Постановление от 8 октября 2025 г. по делу № А65-27257/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-5980/2025

Дело № А65-27257/2023
г. Казань
09 октября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 25 сентября 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 октября 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе: председательствующего судьи Самсонова В.А.,

судей Егоровой М.В., Минеевой А.А.,

при участии в Арбитражном суде Поволжского округа ФИО1, паспорт, лично,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.04.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2025,

по делу № А65-27257/2023

по заявлению финансового управляющего ФИО2 о признании сделок должника недействительными, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.10.2023 по делу ФИО3 (далее – ФИО3, должник) признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации ее имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО2 (далее – ФИО2, финансовый управляющий).

В Арбитражный суд Республики Татарстан обратился финансовый управляющий ФИО2 с заявлением о признании недействительной сделкой договор купли-продажи дачного дома от 19.10.2017 с кадастровым номером 16:24:050601:10000 общей площадью 39,20 кв.м., находящегося по адресу: Республика Татарстан, Лаишевский муниципальный район, 48 квартал Матюшинского лесничества ДНТ «Ветеран 18», уч. № 78, и применении последствий ее недействительности.

В Арбитражный суд Республики Татарстан также поступило заявление финансового управляющего о признании недействительной сделкой договор купли-продажи дачного дома от 14.11.2017 с применением последствия недействительности сделки в виде возраста в конкурсную массу объекта – дачный дом, кадастровый номер 16:24:050601:6921, обещая площадь 27,5 кв.м находящегося по адресу: РТ, Лаишевский р-н, ДНТ «Ветеран труда-18», 45 квартал Матюшинского лесничества д.79.

Определением суда от 22.11.2024 обособленные споры по заявлениям финансового управляющего объединены в рамках настоящего дела.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.04.2025 в удовлетворении заявленных требований отказано в полном объеме.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2025 определение суда первой инстанции от 07.04.2025 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, финансовый управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд

Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты нижестоящих инстанций отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления финансового управляющего в полном объеме.

Кассационная жалоба общества мотивирована тем, что сделка является мнимой, поскольку направлена на отчуждение имущества должника в преддверии банкротства должника, в целях причинения имущественного вреда кредиторам и уменьшения активов должника для избежания имущественной ответственности, покупатель по оспариваемой сделке (ФИО4) является заинтересованным по отношению к должнику лицом, в связи с чем не может быть признан добросовестным приобретателем.

В судебном заседании кредитор ФИО1 кассационную жалобу финансового управляющего ФИО2 поддержал.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) кассационные жалобы рассматриваются в отсутствие иных участвующих в обособленном споре лиц, извещенных о времени и месте проведения судебного заседания.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между должником (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключены:

договор купли – продажи дачного дома от 19.10.2017 с кадастровым номером 16:24:050601:10000 общей площадью 39,20 кв.м., расположенного по адресу: Республика Татарстан, район Лаишевский муниципальный, 48 квартал Матюшинского, лесничества ДНТ «Ветеран 18», уч. № 78, по цене 1 000 000 руб., а также договор купли – продажи дачного дома от 14.11.2017 с кадастровым номером 16:24:050601:6921 общей площадью 27,5 кв.м., расположенного по адресу: Республика Татарстан, район Лаишевский муниципальный, ДНТ «Ветеран труда-18». 45 квартал Матюшинского, лесничества, д.79 по цене 500 000 руб.

В последующем ФИО4 данные объекты недвижимости на основании договоров купли-продажи недвижимого имущества от 17.05.2021 были реализованы гражданке ФИО5 по аналогичным ценам, а та в свою очередь подарила эти объекты недвижимости ФИО6 (ФИО7), что подтверждается двумя договорами дарения дачных домов от 17.06.2021.

Финансовый управляющий, полагая, что сделки – договоры купли-продажи от 19.10.2017 совершены должником с целью вывода имущества, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов, обратился в суд с настоящим заявлением, ссылаясь на положения статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Разрешая обособленный спор по существу, суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу об отсутствии оснований для признания сделок недействительными.

Так судами первой и апелляционной инстанции установлено, что финансовый управляющий действует в интересах кредиторов (ФИО1, ФИО8) которым было известно о наличии оспариваемых сделок в 2018 году (в период рассмотрения Приволжским районным судом гражданского дела № 2-1055/2018).

Заявитель полагал, что на момент совершения вышеуказанных сделок ФИО3 имела задолженность перед кредитором ФИО9

В. В. в размере 2 000 000 руб. основного долга, а также процентов за пользование займом, по договору займа от 22.06.2012.

Между тем, как установили суды, денежные средства по данной расписке были получены не должником (ФИО3), а ее ныне покойным бывшим супругом ФИО10, процедура банкротства которого в настоящее время не прекращена (дело № А65-34969/2019).

В обоснование своих требований финансовый управляющий также ссылался на апелляционное определение Верховного суда Республики Татарстан от 26.10.2020, которым установлено, что обязательства супругов ФИО10 и ФИО3, возникших из договора займа от 22.06.2012 являются общими обязательствами супругов.

