Решение от 28 августа 2023 г. по делу № А45-12651/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-12651/2023
г. Новосибирск
28 августа 2023 года
Резолютивная часть решения изготовлена 18 августа 2023 г.

Решение изготовлено в полном объеме 28 августа 2023 г.

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Богер А.А., рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению PUMA SE (Пума СЕ) Германия,

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН: <***>)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки в размере 160 000 руб.,

установил:

PUMA SE (Пума СЕ) Германия обратилось в арбитражный суд, с уточненным исковым заявлением в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН: <***>) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 480708, № 582886, № 437626, № 480105 в размере 160 000 рублей; расходов по оплате государственной пошлины в размере 5 800 рублей, почтовых расходов в размере 66 рублей 50 копеек, расходов на получение выписки из ЕГРИП в размере 200 рублей; расходов на фиксацию правонарушения (стоимость контрафактного товара) в размере 600 рублей.

Судом определением от 14.07.2023 судом приняты к производству уточненные требования истца, в которых истец не заявляет требование о взыскании расходов на фиксацию правонарушения (стоимость контрафактного товара) в размере 600 рублей.

Исковое заявление содержит предусмотренные частями 1, 2 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признаки, при наличии которых дело подлежит рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Определением арбитражного суда от 18 июня 2023 дело было назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства, без вызова сторон в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Пунктом 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №62 от 08.10.2012 предусмотрено, что сторона должна предпринять все зависящие от нее меры к тому, чтобы до истечения срока, установленного в определении, в арбитражный суд поступил соответствующий документ (в том числе в электронном виде) либо информация о направлении такого документа (например, телеграмма, телефонограмма и т.п.). Направление документа в арбитражный суд по почте без учета времени доставки корреспонденции не может быть признано обоснованием невозможности своевременного представления документа в суд, поскольку соответствующие действия относятся к обстоятельствам, зависящим от стороны.

Согласно п. 5 ст. 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судья рассматривает дело в порядке упрощенного производства без вызова сторон после истечения сроков, установленных судом для представления доказательств и иных документов.

Копия определения суда от 18 июня 2023 о принятии искового заявления в порядке упрощенного производства направлялась ответчику по адресу <...>, извещение получено ответчиком согласно почтового уведомления.

В силу части 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, стороны считаются извещенными надлежащим образом о рассмотрении дела в порядке упрощенного производства.

18 августа 2023 подписана резолютивная часть решения, которая приобщена к материалам дела и размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

21 августа 2023 судом зарегистрировано заявление ответчика об изготовлении мотивированного решения по делу, в связи с чем, суд считает необходимым его удовлетворить, изготовить мотивировочную часть данного решения.

В представленном отзыве ответчик с исковыми требованиями не согласен по тем основаниям, что истец не доказал наличие у него исключительных прав на товарный знак на территории РФ, как следует из сообщения СМИ деятельность компании Пума СЕ на территории России приостановлена, взыскание компенсации повлечет необоснованное пополнение бюджета Германии. Ответчик полагает, что на его товарах изображена не пума, а иное животное из семейства кошачьих, вышитое черными нитками, кроме того ответчик считает, что размер компенсации завышен, с учетом стоимости товара в 600 руб., истцу не причинены колоссальные убытки. Заявленный размер компенсации является неразумным и несправедливым, т.к. истцом не доказан факт того, что его имущественное положение претерпело негативные изменения. В случае взыскания компенсации просит снизить размер компенсации до минимального предела, не более 3000 рублей, т.к. данное нарушение совершено впервые ранее к ответственности ИП не привлекалась, учесть незначительный объем товара и его не существенную стоимость.

Истец в возражениях с доводами ответчика, изложенными в отзыве, не согласен считает их безосновательными, осуществляя предпринимательскую деятельность, ИП ФИО1 обязана предпринимать меры, направленные на установление сведений о правообладателе товарного знака. Вся информация о товарном знаке содержится в реестрах Роспатента.

Бренд PUMA обладает всемирной известностью, в связи с чем, пользуется популярностью среди потребителей. Стоимость контрафактного товара значительно ниже стоимости оригинального товара бренда, что Ответчику достоверно известно, как профессиональному участнику рынка. Осуществляя продажу товара по цене более низкой (по сравнению со стоимостью оригинального товара), Ответчик заведомо понимал и осознавал, что реализует контрафактный товар. Из этого можно сделать, что данное нарушение имело грубый характер. Оснований для возможного снижения суммы компенсации отсутствует.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

Истец в обосновании исковых требований ссылается на следующие обстоятельства.

