Постановление от 5 мая 2026 г. ФАС МО (ФАС Московского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

МОСКОВСКОГО ОКРУГА


ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994,

официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Москва


06.05.2026 Дело № А40-133830/2023 Резолютивная часть постановления объявлена 23.04.2026

Полный текст постановления изготовлен 06.05.2026

Арбитражный суд Московского округа


в составе: председательствующего-судьи Паньковой Н.М., судей: Голобородько В.Я., Кобылянского В.В.,

при участии в заседании:

конкурсный управляющий ФИО1 – лично, паспорт;

от ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 02.09.2025);


рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы

конкурсного управляющего ООО « Стройдвор»ФИО1, ФИО2

на определение Арбитражного суда города Москвы от 25.08.2025,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2026


о привлечении ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО « Стройдвор» ,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 17.10.2023 должник ООО «Стройдвор» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в отношении него открыто конкурсное производство


сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 (ИНН <***> СНИЛС <***>, адрес для направления корреспонденции: 143962, <...>, а/я 421), являющийся членом Ассоциации МСОПАУ (101000, <...>).

Сообщение об открытии конкурсного производства в отношении должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 206(7651) от 03.11.2023.

Конкурсный управляющий ООО «Стройдвор» обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Стройдвор».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.08.2025, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2026, заявление конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Стройдвор» удовлетворено частично. К субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройдвор» привлечен ФИО2. С ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности в пользу ООО «Стройдвор» взысканы денежные средства в размере 115 719 465,02 руб. Привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройдвор» ФИО4 в пределах сформированной конкурсной массы в рамках дела о банкротстве № А40-215840/21-101-520 Ф. В привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройдвор» ФИО5 и ФИО6 отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, конкурсный управляющий ООО «Стройдвор» ФИО1 и ФИО2 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят определение Арбитражного суда города Москвы от 25.08.2025, постановление Девятого арбитражного


апелляционного суда от 29.01.2026, каждый в своей части, отменить, принять новый судебный акт.

Так, в кассационной жалобе ФИО2 просит судебные акты в части привлечения его к субсидиарной ответственности отменить.

В обоснование кассационной жалобы ссылается на ненадлежащее извещение судом о времени и месте заседания; недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств и несоответствие выводов судов обстоятельствам дела; неверное применение норм процессуального и материального права.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ООО «Стройдвор» ФИО1 просит судебные акты в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО6 отменить, заявленное требование удовлетворить. В обоснование кассационной жалобы ссылается на то, что: сделки по выводу активов совершались в период руководства как ФИО5, так и ФИО2; фактическими руководителями должника являлись ФИО4 и ФИО6 совместно, которые и отдавали указания руководителям, и принимали все управленческие решения и осуществляли выбор контрагентов; на неполное выяснение судами обстоятельств, имеющих существенное значение для полного и правильного рассмотрения заявленного требования, а также на допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании конкурсный управляющий ООО « Стройдвор»на доводах своей кассационной жалобы настаивал, дал устные пояснения, просил судебные акты в обжалуемой части отменить, кассационную жалобу удовлетворить. Возражал против удовлетворения кассационной жалобы ФИО2


В судебном заседании ФИО2 на доводах своей кассационной жалобы настаивал, дал устные пояснения, просил судебные акты в обжалуемой части отменить, кассационную жалобу удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Законность судебных актов проверена Арбитражным судом Московского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в обжалуемой кассаторами части.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, судебная коллегия суда кассационной инстанции пришла к следующим выводам.

Доводы кассатора ФИО2 о ненадлежащем извещении судом первой инстанции о времени и месте судебного заседания судом округа проверены и отклоняются как не нашедшие своего подтверждения. Так, аналогичные доводы заявлялись кассатором при обжаловании судебного акта суда первой инстанции в апелляционном порядке, при проверке которых суд апелляционной инстанции установил, в апелляционной жалобе ответчика ФИО2 указан адрес его места жительства, который также приведен в полученной арбитражным судом первой инстанции адресной справке и в нотариальной доверенности, выданной ФИО2 процессуальному представителю (в «Картотеке арбитражных дел» по дате 02.12.2025).

