Постановление от 21 октября 2025 г. по делу № А03-16658/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А03-16658/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 22 октября 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Атрасевой А.О., судей Казарина И.М., ФИО1 –

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Алтайскому краю (далее – ФНС России, уполномоченный орган) на определение Арбитражного суда Алтайского края от 28.04.2025 (судья Смотрова Е.Д.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2025 (судьи Иванов О.А., Логачев К.Д., Чащилова Т.С.) по делу № А03-16658/2023 о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Петронефть-Бийск» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – ЗАО «Петронефть-Бийск», должник), принятые по заявлениям ФИО2 о включении требования в реестр требований кредиторов должника и Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по Алтайскому краю о признании отсутствующим права залога.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве ЗАО «Петронефть-Бийск» ФИО2 (далее также – кредитор) 11.06.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования:

по договору займа от 16.11.2015 № 013-2015 в размере 540 000 руб.; по договору займа от 30.05.2017 № 005/5-2017 в размере 2 700 000 руб.;

по договору займа от 01.06.2017 № 001/06-2017 в размере 315 000 руб. основного долга и 207 468,49 руб. процентов за пользование займом;

по договору займа от 18.08.2018 в размере 5 000 000 руб.; по договору целевого займа от 03.04.2023 в размере 1 814 000 руб.;

по договору целевого займа от 24.07.2023 в размере 1 695 116,55 руб.;

по договору новации о замене долга на заемное обязательство от 15.06.2017 в размере 23 441 679,10 руб. основного долга, 3 737 823,88 руб. процентов за пользование займами, 10 056 480,29 руб. неустойки, как обеспеченного залогом имущества должника.

Кроме того, в арбитражный суд 03.09.2024 от Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по Алтайскому краю поступил отзыв на требование, содержащий встречное требование о признании

отсутствующим права залога у ФИО2 по договору залога от 15.06.2017.

Определение суда от 10.09.2024 заявления объединены в одно производство.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 28.04.2025, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2025, требование ФИО2 в размере 37 235 983,27 руб. признано обеспеченным залогом имущества должника без специальных прав, предоставленных залогодержателям, и подлежащим удовлетворению за счет стоимости залогового имущества должника, оставшегося после погашения требований, включенных в реестр, преимущественно перед иными требованиями кредиторов в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Требование ФИО2 в размере 3 509 616,55 руб. признано подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В остальной части в удовлетворении заявления ФИО2 отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами в части отказа в признании ФИО2 утратившим право залога, ФНС России обратилась с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и принять новый судебный о признании отсутствующим права залога у ФИО2 по договору залога от 15.06.2017.

В обоснование кассационной жалобы ее податель, ссылаясь на пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.12.2005 № 103 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 414 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Информационное письмо № 103), указывает на то, что договор новации о замене долга на заемное обязательство от 15.06.2017 (далее – договор от 15.06.2017) не является новацией, поскольку не произошло замены первоначального обязательства новым; полагает, что договорами новации и залога от 15.06.2017 ФИО2 продлил срок возврата займов по истекшим обязательствам, также необоснованно обеспечив их исполнение залогом недвижимого имущества должника; считает, что кредитор не представил доказательства передачи денежных средств по договорам займа от 2012 года, впоследствии включенным в договор новации от 15.06.2017, в связи с чем недействительность обязательства из договоров займа влечет недействительность обеспечительной сделки - договора залога.

ФИО2 в представленных отзывах на кассационную жалобу, приобщенных к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), возражает относительно изложенных в ней доводов, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Конкурсный управляющий ФИО3 в своем отзыве поддержал доводы уполномоченного органа, изложенные в кассационной жалобе.

В заседание суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Поскольку заявитель кассационной жалобы выражает несогласие с судебными актами только в части отказа в признании кредитора утратившим право залога, обеспечивающего исполнение обязательств по договору от 15.06.2017, то в силу правил статьи 286 АПК РФ суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов судов нижестоящих инстанций только в указанной части.

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ по изложенным в кассационной жалобе доводам законность принятых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как установлено судами, между ЗАО «Петронефть-Бийск» (заемщик) и ФИО2 (займодавец) заключены договоры займа:

от 10.02.2012 № 002-2012 на сумму 5 000 000 руб. сроком действия до 31.07.2014 (с учетом дополнительного соглашения от 31.12.2012),

от 05.05.2012 № 004-2012 на сумму 10 600 000 руб. сроком действия до 31.07.2014 (с учетом дополнительного соглашения от 30.12.2012),

от 12.07.2012 № 005-2012 на сумму 5 000 000 руб. сроком действия до 31.01.2015 (с учетом дополнительного соглашения от 30.01.2013),

от 09.08.2012 № 007-2012 на сумму 5 000 000 руб. сроком действия до 09.03.2015 (с учетом дополнительного соглашения от 06.03.2013),

от 13.08.2012 № 009-2012 (копия договора не представлена в связи с утратой).