Компания PUMA SE (Пума СЕ) является правообладателем товарных знаков, зарегистрированных в том числе в отношении товаров 18, 25, 28 классов МКТУ – в т.ч. сумки спортивные, дорожные, хозяйственные, рюкзаки; одежда, в том числе спортивная и для отдыха, обувь, включая спортивную, головные уборы (далее — «Товарные знаки»):



Истцу стало известно, что в торговой точке (магазин обуви), расположенной на 2 этаже «МУП «ЦУМ» Искитим по адресу: <...> предлагается к продаже и реализуется продукция, незаконно индивидуализированная Товарным знаком рег. № № 480105, а именно:

- Футболка желтого цвета с изображением пумы черного цвета стоимостью 600 рублей.

В указанной торговой точке Истцом была осуществлена проверочная закупка товара, незаконно индивидуализированного Товарными знаками истца №480708, №582886, №437626, №480105, что подтверждается чеком от 04.09.2022

Исходя из информации, указанной на кассовом чеке, лицом, осуществляющим реализацию индивидуализированной товарными знаками продукции, является ИП ФИО1 (ИНН: <***>) г. Новосибирск.

Истец не давал Ответчику своего согласия на использование Товарных знаков. Предлагаемая к продаже и реализуемая Ответчиком продукция имеет признаки контрафактности, что подтверждается заключением.

Таким образом, в ходе проведения осмотра торговой точки и проверочной закупки был установлен факт нарушения Ответчиком исключительных прав Истца на Товарные знаки.

Истцом определен размер компенсации, подлежащей взысканию с ответчика в размере 160000 рублей, исходя из расчета 100000 рублей за реализованный товар 1 шт. и по 10000 рублей за каждый контрафактный товар, предлагаемый к продаже 6 шт.

Полагая, что Ответчик должен возместить размер компенсации за использование принадлежащих Истцу прав, Истец после направления претензии, которая оставлена без ответа, обратился в суд с настоящим иском.

Исследовав и оценив каждое из представленных в дело доказательств в отдельности с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в совокупности в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ, суд счел требования подлежащими частичному удовлетворению, в силу следующего.

В соответствии с п. 2 ст. 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Согласно п. 3 ст. 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В соответствии со статьей 138 Гражданского кодекса Российской Федерации использование результатов интеллектуальной деятельности, которые являются объектом исключительных прав, может осуществляться третьими лицами только с согласия правообладателя.

В силу пункта 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации товарный знак - это обозначение, служащее для индивидуализации

товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей. Основное предназначение товарного знака - обеспечение потенциальному покупателю возможности отличить маркированный товар одного производителя от аналогичных товаров другого производителя.

Согласно статье 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В силу пункта 2 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальная собственность охраняется законом.

В соответствии со статьей 1229 того же Кодекса лишь гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации; использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается данным Кодексом.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (часть 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак (статья 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (часть 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный

знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Таким образом, незаконным использованием товарного знака следует считать любое из перечисленным выше действий, совершенное без согласия владельца товарного знака. Вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует, в том числе проведение судебной экспертизы.

Оценка сходства обозначений производится на основе общего впечатления. При этом формирование общего впечатления может происходить под воздействием любых особенностей обозначений. Исходя из разновидности обозначения (словесное, изобразительное, звуковое и т.д.) и(или) способа его использования, общее впечатление может быть зрительным и(или) слуховым.

В соответствии с подпунктами 2 и 3 пункта 1 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования: о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В соответствии со статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации, подлежащей взысканию с нарушителя, определен в статье 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, которая предусматривает, что правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом (пункт 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков; правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом (пункт 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлен и подтверждается материалами дела факт принадлежности Истцу исключительного права на использование указанных выше товарных знаков№ 480105, № 480708, № 582886, № 437626, использование товарных знаков Ответчиком, отсутствие разрешения правообладателя на подобное использование своего товарного знака определенным субъектом гражданских правоотношений.

Из материалов дела следует, что истцу принадлежат исключительные права на следующие средства индивидуализации: Товарные знаки № 480105, № 480708, № 582886, № 437626, которые зарегистрированы в том числе в отношении товаров 18, 25, 28 классов МКТУ - в т.ч. сумки спортивные, дорожные, хозяйственные, рюкзаки; одежда, в том числе спортивная и для отдыха, обувь, включая спортивную, головные уборы.

