Решение от 20 декабря 2022 г. по делу № А24-5220/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А24-5220/2022
г. Петропавловск-Камчатский
20 декабря 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 13 декабря 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 20 декабря 2022 года.


Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Т.А. Арзамазовой, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по

исковому заявлению

публичного акционерного общества энергетики и электрификации «Камчатскэнерго» (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес: 683000, <...>)


к

краевому государственному автономному учреждению «Спортивная школа олимпийского резерва по зимним видам спорта» (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес: 683002, <...>)


о взыскании 1 694 701,22 руб., составляющих 1 634 368,68 руб. задолженности по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 09.06.2016 № ОТП-16-00149, 60 332, 54 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 11.03.2021 по 31.03.2022 и с 01.10.2022 по 05.10.2022 со взысканием процентов по день фактической оплаты,


при участии в заседании:

от истца: представитель ФИО2 (паспорт, доверенность от 01.01.2022, со специальными полномочиями, сроком до 31.12.2025, диплом),

от ответчика: представитель ФИО3 (удостоверение адвоката № 280 от 15.10.2019, доверенность от 14.11.2022, со специальными полномочиями, сроком до 31.01.2025),

установил:

публичное акционерное общество энергетики и электрификации «Камчатскэнерго» (далее – истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к краевому государственному автономному учреждению «Спортивная школа олимпийского резерва по зимним видам спорта» (далее – ответчик) о взыскании 1 694 701,22 руб., составляющих 1 634 368,68 руб. задолженности по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 09.06.2016 № ОТП-16-00149, 60 332, 54 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 11.03.2021 по 31.03.2022 и с 01.10.2022 по 05.10.2022 со взысканием процентов по день фактической оплаты.

Обосновывая заявленные требования, истец по тексту искового заявления сослался на нарушение ответчиком своих обязательств по договору об осуществлении технологического присоединения. Пояснил, что выполнил все необходимые мероприятия, установленные техническим условиями, осуществил технологическое присоединение, однако предусмотренная договором плата так и не была внесена. Каких-либо препятствий для внесения платы в согласованном сторонами порядке истец не усматривает. Пояснил, что обращался к ответчику с претензией, в которой предлагал погасить возникшую задолженность по ежеквартальным платежам. Поскольку до настоящего времени плата за технологическое присоединение ответчиком не внесена, просит взыскать сумму задолженности, а также проценты за пользование чужими денежными средствами в связи с нарушением срока ее внесения в судебном порядке.

Ответчик в письменном отзыве на исковое заявление с требованиями истца не согласился. Факт проведения работ по технологическому присоединению не оспаривает, однако считает, что обязательство по оплате услуг не возникло, поскольку в установленном порядке результат услуг ответчику не передавался, об окончании работ ответчик не извещался, акт об осуществлении технологического присоединения не подписывался. Пояснил, что о существовании дополнительного соглашения от 09.06.2016 № ОТП-16-00149 и акта об осуществлении технологического присоединения от 10.12.2020 узнал только при ознакомлении с материалами дела, данные документы уполномоченным лицом - директором ФИО4 не подписывались. Указал, что финансирование затрат на технологическое присоединение осуществлялось за счет субсидии из средств краевого бюджета, в связи с длительным выполнением истцом обязательств по технологическому присоединению и неиспользованием выделенных средств денежные средства возвращены в бюджет, в настоящее время возможность финансирования данного мероприятия отсутствует.

Заслушав доводы сторон, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

На основании заявки ответчика 09.06.2016 между истцом (сетевая организация) и ответчиком (заявитель) заключен договор № ОТП-16-00149, по условиям которого сетевая организация обязалась оказать услуги по технологическому присоединению энергопринимающих устройств заявителя «ВРУ-0,4кВ», в том числе по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства (включая их проектирование, строительство, реконструкцию) к присоединению энергопринимающих устройств, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики), с учетом следующих характеристик:

- максимальная мощность присоединяемых энергопринимающих устройств – 100 кВт,

- категория надежности: 3,

- класс напряжения электрических сетей, к которым осуществляется технологическое присоединение: 0,4кВ,

Технологическое присоединение необходимо для электроснабжения объекта «Спортивно-оздоровительный лагерь», расположенный по адресу: Камчатский край, Елизовский район, с-з «Начикинский», район р. Уздач (пункт 1.2 договора).

Срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению согласован сторонами в пункте 1.4 договора и составил один год со дня заключения договора.

Согласно пункту 3.1 договора плата за технологическое присоединение согласована сторонами в размере 2 897 541,12 руб. Пунктом 3.2 договора порядок внесения платы за технологическое присоединение определен следующим образом:

- 5 процентов платы вносятся в течение 15 дней со дня заключения договора,

- остальные 95 % сносятся равными долями ежеквартально в течение трех лет со дня подписания сторонами акта об осуществлении технологического присоединения.