Доказательством надлежащего уведомления ответчика ФИО2 арбитражным судом первой инстанции по месту жительства являются отчеты об


отслеживании отправлений с почтовыми идентификаторами (1) РПО 14579106665930 (л.д. 32-33, определение суда 15.03.2025 прибыло в почтовое отделение 107564 по адресу места жительства ответчика, 17.03.2025 в 06 час. 49 мин. передано почтальону, 17.03.2025 в 11 час. 20 мин. почтальоном предпринята неудачная попытка вручения, 23.03.2025 срок хранения истек и конверт возвращен (направлен) в адрес арбитражного суда г. Москвы), (2) РПО 4579109603694 (л.д. 32-33, определение суда 16.06.2025 прибыло в почтовое отделение 107564 по адресу места жительства ответчика, 16.06.2025 в 06 час. 22 мин. передано почтальону, 16.06.2025 в 10 час. 13 мин. почтальоном предпринята неудачная попытка вручения, 24.06.2025 срок хранения истек и конверт возвращен (направлен) в адрес арбитражного суда г. Москвы).

При этом судом апелляционной инстанции рассмотрены и отклонены доводы ФИО2 о том, что он фактически проживает по иному адресу поскольку указанные обстоятельства не освобождают ФИО2 от обязанности получения юридически значимых сообщений (ст. 165.1 ГК РФ) по адресу регистрации.

Кроме того, апелляционный суд отметил, что ФИО2 уже по состоянию на 01.12.2023 был осведомлен о рассмотрении дела о банкротстве ООО «Стройдвор», о чем свидетельствует то, что в «Картотеке арбитражных дел» на дату 01.12.2023 имеется его письменное ходатайство об ознакомлении с материалами данного дела о банкротстве.

Установленные апелляционным судом обстоятельства нашли свое подтверждение материалами дела, в связи с чем оснований для отмены судебных актов по процессуальному основанию не имеется.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)» и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).


Согласно пункта 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

В пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 ст. 53.1 ГК РФ.


Согласно пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 2 и подпункту 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:


1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии с пунктом 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 4 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

Как следует из материалов дела и вынесенных судебных актов в обоснование заявленного требования управляющий ссылался на следующие обстоятельства. 01.12.2016 руководителем ООО « Стройдвор» являлся ФИО5 (номинальное лицо). С 15.08.2018 руководителем и учредителем ООО «Стройдвор» является ФИО2. Руководство деятельностью ООО «Стройдвор» фактически осуществляли ФИО4 и ФИО6.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.12.2021, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда города Москвы от 10.02.2022 по делу № А40-157656/20-59-304 признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств ООО «Управляющая компания Юни-Дом» в пользу ООО «Стройдвор» в размере 78 562 789,47 руб., применены последствия недействительности сделок в виде возврата ООО «Стройдвор» в конкурсную массу должника ООО «УК Юни-Дом» денежных средств в размере 78 562 789,47 руб.

Платежи в адрес ООО «Стройдвор» признаны недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве как нарушающие права и законные интересы ООО «УК Юни-Дом» и его кредиторов.


Управляющий указывал на то, что признанные недействительными сделки совершались в период руководства как ФИО5, так и ФИО2 (с 18.09.2017 по 20.12.2019).

Среди доказательств мнимости сделок между ООО «УК Юни-Дом» и ООО «Стройдвор» управляющий ссылался на обстоятельства, установленные налоговым органом в результате выездной налоговой проверки и соответствующее решение налогового органа № 3605 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 15.12.2020, в котором налоговой службой сделан вывод, что фактически ФИО5 руководство в ООО «Стройдвор» не осуществлял, а предоставил свои персональные данные для формальной регистрации юридического лица с целью придания видимости легитимности данной компании. А также отражено то, что из показаний ФИО5 следует, что контролирующими ООО «Стройдвор» лицами являлись ФИО4 и ФИО6.