Реализация ответчиком товара с использованием спорных товарных знаков, обозначений, сходных до степени смешения с товарными знаками, без получения согласия истца, свидетельствует о нарушении исключительного права истца на товарные знаки № 480105, № 480708, № 582886, № 437626.

При этом, по смыслу приведенных норм материального права, ответственность за незаконное использование товарного знака наступает в том числе за факт его реализации, независимо от того, кто изначально выпустил продукцию, маркированную спорным изображением, в гражданский оборот.

Ответчик, осуществляя предпринимательскую деятельность, мог и должен был убедиться в законности производства товара, а также удостовериться в наличии у изготовителя товара прав на использование спорных изображений, предоставленных обладателем исключительных прав на товарный знак.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 АПК РФ, в предмет доказывания по спору о защите исключительных прав на товарные знаки входят следующие обстоятельства: со стороны истца - факты принадлежности ему исключительных прав на товарные знаки и нарушения этих прав ответчиком путем использования соответствующих товарных знаков без согласия правообладателя, а со стороны ответчика - выполнение им требований закона при использовании товарных знаков истца.

Факт реализации ответчиком рассматриваемого спорного товара подтвержден истцом надлежащим образом (ч.1 ст.65 АПК РФ).

Так, в материалы дела истцом представлены, кассовый чек от 06.09.2022 и диск (материальный носитель) с информацией - видеосъемкой покупки товара.

Как следует из представленной истцом в материалы дела видеозаписи, объектом съемки являлся процесс приобретения контрафактного товара. Ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует ст.ст. 12 и 14 ГК РФ и корреспондирует норме ч.2 ст.45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Видеозапись содержит весь процесс приобретения товара лицом, представляющим интересы истца, в торговой точке ответчика, а также изображение приобретенного товара (футболка) и товарного чека, выданного продавцом при реализации товара. Кроме того, доказательствами по настоящему делу являются полученные в результате закупки спорный товар, чек и видеозапись процесса приобретения товара, при этом личность покупателя правового значения для определения допустимости представленных доказательств значения не имеет, в связи с чем установление наличия у такого лица документально подтвержденных полномочий на соответствующие действия не требуется.

Истец просит взыскать 160 000 рублей за реализованный товар.

Как видно из представленной истцом видеозаписью истцом осуществлена покупка одного товара, а именно: Футболка желтого цвета с изображением пумы черного цвета.

Кассовый чек, содержащий сведения об ответчике, как продавце, в частности ИНН ИП<***>, является достаточным доказательством, подтверждающим заключение договора розничной купли-продажи в соответствии с требованиями статей 493, 494 ГК РФ.

Процесс приобретения истцом спорного товара просмотрен судом на видеозаписи покупки, совершенной в торговой точке ответчика.

Видеозапись покупки отображает местонахождение, внешний и внутренний вид торговой точки, процесс выбора приобретаемых товаров, процесс его оплаты, выдачи чека.

На видеозаписи покупки отображено содержание выданного чека (ИНН, дата выдачи и др.), соответствующего товару, приобщенному к материалам дела, и внешний вид приобретенного товара, соответствующий имеющемуся в материалах дела и приобщенного в качестве вещественного доказательства (панама).

При этом исходя из расчетов, зафиксированных на видеозапись, футболка приобретены у ответчика по стоимости 600 рублей.

На видеозаписи последовательность видеоряда не нарушена, поэтому оснований считать данную видеозапись поддельной отсутствуют. Она соответствует критериям относимости (ст. 67 АПК РФ), допустимости (ст. 68 АПК РФ) и достоверности (п.2 ст. 71 АПК РФ).

Ответчик, достоверность отраженных в видеозаписи сведений не опроверг, о фальсификации в порядке ст.161 АПК РФ видеозаписи в установленном порядке не заявил; не представил доказательств того, что указанное в видеозаписи торговая точка не имеет отношения к ответчику.

Процесс приобретения истцом спорного товара просмотрен судом на видеозаписи покупки, совершенной в торговой точке ответчика. При этом факт реализации каждого спорного товара подтверждается представленной в материалы дела видеозаписью. На каждой видеозаписи зафиксировано, какой именно товар и чек были переданы покупателю. Внешний вид спорного товара, а также изображение чека, зафиксированные на видеозаписи, визуально совпадают с соответствующими доказательствами, представленными истцом в материалы дела, представлен также фотоснимок товара. Видеосъемка произведена путем непрерывной фиксации происходящих событий без перерывов, видеозапись при непрерывающейся съемке отчетливо отображает процесс продажи товара и выдачу продавцом чека. Доказательств иного в материалы дела не представлено.

