Решение от 4 марта 2020 г. по делу № А83-4609/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

295000, Симферополь, ул. Александра Невского, 29/11

http://www.crimea.arbitr.ru E-mail: info@crimea.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ


город Симферополь

04 марта 2020 года Дело №А83 – 4609/2019

Резолютивная часть решения оглашена 26 февраля 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 04 марта 2020 года.


Арбитражный суд Республики Крым в составе судьи Осоченко И.К., при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании материалы дела по исковому заявлению


Индивидуального предпринимателя ФИО2

к Индивидуальному предпринимателю ФИО3

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца ФИО4

о признании договора купли-продажи недействительным и применении последствий недействительности сделки,

при участии представителей:

от истца - ФИО5, представитель, доверенность от 03.10.2019,

от ответчика - ФИО6, представитель, доверенность от 20.01.2020,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца ФИО4- ФИО7, представитель, доверенность от18.04.2019,



УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в Арбитражный суд Республики Крым с исковым заявлением к Индивидуальному предпринимателю ФИО3, согласно которому просит суд признать договор купли-продажи оборудования от 25.04.2017, заключенный между ФИО3 и ФИО2, недействительным; применить последствия недействительности сделки и возвратить стороны в первоначальное состояние.

Определением Арбитражного суда Республики Крым от 27.03.2019 исковое заявление оставлено без движения на срок до 23.04.2019 как поданное с нарушением требований, установленных статьями 125, 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

После устранения истцом недостатков, послуживших основанием для оставления искового заявления без движения, суд определением от 12.04.2019 принял указанное исковое заявление ИП ФИО2, возбудил производство по делу, назначил предварительное судебное заседание на 20.05.2019 на 11 час. 00 мин.

17.05.2019 в адрес суда от ФИО4 поступило заявление о привлечении его к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца.

Определением суда от 20.05.2019 ФИО4 был привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца, в связи с чем предварительное судебное заседание отложено на 18.06.2019 на 14 час. 10 мин.

В предварительном судебном заседании 18.06.2019 представители ответчика и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца, предоставили суду отзывы на исковое заявление, которые суд приобщил к материалам дела. В своем отзыве ответчик, возражая против удовлетворения иска, просил применить к требованиям истца исковую давность в соответствии с п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ.

Представитель истца заявил устное ходатайство об отложении предварительного судебного заседания, которое было удовлетворено, в связи с чем суд определением от 18.06.2019 отложил предварительное судебное заседание на 15.08.2019 на 14 час. 30 мин.

Определением суда от 15.08.2019 суд по ходатайству представителя истца отложил предварительное судебное заседание на 25.09.2019 на 10 час. 00 мин. с целью представления истцом дополнительных доказательств.

Определением от 25.09.2019 суд удовлетворил ходатайство представителя ответчика, поступившее в суд посредством системы «Мой арбитр» 25.09.2019, вызвал в судебное заседание свидетелей – граждан ФИО8, ФИО9 и ФИО10. Кроме того, в соответствии с указанным определением от 25.09.2019 суд, признав дело подготовленным к судебному разбирательству, завершил предварительное судебное заседание и перешел к судебному разбирательству на основании ч. 4 ст. 137 Арбитражного процессуального кодекса РФ, а также в порядке ст. 56 Арбитражного процессуального кодекса РФ вызвал в судебное заседание для дачи суду пояснений Индивидуального предпринимателя ФИО2 и Индивидуального предпринимателя ФИО3, в связи с чем судебное разбирательство было отложено судом на 06.11.2019 на 14 час. 00 мин.

В судебном заседании 06.11.2019 стороны поддержали свои правовые позиции, изложенные ранее, судом были опрошены явившиеся свидетели ФИО8 и ФИО10 В данном судебном заседании представитель истца заявил ходатайство о вызове и допросе свидетелей. Индивидуальный предприниматель ФИО3 с целью подготовки и представления возражений на ходатайство истца заявил устное ходатайство об отложении судебного разбирательства на более поздний срок, которое было удовлетворено судом, судебное разбирательство отложено на 04.12.2019 на 14 час. 00 мин.

Определением от 04.12.2019 суд вызвал в судебное заседание в качестве свидетелей для дачи пояснений по делу граждан ФИО11 и ФИО9, в связи с чем отложил судебное разбирательство на 22.01.2020 на 14 час. 00 мин.

В судебном заседании 22.01.2020 судом была допрошена свидетель ФИО11, после чего в соответствии со ст. 163 АПК РФ судом по делу был объявлен перерыв до 28.01.2020 до 14 час. 00 мин. для подготовки ответчиком мотивированного заявления о фальсификации письменных доказательств.

