи 15 Закона № 44-ФЗ);

- государственные или муниципальные заказчики передали указанным лицам свои полномочия на осуществление закупок на безвозмездной основе на

основании соглашений (часть 6 статьи 15 Закона № 44-ФЗ).

В первом случае к закупкам не применяются положения Закона № 44-ФЗ,

касающиеся особенностей исполнения контрактов (ч. 1 ст. 1, ч. 4 ст. 15 данного

Закона). Во всех остальных случаях муниципальные автономные учреждения осуществляют закупки в соответствии с Федеральным законом от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических

Лиц», который в соответствии с частью 1 статьи 2 Закона № 44-ФЗ также является частью законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок, так как регулирует отношения по закупке товаров, работ, услуг.

Аналогичная правовая позиция изложена также в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2019 № 301-КП 8-24305, ОТ 19.06.2017 № 306-КГ17-7440.

Отсутствие автономного учреждения в перечне муниципальных заказчиков, указанных в части 6 статьи 3 Закона № 44-ФЗ, не порождает юридически значимого последствия в качестве отсутствия права на заключение энергосервисных договоров, равно как и утверждение о праве субъекта на заключение энергосервисного договора только при наличии у него статуса муниципального заказчика.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 1 Закона № 44-ФЗ настоящий Федеральный закон регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок, в части, касающейся, заключения гражданско-правового договора, предметом которого являются поставка товара, выполнение работы, оказание услуги (в том числе приобретение недвижимого имущества или аренда имущества), от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального

образования, а также бюджетным учреждением, государственным, муниципальным унитарными предприятиями либо иным юридическим лицом в

соответствии с частями 1, 2.1, 4 и 5 статьи 15 настоящего Федерального закона.

Таким образом, сам Закон № 44-ФЗ устанавливает пределы своего действия при осуществлении закупок по кругу лиц, то есть предусматривает, что в любых случаях он распространяет свое действие на случаи заключения сделок от имени РФ, субъекта РФ или муниципального образования, бюджетными учреждениями, государственными муниципальными унитарными

предприятиями либо иными юридическими лицами с особенностями, установленными статьей 15 Закона № 44-ФЗ.

Статьей 21 Федерального закона об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности устанавливается право государственных или муниципальных заказчиков заключать государственные или муниципальные договоры (контракты), при этом данная статья не содержит запрета на заключение таких договоров другими юридическими лицами, не являющимися муниципальными заказчиками.

Государственные или муниципальные энергосервисные договоры (контракты) заключаются и оплачиваются в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации и законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (часть 2 указанной статьи).

На основании изложенного следует, что действующее гражданское законодательство не содержит прямого запрета для автономных учреждений и других юридических лиц заключать энергосервисные договоры.

Как установлено судами, на момент заключения оспариваемых договоров

МАУ «ЦОЗиП» обладало правоспособностью заключать энергосервисные договоры на основании целей и видов деятельности, закрепленных в Уставе данного учреждения самим истцом как муниципальным образованием.

При этом заключение спорных договоров произведено с соблюдением конкурентных процедур, в соответствии с положениями Федерального закона № 223-ФЗ, поскольку предметом рассматриваемых закупок не является осуществление капитальных вложений либо бюджетных инвестиций в объекты

государственной, муниципальной собственности, капитального строительства и

(или) на приобретение объектов недвижимого имущества в государственную, муниципальную собственность. В данном случае автономным учреждением соблюден принцип публичности объявления торгов и выявления потенциальных желающих предоставить услуги, поскольку информация о проведении указанной закупочной процедуры была размещена в свободном доступе в сети Интернет на сайте www.zakupki.gov.ru.

МАУ «ЦОЗиП» было специально создано Администрацией города Нижний Тагил как заказчик по энергосервисным договорам.

Главе Администрации города Нижний Тагил Пинаеву В.Ю. с 22.06.2015 было известно, что МБУ «ЦОЗиП» осуществляет функции заказчика по энергосервисным контрактам, не являясь муниципальным заказчиком по смыслу Закона № 44-ФЗ, заключает и исполняет энергосервисные договоры.

При этом сделки по заключению оспариваемых администрацией энергосервисных договоров были одобрены Наблюдательным советом 10.01.2018, в состав которого входили представители Администрации города Нижний Тагил: Ивушкин Павел Владимирович - начальник отдела по эксплуатации жилищного фонда управления жилищного и коммунального хозяйства Администрации города Нижний Тагил, Михайлова Марина Валерьевна - начальник Управления муниципального имущества Администрации города Нижний Тагил.