Действующее законодательство не содержит положений о том, что действия по проведению контрольных закупок контрафактного товара должны осуществляться лицами со специальным статусом. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Суда по интеллектуальным правам от 18.03.2021 по делу N А21-1030/2020, от 16.03.2021 по делу N А45-19845/2020, от 03.03.2021 по делу N А32-29416/2020.

Довод ответчика относительно доказательственного значения заключения, представленного истцом, отклоняется судом ввиду следующего.

Данное заключение не является заключением эксперта в смысле статьи 86 АПК РФ, однако является письменным доказательством, на котором истец основывает свои требования и подтверждает установление истцом обстоятельств контрафактной продукции.

Согласно п. 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

В соответствии с п.41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков (далее – Правила), утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 N 482 (ред. от 12.03.2018) обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Согласно п.43 Правил сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков:

- внешняя форма;

- наличие или отсутствие симметрии;

- смысловое значение;

- вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное);

- сочетание цветов и тонов.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

По смыслу указанных норм нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Для признания сходства обозначения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков (обозначений) в глазах потребителя (соответствующая правовая позиция выражена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 по делу N 3691/06).

Анализ спорного товара (футболка) и признаков изображения товарных знаков истца №480708, №582886, №437626, №480105 позволяют суду прийти к выводу о наличии сходства до степени смешения заявленных товарных знаков и спорного обозначения, размещенного на товаре (футболка), реализованным ответчиком исходя из вида, характера изображения и цветового сочетания, доводы ответчика о том, что на футболке изображено иное животное, не Пума, основано на неверном анализе определения сходства изобразительных элементов.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии в действиях ответчика факта нарушения исключительных прав истца на товарные знаки №480708, №582886, №437626, №480105.

Доказательств, опровергающих указанный вывод, ответчиком не представлено.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации без согласия правообладателя является незаконным и влечет ответственность, установленную действующим законодательством (абз. 3 ст. 1229 ГК РФ).

Ответственность за незаконное использование товарного знака, указанное в п. 3 ст. 1484 ГК РФ, предусмотрена нормой пп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ. На основании положений данной нормы, правообладатель вправе требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей.

В соответствии с ч. 3 ст. 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

В разъяснениях, содержащихся в пунктах 43.2, 43.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», указано, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования.

При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем 2 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены способы защиты прав на средства индивидуализации.

Пунктом 3 той же статьи установлено, что для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Согласно пункту 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В силу абзаца 3 статьи 1252 ГК РФ размер компенсации подлежит взысканию за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Согласно п.65 Постановления № 10 каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права. Следовательно, при определении размера компенсации расчет производится исходя из общего количества объектов интеллектуальной собственности на каждом из реализованных товаров в независимости от их повторения.

Выбор способа защиты своего права, в силу закона осуществляется по усмотрению правообладателя соответствующего права.

При этом, минимальный размер компенсации исчисляется из расчета 10000 рублей за каждый факт нарушения, ответчиком нарушены исключительные права истца на четыре товарных знака №480708, №582886, №437626, №480105.

Положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

В разъяснениях, содержащихся в пунктах 43.2, 43.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», указано, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования.

При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем 2 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Истец не передавал ответчику право на использование принадлежащих ему товарных знаков.

При определении размера компенсации суд учитывает следующее:

-наличие в розничных магазинах контрафактных товаров по демпинговым ценам ведет к расторжению действующих лицензионных контрактов и невозможности поиска Правообладателем новых партнеров;

- потребители вводятся в заблуждение относительно спорной продукции, поскольку данная продукция произведена не правообладателем, не лицензиатами правообладателя и введена в гражданский оборот неправомерно;

- правообладатель теряет прибыль, поскольку рынок насыщается неправомерно введённой в гражданский оборот продукцией, приобретая которую, потребители, таким образом, отказываются от приобретения продукции, правомерно изготовленной лицензиатами правообладателя либо непосредственно правообладателем

Ответчик, будучи специализированным субъектом права, ведущим предпринимательскую деятельность, совершил действия, которые нельзя характеризовать основанными на принципе надлежащего исполнения обязательств (статья 309 ГК РФ), а также принципе добросовестности поведения статья 10 ГК РФ), выраженное в предложении к продаже и продаже контрафактного товара, о чем он, как специализированный субъект не может не знать.

Истцом представлены выписки из реестра товарных знаков Всемирной организации интеллектуальной собственности в отношении каждого из спорных товарных знака, соответственно, довод ответчика о неподтверждении истцом права на указанные товарные знаки является необоснованным, противоречащим материалам дела.

