Постановление от 15 сентября 2022 г. по делу № А56-76507/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


15 сентября 2022 года

Дело №

А56-76507/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Казарян К.Г., ФИО1,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «ФИО2 Авитум Руссланд» ФИО3 (доверенность от 15.07.2022), от индивидуального предпринимателя ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 24.08.2022),

рассмотрев 08.09.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ФИО2 Авитум Руссланд» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.01.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2022 по делу № А56-76507/2020/тр.2,

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.10.2020 общество с ограниченной ответственностью «Здоровье Сибирское», адрес: 191124, Санкт-Петербург, Смольный <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утверждена ФИО6.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 24.10.2020 № 196.

Индивидуальный предприниматель ФИО4 24.11.2020 обратилась в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (далее – Реестр) ее требования в размере 10 112 637 руб. 23 коп.

Определением суда первой инстанции от 31.01.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2022, заявление удовлетворено, требование ФИО7 признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в третьей очереди Реестра.

В кассационной жалобе конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «ФИО2 Авитум Руссланд» (далее – Компания), ссылаясь на несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций обстоятельствам дела, а также на нарушение и неправильное применение судами норм материального и процессуального права, просит указанные определение и постановление отменить в части, понизить требование ФИО7 до очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

По мнению подателя жалобы, суды не учли в действиях ФИО7 злоупотребления правом, которое выразилось в погашении требования отдельного кредитора в ущерб интересов иных кредиторов, поскольку дополнительные заемные обязательства пошли на рефинансирование ссудной задолженности, так как должник имел признаки неплатежеспособности.

Компания считает, что действия ФИО7 по погашению задолженности при условии заключения второго договора поручительства от 26.06.2020 № <***>-П4 выходят за рамки обычной хозяйственной деятельности; второй договор поручительства заключен должником за 3 месяца до принятия заявления о признании его банкротом и за 1 месяц до принятия решения о ликвидации, таким образом, ФИО7, являясь заинтересованным лицом, погасила задолженность Общества в период имущественного кризиса последнего.

Кроме того, Компания указывает, что суды оставили без внимания ее доводы о заинтересованности ФИО7 и должника.

В отзыве ФИО7, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просит оставить их без изменения, а кассационную жалобу Компании – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель Компании доводы кассационной жалобы поддержал, представитель ФИО7 возражал против ее удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не стало препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, публичное акционерное общество (далее – ПАО) «Бинбанк» (кредитор) и Общество (заемщик) 26.08.2016 заключили кредитный договор № <***> (далее – кредитный договор), согласно которому кредитор выдал заемщику 23 993 000 руб., а заемщик обязался возвратить кредитору полученный кредит и уплатить проценты за пользование им и другие платежи в размере, в сроки и на условиях, указанных в договоре.

ПАО Банк «ФК Открытие» (правопреемник ПАО «Бинбанк», далее – Банк) и индивидуальный предприниматель ФИО7 (поручитель) 26.08.2016 заключили договор поручительства № 16-AZA-136-00020-МSD-П3 (далее – договор поручительства № 1), по условиям которого поручитель в полном объеме отвечает перед Банком за исполнение заемщиком обязательств по кредитному договору.

Далее, 26.06.2020, Банк и поручитель заключили новый договор поручительства № 16-AZA-136-00020-МSD-П4 (далее – договор поручительства № 2), по условиям которого поручитель принял на себя обязательства отвечать перед Банком за исполнение заемщиком обязательств по кредитному договору.

ФИО7 26.06.2020 погасила за должника задолженность по кредитному договору в размере 9 715 461 руб. 92 коп. и кредитные проценты в размере 98 849 руб. 51 коп., что послужило основанием для обращения кредитора в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции признал требование ФИО7 обоснованным и подлежащим включению в третью очередь Реестра.

