Постановление от 9 февраля 2023 г. по делу № А60-14204/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9680/22

Екатеринбург

09 февраля 2023 г.


Дело № А60-14204/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 02 февраля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 февраля 2023 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Шавейниковой О.Э., Столяренко Г. М.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы Екатеринбургского муниципального унитарного предприятия водопроводно-канализационного хозяйства и публичного акционерного общества «Т Плюс» на определение Арбитражного суда Свердловской области от 05.09.2022 по делу № А60-14204/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

Екатеринбургского муниципального унитарного предприятия водопроводно-канализационного хозяйства – ФИО1 (доверенность от 10.01.2022 № 40-10/16);

публичного акционерного общества «Т Плюс» – ФИО2 (доверенность от 05.09.2022), ФИО3 (доверенность от 06.09.2022).



Решением Арбитражного суда Свердловской области от 26.11.2018 потребительский жилищно-эксплуатационный кооператив № 213 (далее – кооператив, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО4.

Определением суда от 23.01.2019 конкурсным должником утвержден ФИО5.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.12.2020 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично, признаны доказанными основания для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника. Производство по рассмотрению заявления приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.02.2022 производство по делу о банкротстве кооператива прекращено.

Определением суда от 15.07.2022 производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 возобновлено.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.09.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с указанными судебными актами, Екатеринбургское муниципальное унитарное предприятие водопроводно-канализационного хозяйства (далее - ЕМУП «Водоканал) и публичное акционерное общество «Т Плюс» (далее – общество «Т Плюс») обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами, в которых, ссылаясь на неправильное применение норм материального права и несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и материалам дела, просят указанные судебные акты отменить и принять новый судебный акт об установлении размера ответственности ФИО6

Общество «Т Плюс» в обоснование своей кассационной жалобы приводит доводы о том, что основания для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности (не обращение с заявлением о признании должника банкротом) установлены вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.12.2020, в связи с чем отказ в удовлетворении заявления на стадии установления размера ответственности фактически нарушает принцип обязательности судебных актов (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), соответственно ответчик подлежал привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим за период с 01.01.2016 по 24.04.2018.

ЕМУП «Водоканал» в своей кассационной жалобе указывает на то, что им были оказаны должнику коммунальные услуги (водоснабжение и водоотведение), объектом водоснабжения и водоотведения являлся многоквартирный жилой дом, находящийся в управлении должника. Кассатор указывает, что в силу правил предоставления коммунальных услуг водоснабжение многоквартирного дома не может быть прекращено. Заявитель кассационной жалобы также отмечает, что бездействие контролирующего должника лица по своевременному направлению заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) в ситуации, когда кредитор не имеет возможности уменьшить размер убытков посредством реализации права на отказ от договора (прекращение существующих обязательств), влечет возникновение убытков на стороне такого кредитора в виде суммы нарастающей задолженности.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителей кассационных жалоб.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в рамках дела о банкротстве кооператива было рассмотрено заявление конкурсного управляющего о привлечении бывшего руководителя должника (ФИО6) к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника.

Конкурсный управляющий в качестве основания для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности указывал на неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом (статьи 9, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.12.2020 признаны доказанными основания для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника по названному основанию.

Судом при этом было установлено, что должник стал отвечать признакам неплатежеспособности в 2016 году, однако в нарушение требований статьи 9 Закона о банкротстве, возлагающей на руководителя должника обязанность по обращению с заявлением о банкротстве в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве), не обратился с соответствующим заявлением. В свою очередь, заявление о признании кооператива несостоятельным (банкротом) подано кредитором (МУП «Водоканал») 13.03.2018.

Производство по рассмотрению заявления приостанавливалось до окончания расчетов с кредиторами.