Кроме того, наличие у правообладателя исключительных прав на товарные знаки удостоверяется данными о товарных знаках, внесенными в международный реестр товарных знаков Всемирной организации интеллектуальной собственности (https://www.wipo.int/madrid/monitor/en/index.jsp).

Соответственно, ответчик мог самостоятельно проверить информацию о зарегистрированных товарных знаках истца.

Ответчик не был лишен возможности реализовывать лицензионную продукцию, однако предпринимателем был реализован именно контрафактный товар. В материалы дела ответчиком не представлено доказательств попыток проверить партию товара на контрафактность, что свидетельствует о грубом характере нарушения, что свидетельствует о грубом характере нарушения.

Действия лица по распространению контрафактных экземпляров произведения образуют самостоятельное нарушение исключительных прав (пп. 2 п. 2 ст. 1270 ГК РФ). При этом сам по себе факт приобретения этих экземпляров у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего.

Таким образом, действия ответчика по хранению, предложению к продаже и продаже являются нарушением исключительных прав истца в виде незаконного использования результатов его интеллектуальной деятельности, что подтверждается п. 2 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122.

В отзыве ответчик указал на то, что заявленный к взысканию размер компенсации является чрезмерным и неразумным, просил снизить размер компенсации до 3000 рублей.

Ходатайство ответчика о снижении размера взыскиваемой компенсации ниже низшего предела отклоняется судом, ввиду нижеследующего.

В абз. 4 п. 4.2 Постановления Конституционного суда РФ № 28-П от 13.12.2016 определен перечень обстоятельств, которые необходимо учитывать суду при определении размера компенсации и его снижения ниже пределов установленных ст. 1252 ГК РФ (от 10000 до 5 000 000):

-нарушение одним действием прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности;

-если размер компенсации, подлежащий взысканию в соответствии с ст. 1252 ГК РФ, даже с учетом снижения многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (их превышение должно быть доказано ответчиком);

-правонарушение совершено впервые;

-использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности;

-нарушение исключительных прав не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Бремя доказывания наличия данных обстоятельств возложено на ответчика. Также ответчик должен подтвердить факт наличия оснований для снижения компенсации именно на момент совершенного им нарушения.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017).

Применение положений Постановления Конституционного суда № 28-П возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика.

Снижение судом размера компенсации ниже пределов, установленных ст. 1252 ГК РФ, несмотря на то, что ответчиком не представлены конкретные доказательства, подтверждающие обстоятельства, являющиеся основанием для применения Постановления КС РФ, неосновательно освобождает ответчика от риска наступления последствий непредоставления доказательств, нарушая тем самым принципы равноправия сторон и состязательности судебного процесса.

Компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенция совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного произвольного снижения размера компенсации со стороны суда.

В данном случае, ответчиком ИП ФИО1 не доказано, что размер компенсации многократно превышает причиненные истцу убытки, равно как и не доказан тот факт, что правонарушение не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Истец просит взыскать 160 000 рублей, исходя из следующего расчета: 100 000 руб. за реализованный товар (1 шт.), и 10 000 за каждый контрафактный товар, предлагаемый к продаже (6 шт.)

Такой размер компенсации определен исходя из:

– объема реализуемой Ответчиком продукции, индивидуализированной Товарными знаками;

В ходе закупки было выявлено, что, помимо вышеуказанного товара, к продаже предлагается ещё более значительный объем контрафактной продукции:

- Футболка голубого цвета с изображением пумы черного цвета стоимостью 600 рублей;

- Футболка синего цвета с изображением пумы белого цвета и надписью PUMA белого цвета;

- Футболка голубого цвета с изображением пумы контуром черного цвета внутри круга, помещенного в квадрат и надписью PUMA черного цвета над квадратом;

- Кофта спортивная черного цвета с замком красного цвета и рукавами белого цвета. На груди размещено изображение пумы белого цвета;

- Кофта спортивная черного цвета с изображением пумы контуром белого цвета и надписью PUMA контуром белого цвета, размещенные на левой груди;

- Кофта спортивная черного цвета с воротом белого цвета и изображением пумы белого цвета на правой груди.

Истцом зафиксировано предложение к продаже значительной количества иных товаров, содержащих изображения или обозначения, относящихся к товарным знака истца, что подтверждается видеозаписью.

