Постановление от 19 августа 2019 г. по делу № А67-4476/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А67-4476/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 12 августа 2019 года


Постановление изготовлено в полном объеме 19 августа 2019 года



Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Забоева К.И.,

судей Бедериной М.Ю.,

Глотова Н.Б.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Технохолод» Сакса Юрия Леонардовича на определение Арбитражного суда Томской области от 19.02.2019 (судья Цыбульский Ю.В.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 04.04.2019 (судьи Кудряшева Е.В., Зайцева О.О., Усанина Н.А.) по делу № А67-4476/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Технохолод» (634033, Томская область, город Томск, улица Степная, дом 3, квартира 1, ИНН 7017234112, ОГРН 1097017003490), принятые по жалобе Федеральной налоговой службы (127381, город Москва, улица Неглинная, дом 23, ИНН 7707329152, ОГРН 1047707030513) на бездействие конкурсного управляющего.

Суд установил:

определением Арбитражного суда Томской области от 07.07.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Технохолод» (далее – общество «Технохолод», должник).

Определением суда от 25.08.2017 в отношении общества «Технохолод» введено наблюдение, а решением суда от 14.02.2018 (резолютивная часть объявлена 09.02.2018) должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Сакс Юрий Леонардович (далее – конкурсный управляющий).

Федеральная налоговая служба (далее – ФНС России, уполномоченный орган) обратилась в суд с жалобой о признании незаконным бездействия конкурсного управляющего, выразившегося в длительном не оспаривании сделки по отчуждению должником имущества на основании договора купли-продажи от 27.11.2014, заключенного с обществом с ограниченной ответственностью «Актив» (далее – общество «Актив»).

Определением Арбитражного суда Томской области от 19.02.2019, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 04.04.2019, бездействие конкурсного управляющего в непринятии мер по оспариванию сделки признано незаконным.

Конкурсный управляющий обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение и постановление, отказать в удовлетворении жалобы ФНС России.

В обоснование кассационной жалобы конкурсный управляющий указывает, что заявление о признании договора купли-продажи от 27.11.2014 недействительной сделкой было им направлено в суд первой инстанции 11.02.2019, то есть до вынесения обжалуемого определения от 19.02.2019, резолютивная часть которого объявлена 12.02.2019. По мнению конкурсного управляющего, это свидетельствует о том, что вывод судов о неправомерном характере бездействия управляющего ошибочен.

В отзыве на кассационную жалобу ФНС России просит отказать в ее удовлетворении, оставить судебные акты без изменения, а также ходатайствует о проведении судебного заседание в отсутствие представителя.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассмотрена в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Судами установлено, что между обществами «Технохолод» (продавец) и «Актив» (покупатель) заключен договор купли-продажи от 27.11.2014 (далее – договор от 27.11.2014), по условиям которого продавец обязался передать, а покупатель принять в собственность и оплатить следующее недвижимое имущество: нежилое помещение, общей площадью 175,4 кв. м, этаж первый, номер на поэтажном плане 1006, находящееся по адресу: Томская область, город Томск, проспект Фрунзе, дом 240а, строение 11.

Цена нежилого помещения определена сторонами в пункте 3.1 спорного договора и составляет 5 000 000 руб.

Между обществом «Технохолод» (заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «Компания «Технохолод» (исполнитель) (далее – компания «Технохолод») заключен договор оказания услуг от 01.12.2014 (далее – договор от 01.12.2014), по условиям которого исполнитель обязался по заданию заказчика оказать услуги по монтажу холодильного оборудования в соответствии со спецификацией, техническим заданием, проектно-сметной документацией, а заказчик обязался принять результат оказания услуг и оплатить его.

На основании соглашения о переводе долга от 01.10.2015 (далее – соглашение о переводе долга) общество «Актив» (первоначальный должник) передало, а компания «Технохолод» (новый должник) приняла долг по договору от 01.12.2014 в сумме 5 000 000 руб. с согласия кредитора (общество «Технохолод»).