Однако, как констатировано судами первой и апелляционной инстанции, на момент продажи спорных объектов недвижимости требование о взыскании задолженности по расписке не было предъявлено, соответственно нарушения прав кредитора ФИО1 на тот момент не было.

Кроме того, как установлено решением Приволжского районного суда г. Казани от 04.10.2018 по делу № 2-1055/2018, какие-либо обременения, запреты на отчуждение спорных объектов недвижимости, на проведение регистрационных действий на момент заключения оспариваемых договоров отсутствовали.

Доказательств того, что ФИО4 на момент приобретения было известно о наличии у ФИО10 задолженности, судами не установлено, в связи с чем суды двух инстанции пришли к выводу, что ФИО4 является добросовестным приобретателем.

Более того, оспариваемые сделки совершены в 2017 году, то есть за 6 (шесть) лет до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (26.09.2023).

Установив вышеуказанные обстоятельства, суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу о недоказанности совокупности условий для признания оспариваемых сделок недействительными по общим основаниям статей 167, 170 Гражданского

кодекса Российской Федерации, приняв во внимание, что оспариваемые сделки совершены задолго до возбуждения в отношении ФИО3 дела о банкротстве.

Отклоняя доводы финансового управляющего о мнимости спорных сделок как направленных на отчуждение имущества должника в преддверии его банкротства в целях уменьшения активов должника для избежания имущественной ответственности, а также о заинтересованности ФИО4 по отношению к должнику лицом, суды отметили, что поскольку определенная совокупность признаков, выделенные в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Таких признаков в рассматриваемом споре судами не установлено, как и доказательств направленности оспариваемых сделок на создание видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому.

Апелляционный суд также указал, что указанные сделки уже были предметом оспаривания со стороны иного кредитора – ФИО1, им дана оценка судом, в том числе доводов об их мнимости, в удовлетворении которого было отказано, при этом, кредитор ФИО1 при рассмотрении указанного спора был привлечен к участию в качестве ответчика и не мог не знать о факте такого оспаривания.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального и процессуального права.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.

Поскольку дело о банкротстве должника возбуждено 26.09.2023, а оспариваемые сделки совершены 19.10.2017 и 14.11.2017, то есть за пределами трехлетнего срока до возбуждения дела о банкротстве, указанная сделка не подлежит оспариванию на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 № 305-ЭС18-18386(3) и др.).

Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в любом случае возможно лишь тогда, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Вместе с тем для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установление в сделке пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

В рассматриваемом случае приводимые финансовым управляющим основания - наличие признаков неплатежеспособности на момент заключения сделок, отчуждение имущества в пользу заинтересованного лица с целью причинения вреда кредиторам, в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащего применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, исходя из конкретных обстоятельств настоящего обособленного спора, в отсутствие доказательств того, что пороки спорной сделки выходят за пределы дефектов подозрительных сделок, суды пришли к выводу, который суд округа считает в достаточной степени обоснованным, об отсутствии в данном случае оснований для применения к спорным отношениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, вопреки доводам подателя жалобы, в рассматриваемом случае суды первой и апелляционной инстанции признаков подозрительной сделки (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки) в рассматриваемом споре не установили.

Доводы подателя жалобы о мнимости оспариваемых сделок, их направленности на причинение вреда кредиторам путем уменьшения активов в преддверии банкротства, а также аффилированности покупателя ФИО4 с должником были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций и обоснованно отклонены.

Как указано судами, доказательств того, что ФИО4 не был реальным покупателем, а подставным лицом, на которого должник оформил спорные объекты, в материалы дела представлены не были. Тот факт, что ФИО4 продал в 2021 году приобретенные им в 2017 году объекты недвижимости ФИО5 примерно по той же стоимости, что приобрел у должника, само по себе не свидетельствует как о заинтересованности ФИО4 по отношению к ФИО3, так и о его участии в реализованной должником схеме вывода имущества с целью исключения возможности обращения на него взыскания со стороны кредиторов.

В связи с этим суды пришли к выводу о том, что и ФИО4, и последний приобретатель ФИО5 являются добросовестными приобретателями.

Иные доводы финансового управляющего также подлежат отклонению, поскольку не содержат обстоятельств, которые были бы не проверены и не учтены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении обособленного спора по существу, влияли на обоснованность и законность судебных актов.

С учетом вышесказанного оснований, а также принимая во внимание отсутствие нарушений норм материального и процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, основания для отмены обжалуемых судебных актов отсутствуют.

Учитывая, что жалоба финансового управляющего имуществом должника ФИО2, которому предоставлялась отсрочка уплаты государственной пошлины при ее подаче, была оставлена без удовлетворения, на основании статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина в размере 20 000 руб. за рассмотрение кассационной жалобы подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.04.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2025 по делу № А65-27257/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 20 000 рублей государственной пошлины за подачу кассационной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья В.А. Самсонов

Судьи М.В. Егорова

А.А. Минеева