Решение от 25 февраля 2025 г. по делу № А17-8191/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИВАНОВСКОЙ ОБЛАСТИ

153022, г. Иваново, ул. Б. Хмельницкого, 59-Б

http://ivanovo.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е



Дело № А17-8191/2024
г. Иваново
26 февраля 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 13 февраля 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 26 февраля 2025 года.


Арбитражный суд Ивановской области в составе судьи Демидовской Е.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем Говорковой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью "ЗИНГЕР СПб" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании 62500 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060, 10000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 293431, 250 руб. стоимости спорного товара, 16000 руб. расходов на фиксацию правонарушения, 557 руб. почтовых расходов,

при участии в судебном заседании:

от истца (с использованием системы веб-конференции): ФИО2  по доверенности от 26.12.2023 года.

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "ЗИНГЕР СПб" обратилось в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании 50000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 266060, № 293431,  250 руб. стоимости спорного товара, 16000 руб. расходов на фиксацию правонарушения, 168 руб. почтовых расходов,

Определением  суда от 05.09.2024 исковое заявление принято к рассмотрению суда в порядке упрощенного производства. 

Стороны  извещены надлежащим образом о принятии судом иска к рассмотрению в порядке упрощенного производства в соответствии со ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Истцом в порядке ст. 49 АПК РФ представлено заявление об уточнении исковых требований, просят взыскать с ответчиа 62500 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060, 10000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 293431,  250 руб. стоимости спорного товара, 16000 руб. расходов на фиксацию правонарушения, 168 руб. почтовых расходов, расходов на отправку доказательства в суд в размере 390 руб.

Суд, на основании ст. 49 АПК РФ определил, принять уточнение размера исковых требований.

Ответчиком представлен отзыв на заявленное требование, исковые требования не признают, заявлено о злоупотреблении истцом правом.

Определением от 28.10.2024 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, предварительное судебное заседание назначено на 19.12.2024.

Информация о движении дела (дате, времени и месте судебных заседаний в порядке подготовки дела к рассмотрению по существу, судебных заседаний первой инстанции, об отложении судебных заседаний, а также об объявляемых в заседаниях перерывах) размещалась на официальном сайте Арбитражного суда Ивановской области в сети Интернет по веб-адресу: www.ivanovo.arbitr.ru.

Протокольным определением  от 19.12.2024 дело признано подготовленным к судебному разбирательству, назначено к рассмотрению на 13.02.2025.