Соглашением о зачете от 01.10.2015, подписанным между обществами «Актив», «Технохолод» и компанией «Технохолод», задолженность общества «Актив» перед обществом «Технохолод», возникшая в результате заключения договора от 27.11.2014, погашена; задолженность общества «Технохолод» по договору от 01.12.2014 перед компанией «Технохолод» на сумму 5 000 000 руб. погашена; долг общества «Актив» перед обществом «Технохолод» переведен на компанию «Технохолод».

В связи с непринятием конкурсным управляющим мер по анализу договора от 27.11.2014 и его оспариванию в суде, уполномоченный орган, являющийся конкурсным кредитором должника (определение Арбитражного суда Томской области от 03.11.2017 по настоящему делу), обратился в суд с настоящей жалобой.

Удовлетворяя жалобу, суд первой инстанции исходил из того, что конкурсным управляющим не представлены доказательства, свидетельствующие о принятии каких-либо мер по проведению анализа договора от 27.11.2014 на предмет выявления являющихся основаниями для его судебного оспаривания пороков, в том числе после получения требования уполномоченного органа, в котором было указано на их наличие.

При этом судом первой инстанции приняты во внимание достаточно убедительные доводы уполномоченного органа относительно формального присутствия у сделки признаков подозрительности в связи с непоступлением оплаты по договору от 27.11.2014 и аффилированности его сторон.

В этой связи суд заключил, что подобные обстоятельства у любого добросовестного и разумного арбитражного управляющего должны были вызвать серьезные сомнения относительно действительности сделки по отчуждению нежилого помещения, являющегося единственным ликвидным активом должника.

Седьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Довод конкурсного управляющего о том, что 11.02.2019 он сдал в почтовое отделение заявление об оспаривании договора от 27.11.2014, суд апелляционной инстанции отклонил, указав на то, что, несмотря на осведомленность конкурсного управляющего об этой сделке, возникшей непосредственно после утверждения управляющего (09.02.2018), так как на первом собрании кредиторов 29.01.2018 уполномоченный орган заявлял о необходимости оспаривания договора от 27.11.2014, конкурсный управляющий обратился с соответствующим заявлением только 11.02.2019, что свидетельствует о его длительном неправомерном бездействии в предшествующий период.

Суд округа полагает, что обособленный спор разрешен судами верно.

Конкурсный управляющий, являющийся профессиональным участником антикризисных отношений, наделен компетенцией по оперативному руководству процедурой конкурсного производства. В круг основных обязанностей конкурсного управляющего входит формирование конкурсной массы. Для достижения этой цели арбитражный управляющий обязан принимать управленческие решения, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, он вправе по своей инициативе подавать в суд заявления о признании сделок недействительными, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника (пункты 2 и 3 статьи 129, пункт 1 статьи 61.9, пункт 2 статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», далее – Закон о банкротстве).

Обязанность действовать добросовестно является универсальным гражданско-правовым принципом, получившим свое отражение в нормах действующего права (пункт 4 статьи 1, пункт 2 статьи 6, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Применительно к деятельности арбитражного управляющего названный общий принцип ретранслирован в законодательство о банкротстве в качестве специальной нормы (с аналогичным содержанием).

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Данную обязанность управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему кредиторы с какими-либо предложениями либо нет. Это означает, что меры, направленные на пополнение конкурсной массы (в частности, с использованием механизмов оспаривания подозрительных сделок должника, взыскания убытков и привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц), планирует и реализует, прежде всего, сам арбитражный управляющий как профессионал, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства.

Учитывая существование объективно обусловленной повышенной конфликтности между заинтересованными лицами в отношениях, связанных с институтом банкротства, возложение на арбитражного управляющего соответствующей обязанности в числе прочего означает, что он как профессиональный антикризисный менеджер в ситуации неопределенности правового регулирования должен действовать исходя из баланса объективно противопоставленных интересов вовлеченных в процесс несостоятельности лиц с учетом заложенных в действующих нормах права ценностных ориентиров, предопределяющих цели законодательного регулирования.

