Постановление от 9 марта 2020 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075, http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8660/18


Екатеринбург


10 марта 2020 г. Дело № А60-50826/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 02 марта 2020 г. Постановление изготовлено в полном объеме 10 марта 2020 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Оденцовой Ю.А., Рогожиной О.В.


рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 06.08.2019 по делу № А60-50826/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.11.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, в том числе публично, путем размещения соответствующей информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

Судебное заседание, назначенное на 17.02.2020, состоявшееся при участии представителей ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 05.10.2018), финансового управляющего ФИО2 – ФИО5 (доверенность от 31.12.2019), общества с ограниченной ответственностью «Деловой Дом» (далее – общество «Деловой Дом») – Чикуровой Е.Ю. (доверенность от 11.12.2019), в порядке части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отложено на 15 ч. 00 мин. 02.03.2020.

Представленный к судебному заседанию 17.02.2020 отзыв общества «Деловой Дом» на кассационные жалобы судом округа во внимание не принят ввиду отсутствия надлежащих доказательств его направления в адрес лиц, участвующих в деле (абзац 2 части 1 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также с учетом возражений представителей Заявителей кассационных жалоб относительно его приобщения к материалам кассационного производства. Поскольку указанный документ представлен в электронном виде через систему «Мой Арбитр», его фактический возврат на бумажном носителе не производится.

После отложения – 02.03.2020 - судебное заседание продолжено в том же составе суда, при участии тех же представителей ФИО3, финансового управляющего ФИО2 и общества «Деловой Дом», а также вновь прибывших – конкурсного управляющего общества с ограниченной


ответственностью «Монолит Строй» (далее – общество «Монолит Строй», Должник) Друговой Алены Павловны (лично; определение Арбитражного суда Свердловской области от 26.12.2019 по настоящему делу) и бывшего конкурсного управляющего Должника Киселева Никиты Борисовича (лично).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.10.2016 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества «Монолит Строй».

Решением арбитражного суда от 27.12.2016 Должник признан банкротом по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника с открытием в отношении него конкурсного производства, его конкурсным управляющим утвержден ФИО7.

Конкурсный управляющий Должника ФИО7 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о взыскании с ФИО1 и ФИО3 (далее при совместном упоминании – Ответчики) солидарно 106 365 000 руб. убытков.

Определениями от 19.09.2017 и от 11.12.2017 суд первой инстанции привлек к участию в данном обособленном споре в качестве третьих лиц без самостоятельных требований относительно предмета спора финансового управляющего имуществом ФИО1 и общество «Деловой дом».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.08.2019, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.11.2019, заявленные управляющим ФИО7 требования удовлетворены частично: с ФИО1 и ФИО3 солидарно в пользу Должника взысканы убытки в общем размере 58 586 921 руб. 05 коп.; в удовлетворении требований в их оставшейся части отказано.

В кассационных жалобах ФИО1 в лице финансового управляющего ее имуществом ФИО2 и ФИО3 просят указанные судебные акты отменить и соответственно принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований, направить обособленный спор на новое рассмотрение.

Финансовый управляющий ФИО2 в кассационной жалобе ссылается на то, что в связи с привлечением Ответчиков к субсидиарной ответственности по аналогичным ныне рассматриваемым основаниям (непередача товарно-материальных ценностей (далее – ТМЦ) и документов на дебиторскую задолженность) у судов не имелось оснований для взыскания с них убытков, поскольку это влечет применение к ним двойной ответственности за одно и то же правонарушение, что недопустимо. По мнению заявителя данной жалобы, вся совокупность юридически значимых квалифицирующих условий для привлечения Ответчиков к ответственности в виде взыскания убытков за непередачу запасов и дебиторской задолженности в сумме 6 598 921 руб. 05 коп. материалами дела не подтверждена; так, управляющий ФИО2 указывает на то, что ТМЦ на сумму 51 642 000 руб. были израсходованы при выполнении строительно-монтажных работ на объекте общества «Деловой Дом», тогда как доказательств их наличия в испрашиваемом


конкурсным управляющим Должника виде последним не представлено, а также ссылается на акт проверки Департамента жилищного и строительного надзора Свердловской области от февраля 2017 года, из которого, с ее точки зрения, явствует наличие на строительной площадке Должника в 2017 году запасов, направление указанного документа в адрес управляющего Должника еще в 2018 году и непринятие с его стороны каких-либо мер к поиску спорных ТМЦ; касаемо дебиторской задолженности Заявитель данной жалобы указывает, что таковая сформировалась исключительно по взаимоотношениям Должника с обществом «Деловой Дом», в рамках которых Должником выполнено работ на сумму 73 852 866 руб. 28 коп., документация о чем передана приставам в рамках исполнительного производства, фактический ее размер составляет 128 059 614 руб. 21 коп., при том, что по исковому заявлению управляющего Должника в рамках дела № А60-56377/2018 с общества «Деловой Дом» взыскивается задолженность на сумму более 208 млн. руб., а также обращает внимание на то, что Должник в 2016 году осуществлял деятельность, в силу чего размер его активов за указанный период мог измениться, соответственно размер ответственности мог включать в себя лишь ту дебиторскую задолженность, которая фактически отсутствовала на дату открытия в отношении Должника конкурсного производства.