28.01.2020 в Арбитражный суд Республики Крым от Индивидуального предпринимателя ФИО3 поступило заявление о фальсификации письменных доказательств в порядке ст. 161 АПК РФ. В связи с необходимостью предоставления истцом и третьим лицом письменных пояснений на ходатайство ответчика и истребования дополнительных доказательств по делу суд после перерыва определением от 28.01.2020 отложил судебное разбирательство на 26.02.2020 на 14 час. 40 мин.

В судебном заседании, состоявшемся 26.02.2020, представитель ответчика снял с рассмотрения свое заявление от 28.01.2020 о фальсификации письменных доказательств, в связи с чем просил суд его не рассматривать. Протокольным определением суд снял с рассмотрения указанное заявление ответчика о фальсификации письменных доказательств.

В судебном заседании 26.02.2020 судом объявлена резолютивная часть решения.

Рассмотрев материалы дела, исследовав представленные письменные доказательства, заслушав показания свидетелей, пояснения истца и ответчика, а также представителей лиц, участвующих в деле, суд всесторонне и полно выяснив все фактические обстоятельства, на которых основываются требования истца, оценив относимость, допустимость каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, на основании статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом установлены следующие обстоятельства:

между ФИО3 (продавец, ответчик по делу) и ФИО2 (покупатель, истец по делу) был заключен Договор купли-продажи оборудования от 25.04.2017, согласно которому истец купил у ответчика бывшее в употреблении оборудование, перечисленное в договоре, по общей стоимости 9 000 000,00 руб. (п. 2.1 договора), в том числе: дробилку центробежную ударно-инерционную ДЦУС-7 (1 шт.), грохот инерционный легкий - ГИЛ-43 –(1 шт.), конвейер ленточный (ширина 600 мм, длина 18 м) (3 шт.), конвейер ленточный (ширина 500 мм, длина 24 м) (3 шт.), питатель ленточный (ширина 1000 мм, длина 6 м) (1 шт.), бункер приемный 7 м3 (1 шт.), течку пересыпную с грохота на конвейер 22, течку пересыпную с питателя на конвейер, течку пересыпную с конвейера в дробилку, течку пересыпную с дробилки на конвейер.

Указанное имущество (оборудование) было передано истцом ответчику в день заключения договора купли-продажи по акту приема-передачи от 25.04.2017, подписанному обеими сторонами без каких-либо замечаний со стороны истца либо ответчика.

Договором купли-продажи и актом приема-передачи оборудования, подписанными 25.04.2017 обеими сторонами, подтверждаются комплектность проданного оборудования, возможность его эксплуатации по целевому назначению, а также то обстоятельство, что оно является бывшим в употреблении.

Стороны согласовали график платежей, согласно которому покупатель ФИО2 обязался оплатить полную стоимость купленного им оборудования в срок до 25.12.2017.

В момент заключения договора 25.04.2017 ФИО2 оплатил ФИО3 в соответствии с п. 2.2.1 договора 1 000 000,00 руб., что подтверждается лично указанными лицами, опрошенными в судебном заседании.

Согласно п. 1.3. договора оборудование передается в технически исправном, пригодном для эксплуатации по назначению состоянии.

Судом установлено, что после заключения договора ИП ФИО2 своими силами перевез указанное имущество на территорию ГУП Республики Крым «Крымжелезобетон» по адресу <...>, где оно было смонтировано с целью последующей эксплуатации и получения дохода.

В дальнейшем, получив от ответчика оборудование, истец более ничего не оплачивал, в связи с чем за ИП ФИО2 образовалась задолженность перед ФИО3 в сумме 8 000 000,00 руб.

Поскольку претензия ИП ФИО3 была оставлена ИП ФИО2 без удовлетворения, ИП ФИО3 обратился в Арбитражный суд Республики Крым с иском к ИП ФИО2 о взыскании задолженности и процентов за пользование чужими денежными средствами по ст. 395 ГК РФ, который был рассмотрен арбитражным судом в рамках дела № А83-47/2019.

Как следует из искового заявления, ИП ФИО2 в качестве оснований для признания договора купли-продажи оборудования от 25.04.2017 недействительным, указывает следующие обстоятельства, как непредоставление продавцом (ответчиком) правоустанавливающих документов, перечень которых не конкретизирован истцом; а также наличие у истца объективных сомнений в том, что ФИО3 являлся собственником проданного истцу оборудования.