Именно с этой позиции суд в дальнейшем должен оценивать поведение управляющего при поступлении соответствующей жалобы на его действия (бездействие).

Сказанное согласуется с позициями, приведенными в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 12.09.2016 № 306-ЭС16-4837, от 11.07.2019 № 310-ЭС18-17700(2).

Стандарт поведения арбитражного управляющего описан в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с указанной моделью поведения разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

В ходе проверки действий управляющего на предмет соответствия указанному стандарту судом учитывается степень его усердия при приложении усилий к получению информации путем применения всех существующих возможностей, а также при дальнейшей реализации управляющим на основании имеющихся и приобретенных сведений полномочий, предоставленных законом.

Главным критерием выступает согласованность действий управляющего с основной целью конкурсного производства как ликвидационной процедуры, заключающейся в максимальном экономическом эффекте при удовлетворении требований кредиторов должника, достигаемом путем обеспечения баланса между затратами на проведение процедуры конкурсного производства (как финансовыми, так и временными) и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований.

При этом судебная практика исходит из того, что тяжесть бремени доказывания при реализации арбитражным управляющим, реализующим свои права и исполняющим обязанности по наполнению конкурсной массы должника, должна быть сопоставима с реальными возможностями по представлению доказательств, исходя из имеющейся у управляющего степени документальной осведомленности о предыдущих действиях должника.

Существующие в Законе о банкротстве и его разъяснениях, данных высшими судебными инстанциями, правовые презумпции в совокупности с процессуальным приемом доказательств prima facie (на первый взгляд) позволяют выравнивать бремя доказывания при отсутствии у управляющего исчерпывающей совокупности документов, возлагая его в основном на контрагентов должника (сторону оспариваемой сделки, получателя денежных средств, фактического владельца имущества и пр.).

Иными словами, недостаточность, с точки зрения управляющего, имеющейся у него доказательственной базы может оправдывать его пассивность, заключающуюся в неосуществлении действий по собиранию конкурсной массы, только в том случае, когда им доказана полная бесперспективность реализации подобных полномочий, которая может привести только к увеличению имущественных и временных затрат на процедуру даже при максимальном приложении усилий в доказывании соответствующих требований.

Суды первой и апелляционной инстанций, удовлетворяя жалобу ФНС России, проанализировав представленные в материалы обособленного спора доказательства и оценив их по правилам статьи 71 АПК РФ, обоснованно сочли бездействие управляющего не отвечающим требованиям Закона о банкротстве, поскольку сделка по отчуждению нежилого помещения, являющегося единственным ликвидным активом должника, конкурсным управляющим на предмет наличия в ней дефектов, являющихся основаниями для судебного оспаривания, своевременно проверена не была, и длительный период не оспаривалась, несмотря на обращение уполномоченного органа с подобным требованием еще на первом собрании кредиторов.

Меры по оспариванию сделки конкурсный управляющий предпринял только после обращения ФНС России с жалобой на его действия.

Учитывая это, суд апелляционной инстанции верно отклонил довод Сакса Ю.Л. о сдаче 11.02.2019 в почтовое отделение заявления об оспаривании сделки, поскольку должным образом конкурсный управляющий приступил к реализации соответствующих полномочий только в феврале 2019 года, что свидетельствует о его неоправданной пассивности в предшествующий период.

Таким образом, судами сделаны выводы на основании полного, всестороннего, детального исследования доказательств, в том числе оценки поведения конкурсного управляющего на протяжении дела о банкротствев сопоставлении с интересами должника и конкурсных кредиторов.

Поскольку оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке не имеется, жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Томской области от 19.02.2019 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 04.04.2019 по делу № А67-4476/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий К.И. Забоев


Судьи М.Ю. Бедерина


Н.Б. Глотов