Ответчиком представлен отзыв на уточненное исковое заявление,  согласно которому в качестве обоснования размера предъявленной к взысканию компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060 истец ссылается на положения лицензионного договора № б/нот 11.08.2021, заключенного между ООО «Зингер СПб» (лицензиар) и ИП ФИО3 (лицензиат) о предоставлении права использования товарного знака, по которому лицензиар предоставляет лицензиату на срок действия договора за вознаграждение право использования товарного знака «ZINGER» (свидетельство № 266060) в отношении товаров 08 и 35 классов МКТУ за ежегодное вознаграждение в размере 750 000 руб. Расчет компенсации истец произвел следующим образом: 750 000 рублей (вознаграждение по договору - ежегодный фиксированный платеж) / 1 товарный знак/ 2 класса МКТУ (в Договоре - 08 и 35 классы МКТУ, нарушитель нарушил I класс МКТУ) /1  способ применения (В договоре предусмотрен только  1  способ, нарушитель использовал ТЗ тоже не менее, чем одним способом) / 12 месяцев = 31 250 руб. (цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака X 2 (двукратная стоимость - ч. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ) = 62500 руб. Видеосъемка, представленная истцом в качестве доказательства нарушения его прав выполнялась дважды при закупке товаров (ножниц, щипчиков для бровей). При этом, после приобретения 14.01.2022 г. товара (ножниц) истец не предпринял должных мер к ответчику по недопущению реализации данного товара, к административной ответственности, предусмотренной статьи 14.10 КоАП РФ, ИП ФИО1 не привлекалась, претензий не направлялось. После повторной закупки товара (09.11.2022 г.) — истец аналогично бездействовал. Претензия в адрес ответчика направлена только через 2 года (20.02.2024 г.) с момента первого инкриминируемого нарушения. Таким образом, истец при обнаружении нарушения своих прав, как разумный и добросовестный правообладатель с целью пресечения их нарушения не обратился с указанием на допущенное нарушение, не поставил в известность о незаконности продажи товара, не предупредил о необходимости прекратить его реализацию, а повторно произвел закупку аналогичного товара с изображениями товарного знака. Соответственно, совершение закупок с применением видеосъемки совершались не в целях правовой защиты, а в целях сбора доказательств для принятия их судом в качестве доказательства нарушения права на товарный знак и получения истцом денежной компенсацию за неправомерное использование товарного знака. Изменение способа расчета компенсации с части 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ на часть 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ и взыскания с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав в ином размере, свидетельствуют в целом об отсутствии экономической обоснованности расчета компенсации и намерении получить компенсацию в большем размере. Со стороны истца не представлено доказательств того, что лицензиат ИП ФИО3 фактически производит/реализует товары под товарным знаком № 266060 «ZINGER» либо иным способом использует указанный товарный знак, истцом не представлено. По лицензионному договору от 11.08.2021 г. истец предоставил ИП ФИО3 право использования спорного товарного знака в отношении товаров, поименованных в 8 классе МКТУ (11 товаров) и в отношении услуг 35 класса МКТУ, в то время как ИП ФИО4 фактически использовала товарный знак одним способом, продав товар, относящийся к одному 08-му классу МКТУ, в связи с чем стоимость нрава использования соответствующего объекта исключительных прав должна определяться с учетом того способа и в том объеме, в котором его использовал ответчик, применительно к обстоятельствам настоящего дела - размер ежемесячного вознаграждения за один класс МКТУ /количество товаров 08-го класса. Соответственно, размер компенсации случае следует определять в виде двукратной стоимости права пользования в сумме 5 681,82 руб. из расчета 2 х (62 500/2 класса МКТУ /11 (количество товаров 8 класса). Примененный алгоритм определения цены не противоречит положениям пункта 3 статьи 1515 ГК РФ, а также разъяснениям, содержащимся в пункте 61 Постановления N 10. В случае, если суд не установит мнимости лицензионного договора, ответчик считает, что стоимость права использования по товарному знаку № 266060 следует определить в сумме 5681,82 руб. из расчета 2 х (62 500/2 класса МКТУ /11 (количество товаров 8 класса) и размер компенсации по товарному знаку № 293431 в сумме 5 000 руб. Ответчик заявляет о снижении компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки и считает возможным снижение размера компенсации по товарному знаку № 293431 до 5 000 руб.

Ответчик в судебное заседание не явился, считаются надлежаще извещенными о времени и месте судебного заседания в соответствии со ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

В соответствии со ст. 123, 156  Арбитражного процессуального кодекса РФ при неявке в судебное заседание надлежащим образом извещённого лица заседание проводится в его отсутствие.

Исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства и пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ООО "ЗИНГЕР СПБ" является обладателем исключительных прав на товарный знак в виде словесного обозначения «ZINGER» по свидетельству на товарный знак №266060, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации 26.03.2004, срок действия исключительного права продлен до 03.07.2030, правовая охрана предоставлена в отношении широкого перечня товаров, в том числе 8 класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков, а также на товарный знак № 293431 (дата регистрации 02.08.2005 года, срок действия исключительного права продлён до 25.06.2024 года).

В обоснование заявленных исковых требований истец ссылается на то, что 14.01.2022  в торговой точке, расположенной по адресу: <...> ответчиком реализован товар – маникюрный инструмент ZINGER ножницы в количестве 1 штуки, на упаковке которого размещено словесное обозначение «ZINGER».

В подтверждение факта реализации товара ответчиком в материалы дела представлены видеозапись закупки DVD-диск, товарный чек ИП ФИО1.  от 14.01.2022 на сумму 150 руб., и вещественное доказательство – ножницы  ZINGER в упаковке в количестве 1 штуки.