После возобновления производства по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности для установления размера ответственности бывшего руководителя суды установили, что в реестр требований кредиторов должника включены следующие требования:

- Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы № 31 по Свердловской области,

- ЕМУП «Водоканал»,

- общества с ограниченной ответственностью «Свердловская теплоснабжающая компания»;

- общества «Екатеринбурггаз»;

- Екатеринбургского муниципального унитарного предприятия Водопроводно-канализационного хозяйства,

- общества «Т Плюс»,

- акционерного общества «Екатеринбургэнергосбыт».

Судами также установлено, что задолженность по уплате обязательных платежей перед уполномоченным органом образовалась в 2018 году; обязательства перед ресурсоснабжающими организациями возникли из договоров, заключенных как до 2016 года, так и после, при этом, задолженность сформирована за период как до, так и после возникновения признаков неплатежеспособности (2016 год).

При рассмотрении вопроса о размере субсидиарной ответственности ФИО6 суды первой и апелляционной инстанций руководствовались тем, что в соответствии с частью 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Установив, что основная часть договоров с ресурсоснабжающими организациями заключена до 2016 года, то есть до возникновения на стороне руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве кооператива, суды первой и апелляционной инстанций сделали вывод, что при вступлении в правоотношения с такими кредиторами ответчик не скрывал от них сведений о тяжелом финансовом положении кооператива, исходя из чего, отметив, что на наличие каких-либо иных обязательств должника в обоснование заявленных требований кредиторы не ссылаются, сделали вывод об отсутствии задолженности, подлежащей включению в размер ответственности ФИО6

Относительно договоров, заключенных в 2016 году и позднее, в частности договора энергоснабжения от 01.02.2017 № 31177 с обществом «Екатеринбургэнергосбыт», суд первой инстанции указал, что руководитель кооператива не мог отказаться от заключения договоров на оказание коммунальных услуг, поскольку такой отказ от договоров неминуемо привел бы к нарушению прав членов ЖСК, в связи с чем сделал вывод, что такая задолженность также не может быть включена в размер ответственности ФИО6

Оценив законность обжалуемых судебных актов, суд округа полагает их подлежащими отмене в связи со следующим.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Размер ответственности лица, не исполнившего обязанность своевременно обратиться с заявлением о банкротстве, ограничен обязательствами, возникшими после истечения месячного срока на подачу заявления и до возбуждения дела о банкротстве (пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ).

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), по общему правилу, при определении размера субсидиарной ответственности руководителя не учитываются обязательства перед кредиторами, которые в момент возникновения обязательств знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве.

Вместе с тем, согласно абзацу 2 указанного пункта приведенное правило не применяется по отношению к обязательствам перед кредиторами, которые объективно вынуждены были вступить в отношения с должником либо продолжать существующие (недобровольные кредиторы), например, уполномоченный орган по требованиям об уплате обязательных платежей, кредиторы по договорам, заключение которых являлось для них обязательным, кредитору по деликтным обязательствам (по смыслу пункта 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае судами было установлено и из материалов дела следует, что деятельность должника заключалась в управлении многоквартирным жилым домом.

При этом, преобладающую часть требований, включенных в реестр, составляет задолженность перед ресурсоснабжающими организациями, остальную часть – требования уполномоченного органа.

Как было указано ранее, большая часть договоров с ресурсоснабжающими организации была заключена задолго до возникновения у ответчика (бывшего руководителя) обязанности по обращению с заявлением о банкротстве должника.

Таким образом, кредиторы кооператива (ресурсоснабжающие организации) продолжали исполнять свои обязательства по поставке энергии, водоснабжению и водоотведению в условиях осведомленности о неисполнении должником своих обязательств абонента по оплате ранее потребленной энергии, водоснабжения и водоотведения.

В то же время, ресурсоснабжающие организации не могли прекратить исполнение обязательств по поставке энергии, водоснабжению и водоотведению, конечными получателями которой являлись жители многоквартирного жилого дома.

Положениями Федеральных законов от 27.07.2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении», от 07.12.2011 № 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении», Правилами функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 31.08.2006 № 530, предусмотрена возможность лишь временного прекращения или ограничения подачи энергоресурсов потребителям.

