Постановление от 23 мая 2023 г. по делу № А41-78510/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва 23.05.2023 Дело № А41-78510/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 16.05.2023 Полный текст постановления изготовлен 23.05.2023

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Перуновой В.Л., судей: Кручининой Н.А., Уддиной В.З. при участии в заседании: ФИО1 – лично, паспорт РФ,

от АО «БМ-Банк» – ФИО2, доверенность от 12.12.2022,

от конкурсного управляющего должника – ФИО3 доверенность от 07.07.2022,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Московской области от 13.11.2022, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023

по заявлению АО «БМ-Банк» о признании недействительными сделок должника, а именно пункта 8.1 трудового договора № 1 от 19.04.2021, заключенного между должником и ФИО1, в части установления оклада ФИО1 в размере, превышающем 112 269 руб. в месяц, пункта 8.2 трудового договора № 1


от 19.04.2021, заключенного между должником и ФИО1, и применении последствия недействительности сделок,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Рентэкспорт»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 07.09.2021 года ООО «Рентэкспорт» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Определением Арбитражного суда Московской области от 13.11.2022, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023, удовлетворено заявление АО «БМ-Банк» о признании недействительными сделок должника, а именно пункта 8.1 трудового договора № 1 от 19.04.2021, заключенного между должником и ФИО1, в части установления оклада ФИО1 в размере, превышающем 112 269 руб. в месяц, пункта 8.2 трудового договора № 1 от 19.04.2021, и применении последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в пользу должника суммы незаконно выплаченной заработной платы в размере 463 462,21 руб. (без НДФЛ), признании отсутствующей у должника задолженности по заработной плате перед ФИО1

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты судов первой и апелляционной инстанций отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В кассационной жалобе заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.


В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном Интернет-сайте https://kad.arbitr.ru/.

В порядке статьи 279 АПК к материалам дела приобщен отзыв АО «БМ- Банк» на кассационную жалобу.

Судом отказано в приобщении отзыва конкурсного управляющего должника на кассационную жалобу виду отсутствия доказательств его заблаговременного направления ответчику согласно части 1 статьи 279 АПК РФ. Судом также не учитываются новые доводы, изложенные в дополнениях к кассационной жалобе, поскольку данные дополнения были поданы в электронном виде 26.03.2023, то есть за пределами кассационного обжалования, между тем они учитываются в качестве правовой позиции заявителя.

В судебном заседании суда округа ФИО1 поддержала кассационную жалобу по указанным в ней доводам, представители АО «БМ- Банк» и конкурсного управляющего должника возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, не явились в судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы, о времени и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом.

Информация о процессе размещена на официальном сайте «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в судебном заседании в их отсутствие в порядке, установленном статьями 121, 123 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по обособленному спору фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.


Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из


сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

Для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие объективные факторы: сделка должна быть заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) и неравноценное встречное исполнение обязательств.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости


активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как разъяснено в пункте 5 Постановления № 63, в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и


(или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзаце тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Для целей применения содержащихся в абзацах втором-пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 9 Постановления № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Исходя из положений статей 129 и 132 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), заработная плата, в том числе стимулирующие выплаты работникам, являются вознаграждением за трудовую деятельность, а


встречным исполнением по указанной сделке является непосредственно осуществление трудовой функции.

В соответствии со статьей 57 ТК РФ в трудовом договоре должна быть указана трудовая функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы).

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, решением внеочередного общего собрания участников должника, оформленным протоколом от 19.04.2021 № 1, генеральным директором должника была назначена ФИО1

19.04.2021, то есть после введения в отношении должника процедуры наблюдения, между должником и ФИО1 был заключен трудовой договор № 1.

Согласно пункту 1.1. трудового договора работнику поручалось осуществлять общее управление должником как субъектом хозяйственно-правовых отношений в качестве генерального директора. За выполнение своих трудовых обязанностей должник выплачивал работнику заработную плату.

В соответствии с пунктом 1.4 договора работа по трудовому договору являлось основным местом работы.

Трудовой договор был заключен на неопределенный срок.

Работник приступал к исполнению своих обязанностей с 19.04.2021 (пункт 1.5 трудового договора).

Пунктом 8.1 трудового договора была установлена тарифная ставка (оклад) за выполнение должностных обязанностей, предусмотренных трудовым договором, в размере 883 500 руб.

Кроме того, пунктом 8.2. трудового договора работнику была установлена ежемесячная надбавка в связи с установлением обязанностей по антикризисному управлению в размере 1 тарифной ставки (оклада) – 883 500 руб.

