Постановление от 13 июля 2023 г. по делу № А72-1034/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-4818/2023

Дело № А72-1034/2020
г. Казань
13 июля 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 06 июля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 13 июля 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Смоленского И.Н.,

судей Богдановой Е.В., Минеевой А.А.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 19.01.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2023

по делу № А72-1034/2020

о завершении реализации имущества гражданина и неприменении правила об освобождении гражданина от исполнения обязательств по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Ульяновской области от 29.05.2020 ФИО1 (далее – ФИО1, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО2 – член Некоммерческого партнерства – Союза Межрегиональной саморегулируемой организации профессиональных арбитражных управляющих «Альянс управляющих».

Финансовый управляющий обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника и освобождении его от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных при проведении процедуры реализации имущества гражданина.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 19.01.2023, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2023, ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества гражданина удовлетворено. Процедура реализации имущества гражданина в отношении ФИО1 завершена. Правило об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина, к ФИО1 не применено.

В кассационной жалобе, поданной в Арбитражный суд Поволжского округа, ФИО1 просит принятые судебные акты в части неприменения правила об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения требований кредиторов отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение судами норм материального права.

Заявитель кассационной жалобы выражает несогласие с выводами судов о недобросовестном поведении должника; указывает на отсутствие в материалах дела доказательств того, что имел место прямой умысел на причинение вреда кредиторам.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей в суд не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению кассационной жалобы.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, изучив материалы дела, кассационная коллегия пришла к следующим выводам.

Как установлено нижестоящими судами и следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов должника включены требования в общем размере 1 161 456,20 руб., из которых погашены 438 980 руб. 18 коп. (37.8%), в том числе за счет реализации автомобиля Ниссан Тиана, 2011 г.в. за 241 640 руб. 65 коп. и денежных средств в размере 221 700 руб., полученных от оспаривания сделки должника от 01.06.2020 по уступке права требования на получение страхового возмещения.

По результатам анализа финансового состояния должника финансовый управляющий пришел к выводу о невозможности восстановления платежеспособности должника; признаки фиктивного или преднамеренного банкротства должника, а также основания для оспаривания сделок должника не установлены. В этой связи финансовым управляющим заявлено ходатайство о завершении процедуры реализации имущества ФИО1, а также об его освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Кредитором должника ФИО3 заявлено ходатайство о неприменении правила об освобождении ФИО1 от обязательств, в обоснование которого кредитор сослался на недобросовестное поведение должника.

Отказывая должнику в применении правил об освобождении от исполнения обязательств, суд первой инстанции исходил из того, что со стороны должника имело место недобросовестное поведение, выразившееся в сокрытии от финансового управляющего и кредиторов факта наличия у него права требования страхового возмещения и совершения им сделки по уступке данного права требования другому лицу, признанной судом недействительной.

Так, судом установлено, что между ФИО1 (цедент) и ФИО4 (цессионарий) 01.06.2020 был заключен договор цессии, по условиям которого цедент передает (уступает), а цессионарий принимает право требования на получение исполнения обязательств по выплате страхового возмещения в связи с наступившим страховым случаем, а именно: ущербом, причиненным в результате дорожно-транспортного происшествия с участием транспортного средства Ниссан Теана г/н <***> и транспортного средства ВАЗ 21093, г/н <***> имевшим место 16.03.2020 по адресу: <...> ООО «НГС-Росэнерго».

По условиям договора цессии за уступаемые права (требования) цессионарий выплачивает цеденту денежные средства в размере 50 000 руб. в наличной форме.

По факту вышеуказанного дорожно-транспортного происшествия Ульяновский филиал ООО «НСГ-«Росэнерго» перечислил ФИО4 страховое возмещение в размере 221 700 руб.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 24.08.2021 указанный договор цессии признан недействительным; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу ФИО1 денежных средства в размере 221 700 руб.

При этом в ходе рассмотрения обособленного сопора по оспариваю указанной сделки, установлено, что право требования страховой выплаты получено ФИО4 от ФИО1 в счет имеющейся задолженности последнего в общем размере 550 000 руб. Между тем от ФИО4 не было представлено доказательств, подтверждающих наличие у него прав кредитора по отношению к должнику на сумму 550 000 руб.; сам должник в своем заявлении в числе кредиторов ФИО4 не указывал, в числе текущих требований финансовым управляющим его требования также не отражены; с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника ФИО4 не обращался. Кроме того, ФИО4 в материалы дела не было представлено доказательств, свидетельствующих о фактической передаче денежных средств в размере 50 000 руб. в адрес должника по договору цессии от 01.06.2020.