При этом истец ссылается на то обстоятельство, что 18.02.2019 в рамках уголовного дела № 11701350002017525, расследуемого начальником отделения по расследованию ОПД в сфере экономики СЧ по расследованию ОПД СУ УМВД России по г. Симферополю капитаном полиции ФИО12, у ФИО2 была произведена выемка спорного оборудования, переданного на хранение ФИО2 согласно протоколу от 18.02.2019; по мнению истца, оспариваемая сделка совершена ФИО2 под влиянием обмана со стороны продавца ФИО3 относительно наличия прав на проданное оборудование третьих лиц, первоначально не названных истцом.

Истец полагает, что одно из наименований проданного ответчиком истцу оборудования – дробилка центробежно-ударная ДЦУС-7 на момент заключения оспариваемого истцом договора купли-продажи оборудования от 25.04.2017 не принадлежала продавцу ФИО3, поскольку является именно той дробилкой ДЦУС-7, ранее находившейся по адресу <...>, которая была похищена у ФИО4

В качестве доказательств приобретения ФИО4 дробилки ДЦУС-7 в материалы дела представлены копии договора купли-продажи оборудования от 05.06.2014, заключенного между ФИО4 и ООО «Стройпроект-Искусство» (г. Киев, Украина), накладной от 05.04.2014 и акта приема-передачи оборудования от 05.06.2014, копии квитанций к приходным кассовым ордерам по оплате ФИО4 стоимости дробилки, а также копии двух различных паспортов на дробилку ДЦУС-7.

Таким образом, истец, полагая, что одно из наименований проданного ответчиком истцу оборудования, а именно – дробилка ДЦУС-7 якобы не принадлежала продавцу на праве собственности на момент заключения договора купли-продажи от 25.04.2017, при этом ссылаясь на статьи 10, 166 и п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса РФ, просит суд признать недействительным в целом заключенный между истцом и ответчиком договор купли-продажи оборудования от 25.04.2017 как сделку, нарушающую требования закона или иного правового акта и при этом посягающую на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

При этом истец просит применить последствия недействительности оспариваемого договора в виде возврата сторон в первоначальное положение и взыскания с ответчика в пользу истца суммы 1 000 000,00 руб., ранее уплаченной истцом в пользу ответчика.

Кроме того, как на юридические основания заявленных исковых требований истец ссылается на ст. 178 ГК РФ (недействительность сделки, совершенной в результате существенного заблуждения) и ст.179 ГК РФ (недействительность сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств).

Суд отмечает, что в соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с ч. 1 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Так, в соответствии со вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Крым от 11.07.2019 по делу № А83-47/2019, оставленным без изменений постановлением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2019 и постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 28.01.2020, с ИП ФИО2 в пользу ИП ФИО3 взыскана задолженность по договору купли-продажи оборудования от 25.04.2017 в сумме 8 000 000,00 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами по ст. 395 ГК РФ в сумме 491 123,29 руб. за период с 26.12.2017 по 24.10.2018, проценты за пользование чужими денежными средствами по ст. 395 ГК РФ в размере ключевой ставки Банка России на сумму долга 8 000 000,00 руб., начиная с 25.10.2018 по день фактического погашения ответчиком суммы долга, а также взысканы судебные расходы связанные с оплатой государственной пошлины в размере 65456,00 руб., во встречном иске ИП ФИО2 к ИП ФИО3 о расторжении договора купли-продажи оборудования от 25.04.2017 отказано. Указанными судебными актами по делу № А83-47/2019, в частности, установлено, что по спорному договору от 25.04.2017 ФИО3 была продана дробилка центробежная ударная ДЦУС-7 с двигателем российского производства мощностью 110 КВт, тогда как ФИО4 представлены документы о приобретении дробилки с мотором иностранного производства фирмы «HANSEN» другой мощности, то есть иного имущества.

В постановлении от 28.01.2020 по делу № А83-47/2019 Арбитражный суд Центрального округа, в частности, указывает, что факт возбуждения органами предварительного следствия уголовного дела по заявлению ФИО13 по факту хищения принадлежавшего ему имущества сам по себе доказательством отсутствия права собственности ИП ФИО3 на спорное оборудование на момент его продажи ИП ФИО2 не является.

Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, которым установлены обстоятельства, не подлежащие доказыванию в рамках настоящего дела в силу ч. 4 ст. 69 АПК РФ, отсутствует.

Также суд кассационной инстанции указал, что доводы ИП ФИО2 и третьего лица ФИО4 о том, что право собственности на спорное оборудование не принадлежало ИП ФИО3 на момент заключения договора с ИП ФИО2, обоснованно признаны судами первой и апелляционной инстанций несостоятельными.