В соответствии с договором от 15.06.2017, заключенным между должником (заемщик) и ФИО2 (займодавец), обязательства по договорам займов от 10.02.2012 № 002-2012 на сумму 1 226 970,85 руб., от 05.05.2012 № 004-2012 на сумму 9 613 20,33 руб., от 12.07.2012 № 005-2012 на сумму 1 468 375 руб., от 09.08.2012 № 007-2012 на сумму 6 073 541,67 руб., от 13.08.2012 № 009-2012 на сумму 5 059 583,33 руб., на общую сумму 23 441 679,10 руб. (пункт 1.3) заменяются заемным обязательством на следующих условиях: должник обязан вернуть сумму, указанную в пункте 1.3. договора в срок до 10.06.2021.

На сумму, указанную в пункте 1.3, начисляются проценты за пользование заемными денежными средствами из расчета 4% годовых. Начисление производится ежемесячно. Уплата процентов производится после выплаты суммы основного долга.

Пунктом 2.1 договора от 15.06.2027 установлено, что в целях обеспечения надлежащего исполнения обязательств по возврату суммы займа заемщик предоставляет в залог недвижимое имущество, указанное в перечне, приведенном в приложении № 1 к договору.

Согласно пункту 2.3. договора от 15.06.2017 в случае неисполнения заемщиком своих обязательств займодавец удовлетворяет свои требования в полном объеме, определяемом к моменту фактического удовлетворения за счет имущества, служащего обеспечением обязательств заемщика, путем реализации в установленном порядке.

На основании договора залога от 15.06.2017 в обеспечение исполнения обязательств, принятых ЗАО «Петронефть-Бийск» по договору от 15.06.2017, залогодатель предоставляет залогодержателю в залог на срок до 10.06.2021 следующие принадлежащие

на праве собственности земельные участки и расположенные на них объекты недвижимого имущества:

- земельный участок, расположенный по адресу: <...>, кадастровый номер 22:65:016315:126, категория земель: земли населенных пунктов – земельные участки, предназначенные для размещения производственных и административных зданий, строений, сооружений промышленности, площадь 3322 кв. м.;

- здание ремонтно-механической мастерской и ширпотреба, расположенное по адресу: <...>, общей площадью 1543,7 кв. м, кадастровый номер 22:65:016315:0005:91/3331/а/Д;

- земельный участок, расположенный по адресу: <...>, кадастровый номер 22:55:016315:125, категория земель: земли населенных пунктов – земельные участки, предназначенные для размещения производственных и административных зданий, строений, сооружений промышленности, площадь 19 176 кв. м.;

- здание паровозного депо, расположенное по адресу: <...>, общей площадью 307,6 кв. м, кадастровый номер 22:65:016315:0005:91/3331/а/Р;

- здание гаража, расположенное по адресу: <...>, общей площадью 989,5 кв. м, кадастровый номер 22:65:016315:0005:91/3331/а/С.

Определением суда от 02.11.2023 принято заявление Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по Алтайскому краю о признании ЗАО «Петронефть-Бийск» несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 02.02.2024 в отношении ЗАО «Петронефть-Бийск» введена процедура наблюдения, а решением суда от 13.06.2024 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, утвержден управляющий.

Ссылаясь на неисполнение ЗАО «Петронефть-Бийск» своих обязательств по возврату денежных средств, ФИО2 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, выводы которого поддержал апелляционный суд, установив, что права залогодержателя возникли у ФИО2 на основании договоров залога и новации от 15.06.2017, признал за заявителем статус залогового кредитора. Вместе с тем, учитывая, что спорное требование носит акцессорный характер и напрямую зависит от требования, возникшего из основного обязательства (из договора займа), следует судьбе этого требования, а материалами дела подтверждается, что спорный заем представляет собой по сути компенсационное финансирование должника аффилированным лицом, счел необходимым субординировать требование кредитора, установив, что оно подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Суд округа считает, что судами по существу приняты правильные судебные акты.

Согласно статьям 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) требования кредиторов вне зависимости от того, заявлены по ним возражения или нет, могут быть включены в реестр требований кредиторов только на основании определения суда после проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при применении положений статей 71 и 100 Закона о банкротстве арбитражному суду следует исходить из того, что в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом с учетом возражений против указанных требований, заявленных арбитражным управляющим, другими кредиторами или другими лицами, участвующими в деле о банкротстве. Признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Ранее аналогичные разъяснения содержались в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

По договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества (пункт 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В рассматриваемом случае ФИО2 является аффилированным по отношению к должнику лицом, что лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Более того, указанные обстоятельства подтверждаются выводами, изложенными в определении Арбитражного суда Алтайского края от 07.04.2025, оставленном без изменения постановлениями Седьмого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2025 и Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 01.10.2025, согласно которым ФИО2 на основании приказа от 18.08.2009 № 109-к принят на должность заместителя генерального директора по общим вопросам, с ним заключен трудовой договор от 01.08.2009 № 572, к которому впоследствии подписаны дополнительные

соглашения от 07.08.2009 и от 02.09.2019.