Тип учреждения с бюджетного на автономное был изменен по постановлению Администрации города Нижний Тагил; Устав МАУ «ЦОЗиП» был утвержден начальником управления жилищного и коммунального хозяйства Администрации города Нижний Тагил Копысовым Е.В.

Проанализировав указанные обстоятельства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что названные действия Администрации города Нижний Тагил в лице одних и тех же представителей - Пинаева В.Ю., Копысова Е.В., свидетельствуют о том, что оспариваемые договоры были заключены во исполнение ее указаний при согласовании сделок с представителями Администрации.

Судами также принято во внимание, что услуги, оказываемые обществом «Тагил-Энерго лаборатория» как исполнителем по энергосервисным договорам № 21, 22, 23, 24 25 от 02.02.2018, принимались заказчиком и оплачивались, в том числе и казенным учреждением МКУ «ЦОЗиП», имеющим право на принятие и исполнение бюджетных обязательств от имени Администрации города Нижний Тагил.

Согласно разъяснениям высшей судебной инстанции, изложенным в пункте 20 «Обзора судебной практики по вопросам, связанным с применением Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.05.2018), заявление заказчика и/или победителя о недействительности договора и применении последствий его недействительности (требование, предъявленное в суд, возражение против иска и т.п.) не имеет правового значения, если обстоятельства, на которые ссылается заявитель в обоснование недействительности, вызваны недобросовестными действиями самого заявителя, а предъявление иска направлено на уклонение от исполнения договорного обязательства.

Как установлено судами при рассмотрении настоящего спора, возражение истца о признании энергосервисных договоров недействительными последовало после его исполнения сторонами на протяжении более года, что подтверждается представленными в материалы дела актами выполненных работ, актами приема-передачи оборудования в пользование. При этом частично МКУ «ЦОЗиП» оплачивало услуги исполнителя по указанным договорам.

В соответствии с пунктом 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как верно указано судами первой и апелляционной инстанций, одобрением заключения оспариваемых договоров, утверждением официальной отчетности, перепиской и осуществлением оплаты (через МКУ «ЦОЗиП») оказанных услуг по оспариваемым договорам истцом как муниципальным образованием были совершены действия, которые давали основание другим лицам, в том числе ответчикам полагаться на действительность сделки.

В соответствии с абзацем 4 пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Согласно пункту 2 статьи 431.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 173, 178 и 179 названного Кодекса, а также если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.

При этом принятие исполнения подтверждается актами оказанных услуг, актами приема-передачи оборудования в пользование, подписанными сторонами.

Поскольку Администрация города Нижний Тагил, являясь учредителем МКУ «ЦОЗиП» несет субсидиарную ответственность по обязательствам учреждения (п. 2 ст. 56, п. 4 ст. 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 7 ст. 161 Бюджетного кодекса Российской Федерации), истец фактически является субсидиарным должником по спорным энергосервисным договорам.

Иск по настоящему делу заявлен муниципальным образованием по сути в целях защиты от иска общества «Тагил-Энерго лаборатория» к МКУ «ЦОЗиП» о взыскании долга за выполненные работы по энергосервисным договорам от 02.02.2018 № 21 - № 25 (дело № А60-55363/2019).

В ответ на претензии данного общества об оплате задолженности по данным договорам заказчик (МАУ «ЦОЗиП», а в последующем – МКУ «ЦОЗиП») не заявлял об отсутствии обязательств по спорным договорам перед исполнителем, не предлагал в связи с этим прекратить оказывать услуги, а напротив, принимал и оплачивал их. Иск о ничтожности указанных сделок заявлен администрацией до окончания срока рассмотрения предарбитражной претензии общества «Тагил-Энерго лаборатория», по истечении которого исполнитель вправе был бы обратиться с иском в суд о взыскании задолженности. В настоящее время судом первой и апелляционной инстанции приняты судебные акты по делу № А60-55363/2019 по иску данного общества к МКУ «ЦОЗиП» и администрации о взыскании задолженности по энергосервисным договорам от 02.02.2018 № 21 - № 25.

Учитывая изложенное, судами указано на то, что поведение администрации является поведением недобросовестного субсидиарного должника, который пытается сослаться на противоречия сделки закону только для того, чтобы уклониться от исполнения своих обязательств или избежать применения мер договорной ответственности.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации), указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации) (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2019 № 309-ЭС18-21472).