Учитывая изложенное, а также принимая во внимание, что о совершении названной сделки стало известно только после поступления в материалы дела отзыва кредитора – ФИО3, указавшего на совершение должником ДТП 16.03.2020, то есть после возбуждения дела о банкротстве (03.02.2020) и оценки автомобиля, суд первой инстанции счел, что данные обстоятельства свидетельствуют о недобросовестном поведении должника, что влечет невозможность применения к должнику правила об освобождении его от исполнения обязательств, предусмотренного пунктом 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Между тем судами не было учтено следующее.

Согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом разъяснений Постановления № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на накопление долговых обязательств без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013).

По смыслу Закона о банкротстве, банкротство граждан является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

Закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников, а также о недопустимости банкротства лиц, испытывающих временные затруднения, направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

Таким образом, устанавливается баланс между социально-реабилитационной целью потребительского банкротства, достигаемой путем списания непосильных долговых обязательств гражданина с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьей 213.30 Закона о банкротстве, и необходимостью защиты прав кредиторов.

При этом неосвобождение должника от исполнения обязательств не должно носить характер наказания. Признание недействительной сделки должника по отчуждению имущества (денежных средств) само по себе не может быть отнесено к обстоятельствам, исключающим освобождение должника от дальнейшего исполнения обязательств. При решении вопроса об освобождении / не освобождении должника от обязательств следует учитывать реальные последствия совершения противоправной сделки, установить причинен ли кредиторам вред в результате ее совершения и были ли в последующем он устранен.

Таким образом, в случае возврата имущества (денежных средств) в конкурсную массу должника по оспоренной сделке к гражданину могут быть применены правила об освобождении от долгов.

Указанное согласуется с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2023 № 304-ЭС22-25484.

В данном случае единственным основанием для неосвобождения ФИО1 от исполнения требований кредиторов, в том числе ФИО3, явилось отчуждение им права требования страхового возмещения в размере 221 700 руб., за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов.

Между тем согласно представленному в материалы дела отчету финансового управляющего денежные средства в размере 221 700 руб. на основании определения Арбитражного суда Ульяновской области от 24.08.2021 были возвращены ФИО4 в конкурсную массу должника, а в последующем распределены между кредиторами.

Данное обстоятельство свидетельствует о том, что в результате совершения должником сделки по уступке права требования денежных средств, вред имущественным правам кредиторам, в том числе ФИО3, фактически не был причинен, кредиторы получили удовлетворение своих требований за счет этих средств.

При этом само по себе неполное погашение требований кредиторов не является основанием для неосвобождения должника от обязательств, поскольку процедура реализации имущества гражданина применяется при неспособности должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов.

Таким образом, поскольку упомянутая сделка не повлекла причинения вреда имущественным правам кредиторов, совершенное должником деяние носило единичный характер и не явилось причиной банкротства должника, при этом судами не установлено иных обстоятельств, свидетельствующих об уклонении должника от исполнения своих обязательств перед кредиторами в период, предшествующий процедуре банкротства, предоставления кредитным организациям заведомо ложных сведений при получении кредитов, совершения действий, препятствующих финансовому управляющему в осуществлении полномочий в рамках дела о банкротстве по формированию конкурсной массы (пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве), не выявлено признаков преднамеренного или фиктивного банкротства, оснований для неприменения к ФИО1 правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от исполнения обязательств у судов не имелось.

Согласно части 1, пункту 3 части 2 статьи 288 АПК РФ основанием отмены решения, постановления суда первой и апелляционной инстанций является нарушение или неправильное применение норм материального права.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 АПК РФ по результатам рассмотрения кассационной жалобы кассационный суд вправе отменить решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражными судами на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этими судами неправильно применена норма права.

Поскольку при разрешении спора судами нижестоящих инстанций установлены все фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, но при этом неправильно применены нормы материального права (пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве), что повлияло на правильность выводов суда, суд кассационной инстанции считает возможным, не передавая дело на новое рассмотрение, отменить обжалуемые судебные акты в части неприменения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств, принять в названной части новый судебный акт, которым освободить ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных в ходе процедуры реализации имущества гражданина.

В соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации подача кассационной жалобы на определение о завершении реализации имущества гражданина государственной пошлиной не облагается, в связи с чем ошибочно уплаченная должником государственная пошлина подлежит возврату заявителю.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ульяновской области от 19.01.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2023 по делу №А72-1034/2020 отменить в части неприменения в отношении ФИО1 правила об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения обязательств.

Освободить ФИО1 от исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина.

В остальной части обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета государственную пошлину в размере 150 руб., уплаченную за подачу кассационной жалобы по чеку от 21.04.2023.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья И.Н. Смоленский


Судьи Е.В. Богданова


А.А. Минеева