При этом Арбитражный суд Центрального округа в своем постановлении подчеркивает, что привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, ФИО4 в рамках дела №А83-47/2019 требований о признании своего права собственности или об оспаривании права собственности сторон на спорное оборудование не заявлял, в связи с чем у судов первой и апелляционной инстанций отсутствовали основания установления права собственности на спорное оборудование в момент заключения договора между истцом (ИП ФИО3) и ответчиком (ИП ФИО2).

Принимая во внимание приведенную правовую позицию Арбитражного суда Центрального округа по делу № А83-47/2019, суд считает необходимым отметить, что ФИО4, привлеченный к участию в настоящем деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в настоящем деле № А83-4609/2019 также не заявлял самостоятельных требований о признании своего права собственности или об оспаривании права собственности сторон на спорное оборудование, в связи с чем у суда в данном деле отсутствуют основания для установления субъекта права собственности на спорное оборудование в момент заключения оспариваемого договора между истцом и ответчиком.

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО8 и ФИО10 сообщили суду об известных им обстоятельствах приобретения ФИО2 оборудования по договору купли-продажи от 25.04.2017, заключенному с ФИО3

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО10 пояснил суду, что участвовал в монтаже и пусконаладке оборудования, проданного ответчиком истцу, когда оно до апреля 2017 года находилось в с. Скалистом Бахчисарайского района Республики Крым. А затем данный свидетель принимал участие в его разборке и демонтаже с целью передачи ФИО3 истцу для дальнейшей транспортировки данного оборудования на территорию ГУП РК «Крымжелезобетон». Также пояснил, что дробилка ДЦУС-7, входящая в состав данного оборудования, была доставлена в Крым грузовым транспортом с материковой части России.

Свидетель ФИО8 пояснил суду, что проданное впоследствии ФИО2 оборудование частями приобреталось ФИО3 и его представителями (по поручению ФИО3 и за его счет) за наличные денежные средства у разных частных лиц (граждан) ориентировочно в течение 2015-2016 гг. После полного укомплектования и проверки работоспособности указанное оборудование, ранее смонтированное на территории производственной базы в с. Скалистом Бахчисарайского района Республики Крым, было продано ФИО3 ФИО2 согласно договору купли-продажи оборудования от 25.04.2017 как бывшее в употреблении. В отношении дробилки ДЦУС-7 свидетель ФИО8 пояснил, что по поручению и за счет ФИО3 её доставил в г. Симферополь общий знакомый ФИО3 и ФИО2 ФИО9, который по поручению и за счет ФИО3 купил данную дробилку, оснащенную двигателем российского производства, ориентировочно в г. Магнитогорске.

Свидетель ФИО11 сообщила суду известные ей обстоятельства продажи истцу ответчиком оборудования по договору купли-продажи от 25.04.2017, в том числе спорной дробилки. Показания данного свидетеля, касающиеся самого факта уже последующей эксплуатации приобретенного истцом оборудования, смонтированного на территории ГУП РК «Крымжелезобетон», суд находит не относящимися к предмету заявленных требований.

Суд установил, что в спорном договоре купли-продажи от 25.04.2017 и акте приема-передачи от 25.04.2017 отсутствуют указания на какие-либо идентифицирующие признаки дробилки ДЦУС-7, проданной ответчиком истцу, позволяющие отождествить ее с дробилкой ДЦУС-7, приобретенной ФИО4 по договору от 05.06.2014.

При этом суд отмечает, что истцом и третьим лицом представлены в материалы дела два разных паспорта на дробилку ДЦУС-7:

- паспорт дробилки центробежной ДЦУС-7 ДЦ-990.00.00.000 ПС за 2003 г., выданный ЗАО «Украинская горная корпорация», заводской (инвентарный) № 2, дата изготовления: 24.12.2003 г.;

- паспорт дробилки центробежно-ударного самоизмельчения ДЦУС-7.00.00.000 ПС за 2007 г., выданный ООО «ДНЕПР-Промцентр», заводской № 08, дата изготовления: декабрь 2007 г.

Указанные противоречия не позволяют суду прийти к выводу о том, что какой-либо из имеющихся в деле паспортов является паспортом дробилки, приобретенной ФИО4 у ООО «Стройпроект-Искусство» по договору купли-продажи от 05.06.2014, учитывая, что данный договор не содержит указание на производителя и заводской номер отчуждаемой дробилки ДЦУС-7.