Таким образом, судами установлено, что уже после введения в отношении должника процедуры наблюдения ежемесячное вознаграждение ФИО1


за выполнение функций генерального директора должника было установлено в размере 1 767 000 руб.

07.09.2021 ФИО1 была уволена в связи с признанием должника банкротом и открытием конкурсного производства.

Судами установлено, что размер вознаграждения, начисленного ФИО1 за период исполнения ею обязанностей генерального директора должника, составил 6 368 921,73 руб.

По мнению АО «БМ-Банк», заключенный с ФИО1 трудовой договор являлся недействительным в части размера установленной заработной платы в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьям 10 и 168 ГК РФ.

Удовлетворяя заявленные требования, суды посчитали доказанным наличие оснований для квалификации оспариваемых условий трудового договора недействительными.

Судами установлено, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 16.11.2020, трудовой договор с ФИО1 заключен 19.04.2021, то есть в периоды подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как указано судами, трудовым договором на ФИО1 возлагались обязанности по руководству всей деятельностью должника, координации работы по сотрудничеству с контрагентами, своевременному выполнению договоров, заключенных должником, обеспечению подготовки и заключения хозяйственных договоров для стабильной и ритмичной работы, обеспечение выполнения договорных обязательств должника и иные обязанности (пункт 2.2 трудового договора).

Также судами установлено, что к моменту приема на работу ФИО1 и заключения с ней трудового договора должник прекратил всякую хозяйственную деятельность, а именно:

не осуществлялись операционные расходы; было полностью прекращено движение денежных средств по счетам;


на предприятии отсутствовало необходимое для поддержания производственной деятельности количество работников (в штатном расписании предусмотрено только семь должностей, среди которых отсутствуют должности технического персонала, ответственного за производство).

Учитывая, что трудовой договор был заключен уже после введения процедуры наблюдения, судами верно указано, что ФИО1 в момент вступления в должность и заключения трудового договора должна была знать о неплатежеспособности должника и осознавать существенные трудности в осуществлении должником нормальной хозяйственной деятельности, правовое сопровождение которой, как правило, входит в круг должностных обязанностей штатных юристов.

Также суды учли, что по возбужденному в отношении ФИО1 в июле 2021 года уголовному делу была избрана мера пресечения – домашний арест, который заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает с возложением запретов и осуществлением за ним контроля.

Таким образом, суды верно констатировали, что с момента избрания в отношении ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста она объективно не могла осуществлять полномочия генерального директора должника и осуществлять руководство текущей хозяйственной деятельностью, в связи с чем начисление ответчику заработной платы в период с июля по сентябрь 2021 года являлось необоснованным.

Помимо изложенных обстоятельств, указывающих на неисполнение ФИО1 обязанностей по трудовому договору, судами установлено, что размер вознаграждения ответчика значительно (в пять раз) превышал размер оплаты предыдущего генерального директора должника.

Так, до вступления ФИО1 в должность размер оклада генерального директора ООО «Рентэкспорт» согласно штатному расписанию, утвержденному приказом организации от 11.02.2021 № 1, составлял 345 000 руб. Как указывалось ранее, общая сумма ежемесячного вознаграждения ФИО1 в соответствии с трудовым договором составляла 1 767 000 руб.,


из которой оклад составлял 883 500 руб., а надбавка за выполнение обязанностей по антикризисному управлению – 883 500,00 руб.

Штатное расписание, согласно которому оклад генерального директора должника установлен в размере 883 500 руб., было утверждено 19.04.2021 приказом генерального директора должника ФИО1, то есть в день назначения ФИО1 на данную должность внеочередным собранием участников должника.

Судами установлено, что до заключения с ФИО1 трудового договора размер оплаты труда предыдущего генерального директора за аналогичный период составлял 1 725 000 руб., в то время как начисленное ФИО1 вознаграждение составляет 6 368 921,73 руб., в связи с чем судами верно указано, что последствием заключения трудового договора является увеличение размера требований к должнику как минимум на 4 643 921,73 руб.

Данное требование ФИО1 учтено в составе второй очереди текущих платежей и подлежит приоритетному удовлетворению перед требованиями, включенными в реестр требований кредиторов, что уменьшает вероятность расчетов с независимыми кредиторами.

Таким образом, суды пришли к верному выводу о том, что заключение трудового договора, его условия в части установления заработной платы и надбавки привели к причинению вреда кредиторам должника.

