Постановление от 6 августа 2025 г. по делу № А45-4997/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА
ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А45-4997/2021 Резолютивная часть постановления объявлена 28 июля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 07 августа 2025 года. Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Куклевой Е.А., судей Зюкова В.А., ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции при ведении протокола помощником судьи Шинкаренко Е.А. кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 22.10.2024 (судья Кыдырбаев Ф.А.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2025 (судьи Логачев К.Д., Иванов О.А., Иващенко А.П.) по делу № А45-4997/2021 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Омега Трейд» (ОГРН <***>, ИНН <***>), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о признании сделок недействительными, применении последствий их недействительности.

В судебном заседании посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) приняли участие: ФИО2, представители: конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Омега-Трейд» ФИО4 – ФИО5 по доверенности от 21.03.2025; конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Ровер» ФИО6 – ФИО7 по доверенности от 22.05.2025.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Омега Трейд» (далее – общество «Омега Трейд», общество, должник) его конкурсный управляющий ФИО3 (далее – управляющий) обратилась в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о признании недействительности сделок по перечислению должником индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик) денежных средств в сумме 5 432 845,83 руб., применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика указанной суммы денежных средств в конкурсную массу.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 22.10.2024, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2025, заявление удовлетворено частично, признана недействительной сделка

должника по перечислению денежных средств ответчику в сумме 1 483 500 руб., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с последнего указанной суммы в конкурсную массу. В остальной части заявления отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять по спору новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

В обоснование кассационной жалобы с учётом дополнений указаны следующие доводы: сделки заключены в рамках обычной хозяйственной деятельности должника, соответствовали его интересам и являлись реальными, данные обстоятельства, равно как и эффективность оказания услуг, управляющим не опровергнуты, факт причинения вреда должнику не доказан, не опровергнута в спорный период у общества не имелось признаков неплатёжеспособности; судами неверно применены положения статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) при оспаривании платежей, которые являются исполнением по агентскому договору; необоснованно не учтены: представленные акты оказания услуг и отчёты, из которых следует заключение посреднических договоров, а также наличие у ответчика значительного опыта; управляющим не представлено доказательств того, что услуги могли быть осуществлены должником своими силами с учётом объёма получаемой выручки; работник ФИО8 не имел значительного опыта ведения переговоров, не осуществлял самостоятельной предпринимательской деятельности, круг его полномочий был ограничен услугами по сопровождению заключённых договоров, с июля 2019 года ФИО8 переведён на 1/2 ставки и 4-х часовой график работы, поскольку необходимость в его услугах не соответствовала потребностям общества, приказ от 30.04.2019 № 6 передан управляющему (запись № 1005); по существу платежи могли быть проверены только на соответствие требованиям статьи 61.3 Закона о банкротстве, однако, управляющим пропущен пресекательный шестимесячный срок для оспаривания сделок, последний платеж совершён 24.12.2019, заявление о банкротстве общества принято 03.03.2021.

Конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Омега-Трейд» ФИО4 (далее – управляющий), конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Ровер» ФИО6 в отзывах на кассационную жалобу возражают против её доводов, считают обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.

В судебном заседании представители сторон поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе с учётом дополнений и отзывах на неё.

Проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ в пределах доводов кассационной жалобы законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции пришёл к выводу об отсутствии оснований для их отмены.

Из материалов дела следует и судами установлено, что ФИО2 с 14.06.2016 является единственным участником и с 12.09.2019 назначен директором общества.

В период с 13.03.2018 по 24.12.2019 с расчётного счёта должника индивидуальному предпринимателю ФИО2 перечислены денежные средства - 5 432 845,83 руб.

Дело о банкротстве должника возбуждено определением суда от 03.03.2021, процедура наблюдения введена 20.09.2021.

Решением суда от 29.05.2023 должник признан банкротом, открыта процедура конкурсного производства. Определением суда от 28.12.2023 конкурсным управляющим утверждена ФИО3

Полагая, что оспариваемые сделки по перечислению денежных средств совершены в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в отсутствие равноценного встречного предоставления, управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

В обоснование встречности спорных платежей ФИО2 представлены: агентский договор от 07.02.2017 № 1 с учётом дополнительных соглашений (далее – агентский договор), заключённых между должником в лице директора ФИО9 и ИП ФИО2, по условиям которого последний обязался осуществлять от имени должника поиск потенциальных клиентов и оказывать содействие в заключении необходимых договоров поставки с потенциальными клиентами общества; отчёты агента и акты оказания услуг.

Удовлетворяя заявление управляющего в части требования о взыскании с ответчика платежей за период с 18.11.2019 по 24.12.2019 в сумме 1 483 500 руб., суд первой инстанции исходил наличии оснований для применения положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, отметив, что на даты совершения платежей у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, в том числе: обществом с ограниченной ответственностью «СибОйл», требование которого в сумме 3 141 612,78 руб. включено в реестр требований кредиторов должника определением суда от 01.11.2021.

Судом учтено, что в рамках обособленного спора о взыскании с ФИО9 денежных средств в возмещение убытков ФИО2 приобщён к материалам дела отзыв ФИО8 от 17.09.2024, из которого следует, что в период с 01.04.2017 по 25.05.2020 ФИО8 работал в обществе «Омега Трейд» в должности менеджера региональных продаж.

Седьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции, дополнительно отметив, что, учитывая даты заключения агентского договора и дату приёма ФИО8 в должности менеджера региональных продаж, дублирование полномочий имело место с даты приёма работника и до 30.06.2019 (окончание указанного ФИО2 срока оказания агентских услуг должнику).

Фактически ФИО2 позиционировал себя посредником при заключении обществом со своими контрагентами договоров, необходимость такого посредничества, учитывая наличие в штате сотрудника, не раскрыта.

Суд округа с учётом установленных по спору обстоятельств полагает, что судами

первой и апелляционной инстанций приняты правильные судебные акты.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Данная презумпция является опровержимой и применяется, если иное не доказано другой стороной сделки.

При установлении обстоятельств аффилированности сторон обязанность по доказыванию реальности хозяйственных операций между такими сторонами возлагается не на лицо, оспаривающего сделку, а на сторону сделки.

В данном случае к возражениям ответчика должен быть применён ещё более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой ответчик должен исключить любые разумные сомнения в реальности договора с должником, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления ответчиком внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью изъятия из конкурсной массы в пользу аффилированных лиц имущества должника, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

Аффилированность сторон опосредует возможность как заключения ими сделок на условиях, недоступных независимым участникам гражданских правоотношений, так и придания своим отношениям видимости совершения сделок путём создания формального документооборота.

В ситуации, когда под сомнение ставится факт существования долга, аффилированное лицо не может ограничиться представлением минимального комплекта документов в подтверждение реальности отношений.

В данном случае, исходя из предмета и основания заявленных требований, установленных обстоятельств заинтересованности ответчика, суды правомерно возложили бремя доказывания опровержения презумпции о противоправности цели совершения сделок по перечислению денежных средств на ответчика.

Оценивая заявленные возражения, представленные документы по правилам статьи 71 АПК РФ как не отвечающие критериям относимости и допустимости доказательств, суды установили отсутствие надлежащего документального обоснования оказания ответчиком услуг должнику (участия в процессе переговоров, согласования условий, подготовке и подписании договоров с третьими лицами, источнике поиска (получения) сведений о контрагентах) и экономического обоснования заключения агентского договора в условиях наличия в штате общества сотрудника, полномочия которого аналогичны обязанностям, предусмотренным в агентском договоре, формальности документооборота

в рамках указанного договора.

В условиях, когда реальность сделки поставлена под разумное сомнение, на её заинтересованной стороне (как лице, в чьей сфере контроля находится совокупность необходимых доказательств и возможность их предоставления суду) лежит процессуальная обязанность по подтверждению факта не только формального подписания договора и актов, но и реального исполнения договора.

Такие доказательства должны отвечать критериям ясности и убедительности.

Как верно отмечено судами в данном случае ответчиком указанные критерии не соблюдены, объективные и достаточные доказательства оказания услуг не представлены. Наличие лишь формально подписанных актов и отчётов выполнения услуг не может являться надлежащим доказательством, подтверждающим факт их оказания и объём.

Неустранимые сомнения в действительном смысле правоотношений сторон, при нераскрытых экономических мотивах выбора подобной бизнес-модели поведения в гражданском обороте не могут быть истолкованы в пользу ответчика.

Аргументы кассатора в части полномочий и графика работы ФИО8 в обществе, предоставления документации в данной части управляющему не принимаются во внимание судом округа, поскольку не были заявлены при рассмотрении спора по существу и не являлись предметом исследования судов нижестоящих инстанций (абзац третий пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», далее – Постановление № 13).

Вопреки утверждениям ответчика, сама по себе недоказанность признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда при оспаривании сделки по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) также не исключает возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.05.2019 № 305-ЭС19-924(1,2)).

С учётом установленной совокупности обстоятельств перечисления денежных средств аффилированному с должником ответчику в отсутствие равноценного встречного предоставления при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, суды пришли к справедливому выводу наличия у участников спорных правоотношений цели причинения вреда кредиторам и доказанности совокупности обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При рассмотрении настоящего спора бремя доказывания распределено в соответствии с подлежащим применению в данном случае повышенным стандартом доказывания; суды обоснованно возложили на ответчика обязанность по раскрытию доказательств, которыми он должен располагать и представить которые для него не должно составить затруднений.

Вопрос относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств разрешается судами в каждом конкретном случае исходя из обстоятельств дела и входит в круг вопросов, рассмотрение которых не относится к компетенции суда, рассматривающего дело в порядке кассационного производства (статьи 286, 287 АПК РФ, пункт 32 Постановления № 13).

По существу, заявленные в кассационной жалобе доводы не опровергают выводов судов, являлись предметом подробной и объективной оценки судов обеих инстанций, по существу свидетельствуют о несогласии с установленными по спору фактическими обстоятельствами, оценкой судами доказательств и подлежат отклонению (статьи 286, 287 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием к отмене судебных актов, не установлено.

В связи с предоставлением отсрочки уплаты государственной пошлины с ФИО2 на основании статьи 102 АПК РФ, статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит взысканию в доход федерального бюджета 20 000 руб. государственной пошлины.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 22.10.2024 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2025 по делу № А45-4997/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 20 000 руб. государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

Председательствующий Е.А. Куклева

Судьи В.А. Зюков

ФИО1