Кроме того, конкурсный управляющий ссылался на то, что в течение трех месяцев с даты приобретения доли в уставном капитале/вступления в должность директора ООО «Стройдвор» ФИО2 имел возможность ознакомиться с финансово-хозяйственной деятельностью общества, провести инвентаризацию его активов и обязательств, проанализировать сделки общества и на основании полученной информации был обязан оспорить сделки, связанные с выводом активов, либо взыскать убытки с бывшего руководителя ООО « Стройдвор» за совершение мнимых сделок. Однако это сделано не было, ФИО2 продолжил совершать мнимые сделки, чем причинил ущерб ООО « Стройдвор» и его кредиторам.

15.06.2021 налоговой службой принято решение о предстоящем исключении ООО « Стройдвор» из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица. Принятое регистрирующим органом решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ связано с наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности (в части адреса регистрации).


В выписке из ЕГРЮЛ содержатся сведения об основном виде деятельности ООО «Стройдвор» - торговля оптовая лесоматериалами, строительными материалами и санитарно-техническим оборудованием (ОКВЭД 46.73).

На сайте https://www.audit-it.ru/contragent/1147746840713_ooo-stroydvor в отношении ООО «Стройдвор» размещена информация о том, что бухгалтерская отчетность не сдается в ФНС с 2020, среднесписочная численность работников за 2020 составляла 0 человек.

Согласно данным бухгалтерской отчетности ООО « Стройдвор» за 2019 активы общества составляли 37 792 тыс. руб. (в т.ч. дебиторская задолженность – 35 277 тыс. руб.), годовая выручка – 25 847 тыс. руб., чистая прибыль – 6 834 тыс. руб.

У должника ООО «Стройдвор» имеются неисполненные обязательства, превышающие 300 000 руб., то есть имеются признаки банкротства. Отчетность в налоговый орган обществом не сдается, финансово-хозяйственная деятельность не ведется, общество не расположено по месту своей регистрации, что делает невозможным поиск имущества должника.

По мнению заявителя, резкое прекращение хозяйственной деятельности связано с выводом активов общества во избежание обращения на имущество взыскания.

Таким образом, с учетом фактических обстоятельств, конкурсный управляющий указал, что бездействие руководителя ООО «Стройдвор» ФИО2, а также лиц, осуществлявших фактическое руководство деятельностью должника, выразившееся в нарушении обязанности по ведению бухгалтерского учета и непредставлении в налоговый орган отчетности, повлекло невозможность установления наличия у должника имущества, дебиторской задолженности, формирования и реализации конкурсной массы и как следствие повлекло невозможность погашения требований кредиторов, в результате чего был причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, а также стало невозможным ведение процедуры банкротства. Руководители ООО «Стройдвор», в том числе контролирующие лица – ФИО4, ФИО6


Н.А., участвовали в совершении мнимых сделок, чем причинили вред правам и законным интересам ООО « Стройдвор»и его кредиторов. Денежные средства, полученные по недействительным сделкам, ООО « Стройдвор» не возвращены. В рамках дела о банкротстве ООО « Стройдвор» , в адрес управляющего не переданы документы, печати и материальные ценности должника.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего в отношении ФИО2 суды исходили из того, что доводы заявителя в указанной части нашли свое подтверждение.

Так, конкурсным управляющим должника в качестве правового основания для привлечения ответчика ФИО2 к субсидиарной ответственности заявлен факт непредставления конкурсному управляющему должника документов и имущества должника (в понимании суда - подп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве) и совершение убыточных для должника сделок (с учетом определения Арбитражного суда г. Москвы от 07.12.2021 по делу N А40-157656/20, подп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

В этой связи судами установлено и принято во внимание, то, что ФИО2 являлся единоличным исполнительным органом должника и единственным участником со 100% долей участия в уставном капитале с 15.08.2018 по дату введения в отношении должника процедуры конкурсного производства (выписка из ЕГРЮЛ от 31.05.2023 в отношении должника - в « Картотеке арбитражных дел» по дате 15.06.2023), то есть с учетом правовой нормы п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве ответчик ФИО2 является контролирующим должника лицом (определял действия должника и имел соответствующую возможность).

Отклоняя довод ФИО2 о том, что он не являлся лицом, реально контролирующим должника, поэтому у него не имеется документации должника, суды исходили из того, что в ЕГРЮЛ отсутствуют записи по заявлению ФИО2 о том, что сведения о нем как о руководителе должника не являются достоверными, при этом должность генерального директора должника он занимал с августа 2018 года по октябрь 2023 года, то есть у него имелось


достаточно времени для уведомления Федеральной налоговой службы РФ о его номинальном статусе руководителя.