С 2019 года ФИО2 принадлежит более 50% акций должника (1959 из 3819). Также кредитор входил в состав совета директоров должника, принимал активное участие в деятельности должника, в том числе голосовал на общих собраниях акционеров ЗАО «Петронефть-Бийск» и участвовал в заседаниях совета директоров.

Проверяя действительность сделок и анализируя наличие у кредитора финансовой возможности для предоставления займов в указанном размере, суды, установив, что в подтверждение финансовой возможности предоставить денежные средства кредитором представлены выписки по счетам, открытым в Банке ВТБ (публичное акционерное общество), которые в достаточной степени обосновывают способность кредитора передать должнику денежные средства в суммах, предусмотренных договорами займа, приняв во внимание, что соответствующие хозяйственные операции отражены в регистрах бухгалтерского учета должника, пришли к выводу о доказанности реальности передачи ФИО2 денежных средств должнику по договорам займа 2012 года.

Кассационная жалоба аргументированные возражения, опровергающие названные выводы судов, не содержит.

В этой связи суд округа соглашается с выводами судов об обоснованности предъявленного ФИО2 требования в размере 23 441 679,10 руб. основного долга, 3 737 823,88 руб. процентов за пользование займами и 10 056 480,29 руб. неустойки.

Более того, вопреки позиции заявителя кассационной жалобы, суды правомерно признали за ФИО2 статус залогового кредитора на основании договора залога от 15.06.2017, заключенного за пределами периода подозрительности, отклонив доводы о наличии оснований для признания его отсутствующим.

Согласно пункту 1 статьи 414 ГК РФ под новацией понимается прекращение обязательства соглашением сторон о замене первоначального обязательства, существовавшего между ними, другим обязательством между теми же лицами, предусматривающим иной предмет или способ исполнения.

Существо новации заключается в замене первоначального обязательства, существовавшего между сторонами ранее, другим обязательством с одновременным прекращением первоначального обязательства. Соглашение сторон, изменяющее сроки и порядок расчетов по договору, не означает изменения способа исполнения обязательства, поэтому не является новацией.

Соответствующая правовая позиция отражена в пункте 1 Информационного письма № 103.

Обязательство прекращается новацией тогда, когда воля сторон определенно направлена на замену существовавшего между ними первоначального обязательства другим обязательством. Для прекращения обязательства новацией требуется согласование сторонами существенных условий обязательства, которым стороны предусмотрели прекращение первоначального обязательства (пункты 2, 3 Информационного письма № 103).

Данный правовой подход получил развитие в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения

положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», в соответствии с пунктами 22 и 27 которого новация имеет место, если стороны согласовали новый предмет и (или) основание обязательства, иные условия, необходимые для договора соответствующего вида (пункт 1 статьи 432 ГК РФ). Например, если взамен первоначального обязательства должник обязуется передать товар в собственность, то в соглашении о новации должны быть указаны наименование и количество товара (пункт 3 статьи 455 ГК РФ). В свою очередь, соглашение сторон, уточняющее или определяющее размер долга и (или) срок исполнения обязательства без изменения предмета и основания возникновения обязательства, само по себе новацией не является.

В рассматриваемом случае договор от 15.06.2017 не содержит условий об изменении способа исполнения обязательства заемщика - он остался прежним (уплата кредитору денежных средств). Из текста договора усматривается, что стороны, оставив сумму долга ЗАО «Петронефть-Бийск» перед ФИО2, включающую 23 441 679,10 руб. задолженности по договорам займа 2012 года, изменили срок возврата займа и согласовали условие о начислении на него 4% годовых.

Кроме того, на основании договора залога от 15.06.2017 в обеспечение исполнения обязательств залогодатель предоставил залогодержателю в залог на срок до 10.06.2021 принадлежащие на праве собственности земельные участки и расположенные на них объекты недвижимого имущества (обременение зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним в 2017 году).

Таким образом, стороны, оставив прежними предмет и содержание обязательства, изменили срок и порядок погашения задолженности, что не означает изменение способа исполнения обязательства и не является новацией.

Согласно пункту 1 статьи 450, пункту 1 статьи 453 ГК РФ соглашение о порядке погашения долга представляет собой изменение договора, поэтому обязательства, возникшие из него, сохраняются.