Кроме того, суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов о необходимости применения последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника суммы незаконно выплаченной заработной платы в размере 463 462,21 руб., а также признании отсутствующей у должника задолженности по заработной плате перед ФИО1 по трудовому договору от 19.04.2021 № 1.

Доводы о том, что установленный пунктами 8.1 и 8.2 трудового договора размер оклада соответствуют характеру и сложности выполняемой работы, необходимости исполнения обязанностей по антикризисному управлению предприятием, а также соответствует квалификации и профессиональной


подготовке ФИО1, правомерно отклонены судами по следующим основаниям.

О том, что установленный трудовым договором размер вознаграждения является неравноценным встречному исполнению со стороны ответчика, свидетельствовали следующие обстоятельства:

На момент заключения трудового договора (19.04.2021) в отношении должника уже была введена процедура наблюдения (17.03.2021), в связи с чем ФИО1 должна была осознавать неспособность в полной мере выполнять должностные обязанности генерального директора хозяйственного общества;

должник прекратил ведение хозяйственной деятельности (не осуществлялись операционные расходы, было полностью прекращено движение денежных средств по счетам);

в штатном расписании, утвержденном приказом генерального директора ФИО1 от 19.04.2021 № 2, отсутствовало необходимое для поддержания производственной деятельности количество работников;

размер должностного оклада предыдущего генерального директора составлял 345 000 руб., что значительно меньше вознаграждения, установленного ФИО1, несмотря на то, что должник фактически прекратил финансово-хозяйственную деятельность. Столь существенное увеличение оклада генерального директора должника было произведено ФИО1 в период процедуры наблюдения;

надбавка за выполнение дополнительных обязанностей по антикризисному управлению является необоснованной, поскольку ФИО1 не выполняла каких-либо дополнительных обязанностей, направленных на финансовое оздоровление должника (не вела переговоры с кредитными организациями, с контрагентами, не осуществляла поиск инвесторов и т.п.).

Суды отметили, что бизнес-план, на составление которого ссылается кассатор, в материалы дела представлен не был.

Решением Арбитражного суда Московской области от 07.09.2021 ООО «Рентэкспорт» признано несостоятельным (банкротом), как организация, не


осуществляющая нормальную хозяйственную деятельность и неспособная своевременно и в полном объеме исполнять все существующие обязательства.

Как верно указано судами, установление пунктом 9.1.1 трудового договора обязанности должника выплатить ответчику выходное пособие в размере десятикратного среднемесячного заработка в случае введения процедуры конкурсного производства экономически необоснованно и не связано с наличием положительных результатов деятельности ответчика, а с учетом обязанностей по антикризисному управлению является, по своей сути, премией за отсутствие таких результатов.

В обоснование своих возражений ФИО1 также ссылалась на Заключение специалиста от 26.10.2022 исх. № 2022/2584.

Оценив указанное заключение, суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу о том, что оно не является надлежащим доказательством соответствия установленного размера оплаты труда занимаемой должности, поскольку представляет собой по сути лишь описание обязанностей ФИО1

Кроме того, суд учел, что в заключении специалиста содержится оговорка о том, что оценщик не проводила как часть работы аудиторскую, правовую или иную проверку предоставленной заказчиком информации. Об уголовной ответственности за подготовку заведомо ложного заключения специалист судом не был предупрежден.

Также оценка соответствия размера оплаты труда рыночным условиям проводилась исключительно на основании пояснений самой ФИО1, без проверки соответствия таких пояснений действительности и без учета всех фактических обстоятельств настоящего спора.

При таких обстоятельствах заключение специалиста о рыночной стоимости размера оплаты труда ФИО1 правомерно не было принято судами в качестве надлежащего доказательства равноценности встречного исполнения.

Довод ФИО1 о том, что она не является аффилированным по отношению к должнику лицом, признан судами необоснованным.


О наличии аффилированности ФИО1 по отношению к должнику, как установили суды, свидетельствуют следующие обстоятельства.

Участниками ООО «Рентэкспорт» являются ФИО5 (7% доли в уставном капитале) и ООО «Омакс Групп» (93% доли в уставном капитале).

Единственным участником ООО «Омакс Групп» является ФИО5 Таким образом, суды пришли к верному выводу о том, что контроль над 100% в уставном капитале должника осуществлялся ФИО5

08.04.2021 в связи со смертью ФИО5 нотариусом Одинцовского нотариального округа Московской области ФИО6 были заключены договоры доверительного управления наследственным имуществом № 50АБ4866360 и № 50АБ4866359 с ООО «Архилогос».