Одновременно с подписанием договора сетевой организацией заявителю выданы технические условия для присоединения объекта к электрическим сетям от 09.06.2016 № 04-17-59. Срок действия технических условий составил два года.

Платежным поручением от 20.07.2016 № 520670 ответчик перечислил на счет истца 144 877,06 руб. в счет исполнения обязательств по договору.

Дополнительным соглашением к договору от 08.12.2020 стороны уточнили размер платы за технологическое присоединение, установив ее в размере 2 946 651,98 руб. При этом согласно новой редакции пункта 3.1.3 договора заявителю следовало доплатить сумму в размере 2 801 774,92 руб. в течение трех лет со дня подписания акта об осуществлении технологического присоединения.

10.12.2020 истцом оформлен акт об осуществлении технологического присоединения № ОТП-16-00149, в котором зафиксирован факт осуществления технологического присоединения энергопринимающих устройств ответчика к электрическим сетям истца. Указанный акт подписан представителями обеих сторон.

Указывая на неисполнение ответчиком своих обязательства по внесению платы за технологическое присоединение, 03.12.2021, 25.05.2022 истцом в адрес ответчика направлены претензии о погашении задолженности по ежеквартальным платежам и об уплате процентов за пользование чужими денежными средствами.

До настоящего времени задолженность по плате за технологическое присоединение ответчиком не погашена, в связи с чем истец обратился в суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Оценив доводы сторон и представленные в материалы дела документы в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее - Закон № 35-ФЗ), пунктом 6 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее - Правила № 861), технологическое присоединение осуществляется на основании договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства, заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом. Указанный договор является публичным.

Согласно абзацу шестнадцатому пункта 1 статьи 26 Закона № 35-ФЗ по договору об осуществлении технологического присоединения сетевая организация принимает на себя обязательства по реализации мероприятий, необходимых для осуществления такого технологического присоединения, в том числе мероприятий по разработке и в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации об электроэнергетике, согласованию с системным оператором технических условий, обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства, включая их проектирование, строительство, реконструкцию, к присоединению энергопринимающих устройств и (или) объектов электроэнергетики, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики).

В свою очередь, заказчик вносит сетевой организации плату по договору об осуществлении технологического присоединения с возможным условием об оплате выполнения отдельных мероприятий по технологическому присоединению, а также разрабатывает проектную документацию в границах своего земельного участка согласно обязательствам, предусмотренным техническими условиями, и выполняет технические условия, касающиеся обязательств заказчика (пункт 1 статьи 26 Закона N 35-ФЗ и пункты 16, 17 Правил N 861).

В таком виде договор о технологическом присоединении по всем своим существенным условиям соответствует договору возмездного оказания услуг; к правоотношениям сторон по договору технологического присоединения применяются помимо специальных норм положения главы 39 ГК РФ, а также общие положения об обязательствах и о договоре (раздел III Кодекса).

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик - оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Как следует из материалов дела, услуги по договору от 09.06.2016 № ОТП-16-00149 оказаны истцом в полном объеме, что подтверждается актом об осуществлении технологического присоединения от 10.12.2020 № ОТП-16-00149 и договором энергоснабжения от 30.12.2021 № 1426Е.

Ответчик факт оказания истцом услуг и их стоимость не оспаривал. Какие-либо претензии по поводу оказанных услуг в ходе рассмотрения дела не заявлены.

Следовательно, у ответчика возникла обязанность оплатить оказанные услуги в порядке и в размере, согласованном сторонами в договоре (2 946 651,98 руб. с учетом дополнительного соглашения от 08.12.2020).

Оценивая подлежащий применению к спорным правоотношениям порядок оплаты услуг по договору, суд принимает во внимание, что первоначально в пункте 3.2 договора предусматривалось внесение 5 процентов платы в течение 15 дней со дня заключения договора и остальных 95 % - равными долями ежеквартально в течение трех лет со дня подписания сторонами акта об осуществлении технологического присоединения.

Однако в дополнительном соглашении к договору от 08.12.2020 указанный порядок был изменен, пункт 1.3 договора, изложенный в новой редакции, предусмотрел доплату заявителем суммы в размере 2 801 774,92 руб. с учетом НДС в течение 3 лет со дня подписания акта об осуществлении технологического присоединения. При этом каких-либо указаний на внесение платы равными долями и ежеквартально либо с иной периодичностью указанный пункт не предусматривал. То есть имеет место конкуренция условий договора и дополнительного соглашения к нему о порядке оплате услуг.