В своей кассационной жалобе (с учетом возражений на отзыв управляющего Должника) ФИО3 подчеркивает, что передал конкурсному управляющему Должника все полученные им самим от ФИО1 документы и ТМЦ Должника, заявляет о добросовестности своего поведения в качестве руководителя и ликвидатора Должника, вследствие чего полагает недоказанным наличие оснований для применения к нему ответственности в виде взыскания убытков. Кроме того, данный кассатор также ссылается на то, что он привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника по тому же самому основанию, вследствие чего в удовлетворении заявленных в настоящем споре требований должно было быть в любом случае отказано.

Конкурсный управляющий Должника ФИО6, а также общество «Деловой Дом» в отзывах на кассационные жалобы просят в их удовлетворении отказать, обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

В приобщении к материалам кассационного производства представленных арбитражным управляющим ФИО7 письменных объяснений по кассационным жалобам судом округа отказано, поскольку данные документы представлены незаблаговременно и без приложения к ним доказательств их направления/вручения иным участвующим в споре лицам. При этом указанный процессуальный документ, представленный в электронном виде, фактическому возврату на бумажном носителе не подлежит, тогда как его подлинный экземпляр подлежит возвращению представившему его лицу.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, установленном статьями 284 – 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, Должник зарегистрирован в качестве юридического лица 30.01.2015, его учредителем с момента создания и до 03.06.2016 являлась ФИО1, ФИО3 же


являлся ликвидатором общества-должника в период с 06.09.2016 по дату открытия процедуры конкурсного производства.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 27.12.2016 по настоящему делу Должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим Должника утвержден ФИО7

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.03.2017 по настоящему делу на ФИО3 и ФИО1 возложена обязанность передать в течение 10 дней с даты вынесения этого определения управляющему должника ФИО7 имущество и товарно-материальные ценности, отраженные в бухгалтерской отчетности общества-должника за 2015 год, а именно основные средства на сумму 1 109 000 руб., запасы на сумму 51 642 000 руб., дебиторскую задолженность на сумму 52 334 000 руб., финансовые вложения на сумму 1 274 000 руб., денежные средства и эквиваленты на сумму 6000 руб., всего на сумму 106 365 000 руб.

Кроме того, вступившим в законную силу определением арбитражного суда первой инстанции от 19.07.2018 установлено наличие оснований для привлечения Ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника; производство по данному спору в части установления конкретного размера их ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Ссылаясь на неисполнение Ответчиками установленной Законом и возложенной на них вступившим в законную силу судебным актом обязанности по передаче Управляющему имущества и ТМЦ общества-должника, что делает невозможным установление имущественной массы Должника и формирование его конкурсной массы, а также реализацию иных мероприятий в процедуре конкурсного производства, и влечет возникновение на стороне Должника убытков, управляющий Должника ФИО7 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО1 и ФИО3 солидарно к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков в размере стоимости непереданных Управляющему активов – 106 365 000 руб.

Частично удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.


В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежит обязанность по передаче арбитражному управляющему документации должника.

В соответствие с подпунктами 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в частности, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур банкротства, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53)).

Из положений пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу положений пункта 3 статьи 53, пунктов 1 и 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах


представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, а в случае причинения по его вине юридическому лицу убытков, обязано возместить таковые по требованию юридического лица либо его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей данное лицо действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Аналогичные положения закреплены в разъяснениях абзаца 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62).

В данном пункте постановления Пленума № 62 также приведено следующее разъяснение: если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

В силу разъяснений пункта 4 Постановления № 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Из вышеуказанных положений закона и разъяснений, изложенных в пункте 1 постановлении Пленума № 62, следует, что, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества, истец должен доказать факт возникновения убытков, противоправность действий (бездействия) руководителя общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и возникшими убытками.