09.11.2022  в торговой точке, расположенной по адресу: <...> ответчиком реализован товар – маникюрный инструмент ZINGER пинцет для бровей в количестве 1 штуки, на упаковке которого размещено словесное обозначение «ZINGER».

В подтверждение факта реализации товара ответчиком в материалы дела представлены видеозапись закупки DVD-диск, товарный чек ИПМ ФИО1.  от 09.11.2022 на сумму 100 руб., и вещественное доказательство – пинцет для бровей  ZINGER в упаковке в количестве 1 штуки.

На данных товарах, как указал истец, присутствует обозначение, сходное до степени смешения с товарными знаками №№ 266060, 293431.

Статьей 497 ГК РФ предусмотрено, что договор розничной купли-продажи может быть заключен на основании ознакомления покупателя с образцом товара, предложенным продавцом и выставленным в месте продажи товаров (продажа товара по образцам) и на основании ознакомления покупателя с предложенным продавцом описанием товара посредством каталогов, проспектов, буклетов, фотоснимков, средств связи (телевизионной, почтовой, радиосвязи и других) или иными способами, исключающими возможность непосредственного ознакомления потребителя с товаром либо образцом товара при заключении такого договора (дистанционный способ продажи товара).

По смыслу статьи 493 ГК РФ товарный, кассовый чек является документом, подтверждающим факт заключения договора розничной купли-продажи.

Согласно статье 494 ГК РФ выставление в месте продажи (на прилавках, в витринах и т.п.) товаров, демонстрация их образцов или предоставление сведений о продаваемых товарах (описаний, каталогов, фотоснимков товаров и т.п.) в месте их продажи или в сети "Интернет" признается публичной офертой независимо от того, указаны ли цена и другие существенные условия договора розничной купли-продажи, за исключением случая, когда продавец явно определил, что соответствующие товары не предназначены для продажи.

Полагая, что ответчиком нарушены исключительные права истца, последний 20.02.2024 направил претензию с требованием выплатить компенсацию за нарушение исключительных прав истца на средство индивидуализации (товарный знак).

Неисполнение ответчиком требований претензии послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Правовое регулирование отношений в сфере интеллектуальной собственности в Российской Федерации осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации, являющимися в соответствии с частью 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации составной частью правовой системы Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), иными законами и другими правовыми актами об интеллектуальных правах.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным кодексом не предусмотрено иное.

Товарные знаки являются результатом интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (пункт 1 статьи 1225 ГК РФ).

Согласно положениям статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно пункту 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 157 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее также - Постановление №10) с учетом пункта 1 статьи 1477 и статьи 1484 ГК РФ использованием товарного знака признается его использование для целей индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

Предложение к продаже продукции с товарным знаком, используемым без разрешения его владельца, является нарушением прав на товарный знак (пункт 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.07.1997 № 19 «Обзор практики разрешения споров, связанных с защитой прав на товарный знак»).

В рассматриваемом случае истец обратился в защиту принадлежащих ему исключительных прав на товарные знаки №266060, № 293431.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 АПК РФ в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права; факт его нарушения ответчиком путем использования обозначения, тождественного товарному знаку истца или сходного с ним, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникает вероятность смешения. В бремя доказывания ответчика в свою очередь входит доказывание правомерности использования спорного обозначения.

Факт принадлежности истцу исключительных прав на указанные товарные знаки установлен судом на основании представленных в дело доказательств и не оспаривается ответчиком.

Процесс заключения договора купли-продажи в порядке статей 12, 14 ГК РФ в целях самозащиты гражданских прав зафиксирован истцом посредством ведения видеозаписи, которая представлена в материалы дела и исследована судом в рамках судебного разбирательства. Исходя из представленной в материалы дела видеозаписи, следует, что ответчиком выданы товарные чеки от 14.01.2022, от 09.11.2022 в подтверждение покупки представителем истца спорных товаров. Спорные товары в качестве вещественного доказательства приобщен к материалам дела.