Суд апелляционной инстанции посчитал правильной квалификацию очередности заявленного требования, данную судом первой инстанции, возражения относительно указанного требования, заявленные со ссылкой на аффилированность ФИО7 и Общества, отклонил.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующему.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

На основании пункта 6 статьи 16, статей 71, 100 Закона о банкротстве требования кредиторов рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны. Требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Исходя из указанных норм права, арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности и применения мер ответственности на основе положений норм материального права.

Таким образом, арбитражный суд в любом случае проверяет обоснованность предъявленных к должнику требований и выясняет наличие оснований для их включения в реестр требований кредиторов.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд кассационной инстанции поддерживает выводы суда первой и апелляционной инстанции об обоснованности заявленных требований в сумме 10 112 637 руб. 23 коп. и отсутствии оснований для субординации требований кредитора.

Компания полагает, что в рассматриваемом случае заключение нового договора поручительства 26.06.2020 и полное досрочное исполнение обязательств за должника при наличии ранее заключенного договора № 1 с ФИО7 (как с физическим лицом) было обусловлено необходимостью временной докапитализации должника в период имущественного кризиса, конечным бенефициаром которого является ФИО7 В условиях экономического кризиса должника, выступающего заемщиком, целью такого договора является исключение вероятной возможности обращения Банка в суд одновременно ко всем поручителям с заявлением о взыскании задолженности с последующим обращением взыскания на имущество, переданное в залог; в этом случае контролирующее должника лицо получает подконтрольную кредиторскую задолженность для осуществления контроля за ходом процедуры банкротства должника.

Поэтому, как полагает Компания, требование кредитора могло быть признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Суд кассационной инстанции признает данные доводы Компании несостоятельными, при этом исходит из следующего.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020), (далее - Обзор), обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Так, в пункте 6.2 Обзора раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.

Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности (пункт 3.1 Обзора).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица.

В отличие от обозначенной ситуации после введения процедуры по делу о банкротстве невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной.

При этом следует учесть, что само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным, поскольку обязательство существует независимо от того, кто является кредитором.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, первоначальный договор поручительства № 1 был заключен в 2016 году одновременно с заключением кредитного договора в отсутствие имущественного кризиса у должника.

Апелляционный суд дополнительно отметил, что заявленное кредитором требование основано на заключенном с независимым кредитором (Банком) договоре поручительства с аффилированным по отношению к должнику поручителем; в рамках данного спора не представлены доказательства, что ФИО7 контролировала хозяйственную деятельность должника или извлекала из нее прибыль, что кредитные денежные средства транзитом перечислялись лицам, аффилированным по отношению к Обществу, в том числе и поручителю.

Как пояснил в заседании кассационной инстанции представитель Компании, в деле нет доказательств, что для погашения кредита перед Банком ФИО7 использовала денежные средства должника.

Суд кассационной инстанции также отмечает, что в случае, если бы ФИО7 не погасила долг за Общество, Банк подлежал бы включению в Реестр как залоговый кредитор, поэтому довод Компании о том, что погашение долга по кредитному договору было связано с целью недопущения обращения на залоговое имущество, что нарушает права кредиторов, следует признать ошибочным. Именно залоговый кредитор обладал бы правами на погашение его требования за счет реализации предмета залога.

Ввиду изложенного, оснований для понижения очередности удовлетворения требования ФИО7 не имелось.

Приведенные подателем кассационной жалобы довод о том, что требование ФИО7 является компенсационным финансированием, а значит, не может быть противопоставлено требованиям иных кредиторов, и что должник находился в ситуации финансового кризиса на дату заключения договора поручительства № 2, не нашли своего подтверждения материалами дела.

Суд кассационной инстанции считает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

Арбитражный суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемых судебных актах либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 АПК РФ).

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает, что при рассмотрении дела была допущена судебная ошибка. Нормы материального права применены правильно.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.01.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2022 по делу № А56-76507/2020/тр.2 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ФИО2 Авитум Руссланд» – без удовлетворения.


Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи


К.Г. Казарян

ФИО1