При таких обстоятельствах, администрация не вправе предъявлять требование о признании сделки ничтожной по изложенным основаниям, так как в момент одобрения сделок и в период их исполнения в течение более года должна была знать о тех недостатках, на которые теперь ссылается. При заключении договора исполнитель полагал, что у данной сделки отсутствуют правовые дефекты.

Таким образом, учитывая приведенные обстоятельства заключения и исполнения оспариваемых энергосервисных договоров, их хронологию, суды первой и апелляционной инстанций отклонили доводы истца о ничтожности сделок в связи с заключением договоров с превышением специальной правоспособности автономного учреждения и нарушением конкурентных процедур и признали заявленное им требование о признании указанных договоров недействительными (ничтожными) не подлежащим удовлетворению.

Доводы администрации о мнимости и притворности спорных сделок обоснованно отклонены в отсутствие доказательств их совершения без намерения создать соответствующие правовые последствия, либо с целью прикрыть другую сделку (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судами, оспариваемые договоры фактически сторонами исполнялись после их заключения (в 2018 г. и в 2019 г.), устанавливалось на объектах коммуникационное оборудование, приборы учета; материалами дела подтверждается факт исполнения сторонами условий данных договоров.

Энергосервисные договоры от 02.02.2018 № 21, № 22, № 23, № 24, № 25 были заключены заказчиком путем проведения конкурентной процедуры запроса предложения, в результате которой определилось в качестве победителя общество «Тагил-Энерго лаборатория», предложившее больший размер экономии энергетических ресурсов (цена договора) (по сравнению с энергосервисными контрактами № 394/15 от 10.08.2015 и № 474/2016 от 27.10.2016); при этом заключение договоров № 21 - № 25 подразумевалось в целях экономии не только одного ресурса: тепловой энергии и теплоносителя, но и в целях экономии холодной воды, водоотведения, электроэнергии.

Заключение оспариваемых договоров свидетельствует о цели заказчика унифицировать условия обслуживания всех объектов заказчика с увеличением размера экономии бюджетных средств.

Муниципальным образование производилось финансирование заказчика в рамках указанных договоров, как было указано выше, принятие исполнения подтверждается актами оказанных услуг, актами приема-передачи оборудования в пользование.

Расчет по договорам № 221 - № 25 согласно его условиям основывается на порядке определения экономии в соответствии с объемом потребления энергетических ресурсов до начала реализации исполнителем перечня энергоэффективных (энергосберегающих) мероприятий (фактический объем потребления до заключения договора) и объемом потребления энергетических ресурсов в стоимостном выражении суммарно по всем объектам заказчика, определенным после реализации исполнителем перечня энергоэффективных мероприятий (фактический объем потребления после проведения этих мероприятий после заключения договора). Энергетический базис рассчитывается по фактическим данным об объеме потребления энергетического ресурса на основании прибора учета с учетом объема планируемого потребления.

При этом стоимость выполненных работ по данным актам истцом не оспаривалась, принцип расчета определен условиями договоров, доказательств необоснованности затрат по оспариваемым сделкам не представлено, цена договоров истцом не опровергнута (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, исходя из имеющихся в деле доказательств, принимая во внимание изложенные обстоятельства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу об отсутствии в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для признания спорных сделок недействительными.

Данный вывод судов является правильным, соответствует материалам дела и действующему законодательству. С учетом вышеизложенного судами первой и апелляционной инстанций обоснованно отказано в удовлетворении требований администрации.

Доводы кассационной жалобы выводы судов не опровергают, не подтверждают существенных нарушений норм права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для пересмотра обжалуемых судебных актов в кассационном порядке. По существу доводы заявителя направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что не входит в полномочия суда при кассационном производстве.

Исследовав и оценив в совокупности все представленные доказательства с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле, суды первой и апелляционной инстанций указали на отсутствие оснований ничтожности оспариваемых сделок.

В соответствии с положениями статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации изменение или отмену судебных актов, не установлено.

Таким образом, обжалуемые решение и постановление являются законными, отмене не подлежат. Основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 23.09.2019 по делу № А60-17246/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу муниципального образования город Нижний Тагил в лице администрации города Нижний Тагил – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий И.А. Краснобаева


Судьи А.А. Гайдук


А.Д. Тимофеева