Как разъяснено в пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №122, вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Аналогичный подход закреплен в пункте 75 постановления №10, согласно которому вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, с учетом пункта 162 названного Постановления.

Так, в абзаце втором пункта 162 Постановления №10 приведена правовая позиция, согласно которой для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров/услуг.

Как указано в абзаце 3 пункта 162 Постановления №10, вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзацах пятом и шестом пункта 162 Постановления №10, установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Судом осуществлен самостоятельный анализ сходства сравниваемых обозначений и установлено их сходство до степени смешения.

Таким образом, материалами дела подтверждено, что ответчик предлагал к продаже и реализовывал товар в упаковке с нанесенным на него сходным до степени смешения товарными знаками №266060, № 293431.

Доказательства правомерного использования товарного знака, исключительные права на который принадлежат истцу, ответчиком в материалы дела не представлено. Напротив, истцом отрицается наличие разрешения на использование ответчиком объектов интеллектуальной собственности. Спорный товар не вводился в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с согласия истца, доказательства обратного в материалы дела не представлены.

Ответчику, являющемуся участником гражданского оборота и осуществляющему предпринимательскую деятельность в форме розничной торговли, принадлежит обязанность проверки соответствия приобретаемого и реализуемого им товара требованиям действующего законодательства (в том числе убедиться в наличии знаков охраны интеллектуальных прав, сведений о производителе, импортере товара и проч.). Лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты, должно получить необходимую информацию от своих контрагентов, убедиться в отсутствии нарушения исключительных прав; обратное свидетельствует о неразумности его поведения.

Доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным соблюдение исключительных прав истца на товарный знак, ответчиком в материалы дела не представлено.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

Согласно пункту 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя исключительного права на товарный знак вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 59 Постановления Пленума №10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Таким образом, требование об уплате компенсации может быть удовлетворено при наличии доказательств несанкционированного использования объектов интеллектуальных прав, то есть при доказанности факта правонарушения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 61 Пленума №10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определение размера компенсации относится к прерогативе суда, рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Как следует из материалов дела, ООО "Зингер СПБ" при обращении с настоящим иском избрал вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ - за нарушение исключительных прав на товарный знак N 293431 в размере 10 000 рублей, на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ - за нарушение исключительных прав на товарный знак N 266060 в размере 62 500 рублей, сумма компенсации рассчитана истцом в порядке подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ на основании лицензионного договора о предоставлении права использования товарного знака от 11.08.2021, заключенного между ООО «ЗИНГЕР Спб» и ИП ФИО3, согласно п.1.1 которого лицензиар предоставляет лицензиату на срок действия настоящего договора за вознаграждение, указанное  в  пункте  2  настоящего договора,   право  использования товарного знака ZINGER, свидетельство №266060, заявка №2000716572, приоритет от 03.07.2000, дата регистрации 26.03.2004 (товарный знак).

Согласно п.1.2 договора право использования товарного знака предоставляется лицензиату в отношении товаров 08 класса МКТУ и услуг 35 класса МКТУ, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, а именно: 08 - кусачки для ногтей; кусачки для удаления заусенцев; наборы маникюрных инструментов; наборы педикюрных инструментов; ножницы; пилочки для ногтей; пинцеты; полировальные приспособления для ногтей [электрические или неэлектрические]; щипцы для ногтей; щипцы для удаления заусенцев; щипцы; 35 - демонстрация товаров; реклама; сбыт товара через посредников.

Лицензиат вправе использовать товарный знак на всей территории Российской Федерации путем его размещения на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые ввозятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью (п.1.3).

За предоставление права использования товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару ежегодное вознаграждение (лицензионный платеж) в размере 750000руб., включая НДС 20 (п.2.1).

Настоящий договор вступает в силу с даты государственной регистрации в Федеральной службе по интеллектуальной собственности предоставления права использования товарного знака и действует до 11.08.2026 (п.4.1).

В соответствии с государственным реестром товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации договор зарегистрирован в реестре 19.11.2021 за №РД0380571.