В то же время имеющиеся в деле копии паспортов разных производителей (ООО «ДНЕПР-Промцентр» и ЗАО «Украинская горная корпорация») не содержат сведений, каким именно двигателем (производитель, заводской номер) были оснащены соответствующие данным паспортам дробилки ДЦУС-7, тогда как в п. 1.2.1. договора купли-продажи оборудования от 05.06.2014, заключенного между ФИО4 и ООО «Стройпроект-Искусство», имеется указание на производителя и заводской номер двигателя, которым оснащена дробилка ДЦУС-7, проданная ФИО4 (двигатель фирмы «Hansen» GH037122).

Более того, истцом и третьим лицом не представлены надлежащие доказательства, свидетельствующие о том, что любой из имеющихся в деле паспортов относится к дробилке ДЦУС-7, проданной ответчиком истцу.

Таким образом, каких-либо относимых и допустимых доказательств того, что дробилка ДЦУС-7, купленная ФИО4 у ООО «Стройпроект-Искусство», является той же самой дробилкой ДЦУС-7, которую ответчик продал истцу, суду не представлено.

Также суд учитывает, что в результате осмотра оборудования, проведенного ИП ФИО3 07.12.2019 в соответствии с условиями договора от 25.04.2017, о котором был уведомлен ИП ФИО2, установлено, что в настоящее время дробилка ДЦУС-7, проданная ответчиком истцу по договору от 25.04.2017, расположенная на территории ГУП РК «Крымжелезобетон», оснащена двигателем фирмы «Hansen» заводской № GH037120, что согласуется с показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО8, указавшего на то, что в ходе эксплуатации проданного ответчиком истцу оборудования была произведена замена вышедшего из строя двигателя, которым данная дробилка была оснащена первоначально в момент продажи истцу по договору купли-продажи оборудования от 25.04.2017.

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что истцом никак не обосновано требование о признании договора купли-продажи оборудования от 25.04.2017 недействительным в целом, тогда как истец ссылается на наличие притязаний третьего лица ФИО4 лишь на одно из наименований проданного оборудования – дробилку ДЦУС-7.

Суд приходит к выводу, что исковые требования истца основаны на ошибочном толковании норм материального права и неверной оценке фактических обстоятельств. Ссылаясь на ст. 178 ГК РФ, истец совершенно не указывает, в отношении каких - именно обстоятельств оспоренной им сделки он существенно заблуждался и чем это доказывается.

Истцом как лицом, оспаривающим сделку, не доказан факт нарушения спорным договором его прав или охраняемых законом интересов.

В силу ст. 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Соответственно, покупая данное оборудование ИП ФИО2 принял на себя все риски, связанные с его эксплуатацией в рамках осуществления истцом его предпринимательской деятельности.

Как разъясняется в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Учитывая недоказанность доводов истца о наличии обстоятельств, относительно которых он как потерпевший мог быть обманут, и, как следствие, отсутствие умысла ответчика совершить обман, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания недействительным договора купли-продажи оборудования от 25.04.2017, заключенного между истцом и ответчиком, и по п. 2 ст. 179 ГК РФ.

Суд соглашается с доводами ответчика о том, что действия истца ИП ФИО2 следует расценивать как недобросовестные, поскольку они направлены на уклонение от исполнения добровольно принятых на себя обязательств и представляют собой не что иное, как злоупотребление правом, которое не допускается в силу ч. 1 ст. 10 ГК РФ.

Суд отмечает, что в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Установив, что истец, полностью исполнивший оспариваемый им договор в части получения в натуре приобретенного оборудования и частично исполнивший этот договор в части оплаты стоимости приобретенного оборудования, а также получивший очевидную выгоду от спорной сделки, давал основания другим лицам полагаться на ее действительность, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что заявленные требования истца о признании такой сделки недействительной не обоснованы, а потому удовлетворению не подлежат.

В связи с отказом в иске государственная пошлина подлежит отнесению на истца в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

При этом излишне уплаченная истцом по квитанции № 236 от 21.03.2019 (РНКБ Банк (ПАО) государственная пошлина в размере 6 000,00 руб., подлежит возврату истцу из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Крым


РЕШИЛ:

1. В удовлетворении требований Индивидуального предпринимателя ФИО2 – отказать.

2. ФИО14 Алиевичу из федерального бюджета излишне уплаченную государственную пошлину в размере 6 000, 00 руб., уплаченную по квитанции №236 от 21.03.2019 (РНКБ Банк (ПАО), о чём выдать справку.


Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Республики Крым в порядке апелляционного производства в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд (299011, <...>) в месячный срок со дня его принятия.


Для сведения: Информацию о движении дела, а также тексты судебных актов могут быть получены через официальный источник, - «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru/ на официальном сайте Арбитражного суда Республики Крым.


Судья И.К. Осоченко