Определяя данный размер компенсации истец в иске указал, что исходит из объема реализуемой ответчиком продукции, индивидуализированной товарными знаками истца, а именно то, что в ходе закупки в торговой точке ответчика выявлено, помимо вышеуказанного товара, предложение к продаже еще более значительного объема продукции, с чем суд не может не согласиться исходя из представленных доказательств-видеозаписи, тем самым нарушение исключительных прав истца на товарные знаки носило грубый характер, является существенной частью предпринимательской деятельности.

Вопреки доводам ответчика относительно несоразмерности стоимости сумки 600 рублей, и заявленного размера компенсацией 160 000 рублей, споры, связанные с защитой интеллектуальных прав, не обусловлены стоимостью товаров, на которых без согласия и разрешения правообладателя изображены объекты интеллектуальной собственности. Таким образом, низкая стоимость контрафактного товара по данной категории дел не имеет юридического значения.

Превышение размера компенсации над стоимостью реализованного товара само по себе не свидетельствует о несоразмерности такой компенсации причиненным правообладателю убыткам, в отсутствие доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих наличие на стороне истца необоснованного обогащения.

Вместе с тем, оценив представленные в материалы дела доказательства, учитывая доводы истца при определении размера компенсации, однако учитывая то обстоятельство, что ответчик ранее не привлекался к ответственности за нарушение исключительных прав правообладателей (доказательств обратного суду не представлено), учитывая также имеющиеся сведения о том, что ответчик является субъектом малого предпринимательства, что следует из Единого реестра субъектов малого предпринимательства, находящегося в общедоступных сведениях на сайте Федеральной налоговой службы https://rmsp.nalog.ru/#pnlSearchResult, и в период с 01.08.2016 ответчик, в том числе на дату выявления нарушения, имел микропредприятие, учитывая материальное положение ответчика, заявленный истцом размер компенсации является значительным, а также исходя из требований разумности и справедливости, учитывая конкретные обстоятельства дела, арбитражный суд полагает возможным взыскание компенсации за нарушение исключительных имущественных прав в общей сумме 100 000 рублей за нарушение исключительных прав истца на товарные знаки, заявленные в иске, с учетом значительного количества продукции, предлагаемой ответчиком к продаже, содержащей обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками истца № 480708, № 582886, №437626, №480105, тем самым снизив заявленный истцом размер компенсации, удовлетворив требования истца частично.

Компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенция совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного произвольного снижения размера компенсации со стороны суда.

Суд также отклоняет довод ответчика о наличии оснований для отказа в удовлетворении исковых требований в связи с тем, что истец зарегистрирован и осуществляет деятельность на территории Германии, как основанный на неправильном толковании норм материального права.

Ссылка на то, что истцу надлежит отказать в защите прав на товарные знаки, так как они являются резидентами стран, которые признаны недружественными по отношению к Российской Федерации подлежит отклонению, поскольку указанное обстоятельство не может являться основанием для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности за нарушение исключительных прав правообладателей спорных товарных знаков, предусмотренной гражданским законодательством Российской Федерации.

Указом Президента РФ от 28.02.2022 №79, Распоряжением Правительства № 430-р не предусмотрено введение мер воздействия, предусматривающих освобождение нарушителей прав на товарный знак в отношении правообладателей из недружественных стран.

Федеральным законом от 08.03.2022 № 46-ФЗ (ред. от 16.04.2022) "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" Законом» предусмотрено право Правительства РФ принимать решения, предусматривающие перечень товаров (групп товаров), в отношении которых не могут применяться отдельные положения Гражданского кодекса Российской Федерации о защите исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности, выраженные в таких товарах, и средства индивидуализации, которыми такие товары маркированы (пункт 13 статьи 18 Закона № 46-ФЗ).

Постановление Правительства РФ от 29.03.2022 № 506 "О товарах (группах товаров), в отношении которых не могут применяться отдельные положения Гражданского кодекса Российской Федерации о защите исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности, выраженные в таких товарах, и средства индивидуализации, которыми такие товары маркированы" установлено, что Министерство промышленности и торговли Российской Федерации по предложениям федеральных органов исполнительной власти утверждает перечень товаров (групп товаров), в отношении которых не применяются положения подпункта 6 статьи 1359 и статьи 1487 Гражданского кодекса Российской Федерации при условии введения указанных товаров (групп товаров) в оборот за пределами территории Российской Федерации правообладателями (патентообладателями), а также с их согласия.

На основании пункта 1 постановления Правительства РФ от 29.03.2022 № 506 Министерством промышленности и торговли Российской Федерации издан Приказ № 1532 от 19.04.2022 которым утвержден перечень товаров (групп товаров), в отношении которых не применяются положения подпункта 6 статьи 1359 и статьи 1487 Гражданского кодекса РФ при условии введения указанных товаров (групп товаров) в оборот за пределами территории Российской Федерации правообладателями (патентообладателями), а так же с их согласия.