В подтверждение исполнения договора истцом в материалы дела представлены платежные поручения от 28.10.2021 №130, от 06.12.2021 №131, от 12.01.2022 №4, от 01.02.2022 №9, от 16.02.2022 №20, от 01.04.2022 №33, от 04.05.2022 №42, от 02.06.2022 №55, от 04.07.2022 №69, от 02.08.2022 №87, от 23.08.2022 №110, от 03.10.2022 №112.

Лицензионный договор является действующим, заключен в соответствии с требованиями закона и исполняется, что подтверждается платежными поручениями, представленными в дело.

Согласно позиции, отраженной в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2021, представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

Ответчик вправе оспорить рассчитанный на основании лицензионного договора размер компенсации путем обоснования иной стоимости права использования соответствующего товарного знака, исходя из существа нарушения, условий этого договора либо иных доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и заключения независимого оценщика.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, то суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, или иная территория); иные обстоятельства.

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

Сумма компенсации за нарушение исключительных прав с учетом условий лицензионного договора от 11.08.2021 определена из расчета 750000руб. / 1 товарный знак / 2 класса МКТУ / 1 способ применения / 12 месяцев х 2 = 62500руб.

Ответчиком представлена своя методика расчета:  5 681,82 руб. из расчета 2 х (62 500/2 класса МКТУ /11 (количество товаров 8 класса).

Соотнеся условия представленного лицензионного договора и обстоятельства допущенного нарушения суд признает методику расчета истца обоснованной и правомерной.

Возражая в отношении заявленного размера компенсации, ответчик должен обосновать иной размер стоимости права использования соответствующего товарного знака исходя из существа нарушения, условий представленного истцом лицензионного договора либо иных доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и заключения независимого оценщика.

В рассматриваемом споре ответчик не опроверг сведения о стоимости лицензии как недостоверные, в связи с чем оснований не принимать во внимание размер компенсации, указанный истцом согласно лицензионному договору, не имелось.

При определении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях с учетом положений абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П, и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

Согласно правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в пункте 3 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 N 40-П "По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда" (далее - постановление N 40-П), будучи мерой гражданско-правовой ответственности, компенсация имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Соответственно, компенсация может быть больше (в умеренных пределах), чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав. Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 N 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 03.07.2018 N 28-П "По делу о проверке конституционности пункта 6 статьи 1232 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Суда по интеллектуальным правам", при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1311 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

В соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (то есть не может быть менее стоимости права использования товарного знака).

Определение размера компенсации относится к прерогативе суда, рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

При этом снижение судом размера компенсации возможно при соблюдении критериев, приведенных в постановлении №28-П и постановлении №40-П, при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры.

По мнению суда, размер компенсации 31250 руб., составляющий однократную стоимость права использования спорного товарного знака, соответствует требованиям справедливости и равенства сторон, соблюдению баланса их прав и законных интересов.

Судом принимается во внимание характер допущенного ответчиком правонарушения, степень вины ответчика, то, что нарушение исключительных прав совершено ответчиком впервые, не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности, суд учитывает последующее поведение ответчика (прекращение нарушения прав истца), отсутствие свидетельств существования на стороне истца убытков, в размере, превышающем установленную судом сумму компенсации.

Сумма компенсации в размере однократной стоимости права использования товарного знака в соответствии с лицензионным договором от 11.08.2021 в размере 31250 руб. позволяет адекватным образом восстановить имущественное положение истца, нарушенное действиями ответчика. При снижении компенсации суд также учитывает отсутствие мотивированных возражений истца против оснований, заявленных ответчиком.

Довод ответчика о мнимости Лицензионного договора и отклоняется судом в силу того, что истец представил в материалы дела платежное поручение, подтверждающее исполнение Лицензионного договора сторонами. Доказательств неисполнения истцом своих обязательств по Лицензионному договору в материалы дела не представлено. При этом представленный в материалы дела Лицензионный договор, являющийся основанием для расчета компенсации по настоящему делу, недействительным не признан, из числа доказательств по делу он не исключался.