Судами установлено, что на основании указанных договоров в доверительное управление ООО «Архилогос» были переданы доля ФИО5 в уставном капитале ООО «Рентэкспорт» в размере 7% и доля в уставном капитале ООО «Омакс Групп» в размере 100%.

Таким образом, с 08.04.2021 контроль над 100% в уставном капитале должника осуществлялся ООО «Архилогос».

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, единоличным исполнительным органом ООО «Архилогос» является ФИО7 (супруг ответчика), а единственным участником, обладающим 100% долей участия – ФИО1

Тем самым, суды пришли к верному выводу о том, что 08.04.2021 супруги У-вы получили полный контроль над группой компаний, включающей в себя ООО «Омакс Групп» и ООО «Рентэкспорт».

Судами установлено, что на внеочередном общем собрании участников должника от 19.04.2021 решение о назначении ФИО1 генеральным директором должника принимал ФИО7

В связи с изложенным, суды пришли к верному выводу о том, что ФИО1 является заинтересованным лицом в отношении должника как лицо, обладающее 100% долей в уставном капитале ООО «Архилогос», доверительного управляющего 100% долей в уставном капитале ООО


«Рентэкспорт», и состоящее в родственных отношениях с единоличным исполнительным органом доверительного управляющего 100% долей в уставном капитале должника.

Указанные обстоятельства также подтверждаются выписками из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Рентэкспорт», ООО «Омакс Групп» и ООО «Архилогос», а также договорами доверительного управления.

Судами верно указано, что трудовой договор был заключен в условиях неплатежеспособности должника с заинтересованным лицом, что указывает на направленность сделки на причинение вреда кредиторам.

Факт осведомленности ФИО1 о наличии такой цели установлен судами.

Как верно указано судами, в настоящем случае причинение вреда имущественным правам кредиторов выразилось в установлении ответчику завышенной заработной платы в размере 1 767 000 руб. в отсутствие хозяйственной деятельности должника и, соответственно, встречного исполнения со стороны ответчика, привело лишь к увеличению размера задолженности должника, при этом задолженность перед ответчиком подлежит погашению в составе второй очереди текущих платежей.

Таким образом, выводы судов о наличии оснований для признания условий трудового договора об установлении завышенного размера оплаты труда ФИО1 недействительными на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Довод о недоказанности перечисления денежных средств в размере 463 462,21 рублей также правомерно признан судами необоснованным, так как факт такого перечисления прямо следует из выписки по счету должника.

Как и верно признан необоснованным довод о том, что оспариваемые сделки совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности должника (не превысили один процент от стоимости активов).


Как было указано ранее, трудовой договор № 1 с ФИО1 был заключен после введения в отношении должника процедуры наблюдения, при наличии требований кредиторов третьей очереди.

В связи с чем ФИО1 являлась осведомленной о соответствующем финансовом положении должника, на основании чего оспариваемые сделки правомерно не отнесены судами к сделкам, совершенным в процессе обычной хозяйственной деятельности должника.

Вопреки доводам ФИО1 она представляла отзыв на настоящее заявление АО «БМ-Банк», являлась заявителем апелляционной жалобы, следовательно, была извещена о начавшемся процессе, в том числе, и в суде апелляционной инстанции.

Также вопреки доводам кассатора обжалуемые судебные акты не затрагивают прав и законных интересов МИФНС России № 3 по Московской области, ввиду чего оснований для привлечения налогового органа третьим лицом к рассмотрению настоящего обособленного спора не имелось.

Выводы о неравноценности встречного предоставления ответчика по оспариваемым сделкам, а наличии оснований для признания условий трудового договора недействительной сделкой согласно пункту 2 статьи 61.2 закона о банкротстве соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Требования, затрагивающие гарантии трудовых прав ответчика, в частности, права на компенсацию неиспользованного отпуска, компенсации за задержку выплаты заработной платы, не заявлялись и не рассматривались судами.

Таким образом, суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что суды первой и апелляционной инстанций исследовали материалы дела полно, всесторонне и объективно. Представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены обжалованных судебных актов с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов не имеется.


Несогласие заявителя с выводами судебных инстанций, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствуют о наличии в принятых судебных актах существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или допущенной судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 АПК РФ, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 13.11.2022, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 по делу № А41-78510/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья В.Л. Перунова

Судьи: Н.А. Кручинина

В.З. Уддина