Решение от 15 декабря 2017 г. по делу № А56-37738/2017

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 50/52

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-37738/2017
16 декабря 2017 года
г.Санкт-Петербург



Резолютивная часть решения объявлена  27 ноября 2017 года.

Полный текст решения изготовлен  16 декабря 2017 года.


Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Лилль В.А.,


при ведении протокола судебного заседания помощником ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

ФИО2

к открытому акционерному обществу "Сясьский целлюлозно-бумажный комбинат" и обществу с ограниченной ответственностью "Креамур"

третье лицо: ФИО3

о признании договора купли-продажи недействительным и применении последствий недействительности сделки


при участии

- от истца: представитель ФИО4, доверенность от 21.09.2017;

- от ответчиков: представитель (ЦБК) ФИО5, доверенность от 10.04.2017;

- от третьего лица: ФИО3, по паспорту; 



установил:

ФИО2 (далее – истец), единственный участник  общества с ограниченной ответственностью «Креамур» обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к открытому акционерному обществу "Сясьский целлюлозно-бумажный комбинат" (далее - Комбинат) и обществу с ограниченной ответственностью «Креамур» (далее – Общество) о признании договоров купли-продажи оборудования №1 от 29.03.2017 и №2 от 29.03.2017 недействительными и применении последствия их недействительности.

Определением от 04.09.2017 рассмотрение спора отложено на 09.10.2017 в связи  и привлечением к участию в деле в порядке статьи 51 АПК РФ генерального директора ООО «Креамур» - ФИО3.

Определением от 09.10.2017 судебное разбирательство было отложено на 27.11.2017 в целях предоставления возможности сторонам спора подготовить приобщить к материалам дела дополнительные доказательства в обоснование доводов.

В судебном заседании Ответчиком представлен дополнительный отзыв, третьим лицом представлен отзыв на иск, Истцом заявлено ходатайств о назначении судебной экспертизы, которое по результатам обсуждения - отклонено.

В обоснование своих требований  Истцом приведено следующее.

Истец является единственным участником ООО «Креамур».

Между Комбинатом и Обществом заключены договоры купли-продажи оборудования №1 от 29.03.2017 и №2 от 29.03.2017.

Для Общества оспариваемые сделки, согласно бухгалтерской отчётности по состоянию на 31.03.2017 и балансовой справки по состоянию на 31.12.2016, являются крупными и составляют 70% балансовой стоимости активов и имущество, отчужденное по указанным договорам, является единственным активом Общества, иного имущества у Общества не имеется.

В соответствии со статьей 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее –Закон об обществах с ограниченной ответственностью) заключению данной сделки должно предшествовать ее одобрении единственным участником общества. Истцом такого решения не принималось, и генеральный директор Общества ФИО3 в нарушение этого требования с превышением своих полномочий, на невыгодных для Общества условиях, заключил оспариваемые сделки с Комбинатом.

Таким образом, реализация единственного актива повлекла возникновение у Общества явного ущерба.

26.04.2017 истцом в адрес Комбината направлено уведомление о намерении расторгнуть спорные договоры и с предложением разрешить конфликтный вопрос  в досудебном порядке,  которое  было проигнорировано.

Согласно экспертному заключению ООО «Стройэкспертсервис» от 23.05.2017, ориентировочная рыночная стоимость проданного оборудования составляет 16 200 000 рублей, что, по мнению истца, более чем в 10 раз выше цены имущества, указанной в оспариваемых договорах.

Комбинат не мог не знать, что стоимость приобретаемого им оборудования  многократно превышает указанную в договорах, цену, равно как и том, что заключением таких договоров Обществу причиняется явный ущерб, поскольку Комбинат, являясь профессиональной эксплуатирующей организацией, осведомлен о реальной стоимости проданного оборудования.

Действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, Комбинат при наличии в штате юридического отдела и службы безопасности мог и должен был проверить наличие у сделки признаков крупной сделки и соблюдение порядка ее одобрения.

В частности, ответчик должен был знать о том, что сделки для Общества являются крупными и требовали одобрения участника Общества.

Совершение данной сделки нарушает права участников Общества, поскольку  ее совершение привело к уменьшению действительной стоимости доли участника Общества.

Обществом, поддержавшим требования истца, приведено следующее.

Договоры купли-продажи №1 и №2 от 29.03.2017 в силу части 1 статьи  166 Гражданского  кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) являются недействительными, поскольку совершены с нарушением положений пункта 3 и пункта 4 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Общество  полагает, что вышеуказанные договоры заключены при возможном сговоре представителей Комбината и бывшего генерального директора Общества, что дополнительно может свидетельствовать о недействительности сделок.