Таким образом, исходя из того, что формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования произведения, императивно определена законом, суд приходит к выводу о том, что доводы о несогласии с расчетом размера компенсации, могут основываться на оспаривании заявленной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения, и с учетом части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими такое несогласие.

Довод ответчика  о злоупотреблении истцом правом, судом отклоняется в связи с тем, что  действия об уточнении исковых требований не свидетельствуют о злоупотреблении истцом правом, поскольку законодатель не ограничивает право истца на совершение указанных действий.

Довод о злоупотреблении правом со стороны истца ответчик также  обосновал еще тем, что, по его мнению, для общества «Зингер СПб» одним из способов извлечения прибыли из объектов интеллектуальных прав - это получение денежных средств в результате инициирования судебных исков.

Между тем, само по себе предъявление истцом требования о защите исключительного права не является злоупотреблением правом.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципу диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (часть 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), какое исковое требование и в связи с чем предъявлять в суд (пункты 4 и 5 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), к кому предъявлять иск (пункт 3 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и в каком объеме требовать от суда защиты (пункт 3 статьи 1252, пункт 1 статьи 1301 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 указанного Кодекса), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, суд исходит из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

По смыслу приведенных норм и их официальных разъяснений, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений. В этом случае выяснению подлежат действительные намерения лица.

Из приведенных выше правовых норм также следует, что под злоупотреблением правом понимается и ситуация, когда лицо действует формально в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным способом, и целью его действий является обход установленных в целях защиты прав другого лица обязательных требований и ограничений.

Приведенные ответчиком аргументы не опровергают презумпцию добросовестности, предусмотренную пунктом 5 статьи 10 ГК РФ. Само по себе обращение с иском за защитой своих прав не является злоупотреблением правом, а доказательств наличия у истца единственной цели - причинение вреда ответчику, не представлено.

В силу изложенного суд  отклоняет доводы ответчика о наличии в действиях истца признаков злоупотребления правом.

Ссылка ответчика на иную судебную практику по делам со сходными фактическими обстоятельствами, не принимается судом, поскольку обстоятельства, установленные по данным делам, не являются преюдициальными при рассмотрении настоящего дела (часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), по указанным делам имели место иные фактические обстоятельства, не связанные с фактическими обстоятельствами, установленными судом при рассмотрении настоящего дела.

Рассмотрев требование истца о взыскании компенсации за использование товарного знака № 293431 в размере 10 000 руб., суд исходит из следующего.

За неправомерное использование товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 293431 истец избрал способ расчета размера компенсации, предусмотренный подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, – в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей.

В силу абзаца 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Возможность взыскания компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак предусмотрена статьей 1515 ГК РФ.

В силу пункта 4 указанной статьи правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как усматривается из материалов дела, истцом предъявлено требование о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, на основании положений подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Ответчиком заявлено о снижении размера компенсации ниже минимального предела, в обоснование которого ответчик ссылается на одноразовый характер продажи, вменяемое ответчику нарушение не носит злостного или грубого характера.   Также ответчик указал, что в материалах дела отсутствуют сведения о каких-либо значительных негативных последствиях, возникших в результате совершения ответчиком вменяемого ему нарушения.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами.

В данном случае в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ответчиком предпринимались необходимые меры и проявлена разумная осмотрительность с тем, чтобы избежать незаконного использования права, принадлежащего другому лицу, сумма компенсации определена истцом в минимальном размере.

Таким образом, исковые требования подлежат удовлетворению частично в сумме 31250 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060, 10000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 293431.

В соответствии со статьей 112 АПК РФ вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – Постановление № 1) лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В пункте 2 Постановления № 1 разъяснено, что понесенные истцом расходы в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости и допустимости.

При подаче искового заявления истцом уплачена государственная пошлина в размере 2000руб. (платежное поручение от 27.08.2024 № 16400).

Также истцом предъявлено ко взысканию 250 руб. стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика 16000 руб. расходов на  фиксацию правонарушения, 557 руб. почтовых расходов.

