Постановление от 24 июля 2018 г. ФАС ЗСО (ФАС Западно-Сибирского округа)

351/2018-28675(1)


АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


+

город Тюмень Дело № А27-12311/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2018 года. Постановление изготовлено в полном объёме 25 июля 2018 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:


председательствующего Мельника С.А., судей Ишутиной О.В., Лошкомоевой В.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на постановление от 29.05.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Логачёв К.Д., Кудряшева Е.В., Фролова Н.Н.) по делу № А27-12311/2017 о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Чек- СУ.ВК» (652877, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>), принятые по заявлению ФИО1 (город Москва) о включении требования в размере 298 118 002 руб. 05 коп. в реестр требований кредиторов должника.

В заседании приняли участие: ФИО2 - представитель ФИО1 по доверенности от 23.05.2018 и представитель учредителей (участников) закрытого акционерного общества «Чек-СУ.ВК» на основании решения от 26.07.2018; ФИО3 – представитель государственной корпорации «Банк развития


и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)» по доверенности от 02.03.2016 № 134.

Суд установил:


в деле о банкротстве закрытого акционерного общества «Чек-СУ.ВК» (далее – общество, должник) ФИО1 (далее – ФИО1) 09.10.2017 обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о включении требования в размере 298 118 002 руб. 05 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Определением суда от 15.03.2018 (судья Поль Е.В.) требование ФИО1 в заявленном размере включено в реестр требований кредиторов общества с отнесением к третьей очереди удовлетворения.

Постановлением апелляционного суда от 29.05.2018 определение суда первой инстанции отменено; принят новый судебный акт об отказе во включении требования в реестр требований кредиторов должника.

В кассационной жалобе ФИО1 просит постановление апелляционного суда от 29.05.2018 отменить, оставить в силе определение арбитражного суда от 15.03.2018.

По мнению заявителя кассационной жалобы, судом апелляционной инстанции не установлено каких-либо фактов, указывающих на его недобросовестность при выдаче займов обществу и последующем обращении в суд с требованием; выводы об аффилированности заёмщика и займодавца не имеют правового значения применительно к процедуре конкурсного производства и с учётом преобладающего размера требования государственной корпорации «Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)» (далее – банк).

ФИО1 полагает, что у апелляционного суда отсутствовали основания для переоценки выводов суда первой инстанции относительно мотивов совершения сделок в форме предоставления займов; не принято во внимание осуществление должником деятельности при наличии кризисных факторов объективного характера и необходимости финансирования этой деятельности за счёт заёмных средств. Ссылки суда


на правовые позиции Верховного Суда Российской Федерации заявитель жалобы считает несостоятельными, поскольку фактические обстоятельства настоящего дела указывают на отсутствие корпоративных отношений.

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий должником и банк выражают согласие с выводами апелляционного суда.

В судебном заседании представитель ФИО1 и акционеров общества доводы, изложенные в кассационной жалобе, поддержал.

Представитель банка в удовлетворении кассационной жалобы просил отказать.

Изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 274, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемого постановления, суд кассационной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, между ФИО1 (займодавец) и обществом (заёмщик) был заключён договор денежного займа от 10.12.2012 № 10/12 (далее – договор займа), в соответствии с условиями которого займодавец обязался предоставить заёмщику заём в размере 7 000 000 руб.

Заключёнными впоследствии дополнительными соглашениями сумма займа увеличена до 290 000 000 руб.

Судами установлено, что совокупный размер денежных средств, перечисленных ФИО1 обществу, составил 232 075 000 руб.

Определением суда от 14.06.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества.

Определением суда от 06.09.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения.

Обращаясь в суд с настоящим требованием, ФИО1 указал на неисполнение должником обязательств по возврату заёмных денежных средств и уплате процентов на сумму займа.

Признавая требование обоснованным, суд первой инстанции исходил из доказанности факта предоставления займодавцем должнику денежных


средств на условиях договора займа и отсутствия оснований для квалификации заёмных отношений в качестве корпоративных.

Отменяя определение суда первой инстанции, апелляционный суд указал на корпоративный характер предоставления ФИО1 денежных средств при наличии у него противоправной цели уменьшения в интересах аффилированных с должником лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Суд кассационной инстанции считает, что апелляционным судом принят, по существу, правильный судебный акт.

Согласно пункту 1 статьи 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

На основании пунктов 3 - 5 статьи 71 Закона о банкротстве арбитражный суд осуществляет проверку обоснованности и размера требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В настоящем деле факт предоставления ФИО1 обществу денежных средств подтверждён допустимыми доказательствами, в том числе платёжными поручениями с отметками обслуживающего счёт банка о списании.


Вместе с тем судами установлено, что Рамзайцев Г.Н. является владельцем 474 334 обыкновенных именных акций общества (из 1 533 336) и председателем совета его директоров.

Действующее законодательство о банкротстве не относит к конкурсным кредиторам учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, поскольку характер обязательств этих лиц непосредственно связан с их ответственностью за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей.

Обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия (далее - корпоративные обязательства), носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью.

Как следствие, требования таких лиц по корпоративным обязательствам не подлежат включению в реестр требований кредиторов.

Безусловно, сама по себе выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства.

В то же время, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд вправе переквалифицировать заёмные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала, признав за спорным требованием статус корпоративного (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556).

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017),


утверждённый Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

В настоящем обособленном споре судами установлено, что полученные денежные средства использовались должником на погашение задолженности, в частности, выплату заработной платы, уплату налогов, арендных платежей за пользование земельными участками и т.д.

При этом финансирование деятельности должника осуществлялось в течение длительного периода, начавшегося задолго до возбуждения производства по делу о банкротстве общества

Тем самым выводы суда апелляционной инстанции о недобросовестном поведении ФИО1 и преследовании им противоправной цели уменьшения в интересах аффилированных с должником лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, нельзя признать соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Вместе с тем ошибочность выводов суда в указанной части не привела к принятию неправильного судебного акта.

Как следует из материалов дела, необходимость финансирования деятельности общества за счёт средств аффилированных с ним лиц была вызвана невозможностью реализации инвестиционного проекта по строительству Енисейского ферросплавного завода в связи с отказом в выдаче разрешения на его строительство и фактическим прекращением действия кредитного соглашения с банком.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4, 5), в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесённого ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным


обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчётов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1, 2).

Таким образом, вывод суда апелляционной инстанции о том, что требование ФИО4 может быть удовлетворено только в порядке, предусмотренном пунктом 1 статьи 148 Закона о банкротстве, является верным.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, выражают несогласие её заявителя с выводом апелляционного суда о корпоративном характере отношений по финансированию им деятельности должника, не указывают на неправильное применение судом положений законодательства о проверке обоснованности требований кредиторов и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.


Согласно статье 104 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания и порядок возврата государственной пошлины устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Излишне уплаченная ФИО1 при подаче кассационной жалобы государственная пошлина в размере 3 000 руб. подлежит возврату плательщику из федерального бюджета.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа,

постановил:

постановление от 29.05.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-12311/2017 Арбитражного суда Кемеровской области оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины. Выдать справку на возврат государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

Председательствующий С.А. Мельник

Судьи О.В. Ишутина

В.А. Лошкомоева