Комбинат, не согласившись с требования Истца и позицией Общества, сослался  на следующее.

29.03.2017  между Комбинатом и Обществом  заключено 2 договора купли-продажи оборудования:

договор  №1 о продаже оборудования в количестве 50 единиц, стоимостью 400 000 рублей;

договор №2, о продаже оборудование в количестве 74 единицы, стоимостью 1 200 000 рублей.

При заключении указанных договоров генеральным директором Общества,  ФИО3 были представлены следующие копии документов:

приказ №1 от 27.08.2017 о вступлении в должность генерального директора;

Устав ООО «Креамур»;

выписка из решения №1 единственного участника ООО «Креамур» от 27.03.2017 об одобрении сделки.

Справка Санкт-Петербургского филиала «БАНК СГБ» о наличии расчетного счета;

Заявления  в службу судебных приставов Волховского РОСП об окончании исполнительного производства № 26690/15/47020-ИП от 12.08.2015;

Выписка из ЕГРЮЛ.

Все документы были рассмотрены Комбинатом, по результатам рассмотрения был сделан вывод, что все необходимые документы и полномочия для заключения договоров имеются у генерального директора Общества ФИО3

На момент заключения договора купли-продажи у Комбината  имелась доверенность №8/ю от 29.06.2015 на имя ФИО3, предоставляющая ему полномочия на заключение любых гражданско-правовых договоров  (контрактов) на любую сумму, со сроком действия на три года, которая  на дату заключения оспариваемых сделок отозвана не была.

03.04.2017  платежным поручением №12 на сумму 319 254,40рублей и платежным поручением №57 на сумму 1 200 000рублей Комбинатом исполнены обязательства по оплате приобретенного оборудования по договору №1, №2, перечисление указанных сумм осуществлено на расчетный счет Общества, с направлением в адрес Общества  уведомления о зачете взаимных требований в сумме 80 745,60 рублей.

Принятие Обществом денежных средств перечисленных платежными поручениями  №12 и №57 от 03.04.2017, свидетельствует о том, что им в соответствии с пунктом 2 статьи 183 ГК РФ одобрены все действия генерального директора ФИО6, связанные с заключением спорных договоров.

Общество денежные средства, полученные  от Комбината по спорным сделкам, не возвратило.

Требование истца о признании договоров  купли-продажи №1 и №2 от 29.03.2017 недействительными и применении последствий их недействительности, по мнению Комбината, необоснованно, и не может быть удовлетворено, исходя из следующего.

Согласно правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации  от 09.02.2017 №301-ЭС16-19969:  исходя из положений пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, с учетом разъяснений, приведенных в подпункте 3 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 N 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью", при рассмотрении иска о признании крупной сделки недействительной, в том числе, подлежит исследованию вопрос о добросовестности контрагента.

 Подобная сделка не может быть признана недействительной, если будет установлено, что другая сторона не знала и не должна была знать о несоблюдении установленного порядка одобрения такой сделки. В противном случае на добросовестного контрагента будут возлагаться риски последствий, связанных с нарушением хозяйственным обществом корпоративного порядка одобрения такого рода сделок».

Комбинат, действуя разумно, добросовестно, при совершении договоров купли-продажи №1 и №2 от 29.03.2017, проверил наличие документов, необходимых представлению отчуждателем имущества, том числе: о полномочиях генерального директора, решения об одобрении сделок,  сведения из ЕГРЮЛ, устав Общества, справку о действующем расчетном счете и т.д., что  в принципе, позволяет исключить возможность утверждать, что Комбинат знал и/или дожжен был знать о совершении Обществом сделок с нарушением установленного порядка.

Кроме того, по мнению Комбината, настоящий иск не может подлежать удовлетворению с учетом разъяснений, приведенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 16.05.2014 №28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» (далее – Постановление №28).

Исследовав материалы дела, заслушав представителей сторон, оценив доводы, приведенные в заявлениях истцов и в отзывах ответчиков, суд пришел к следующему.

В обоснование своих требований Общество указывает, что проданное имущество являлось единственным активом, реализация которого повлекла возникновение у него явного ущерба.

Согласно положениям статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью крупная сделка, совершенная с нарушением требований, предусмотренных указанной статьей, может быть признана недействительной по иску общества или его участника. При этом суд отказывает в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, недействительной при наличии одного из следующих обстоятельств:

не доказано, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или участнику общества, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них;

при рассмотрении дела в суде доказано, что другая сторона по данной сделке не знала и не должна была знать о ее совершении с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней (пункт 5 статьи 46 Закона от 18.02.1998 N 14-ФЗ).