Судами установлено, что вступившим в законную силу определением арбитражного суда первой инстанции от 05.04.2025 бухгалтерская и иная документация должника, печати, штампы и материальные ценности истребованы у ФИО2 Согласно сведениям бухгалтерского баланса должника (имеется в « Картотеке арбитражных дел» по дате 20.08.2024) в строке 1230 указано наличие дебиторской задолженности в сумме 35 277 тыс. руб. Сумма дебиторской задолженности является существенной с точки зрения масштабов деятельности должника - реестр требований кредиторов должника сформирован на сумму 115 719 452,02 руб., а размер выручки должника за 2019 год составлял 25 847 тыс. руб., за 2018 год - 41 480 тыс. руб.

Вступившее в законную силу решение арбитражного суда первой инстанции от 17.10.2023 предусматривало в том числе обязанность генерального директора ООО «Стройдвор»в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности конкурсному управляющему, акт приема-передачи представить в суд. Никаких доказательств уничтожения хранимых ранее документов должника или сдачи их в архив ФИО2 в материалы обособленного спора не предоставлено.

При этом судами проверен и отклонен как не нашедший своего подтверждения довод ФИО2 о том, что в силу отсутствия деятельности должника с 2020 года документация у него не сохранилась.

Также судами отклонен как не обоснованный довод ФИО2 о том, что сведения бухгалтерских документов должника не являются актуальными для осуществления взыскания задолженности, поскольку, как обоснованно отметили суды, срок исполнения обязательств контрагентом должника, срок оплаты дебиторской задолженности, предусмотренный для контрагента, может быть любым, согласован в непереданных ФИО2 конкурсному управляющему договорах, в отсутствие сведений о сроках оплаты задолженности и конкретных


документов. Документация должника содержала сведения о наличии значительного размера дебиторской задолженности на сумму 35 277 тыс. руб.

Таким образом, в силу непередачи ФИО2 документации должника конкурсному управляющему, последний (конкурсный управляющий) лишен возможностей доказывания, но сам ФИО2 не был лишен возможности представить в суд сведения и подтверждающие их доказательства в отношении дебиторской задолженности должника, контрагентов, их текущего экономического состояния, обязательств перед должником и сроков их возникновения.

При этом в « Картотеке арбитражных дел» по дате 07.07.2020 в деле N А40-114013/2020 имеется копия приказа ООО «Стройдвор» от 06.08.2018 N 1 о том, что ФИО2 приступил к обязанностям генерального директора общества с 06.08.2018. В этом же приказе указано, что на него возложены обязанности главного бухгалтера - по ведению бухгалтерской отчетности общества. То есть ФИО2 в любом случае был осведомлен и о состоянии взаиморасчетов с контрагентами, и сам был обязан вести бухгалтерский учет в обществе, в том числе на основании первичных документов о дебиторской задолженности контрагентов, но конкурсному управляющему или суду данные документы не представил.

Учитывая изложенное суды констатировали, что организация должника фактически представляла собой брошенное общество, несмотря на наличие активов в существенном размере (дебиторской задолженности) не погасила долги перед кредиторами.

При таких обстоятельствах, суды пришли к обоснованному выводу о наличии необходимой совокупности обстоятельств для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, все четыре элемента убытков по ст. 15 и 393 ГК РФ доказаны: наличие вреда подтверждено - невозможность пополнить конкурсную массу для погашения требований кредиторов; противоправность состоит в нарушении требования закона о банкротстве и вступившего в законную силу решения суда от 17.10.2023, что в совокупности вызвало невозможность их передачи конкурсному управляющему, причинно-


следственная связь между противоправным поведением ФИО2 и наступившими последствиями по невозможности пополнения конкурсной массы доказана, вина ФИО2 выражается в нарушении сроков хранения бухгалтерских документов должника и нарушении принципа добросовестности при исполнении обязанности по хранению документов должника;

Размер заявленных требований конкурсного управляющего к ответчику ФИО2 составляет 115 719 452,02 руб., реестр требований кредиторов имеется в «Картотеке арбитражных дел» по дате 20.08.2024, расчет апелляционным судом проверен, признан верным, иными участниками обособленного спора не оспорен, соответствует размеру включенных в реестр требований кредиторов требований конкурсных кредиторов, то есть требования конкурсного управляющего соответствуют правовой норме п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения кассационной жалобы ФИО2 не имеется.