Вместе с тем, указанные нормативные акты, регулирующие параллельный импорт (параллельный импорт – это ввоз на территорию Российской Федерации без согласия правообладателей оригинальных иностранных товаров, которые введены в гражданский оборот за рубежом) не подлежат применению исходя из обстоятельств, установленных в рамках рассмотрения настоящего дела, применительно к товару, реализованному ответчиком.

В настоящее время действующим законодательством Российской Федерации предусмотрено и гарантировано право на защиту интеллектуальной собственности всем правообладателям, независимо от их отнесения к той или иной стране, соответственно, выборочное ограничение права на защиту нарушенного исключительного права в отсутствие прямого указания законодательства недопустимо.

Такие действия нарушали бы принцип равенства перед законом и судом, не отвечали бы требованиям справедливого правосудия и конституционной защиты права собственности и охраны интеллектуальной собственности, а потому вступали бы в противоречие со статьями 17 (часть 3), 19 (часть 1), 35 (части 1 и 3), 44 (часть 1) и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации.

Освобождение от установленной законом ответственности нарушителей исключительных прав не будет способствовать достижению публично-правовой цели – стимулированию участников гражданского оборота к добросовестному, законопослушному поведению, исключающему получение собственных преимуществ в предпринимательской деятельности с помощью неправомерных методов и средств, а, напротив, будет способствовать росту торговли контрафактной продукции с нарушением исключительных прав правообладателей.

Кроме того, такая позиция поставит в привилегированное положение лиц, торгующих контрафактной продукции иностранных компаний перед нарушителями исключительных прав российских брендов, которые будут привлекаться к ответственности при установлении и выявлении фактов нарушений исключительных прав правообладателя – российской организации.

В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 №23 «О рассмотрении арбитражным судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» разъяснено, что арбитражный суд принимает меры к установлению юридического статуса участвующих в деле иностранных лиц и их права на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности.

Юридический статус иностранного юридического лица подтверждается, как правило, выпиской из официального торгового реестра страны происхождения.

Юридический статус иностранных лиц может подтверждаться иными эквивалентными доказательствами юридического статуса, признаваемыми в качестве таковых законодательством страны учреждения, регистрации, основного места осуществления предпринимательской деятельности.

Согласно пункту 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 №23 из взаимосвязанных положений пункта 9 части 1 статьи 126, части 1 статьи 253, части 3 статьи 254 АПК РФ следует, что в случае, когда истцом или ответчиком является иностранное лицо, к исковому заявлению прилагается документ, подтверждающий нахождение лица под юрисдикцией иностранного государства, его организационно-правовую форму, правоспособность и содержащий сведения о том, кто от имени юридического лица обладает правомочиями на приобретение гражданских прав и принятия гражданских обязанностей. Такой документ определяется на основании личного закона иностранного лица (например, выписка из торгового реестра страны происхождения).

Следовательно, на основании личного закона суд устанавливает информацию о существовании конкретного юридического лица в соответствующей юрисдикции, его организационно-правовой форме, его правоспособности, в том числе вопрос о том, кто от имени юридического лица обладает правомочиями на приобретение гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей.

Также, согласно разъяснениям, приведенным в п. 39 названного Постановления, арбитражный суд принимает в качестве доказательств официальные документы из другого государства при условии их легализации консульскими учреждениями Российской Федерации и консульскими отделами дипломатических представительств Российской Федерации, если нормами международного договора не установлено иное. Легализация иностранного документа необходима для подтверждения источника происхождения доказательства в арбитражном процессе, но не исключает проверки со стороны суда с целью установления правильности содержащихся в нем сведений по существу. В случаях, предусмотренных международными договорами Российской Федерации о правовой помощи, арбитражный суд вправе принимать иностранные официальные документы без консульской легализации. Арбитражный суд принимает официальные документы без их легализации в случаях, предусмотренных Конвенцией, отменяющей требования легализации иностранных официальных документов (Гаага, 5 октября 1961 года).

Правомерность требования Конвенции подтверждена постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.06.2005 № 990/50, согласно которому порядок оформления официальных документов, исходящих от компетентных органов иностранных государств, содержится в Конвенции, являющейся в силу статьи 15 Конституции

Российской Федерации составной частью ее правовой системы. В определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.01.2008 № 14556/07 также указано на необходимость легализации соответствующих документов в установленном порядке (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 23.07.2019 № А28-3809/19).