Предположение Комбината, что при заключении данных сделок им был принят исчерпывающий комплекс мер по проверке воли сторон на их заключение, правомочий лиц и соблюдения соответствующей процедуры по их одобрению, и он действовал добросовестно, разумно и осмотрительно, чем исключалась в будущем возможность удовлетворения иска о недействительности сделок по основаниям, предусмотренным  статьей 46 Закона об ООО, противоречит фактическим обстоятельствам.

Например, в представленном ФИО3 Комбинату при заключении спорных сделок пакете документов, в частности, в выписке из решения об одобрении крупной сделки, отсутствует подпись единственного участника Общества (Истца), а им отрицается принятие такого решения.

Привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, ФИО3, подписавший договоры от имени Общества, расписался в протоколе судебного заседания  27.11.2017, под предупреждением об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных сведений об обстоятельствах совершения оспариваемых сделок, подтвердил, что выписка из решения №1 единственного участника ООО «Креамур» от 27.03.2017 об одобрении сделки, составлена им, без получен6ия согласия ФИО2, как единственного участника Общества.

Следовательно, пока не опровергнуто данное утверждение бывшего исполнительного органа Общества, подписавшего сделки, в  отсутствие иных доказательств, свидетельствующих о намеренных действиях истца, оснований считать, что сделки в установленном порядке были одобрены, не имеется.

Оспариваемые сделки являлись для Общества крупными, поскольку отчужденное по ним имущество, являлось единственным активом, что следует из документов Бухгалтерской отчетности.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Исходя из статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В предмет доказывания по данному спору входят следующие обстоятельства: противоправность действий (бездействия) Комбината, в том числе недобросовестность и (или) неразумность при заключении договоров; факт и размер понесенного ущерба Обществом в результате сделки, в том числе возможность выполнения Обществом уставных задач после отчуждения спорного имущества.

Требование Истца о применении последствий недействительности сделок, в возражениях на данное требование Комбинатом приводиться то, что случае удовлетворения заявленных требований и применения последствий недействительности сделки, решение суда будет неисполнимо в силу отсутствия у Общества денежных средств, подлежащих возврату при реституции, является обоснованным, а ссылки Комбината  подлежат отклонению, в связи со следующим.

Об отсутствии у Общества денежных средств, Комбинату известно в результате  возращения службой исполнения исполнительного листа о взыскании с ООО «Креамур» денежных средств в размере 80 745,60 рублей, что не опровергается Обществом, при этом данное обстоятельство не может являться достаточным  основанием для отказа в удовлетворении требований истца, предъявленных в связи с нарушением установленного статьей 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью  порядка совершения сделок.

Доводы Комбината о том, что сделки не были убыточными для Общества, поскольку изначально цена оборудования была невысокой, основанные на следующих обстоятельствах:

между ОАО «Сясьский ЦБК» и ЗАО «АЗТС» был заключен договор купли-продажи оборудования 181 ед. №311 от 23.08.2006 на сумму 600 620 рублей;

далее ЗАО «АЗТС» продало спорное оборудование 06.09.2007 по договору купли-продажи №486 ООО «ФинОптима» в кол. 153 ед. за 2 650 000 рублей;

далее оборудование в количестве 153 ед. было перепродано ООО «ФинОптима» ООО «НоводвинскСульфЭко» 24.01.2008 за 2 700 000 рублей;

ООО «Креамур» приобрело оборудование у ООО «НоводвинскСульфЭко» в количестве 153 ед. 20.02.2011 за 592 620 рублей, а ОАО «Сяський ЦБК» приобрело оборудование у ООО «Креамур» в количестве 124 ед. за 1 600 000 рублей, как подтверждающих прибыльность оспариваемых сделок для Общества, небесспорны.

 Приведенный Комбинатом перечень сделок с «куплей-продажей» оборудования, частью которого является и отчужденное по оспариваемым  сделкам, свидетельствует лишь о том, что указанное оборудование де-факто, всегда находилось на территории Комбината, несмотря на то, что его приобретатели находились в различных регионах, соответственно, никогда не «демонтировалось» с места установки, но при этом не опровергается ни одной из сторон, что данное оборудование задействовано в производственной деятельности Комбината, что в свою очередь, подтверждает возможность извлечения прибыли и Обществом при эксплуатации спорного оборудования, то возможность осуществления финансово-хозяйственной деятельности, которая утрачена вследствие совершения сделок, будет восстановлена.