Отказывая в удовлетворении требований управляющего к ФИО5, суды исходили из того, что из установленных налоговым органом обстоятельств и пояснений ФИО5 следует, что фактически ФИО5 руководство в ООО «Стройдвор» не осуществлял, а предоставил свои персональные данные для формальной регистрации юридического лица с целью придания видимости легитимности данной компании. При этом, суды отметили, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО5 совершал от имени должника какие-либо сделки, направленные на вывод активов должника.

Между тем, по результатам кассационного рассмотрения, суд округа в указанной части пришел к выводу, что при вынесении судебных актов судами хоть и процитированы, но не учтены и не применены при рассмотрении настоящего обособленного спора разъяснения, изложенные в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», из которых следует, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не


осуществлявший фактическое управление (далее – номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Суды не указали, в силу каких обстоятельств они не принимают во внимание выше указанные разъяснения Верховного Суда Российской федерации, с учетом того, что номинальный характер ФИО5 не освобождает его от гражданско-правовой ответственности.

Смысл и предназначение номинального контролирующего лица (в частности, руководителя) состоят в том, чтобы обезопасить действительных бенефициаров от негативных последствий принимаемых по их воле недобросовестных управленческих решений, влекущих несостоятельность организации. В результате назначения номинальных руководителей создается ситуация, при которой имеются основания для привлечения к ответственности лиц, формально совершивших недобросовестное волеизъявление. При этом внешне условия для возложения ответственности на теневых руководителей (иного контролирующего лица) не формируются по причине отсутствия как


информации об их личности, так и письменных доказательств их вредоносного поведения.

Тем самым происходит перекладывание ответственности с реально виновных лиц на номинальных, что в конечном итоге нарушает права кредиторов на получение возмещения, поскольку номинальные руководители не являются инициаторами действий, повлекших банкротство, и, как правило, не имеют имущества, достаточного для погашения причиненного ими вреда. При этом бенефициары, избежавшие ответственности, подобным способом извлекают выгоду из своего недобросовестного поведения.

Очевидно, что такое положение дел не может являться допустимым. Именно поэтому к субсидиарной ответственности подлежат привлечению как теневые, так и номинальные контролирующие лица солидарно (абзац второй пункта 6 постановления Пленума N 53). Первые - поскольку в результате именно их виновных действий стало невозможным погасить требования кредиторов, вторые - поскольку они своим поведением содействовали сокрытию личности действительных правонарушителей.

Кроме того, суды отметили, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО5 совершал от имени должника какие-либо сделки, направленные на вывод активов должника. Однако указанный вывод, противоречит иным выводам судов, где они установили, что признанные недействительными сделки совершались в период руководства как ФИО5, так и ФИО2

При таких обстоятельствах, суд округа пришел к выводу, что кассационная жалоба управляющего в отношении ФИО5 подлежит удовлетворению, а судебные акты в указанной части отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение.

Отказывая в удовлетворении требования управляющего в отношении ответчика ФИО6, суды приняли во внимание не опровергнутые материалами дела пояснения ФИО6, из которых следует, что она прекратила свою трудовую деятельность в феврале 2016 года. При этом какого-либо отношения к ООО «Стройдвор» ФИО6 не имела. Она не являлась


ни исполнительным органом должника, ни его учредителем. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО6 в период до февраля 2016 года совершала от имени должника какие-либо сделки, направленные на вывод активов должника, в связи с чем, оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности не имеется.

Доводы кассатора – конкурсного управляющего выводы судов в указанной части не опровергают, в связи с чем оснований для отмены судебных актов в отношении ответчика ФИО6 не установлено.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 25.08.2025, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2026 по делу № А40-133830/2023 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 отменить. В отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 25.08.2025, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2026 по делу № А40-133830/2023 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья Н.М. Панькова


Судьи: В.Я. Голобородько

В.В. Кобылянский