При таких обстоятельствах, поскольку стороны в договоре от 15.06.2017 не установили новое обязательство с другим предметом, названный договор, как верно указано уполномоченным органом, не соответствует определению новации, которое содержится в статье 414 ГК РФ.

Вместе с тем судом первой инстанции обоснованно отмечено, что приведенные доводы не свидетельствуют о недействительности заключенного сторонами соглашения о продлении срока исполнения договоров займа 2012 года.

По сути, договор от 15.06.2017 представляет собой дополнительное соглашение к договорам займа 2012 года объединяющее долги ЗАО «Петронефть-Бийск» перед ФИО2, закрепляет их размер, продлевает срок и порядок возврата задолженности, а также размер уплаты процентов, в связи с чем, вопреки утверждениям ФНС России, на основании пункта 2 статьи 206 ГК РФ течение срока исковой давности началось заново, соответственно, трехлетний срок исковой давности не пропущен.

В силу статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии

со статьей 200 данного Кодекса.

Течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце втором пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43), к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.

В соответствии с пунктом 21 Постановления № 43 перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения.

Вместе с тем по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (пункт 2 статьи 206 ГК РФ).

Положения новой редакции пункта 2 статьи 206 ГК РФ о возможном течении срока исковой давности заново после признания должником в письменной форме суммы долга, введены Федеральным законом от 08.03.2015 № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Закон № 42-ФЗ), вступившим в действие с 01.06.2015, и с учетом пункта 2 статьи 2 указанного закона применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после дня вступления в силу данного Федерального закона, если иное не предусмотрено данной статьей; по правоотношениям, возникшим до дня его вступления в силу, положения ГК РФ (в редакции названного закона) применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после дня вступления в силу Закона № 42-ФЗ, если иное не предусмотрено названной статьей.

При этом согласно пункту 83 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» положения ГК РФ в измененной Законом № 42-ФЗ редакции не применяются к правам и обязанностям, возникшим из договоров, заключенных до дня вступления его в силу (до 01.06.2015).

При рассмотрении споров из названных договоров следует руководствоваться ранее действовавшей редакцией ГК РФ с учетом сложившейся практики ее применения (пункт 2 статьи 4, абзац второй пункта 4 статьи 421, пункт 2 статьи 422 ГК РФ).

Поэтому, если сторона письменно в одностороннем порядке или в соглашении с другой стороной, подтвержденном в двустороннем документе, признает свой возникший из заключенного до 01.06.2015 договора долг, исковая давность по которому не истекла

на момент введения в действие Закона № 42-ФЗ, однако уже истекла к моменту такого признания долга, то к отношениям сторон подлежит применению пункт 2 статьи 206 ГК РФ.

Указанная правовая позиция отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.09.2019 № 305-ЭС18-8747.

В рассматриваемом случае срок возврата займов по договорам 2012 года с учетом дополнительных соглашений был установлен до вступления в законную силу Закона № 42-ФЗ (01.06.2015). Однако, исковая давность на момент введения в действие Закона № 42-ФЗ, не истекла.

В такой ситуации должник, добровольно признавший долг письменно после введения в действие Закона № 42-ФЗ, не вправе недобросовестно ссылаться на то, что пункт 2 статьи 206 ГК РФ не применяется к такому признанию (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Таким образом, исходя из приведенных позиций, договор от 15.06.2027 является признанием долга, при подписании которого срок исковой давности начинает течь заново.

Заключение договоров залога во исполнение ранее возникших обязательств действующим законодательством также не запрещено.

С учетом изложенного, установив, что права залогодержателя возникли у ФИО2 на основании договора залога и соглашения о продлении срока исполнения договоров займа 2012 года от 15.06.2017, суды верно признали за заявителем статус залогового кредитора.

Вместе с тем, приняв во внимание, что спорный заем представляет собой компенсационное финансирование должника аффилированным лицом, суды обоснованно субординировали требование ФИО2, признав, что оно подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, что также согласуется с позицией, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2022 № 301-ЭС22-3925.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ).

Вопреки утверждениям подателя жалобы, выводы судов основаны на результатах исследования и оценки представленных сторонами доказательств в их совокупности и взаимосвязи.

В целом доводы кассатора повторяют его позицию по спору, являлись предметом рассмотрения судов нижестоящих инстанций и не опровергают их выводы, сделанные на основании правильного применения норм права к установленным обстоятельствам дела.

Иное толкование подателем кассационной жалобы положений действующего законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судами норм права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Алтайского края от 28.04.2025 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2025 по делу № А03-16658/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий А.О. Атрасева

Судьи И.М. Казарин

ФИО1