Согласно сложившейся практике и действующему законодательству, положениям статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью» суд отказывает в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, недействительной при наличии одного из следующих обстоятельств:

не доказано, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или участнику общества, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них;

при рассмотрении дела в суде доказано, что другая сторона по данной сделке не знала и не должна была знать о ее совершении с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней (пункт 5 статьи 46 Закона от 18.02.1998 N 14-ФЗ).

В рассматриваемом случае, представленные сторонами доказательства о стоимости  оборудования диаметрально противоположны, но коль скоро, Комбинат, считая, что оборудование имеет незначительную стоимость, не соглашается его возвратить бывшему владельцу, то возникают сомнения в добросовестности действий Комбината при совершении оспариваемых сделок.

Так, например, к материалам дела приобщены судебные акты, свидетельствующие о непрерывности споров, связанных с владением спорным оборудованием, что является свидетельством об осведомленности Комбината, что совершенные сделки по приобретению оборудования, могут быть оспорены.

Утверждения Комбината о добросовестности приобретателя при совершении сделок, опровергаются материалами дела.

Ссылка на то, что ФИО2 не отрицается отсутствие финансов для возврата денег по оспариваемым договорам, а  соответственно, применение последствий недействительности сделки невозможно, не принимается во внимание, с учетом вышеприведенного, свидетельствующего о том, что оборудование представляет собой – предмет непрерывной купли-продажи.

Не принимается во внимание по этому же основанию и довод Комбината о том,  что при демонтаже и разборке, такое оборудование будет физически уничтожено, а при средней стоимости 50 единиц вышеназванного оборудования (от 800 руб. до 10 000 руб. за единицу),  в результате его демонтажа причиненный Комбинату ущерб будет несоизмерим с защищаемым правом истца, что подтверждает невозможность передачи оборудования Обществу в порядке реституции.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд вправе оценить представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном,  объективном и непосредственном исследовании, имеющихся в деле доказательств.

Из совокупности, представленных в дело доказательств, судебных актов и письменных объяснений, копий документов, правовых оснований для принятия решения об отказе в иске, судом не найдено.

Из приведенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 16.05.2014 №28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» (далее – Постановление №28) следует, что лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее:

1) наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки;

2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них.

Об отсутствии нарушения интересов общества и его участников (акционеров) может свидетельствовать, в частности, следующее:

1) совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для общества;

Согласно пункту 4 данного Пленума, если суд установит совокупность обстоятельств, указанных в пункте 3 настоящего постановления, сделка признается недействительной.

Суд отказывает в удовлетворении иска о признании недействительной крупной сделки или сделки с заинтересованностью, если будет доказано наличие хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) к моменту рассмотрения дела в суде сделка одобрена в предусмотренном законом порядке;

3) ответчик (другая сторона оспариваемой сделки или выгодоприобретатель по оспариваемой односторонней сделке) не знал и не должен был знать о ее совершении с нарушением предусмотренных законом требований к ней.

Материалами дела, в том числе и доказательствами, представленными Комбинатом, не подтверждены обстоятельства, позволяющие применить рекомендации Постановления №28, поскольку совершение спорной сделки может повлечь за собой причинение убытков обществу или участнику общества, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них и при рассмотрении дела в суде доказано, что другая сторона по данной сделке  знала или должна была знать о совершении ее с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней (пункт 5 статьи 46 Закона от 18.02.1998 N 14-ФЗ).

В соответствии  с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 531 Гражданского кодекса), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем.

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Руководствуясь статьями 65, 71, 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

признать договоры купли-продажи оборудования №1 и №2 от 29.03.2017 между открытым акционерным обществом «Сясьский целлюлозно-бумажный комбинат» и обществом с ограниченной ответственностью «Креамур» недействительными;


применить последствия недействительности сделки, в виде возврата открытым акционерным обществом «Сясьский целлюлозно-бумажный комбинат» имущества, перечисленного в актах приема-передачи оборудования от 29.03.2017 к договору №1 и к договору №2, обществу с ограниченной ответственностью «Креамур»;


обязать общество с ограниченной ответственностью «Креамур» возвратить открытому акционерному обществу «Сясьский целлюлозно-бумажный комбинат» 1 519 254рублей полученного по оспариваемым договорам;


взыскать с открытого акционерного общества «Сясьский целлюлозно-бумажный комбинат» (1024702048678) в пользу ФИО2 6 000рублей госпошлины.



Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.


Судья                                                                            Лилль В.А.