Расходы, понесенные истцом на приобретение контрафактного товара в размере 250 руб. (вещественное доказательство), подтверждены представленными в материалы дела доказательствами и кассовым чеком ответчика от 14.01.2022, 09.11.2022. В данном случае судебные расходы понесены истцом в связи со сбором доказательств до предъявления иска, которые были необходимы для подтверждения обоснованности предъявленных к ответчику требований, признаются судебными издержками и подлежат распределению между сторонами.

В связи с исполнением процессуальной обязанности по направлению претензии, искового заявления и документов, отсутствующих у лиц, участвующих в деле, лицам, участвующим в деле, предусмотренной ст.ст.4, 125 АПК РФ, ст.1252 ГК РФ истцом понесены почтовые расходы по направлению претензии в размере 84 руб. (почтовая квитанция от  20.02.2024), по направлению искового заявления ответчику в размере 83 руб. (почтовая квитанция от 20.04.2024),расходов на отправку доказательств в суд (почтовая квитанция от 12.09.2024 на сумму 390 руб. 04 коп.), по фиксации нарушения в сумме 16000 руб. истцом в материалы дела представлены договор на оказание услуг (субагентский договор) от 19.03.2021, акт №665 о выполнении работ от 30.11.2022, платежное поручение от 11.10.2024 № 17997 на сумму  80000 руб., а также доверенность от 30.12.2022, выданная истцом ООО «Медиа-НН», с предоставлением права совершать от имени доверителя (истца)  действия, направленные на сбор доказательств нарушения прав доверителя, привлекать для совершения действий, связанных с защитой прав на объекты интеллектуальной собственности, третьих лиц и оплачивать их услуги от имени доверителя.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

При этом согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда РФ от 28.10.2021 №46-П «По делу о проверке конституционности части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью «Студия анимационного кино «Мельница», если снижение размера компенсации, истребованной в минимальном размере, произошло по воле суда, рассматривавшего спор о взыскании такой компенсации, то взыскания с правообладателя в пользу нарушителя судебных расходов по мотиву частичного удовлетворения требований не может иметь место.

Таким образом, судом истцу за счет ответчика подлежит возмещению 250 руб. стоимости товара, приобретенного у ответчика,  16000 руб. расходов на фиксацию правонарушения, 557 руб. почтовых расходов, 2000 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Учитывая, что государственная пошлина уплачена истцом без учета увеличения размера исковых требований, недоплаченная сумма госпошлины в размере 900 руб. подлежит взысканию в федеральный бюджет с ответчика (пункт 16 постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 №46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах»).

В силу части 2 статьи 168 АПК РФ при принятии решения суд определяет дальнейшую судьбу вещественных доказательств.

Согласно части 1 статьи 80 АПК РФ вещественные доказательства, находящиеся в арбитражном суде, после их осмотра и исследования судом возвращаются лицам, от которых они были получены, если они не подлежат передаче другим лицам.

Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации оговаривает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону не могут находиться во владении отдельных лиц (часть 3 статьи 80 АПК РФ).

К таким доказательствам может относиться, например, имущество, изъятое из оборота или ограниченное в обороте; к таким же доказательствам в силу статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации относится контрафактная продукция.

Так, согласно пункту 4 статьи 1252 ГК РФ случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены этим кодексом.

Таким образом, процессуальные основания для осуществления возврата истцу приобщенной к материалам дела контрафактной продукции отсутствуют, товар должен быть уничтожен.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПб» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 31250 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060, 10000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 293431, 250 руб. стоимости товара, приобретенного у ответчика,  16000 руб. расходов на фиксацию правонарушения, 557 руб. почтовых расходов, 2000 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета 900 руб. государственной пошлины по иску.

Вещественное доказательство (маникюрный инструмент ZINGER в упаковке (ножницы, пинцет) в количестве 2 штуки) уничтожить.

Решение может быть обжаловано во Второй арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия в соответствии со статьями 181, 257, 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На вступившее в законную силу решение суда может быть подана кассационная жалоба в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу решения (статья 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Жалобы подаются через Арбитражный суд Ивановской области.


Судья:

Е.И. Демидовская