Согласно подпункту «в» пункта 3 Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354 (далее – Правила № 354), предоставление коммунальных услуг потребителю осуществляется круглосуточно (коммунальной услуги по отоплению - круглосуточно в течение отопительного периода), то есть бесперебойно либо с перерывами, не превышающими продолжительность, соответствующую требованиям к качеству коммунальных услуг.

Действия по ограничению или приостановлению предоставления коммунальных услуг не должны приводить к нарушению прав и интересов потребителей, пользующихся другими помещениями в этом многоквартирном доме и полностью выполняющих обязательства, установленные законодательством Российской Федерации и договором, содержащим положения о предоставлении коммунальных услуг (подпункт «б» пункта 122 Правил № 354).

С учетом приведенных положений, ресурсоснабжающие организации, являющиеся кредиторами должника, не могли отказаться от заключенных договоров энергоснабжения, водоснабжения и водоотведения, поскольку такие действия привели бы к отключению жилого многоквартирного дома от энергетических и водных ресурсов.

Такие ресурсоснабжающие организации в рассматриваемом случае относятся к недобровольным кредиторам в понимании пункта 14 постановления Пленума № 53, и обязательства перед ними подлежат включению в размер ответственности руководителя несмотря на осведомленность о неплатежеспособности должника.

Требования уполномоченного органа также следует квалифицировать как задолженность перед недобровольным кредитором; на соответствующую квалификацию прямо указано в пункте 14 Постановления № 53.

Таким образом, задолженность всех конкурсных кредиторов должника, сформированная после истечения месячного срока на обращение с заявлением о банкротстве должника (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве) и до возбуждения дела о банкротстве, является размером ответственности ФИО6

Указание суда первой инстанции на то, что заключение договоров с ресурсоснабжающими организациями после возникновения признаков объективного банкротства являлось обязательным и обусловленным защитой прав членов кооператива, не исключает обязанность руководителя должника по обращению с заявлением о банкротстве и несение соответствующей ответственности, обусловленной неисполнением такой обязанности.

Кроме того, суд округа отмечает, что при наличии обязательств, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве, и при рассмотрении заявления о привлечения руководителя к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ), статьи 61.12 Закона о банкротстве (в действующей редакции), размер ответственности подлежит определению одновременно с привлечением к субсидиарной ответственности.

В настоящем случае основания для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности установлены вступившим в законную силу определением суда от 14.12.2020.

В то же время, вопрос о размере ответственности в нарушение вышеприведенных положений не был разрешен судом в указанном определении, рассмотрение заявления конкурсного управляющего было приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Согласно пункту 43 Постановления № 53 изложенный в резолютивной части определения о приостановлении производства по делу вывод суда о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является общеобязательным (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), что исключает повторную проверку этого вывода после возобновления производства по обособленному спору на основании абзаца первого пункта 9 статьи 61.16 Закона о банкротстве.

В указанной связи выводы судов об отсутствии обязательств должника, подлежащих включению в размер ответственности ФИО6, фактически противоречат вступившему в законную силу судебному акту об установлении оснований для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (статья 61.12 Закона о банкротстве).

В связи с тем, что судами первой и апелляционной инстанций неверно применены нормы материального права, допущены существенные нарушения норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита законных интересов кредиторов, определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат отмене на основании частей 2, 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отмене.

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется установление всех имеющих значение для дела обстоятельств, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции в силу предоставленных ему полномочий, обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, с учетом применения вышеизложенных норм права, разъяснений и позиций Верховного Суда Российской Федерации определить объем обязательств, подлежащих включению в размер субсидиарной ответственности, после чего принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 05.09.2022 по делу № А60-14204/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022 по тому же делу отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Ф.И. Тихоновский


Судьи О.Э. Шавейникова


Г.М. Столяренко