Согласно ч. 2 ст. 43 АПК РФ способность своими действиями осуществлять процессуальные права и исполнять процессуальные обязанности (процессуальная дееспособность) принадлежит в арбитражном суде организациям и гражданам.

В отсутствие надлежащим образом подтвержденной процессуальной право-, дееспособности у лица, обратившего в суд с иском по данному делу, отсутствует и возможность осуществления права на обращение в арбитражный суд и на судебную защиту применительно к положениям ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ст.ст. 12, 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 255 АПК РФ документы, выданные, составленные или удостоверенные по установленной форме компетентными органами иностранных государств вне пределов Российской Федерации по нормам иностранного права в отношении российских организаций и граждан или иностранных лиц, принимаются арбитражными судами в Российской Федерации при наличии легализации указанных документов или проставлении апостиля, если иное не установлено международным договором Российской Федерации.

При этом в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 №23 отмечено, что по общему правилу, документы, подтверждающие юридический статус иностранного лица и право на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности, должны быть получены не ранее чем за тридцать дней до обращения истца в арбитражный суд (пункт 9 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), за исключением случаев, когда такие документы требуют консульской легализации или проставления апостиля.

В случае если документы требуют консульской легализации или проставления апостиля, такая легализация должна быть совершена или апостиль должен быть проставлен не ранее чем за тридцать дней до обращения истца в арбитражный суд, а сам документ при этом должен быть получен в разумные сроки до начала осуществления консульской легализации или до проставления апостиля.

Соблюдение требования своевременного представления вышеуказанных актуальных документов является неукоснительной обязанностью лица, обратившегося в Арбитражный суд с иском.

Местом нахождения компании PUMA СЕ заявлена Германия.

Истцом приложены актуальные сведения об иностранном лице PUMA СЕ, подтверждающая юридический статус и право на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности иностранного лица PUMA СЕ.


В материалы дела истцом представлена апостилированная доверенность представителя от 08.03.2022 в соответствии с Гаагской конвенцией от 05 октября 1961г

Истцом также заявлены расходы на получение выписки из ЕГРИП в размере 200 рублей.

В материалах дела имеется копия выписки из ЕГРИП о месте жительства в отношении ответчика.

В силу пункта 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 расходы, понесенные лицом, участвующим в деле, в связи с получением им выписки из Единого государственного реестра юридических лиц или Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, относятся к судебным издержкам (статья 106 АПК РФ) и подлежат распределению в составе судебных расходов (статьи 101 и 110 АПК РФ).

В соответствии с положениями статьи 7 Федерального закона от 08.08.2001 N 129- ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» предоставление содержащихся в государственных реестрах сведений и документов, а также предусмотренной пунктом 6 статьи 6 настоящего Федерального закона справки осуществляется за плату, если иное не установлено федеральными законами. Размер платы за предоставление содержащихся в государственных реестрах сведений и документов, а также предусмотренной пунктом 6 статьи 6 настоящего Федерального закона справки устанавливается Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 19.05.2014 № 462 «О размере платы за предоставление содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц и Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей сведений и документов и признании утратившими силу некоторых актов Правительства Российской Федерации» установлена стоимость предоставления сведений о конкретном юридическом лице или об индивидуальном предпринимателе на бумажном носителе в размере 200 руб.

Истцом в материалы дела представлена выписка из ЕГРИП о месте жительства ответчика, однако доказательств, позволяющих отнести представленный истцом кассовый чек в подтверждение несения расходов в размере 200 рублей, как относящийся конкретно к указанному делу и ответчику по данному делу, не представляется возможным.

Таким образом, достаточных доказательств, подтверждающих несение расходов в размере 200 рублей за получение сведений в виде выписки из единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в рамках данного дела в отношении ответчика, истцом в материалы дела не представлено, в связи с чем, указанное требование не подлежит удовлетворению.

По правилам ст. 110 АПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3625 рублей, стоимость почтовых расходов в размере 41 рубль 56 копеек,

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН: <***>) в пользу PUMA SE (Пума СЕ) компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 480708, № 582886, № 437626, № 480105 в размере 100 000 рублей; почтовые расходы в размере 41 рублей 56 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 3625 рублей.

В остальной части исковых требований – отказать.

Исполнительный лист выдается по заявлению.

Решение подлежит немедленному исполнению и вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск) в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия.

Решение может быть обжаловано в Суд по Интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.



Судья

А.А. Богер