Постановление от 1 ноября 2017 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА


Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5978/17


Екатеринбург


02 ноября 2017 г. Дело № А07-22991/2015 Резолютивная часть постановления объявлена 26 октября 2017 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 ноября 2017 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Сердитовой Е.Н.,

судей Плетневой В.В., Оденцовой Ю.А.


при ведении протокола помощником судьи Шестаковой Л.А. рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы финансового управляющего ФИО1 ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.04.2017 по делу № А07-22991/2015 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2017 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители: ФИО3

– ФИО4 (доверенность от 22.07.2016); ФИО1


– ФИО5 (доверенность от 01.11.2016); финансовый управляющий ФИО2

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан

от 23.10.2015 по заявлению ФИО3 возбуждено производство по делу о несостоятельности гражданина ФИО1 (далее также – должник).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан

от 16.09.2016 в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО2

Финансовый управляющий ФИО2 30.11.2016 обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании недействительным договора простого товарищества от 21.03.2005, заключенного ФИО1 и ФИО6; действий ФИО6 по государственной регистрации прекращения права собственности ФИО1


и по регистрации за Кулешовой З.А. перехода права собственности на ½ доли в праве собственности на объект недвижимости: офис площадью 364,9 кв. м; назначение объекта: нежилое здание, инвентарный номер 339037, литера А, А1, А2, этажность 3, расположенный по адресу: г. Уфа, Кировский район,

ул. Коммунистическая, 128/4, строение 1, кадастровый номер 02:55:010140:1191 (далее – офис) и применении последствий недействительности сделки в виде прекращения права собственности ФИО6 на ½ доли в праве собственности на офис; исключения из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о регистрации права собственности ФИО6 на ½ доли в праве долевой собственности на офис, восстановления в реестре записи о регистрации права собственности на офис за должником.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан

от 26.12.2016 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Башкортостан, ФИО7.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.03.2017 процедура реструктуризации долгов в отношении ФИО1 завершена, введена процедура реализации имущества гражданина на срок до 06.09.2017, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан

от 28.04.2017 (судья Курбангалиев Р.Р.) в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда


от 26.07.2017 (судьи Ершова С.Д., Бабкина С.А., Федина Г.А.) определение суда первой инстанции от 28.04.2017 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе финансовый управляющий должника


ФИО2, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств дела, нарушение норм права, просит определение суда первой инстанции от 28.04.2017 и постановление суда апелляционной инстанции от 26.07.2017 отменить, заявленные требования удовлетворить. Так, заявитель указывает, что судами не рассмотрено требование финансового управляющего должника о признании незаконными действий ФИО6, совершенных во исполнение судебного акта, которое, как указывает заявитель, в силу п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» является самостоятельным способом правовой защиты. Заявитель отмечает, что сделка по исполнению судебного акта совершена при наличии неравноценного встречного предоставления со стороны ФИО6 (п. 1 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»; далее – Закон о банкротстве). Финансовый управляющий должника обращает внимание на отсутствие в материалах дела доказательств реальности передачи денежных средств от ФИО6 ФИО1 в сумме 2 500 000 руб.; заявитель отмечает, что имеющаяся в


материалах дела расписка о передаче денежных средств является сфальсифицированной, составлена значительно позднее указанной в ней даты, в связи с чем не может подтверждать факт реальной передачи денежных средств должнику. Кроме того, заявитель указывает, что кадастровая стоимость переданного должником имущества (½ доли) существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств. Заявитель полагает неправомерным вывод суда апелляционной инстанции о том, что оспариваемые действия Кулешовой З.А. по регистрации перехода права собственности на ½ доли в спорном офисе не являются действиями по исполнению судебного акта. Заявитель отмечает, что к поданному Кулешовой З.А. заявлению о государственной регистрации прекращения права собственности Ситдикова Ф.Г. на объект недвижимости приложено апелляционное определение Верховного суда Республики Башкортостан от 27.11.2014 № 33-15292/2014, на основании которого осуществлен переход права собственности.

Финансовый управляющий должника обращает внимание, что при рассмотрении дела судом первой инстанции им сделаны заявления о фальсификации доказательств – договора простого товарищества от 21.03.2005 и расписки от 21.03.2005, которые, по мнению заявителя, были изготовлены предположительно в 2013-2014 г. в целях отчуждения имущества из конкурсной массы. По мнению заявителя, выводы судов о том, что в судебных актах судов общей юрисдикции дана надлежащая оценка действительности заключенного договора простого товарищества, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Финансовый управляющий обращает внимание, что несмотря на наличие судебных актов судов общей юрисдикции, подтвердивших существование договора простого товарищества от 21.03.2005 и расписки, вопрос о давности изготовления названных документов судами общей юрисдикции не исследовался, в связи с чем указанные обстоятельства подлежали установлению в рамках данного спора. Заявитель полагает, что судам следовало дать оценку действительности договора простого товарищества и расписки с учетом заявления о фальсификации доказательств.