В пунктах 43, 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что при толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела. Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

По смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

Согласно разъяснениям пункта 45 вышеуказанного постановления по смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

В пункте 11 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» указано, что в случае сомнения условия договора трактуются в пользу контрагента стороны, составляющей его текст, то есть в пользу экономически слабой стороны по договору.

В данном случае условия договора и дополнительного соглашения к нему предложены истцом как профессиональным участником энергетического рынка, который является более сильной стороной договора. Сторона ответчика в данном случае является слабой стороной, поэтому, заключая дополнительное соглашение от 08.12.2020, истец несет все риски, связанные с толкованием условий договора в редакции данного дополнительного соглашения в пользу слабой стороны. Следовательно, ответчик обязан оплатить услуги по технологическому присоединению в соответствии с условиями дополнительного соглашения, а именно в течение 3 лет со дня подписания акта об осуществлении технологического присоединения.

Учитывая, что акт об осуществлении технологического присоединения подписан сторонами 10.12.2020, срок на оплату услуг истечет 09.12.2023. До истечения указанного срока оснований считать ответчика не исполнившим свои обязательства по оплате у суда не имеется.

В рамках рассмотрения настоящего спора ответчик указывал на подписание дополнительного соглашения от 08.12.2020 и акта об осуществлении технологического присоединения от 10.12.2020 неуполномоченным лицом.

Судом установлено, что, действительно, подпись от имени директора ответчика ФИО4 в указанных документах выполнена иным лицом, а именно ФИО5, который представлял интересы ответчика в правоотношениях с истцом на основании выданной доверенности и не имел никаких полномочий на подписание документов от имени ответчика.

Вместе с тем суд считает возможным применить при оценке данных документов правило об их последующем одобрении представляемым.

Так, в пункте 122 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 25) разъяснено, что в иных случаях, когда сделка от имени юридического лица совершена лицом, у которого отсутствуют какие-либо полномочия, подлежат применению положения статьи 183 ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 183 ГК РФ предусмотрено, что при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку. В соответствии с пунктом 2 статьи 183 ГК РФ последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

В пункте 123 постановления № 25 разъяснено, что установление факта заключения сделки представителем без полномочий или с превышением таковых служит основанием для отказа в иске, вытекающем из этой сделки, к представляемому, если только не будет доказано, что последний одобрил данную сделку (пункты 1, 2 статьи 183 ГК РФ). Аналогичное разъяснение приведено в пункте 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2000 № 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Применительно к указанным разъяснениям, если документ, подписанный от имени лица неуполномоченным или неустановленным лицом, в последующем одобрен представляемым, факт его ненадлежащего подписания не является основанием для признания документа недействительным, а обстоятельства такого одобрения должны быть исследованы судами.

Применительно к рассматриваемому спору 30.12.2021 директором ответчика ФИО4 подписан договор энергоснабжения № 1426Е, в пункте 1.2 которого указано, что точкой поставки по договору является место исполнения обязательств, используемое для определения объема взаимных обязательств сторон по договору, расположенное на границе балансовой принадлежности энергопринимающих устройств, определенной в акте об осуществлении технологического присоединения. При этом акт об осуществлении технологического присоединения указан в качестве приложения № 3 к договору.

Следовательно, оснований считать, что ответчик не располагал информацией об оформлении спорных документов и не давал своего согласия на их подписание, у суда не имеется. Доводы ответчика в указанной части противоречат представленным в материалы дела документам. Факт технологического присоединения, стоимость услуг, порядок расчетов, предусмотренные дополнительным соглашением от 08.12.2020, ответчиком в ходе рассмотрения дела не оспаривались.

Таким образом, оснований для применения иного порядка при расчетах между сторонами, отличного от установленного дополнительным соглашением от 08.12.2020, не имеется. В соответствии с данным порядком срок внесения платы не наступил, что свидетельствует об отсутствии у ответчика задолженности перед истцом и о необоснованности заявленных истцом требований о ее взыскании.

В отсутствие задолженности оснований для удовлетворения производного требования и взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами с ответчика у суда также не имеется.

При установленных обстоятельствах суд вынужден отказать в удовлетворении требований истца в полном объеме.

В связи с отказом в удовлетворении заявленных требований в силу положений статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся судом на истца.

Излишне уплаченная государственная пошлина в размере 71 руб. подлежит возврату истцу из федерального бюджета в порядке статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Возвратить публичному акционерному обществу энергетики и электрификации «Камчатскэнерго» из федерального бюджета 71 рубль государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 18.02.2021 № 5125.

Выдать справку на возврат государственной пошлины после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.



Судья Т.А. Арзамазова