По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. В удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих


возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, причинившем вред. Вина в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В данном случае, исследовав доводы и возражения лиц, участвующих в деле, оценив представленные в материалы дела документы, проанализировав фактические обстоятельства настоящего дела о банкротстве, в том числе установленные в рамках обособленных споров об истребовании у Ответчиков активов Должника (определение суда от 01.03.2017), а также их привлечении к субсидиарной ответственности (определение от 19.07.2018), установив, что из выявленных управляющим ФИО7 по результатам анализа бухгалтерской отчетности Должника за 2015 год активов последнего на общую сумму 106 365 000 руб. в его распоряжение ФИО3 переданы лишь автомобили Вольво ХС90, Пежо Боксер и Рено Мастер общей стоимостью 2 040 000 руб. (определение суда первой инстанции от 27.03.2017), удалось взыскать дебиторскую задолженность на общую сумму 45 735 078 руб. 95 коп. и выявлены 6000 руб. на расчетном счете Должника, в то время как надлежащих и достаточных доказательств, подтверждающих исполнение Ответчиками определения суда от 01.03.2017 в полном/большем объеме, последними не представлено, наличие оснований для снижения размера их ответственности не подтверждено (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), принимая во внимание, что результатом такого недобросовестного бездействие явилась невозможность формирования конкурсной массы Должника и удовлетворения за ее счет требований кредиторов, суды нижестоящих инстанций правомерно признали доказанной материалами дела всю совокупность юридически значимых условий для возложения на Ответчиков гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков в размере 58 586 921 руб. 05 коп.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, оценки доводов и возражений участвующих в деле лиц суд округа считает, что суды нижестоящих инстанций, надлежащим образом и в полном объеме исследовав и оценив все приведенные сторонами спора доводы и возражения и представленные в материалы дела доказательства, верно и в полной мере установили имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего спора фактические обстоятельства, дали им надлежащую и мотивированную правовую оценку, на основании которой пришли к верным, соответствующим установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основанным на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения, выводам о наличии в данном случае всех необходимых условий для взыскания с


Ответчиков убытков в размере, соответствующем стоимости нераскрытых с их стороны перед Управляющим активов Должника.

Доводы Заявителей кассационных жалоб о недопустимости привлечения их к ответственности в виде взыскания убытков по тем же основаниям, по которым они уже привлечены к субсидиарной ответственности, судом округа отклоняются.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 Постановления № 62, удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Таким образом, отказ в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков может иметь место лишь в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента).

С учетом приведенных разъяснений, а также того обстоятельства, что производство по требованию о привлечении Ответчиков к субсидиарной ответственности в части установления размера таковой приостановлено до окончания расчетов с кредиторами, т.е. конкретный размер ответственности не определён, суд округа находит, что нижестоящие суды правомерно и обоснованно разрешили настоящий спор по существу.

Доводы о том, что спорные ТМЦ были израсходованы должником в ходе финансово-хозяйственной деятельности, отклоняются, поскольку достоверных доказательств в подтверждение указанного довода кассаторами не представлено. Бремя доказывания в данном случае возлагается на ФИО1 и ФИО3

Аналогичным образом отклоняются и доводы о том, что размер дебиторской задолженности определён по состоянию на 31.12.2015, в то время как после указанной даты предприятие продолжало в течение 10 месяцев текущую хозяйственную деятельность и размер дебиторской задолженности за указанный период мог измениться. Суд округа исходит из того, что вплоть до введения конкурсного производства действовали органы управления должника, и обязанность по опровержению фактов, приводимых конкурсным управляющим, возложена на них.

Иные приведенные в кассационных жалобах Заявителей доводы, по сути дублирующие ранее приводимые ими в ходе рассмотрения настоящего спора аргументы и обстоятельства, являлись предметом детальной проверки и исследования арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, получили с их стороны надлежащую и исчерпывающую правовую оценку, обоснованности таковой не опровергают и не свидетельствуют о нарушении ими норм права при принятии обжалуемых судебных актов, поскольку касаются исследования и оценки фактических обстоятельств дела и доказательственной


базы по спору, а также представляют собой персональное мнение кассатора о том, каким образом таковые следовало оценивать и трактовать, ввиду чего подлежат отклонению судом округа как выходящие за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 – 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Само по себе несогласие Заявителей жалоб с выводами судов, основанными на расхожей с ними правовой оценке фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, не свидетельствует о наличии в принятых по рассматриваемому делу судебных актах существенных нарушений норм материального и/или процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке, вследствие чего не может служить основанием для изменения/отмены состоявшихся судебных актов.

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено, следует признать, что обжалуемые определение Арбитражного суда Свердловской области от 06.08.2019 по делу № А60-50826/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.11.2019 по тому же делу являются законными и обоснованными, ввиду чего отмене по приведенным в кассационных жалобах доводам не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 06.08.2019 по делу № А60-50826/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.11.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 и ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Ф.И. Тихоновский


Судьи Ю.А. Оденцова


О.В. Рогожина