Финансовый управляющий полагает, что выводы судов о пропуске срока исковой давности не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Заявитель отмечает, что узнал об исполнении спорной сделки не ранее 16.09.2016, то есть с даты введения процедуры реструктуризации долгов должника, обратился с соответствующим заявлением 30.11.2016, то есть в пределах срока исковой давности.

В своей кассационной жалобе ФИО3, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, нарушение норм материального права, просит определение суда первой инстанции от 28.04.2017 и постановление суда апелляционной инстанции от 26.07.2017 отменить, заявленные требования удовлетворить. Заявитель полагает необоснованными выводы судов о том, что непосредственно ФИО6 не совершала действий по государственной регистрации прекращения права собственности

ФИО1 и переходу к ней права собственности на спорное помещение. ФИО3 отмечает, что ответчиком совершены действия по подаче заявления


о государственной регистрации, направленные на обеспечение исполнения судебного акта. Заявитель обращает внимание, что судами при рассмотрении данного обособленного спора не установлено наличие соответствующего встречного предоставления за ½ доли в праве собственности на общее имущество со стороны ответчика.

ФИО3, полагает, что поскольку переход права собственности, совершенный на основании судебного акта, подлежит обязательной государственной регистрации, срок исковой давности по требованиям об оспаривании сделки необходимо исчислять с момента такой регистрации, в связи с чем заявитель полагает, что срок исковой давности в данном случае не пропущен. Заявитель полагает необоснованными выводы судов об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований на основании п. 1

ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); доказательств недобросовестности ФИО6 для оспаривания сделки на основании указанной нормы права не требуется (п. 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63). ФИО3 отмечает, что переход права собственности на долю в праве на объект недвижимого имущества повлекло преимущественное удовлетворение требований отдельного кредитора, в связи с чем, по мнению заявителя, имеется совокупность условий для признания спорной сделки недействительной на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, суд кассационной инстанции оснований для удовлетворения кассационной жалобы не установил.

Как установлено судами и следует из материалов дела, на основании договора купли-продажи объекта недвижимого имущества от 18.04.2005

№ 01-01 ФИО1 приобрел в собственность офис площадью


364, 9 кв. м., назначение объекта: нежилое здание, инвентарный номер 339037, литера А, А1, А2, этажность (этаж) 3, расположенный по адресу: г. Уфа,

ул. Коммунистическая, д. 128/4, корпус 1.


Согласно пункту 2.1 названного договора цена объекта недвижимости установлена в размере 4 000 000 руб.

Право собственности ФИО1 на офис зарегистрировано в установленном порядке 08.08.2005.

Согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним 29.12.2015 прекращено право собственности ФИО1 на ½ доли в праве собственности на офис на основании апелляционного определения Верховного суда Республики Башкортостан от 27.11.2014 по делу № 33-15292/2014.

Как следует из названного определения суда, ФИО6 04.03.2014 обратилась в Кировский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан с иском к ФИО1 о признании имущества общей собственностью и признании за ней права собственности на ½ доли в общем имуществе, ссылаясь


на заключение с Ситдиковым Ф.Г. договора простого товарищества

от 21.03.2005, по условиям которого они соединили свои вклады для приобретения в собственность нежилого строения – офиса.

Апелляционным определением Верховного суда Республики Башкортостан от 27.11.2014 по делу № 33-15292/2014 установлено, что между сторонами заключено дополнительное соглашение, в соответствии с которым по первому требованию ФИО6 ФИО1 зарегистрирует за ней право собственности на ½ доли в спорном помещении. Согласно расписке

от 21.03.2005 ФИО8 получил от ФИО6 2 500 000 руб. в счет вклада ФИО6 на приобретение совместной недвижимости – спорного помещения офиса.

Решением Кировского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 06.05.2014 исковые требования ФИО6 удовлетворены.

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Башкортостан от 27.11.2014 решение Кировского районного суда г. Уфы

от 06.05.2014 отменено, иск ФИО6 о признании офиса общей долевой собственностью, прекращении права собственности ФИО1 на офис и признании права собственности за ФИО1, ФИО6 по ½ доли за каждым удовлетворен, в удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 о прекращении права собственности ФИО1 на офис и признании права собственности за ФИО3 отказано.

На основании вышеуказанного апелляционного определения Верховного Суда Республики Башкортостан 29.12.2015 зарегистрировано право долевой собственности ФИО1 и ФИО6 на офис по ½ доли за каждым. При этом согласно выписе из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним право собственности ФИО6 на ½ доли в общем имуществе обременено ипотекой в пользу ФИО7 на основании договора залога имущества от 02.09.2016.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан 23.10.2015 по заявлению ФИО3 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО1

Ссылаясь на то, что договор простого товарищества от 21.03.2005, расписка от 21.03.2005 фактически составлены в 2012-2014 г., указанный договор является недействительной сделкой; действия ответчика по исполнению апелляционного определения Верховного Суда Республики Башкортостан от 27.11.2014 и государственной регистрации перехода права собственности на ½ доли в праве на офис совершены после возбуждения дела о банкротстве, при неравноценном встречном исполнении либо в его отсутствие, финансовый управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из следующего.

Согласно п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской


Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В соответствии с п. 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ абзац второй п. 7 ст. 213.9 и п. 1 и 2 ст. 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном п. 3-5 ст. 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

В силу ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве).

Согласно п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

В п. 2 ст. 61.2 названого Закона предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Оспаривая действия ФИО6 по государственной регистрации прекращения права собственности ФИО1 и по регистрации перехода права собственности на ½ доли в праве собственности на офис, финансовый управляющий указал на то, что названые действия совершены во исполнение апелляционного определения Верховного Суда Республики Башкортостан от


27.11.2014 (дело № 33-15292/2014), доказательства встречного предоставления отсутствуют, ссылался на стоимость объекта недвижимости на 08.12.2015.

В п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что в силу п. 3 ст. 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, совершенные во исполнение судебных актов.

Изучив материалы дела, учитывая, что определение Верховного Суда Республики Башкортостан от 27.11.2014 в силу ст. 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является обязательным для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации, судебным актом признано право собственности на нежилое помещение за ФИО1 и ФИО6, суды пришли к выводу, что в данном случае действия ФИО6, государственного органа по государственной регистрации прав на ½ доли в праве на объект недвижимости на основании названого судебного акта не могут быть квалифицированы как сделка должника в целях применения положений главы III.1 Закона о банкротстве.

Приняв во внимание содержание указанного судебного акта суда общей юрисдикции, которым признано право собственности ФИО6 на ½ доли в праве собственности на объект недвижимости, суды пришли к выводу, что оснований для удовлетворения требований финансового управляющего в указанной части и применения положений п.1, 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве не имеется.

Рассматривая доводы финансового управляющего относительно недействительности договора простого товарищества от 21.03.2005, а также заявление о фальсификации договора и расписки от 21.03.2005, суды установили следующее.

Из материалов данного дела следует, что договор от 21.03.2005, дополнительное соглашение к нему от 12.10.2005, расписка от 21.03.2005 изготовлены рукописно, представлены в дело в копиях. Названные документы представлялись в подлинниках ФИО6 при подаче иска в суд общей юрисдикции, обозревались судом при рассмотрении дела по иску

ФИО6 о признании права собственности на ½ доли.


Учитывая изложенное, оценив имеющиеся доказательства, пояснения лиц, участвующих в деле, принимая во внимание содержание судебных актов суда общей юрисдикции по спорам, в которых предметом исследования являлись в том числе договор простого товарищества от 21.03.2005, расписка суды отклонили заявление о фальсификации доказательств. Суды с учетом положений ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пришли к выводу о том, что материалы данного дела, в которые не представлен


подлинник названого договора, позволяют рассмотреть указанное заявление и в отсутствие возможности назначения судебной экспертизы.

Судом апелляционной инстанции обоснованно принято во внимание, что ФИО3 при рассмотрении споров с ФИО1, в том числе при рассмотрении Кировским районным судом г. Уфы иска о признании договора простого товарищества от 21.03.2005 незаключенным (дело № 2-10791/2015), спора о признании названого договора недействительным (дело № 2-9523/2014) не заявляла об изготовлении договора и расписки в иную дату, фальсификации доказательств, необходимости экспертного исследования, при том, что в рамках названных споров подлинные документы ФИО6 представлялись суду. Кроме того, судом принято во внимание содержание акта экспертного исследования от 10.10.2014 № 1513/3-2-3.2, проведенного Федеральным бюджетным учреждением Башкирской лабораторией судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации по личному заявлению ФИО1, предметом исследования в котором являлась давность изготовления договора простого товарищества от 21.03.2005; согласно заключению эксперта установить время изготовления договора не представилось возможным по причинам, изложенным в исследовательской части названного акта.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание изложенное, то, что договор простого товарищества от 21.03.2005 заключен за пределами установленных

ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве периодов подозрительности, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для признания указанной сделки недействительной; суды также не установили наличие признаков злоупотребления правом.

Выводы судов соответствуют материалам дела и действующему законодательству. Доводы, изложенные в кассационных жалобах, были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанции и получили надлежащую правовую оценку. Ссылка на неверный вывод суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности отклоняется исходя из изложенных оснований (установленных судами) для отказа в удовлетворении заявления финансового управляющего об оспаривании сделок. Суд кассационной инстанции отклоняет и иные приведенные заявителями доводы, приняв во внимание материалы данного дела о несостоятельности (банкротстве), содержание реестра требований кредиторов должника, а также рассмотрение многочисленных споров в суде общей юрисдикции предметом которых являлось указанное имущество. Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта, судами не допущено.

Таким образом, обжалуемые определение суда первой инстанции от 28.04.2017 и постановление суда апелляционной инстанции от 26.07.2017


подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.04.2017 по делу № А07-22991/2015 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2017 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы финансового управляющего ФИО1, ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Е.Н. Сердитова

Судьи В.В. Плетнева


Ю.А. Оденцова